Gap.

      После разговора с Локи и того, что сказал Уэйд, я решил завершить свое участие в расследовании. Это зашло слишком далеко. Я устал, папа устал, ему нужна от меня другая помощь.       Единственное, что как ни странно во всей ситуации было положительным, что он постепенно начинал работать меньше и проводить больше времени с нами. По крайней мере в последние дни.       На следующий день мы с Уэйдом договорились встретиться после моих занятий и потусить у него.       Он подъехал к школе на своей классной машине. Я был в относительно хорошем настроении, так что время мы собирались провести хорошо.       Я запрыгнул на переднее сидение, и мы сразу тронулись. Уэйд был удивительно в хорошем настроении.       — Я проспал часов пятнадцать, давно не чувствовал себя таким живым. Хотя тебя под боком не хватало, — усмехнулся он.       — Я ворочаюсь во сне, — проворчал я.       — Да, но я тяжелее, так что ты как котёнок, — улыбался Уэйд. Солнце светило ему в глаза через окно, поэтому он опустил пластиковую пластину, чтобы хоть немного спастись от него.       — Не настолько…       — Как большой котёнок, — смеялся он.       Так мы доехали до его квартиры.       — Кстати, ты не думал пойти учиться на права?       — Я думал… — сказал я. — Но было как-то не до этого.       — Я могу научить тебя вообще-то, — предложил Уэйд.       — Это было бы круто, — сразу загорелся я.       — Может на выходных? Послезавтра?       — Когда угодно! — я был готов хоть прямо сейчас.       Он улыбнулся.       Мы вошли в квартиру, я сразу пошёл в гостиную. В Нью-Йорке у него тоже была студия, только больше Чикагской, с мнимой перегородкой между спальней и гостиной-кухней.       Мне всегда нравилась его квартира. Тут не было ничего лишнего, а то, что было, было стильным и лаконичным, в черно-красных тонах.       Ещё недавно Уэйд сказал что владеет кендо, ну или проще, боем на катанах. И что у него есть парочка, где-то в этой самой квартире.       Мы весело болтали, обедая, ведь мои занятия закончились рано, так что свободного времени было полно. И так я мог отвлечься от неприятных мыслей.       Когда мы доели, я зевнул и пошёл в гостиную.       Стоило мне пересечь её порог — Уэйд следовал за мной — как вдруг он резко остановился.       Я, смеясь, сел в кресло напротив него, а на его лице была странная озабоченность.       — Питер, — сказал он, — ты ничего не слышал?       Я отрицательно помотал головой и тоже замолчал, все еще улыбаясь. Мне было весело.       В квартире повисла абсолютная тишина, только кондиционер изредка потрескивал.       — Уэйд… Думаю, это просто…       Договорить мне не дали. В дверь коротко постучали.       — Питер, иди в ванную, — отчеканил он.       — Да ладно… — неуверенно улыбнулся я, все же поднимаясь на ноги.       — Я не шучу, — он посмотрел на меня в упор. Все его мышцы были напряжены, словно перед броском, — иди в ванную, возьми с собой телефон, запрись там и выключи свет.       — Уэйд? — моё веселье тут же испарилось.       — Быстро! — скомандовал он тихо, но внушительно.       Я неприязненно поморщился, но подчинился.       Остановился у двери, когда раздался повторный стук.       — Уэйд, а если это…       — Сиди там и не высовывайся.       — Если с тобой…       — Питер, я буду в порядке, — вздохнул он. — Иди уже.       Как только я повернул защелку, я услышал его шаги в сторону входной двери.       Потом несколько секунд висела напряженная, почти звенящая тишина.       Мне стало жутко.       Позвонить папе я не мог, ведь мы не знали, кто это, отцу тем более, он вообще сейчас далёк от всего происходящего. Не имея других вариантов, я позвонил одному взрослому, с которым у меня была связь, и у которого была возможность нам помочь.       Я набрал номер Стрэнджа и ждал, когда Уэйд определится с ситуацией.       Затем я услышал голос.       Всем телом прильнув к хрупкой межкомнатные двери, я вслушивался в каждое слово, произносимое нашими незваными гостями.       Все было куда хуже, чем мы могли предположить.       — …тут довольно приятно для холостяцкого гнёзда… — услышал я плавный мужской голос прямо у двери.       — Мой парень иногда приходит, — беззаботно сказал Уэйд, — омеги не любят бардак.       — Не все… — ответил незнакомый голос.       — А где, к слову, пацан? — резче сказал другой мужчина.       Их двое? С двумя Уэйд сможет справиться… А если они не вооружены? — подумал я.       — Пацан? — переспросил Уэйд.       — Да, не думаю, что на твои ласты налезут такие башмачки… — хрипло усмехнулся второй.       Я захотел убиться об стену, моя обувь и вся одежда были в прихожей.       — Я же сказал, что он приходит. У вас что, серьёзных отношений не было? Пара типо оставляет у тебя вещи и медленно переезжает к тебе?       — Давай не будем тянуть, Уилсон… — послышался спокойный, усталый вздох. — Где мальчишка? Мы не уйдём, пока не пообщаемся с вами обоими, так что давай не будем тянуть время. Тем более у меня на сегодня запланировано свидание, так что не хотелось бы опоздать.       — Не с мистером Старком ли? — усмехнулся Уэйд.       Между ними промелькнула пауза:       — Тони… — раздался запоздалый вздох, — с ним скорее всего тоже.       