Помни, что смертен

POV Вонхо       Когда я приезжаю к Чангюну, в моей груди как будто образовывается чёрная дыра. В последний раз такое было, когда Хёнвон впал в кому. Не один Хёнвон полон противоречий: пока я чувствую его боль, хочется, чтобы это прекратилось; когда не чувствую совсем — страшно и кажется, что лучше уж чувствовать боль, чем ничего.       Но она пришла, я ощущаю её в полной мере уже дома у Има, жуткую боль, невыносимую, будто в груди выжигают клеймо, сжигают заживо снаружи и изнутри. Кажется, даже слёзы испаряются от температуры.       Чангюн бегает вокруг меня, пока я лежу на диване, делает компрессы и суетится, а потом просто ложится рядом со словами: «Я не знаю, что с тобой делать, но Хёнвон, блин, из комы вышел, победит он призраков своих. Он сильнее, чем кажется. И ты потерпи.» Так мы лежим ещё долго в тишине, пока я не отрубаюсь. Просыпаюсь, а Чангюн спит рядом, боли нет, пустоты нет, только волнение, но обычное, не судьбоносное. За окном ночь. Очень тяжёлое состояние, хуже любого похмелья. Поднимаюсь и перелезаю через друга, нахожу телефон, который высвечивает мне 01:13, и набираю Чжухона. — Погоди, — шепчет он мне сонно. Я жду, видимо, он спал на кровати с Че. — Вонхо, ты как? — Как Хёнвон? — Он до сих пор не просыпался… — Неохотно отвечает друг. — Сколько прошло времени? — Десять часов или около того… — Опять тянет Ли. — Он мог?.. — Мог. — в этот раз ответ чёткий, и от этого не по себе. — Но я уснул, мне надо проверить его состояние, чтобы сказать точнее. — Можно мне уже вернуться? — Думаю, да. Только… — Он замялся. — Без Чангюна. — Он всё равно крепко спит. Я вызываю такси и выезжаю. — Ок. — Отключаюсь, проверяю карманы — всё ли на месте, и выхожу. — Хён, подожди. Я с тобой, — сонный Им выскакивает на лестничную площадку за мной босиком. — Чжу сказал, чтобы я был один. — Он это сказал по идиотской причине. Возьми меня с собой… — Хорошо, я подожду в машине. — У Чжухона причины, и правда, чаще всего идиотские. — Ты как вообще? — Спрашивает Им, садясь рядом на заднее сидение. — Отвратительно. Что за причина? — Он признался мне в любви. — Вылезай. Не хочу быть свидетелем влюбленных разборок в такой момент. — Чангюн замер с умоляющим видом. — Так мы едем или как? — Водитель сонный и недовольный, его можно понять, конечно, но будто все на меня давят. — Едем, — вздыхаю я, потому что нет сил препираться.

***

      Через полчаса, наконец, переступаю порог своего дома, как чужого. Ли сопит на диване, но тут же поднимается, услышав движение в прихожей. — Вонхо… — Тянет расстроено он моё имя. — Обувайся и выходи, — говорит ему Им и сам уходит. — Пойдем к Хёнвону. — Ведёт меня Ли в спальню, где уже шепчет. — Температура спала, дыхание хорошее. Это не кома. Остальные жизненные показатели в пределах нормы, не сильно снижены. Он просто вымотан. Я приеду днём. Звони, если что, сразу примчусь. — Он видит мой взгляд, но предупреждает вопрос, — никаких подробностей, сам бледный, как труп, отдыхайте оба. — Устраивает мне гнездо на голове и уходит.       Забираюсь под одеяло и переплетаю в замок наши пальцы. Больше не отпущу, надоело, что спасать — моё предназначение, а мне не дают его выполнять, то не подпуская, то выгоняя. Если уж я такой бесполезный с призраками, то хотя бы отогрею тебя от их ледяного дыхания. END POV Вонхо

***

POV Хёнвон       Опять это бескрайнее пространство тьмы. Я лежу, как всегда, в спасительной параллели. Но со мной не моя прошлая жизнь. — Братик, ты правда хочешь, чтобы меня не стало? — Мне больно, будто кого-то не останавливает грудная клетка, и он сжимает мне сердце рукой. — Я хочу, чтобы ты исчезла во мне. Я люблю тебя. Мне кажется, я не люблю себя, потому что вложил все самые прекрасные чувства в тебя, чтобы они не умерли, чтобы оставались хоть в ком-то… — Братик, не плачь… Ты дал мне столько любви, что, конечно, я не хочу покидать тебя… Не хочу делить её с Вонхо и вообще с кем бы ни было. — Я сделал тебя жадной. Ты поглотила всех. — Призраков больше нет, есть только Юна. — Они думали, что слишком самостоятельные, — смеётся она. — Так что теперь мы только вдвоем.       Странно. Но почему я чувствую здесь Хосока? Такое чувство, что он рядом, он со мной. — Исчезни, чудовище. Можешь забрать всё, что я тебе дал. Есть тот, кто заполнит меня чувствами заново. — Ты даже не думал о том, что я не галлюцинация? Я — личность! И, между прочим, могу занять твое место, вытеснив в сознании.       Вот теперь мне страшно. На самом деле. Я не предполагал, что такое может быть. Как так? Сжимаю кулаки, а такое ощущение, что в одной из рук ладонь Вонхо. Его невидимое присутствие со мной — лучшая поддержка, что когда-либо была у меня. — Ты же создана из любви, так почему в тебе так много ненависти? — Во мне всего достаточно от твоих родителей, невесты, друга… Ты наделил их качествами, которыми они поделились со мной. — Почему ты не хочешь быть вместе со мной? Станем единым целым. — Ты же сам этого не хотел, а потом сделал мне больно. Потому мне не жалко твоих призраков родителей, ведь это они упекли меня в чулан твоего подсознания. Хёнвон, ты же так устал, давай я встану у руля, а ты здесь поспи. — Я хочу быть с Вонхо. — Так создай его себе здесь, у тебя хорошо получается. — А ты не такая уж и умная. Всё-таки ребенок. Я же говорил, что мне не нужны призраки. Мне не нужен холод. Я хочу тепла. Того тепла, что даёт человек, настоящий живой человек, обнимая и говоря, что любит; целуя и обещая быть всегда вместе. Мне нужно всё настоящее, я слишком долго прожил в плену вымышленного! — Она меня так выбесила, что я сам не понял, как поднялся. — Не уж-то ты и правда думаешь, что я так глупа, братик? — Она идёт ко мне навстречу. — Мои слова растормошили тебя. — Обнимает. — Теперь я знаю, что ты готов, ты правда свободен. — Растворяется во мне.       Меня переполняет. Я тону. Эмоции, личности, слёзы… Вонхо, спаси меня. END POV Хёнвон

***

POV Вонхо       Просыпаюсь от того, что он плачет во сне, чуть не захлебываясь слезами. Поворачиваю на бок к себе спиной, обнимаю, целую в макушку и зарываюсь носом в волосы. — Хёнвон, помни о смерти, но не стремись к ней. Останься со мной. Останься со мной, — шепчу как мантру, стараясь согреть его душу.