Я скрипнул зубами. Значит, сегодня он встретится с моим отцом. Неужели это и есть сам Киллиан Олдрич, прямо за этой дверью, в этой квартире. Мне было очень интересно посмотреть на этого человека вживую, но в то же время, я просто не мог поверить, что он здесь.       Да быть не может, зачем ему приходить лично? И с ним не может быть всего один человек.       — Питер! — крикнул мужчина, — хватит прятаться, лучше просто выйди, иначе нам придется применять меры менее приятные.       — Его здесь нет, — прервал их Уэйд. — Пит упрямец, как его отец, и не стал бы прятаться.       — Тогда он идиот, — усмехнулся мужчина. — Тони так себе пример для подражания.       — Как по мне, он ничего, — все также беззаботно говорил Уэйд. Я просто поражался его выдержке.       А ещё я нажал на кнопку вызова Стрэнджу.       Но сразу выключил звук, так что я не мог слышать, что он говорил, и из-за двери он не мог расслышать, что происходило у нас.       Я подержал его на связи несколько секунд, чтобы привлечь внимание, а затем сбросил и тут же отправил смс, вкратце описывая ситуацию.       — Ладно, я предупреждал, — и мужчина резко дернул за ручку ванной.       Я отлетел на другой её конец, давясь собственным дыханием. Мои глаза чуть не выпрыгнули из черепа от накатившего ужаса.       — Как все просто, или скажешь что дверь сломалась? — сказал мужчина. — Давайте без лишних формальностей. И так уже затянули, — его тон стал быстрее и серьезнее. — На сегодня у меня программа из четырёх человек, ладно хотя бы вы двое уже здесь.       Программа?! — с ужасом подумал я. Что ещё за программа? О чем он????       Сердце забилось, как дождь об оконную раму. Один из этих четырех может быть мой отец, другой — следователь, и мы двое. Неужели он собирается убить нас всех?       — Ну, не будешь выходить? — спросил он.       Я не ответил. Дверь не выдержит сильного удара, это я понимал, а ещё у них Уэйд почти в заложниках. И всё-таки нужно было ждать.       От Стрэнджа пришло сообщение, что люди вот-вот выедут.       Теперь нужно было тянуть время.       — Ничего страшного, — спокойно сказал мужчина, а после за дверью послышалось копошение.       — Эй, какого… — раздался обеспокоенный голос Уэйда, — дверь новая… — он говорил, что беспокоится за дверь, а наша легенда быстро рассыпалась на части, что бы они там с этой деревяшкой ни делали.       И тут послышался совсем тихий треск и запах гари.       Кончик белой двери снизу почернел, а затем красный язычок показался внутри комнаты, отразившись в моих перепуганных глазах.       Я тут же набрал в руки воды в кране и плеснул на дверь, туша огонёк.       Этим я окончательно себя выдал.       — Какая прелесть, — разочарованно сказал мужчина. — Хорошо, Питер, будем говорить как взрослые люди. Сегодня из этой квартиры не выйдет ни один из вас. Я здесь не просто ради болтовни.       Сердце рухнуло в пятки, а колени затряслись. Нет…       — Ты первый или твой парень? Мне все равно…       — Что тебе нужно? — серьезно спросил Уэйд.       — Я же сказал, я тут, чтобы прикончить вас обоих. Не думайте, что мне это нравится. Я бы с большим удовольствием провел время как-нибудь по-другому, но иногда приходится заниматься воспитательной работой. Старк защищает свою семью, я — свою. К сожалению, наши интересы пересеклись, — он говорил об этом так легко, будто рассказывал как делать бутерброды с маслом. — Просто сделаем, что нужно. Посмотрим, насколько тебя хватит.       — Ты не сделаешь этого… — сказал Уэйд.       А затем снова зазвучал треск.       Центр двери почернел. В этот раз это была не зажигалка. Я уже собирался потушить её, как услышал сдавленный вскрик Уэйда.       — У тебя будет компания, чтобы на это посмотреть, — сказал Киллиан, отходя от двери. — Не будем терять время. Джейми, Кэв, разберитесь с парнем побольше, Брэд, мальчик не должен выйти.       Я услышал голос Уэйда, но больше не разбирал, что он говорил. Ведь его речь мешалась со звуком ударов и топотом. Я пытался придумать, что делать, но никак не мог сообразить хоть какой-то самый паршивый план.       Я метнулся к двери, которая уже наполовину была пожираема пламенем.       Металлическая ручка была раскалена, а по ту сторону двери послышался грохот.       Дверь трещала, а пламя перебривалось на стены, с той стороны выход был забаррикадирован.       Плитка чернела, покрываясь сажей, клей плавился и стекал по стенам, заполняя комнату отвратным химическим запахом.       Три минуты — и я покойник — всплыло в голове с занятий по технике безопасности. Угарный газ убьёт меня в таком крошечном помещении очень быстро.       Я открыл все краны и заткнул ванную, так что в ней стала набираться вода.       Снаружи звуки тонули в треске пламени, и за ними я едва различал, что меня зовёт Уэйд. Я догадывался, что его скорее всего привязали где-то рядом, чтобы он сам мог все наблюдать, но ничего не мог сделать.       С Киллианом было как минимум четыре человека, и все они наверняка уже ушли, оставив нас в горящей квартире.       Я намочил футболку и обязал вокруг лица, а сам забрался в ванную, где холодная вода уже нагревалась.       Но время шло слишком стремительно. Вода скоро уже не спасала, а ткань пропиталась угарными ядами.