Songfic challenge

Ты где?

тв догддайсч диван

Задолбал. Ты в хлам. Называй адрес.

давай в пляиик сыграем пряикм поякм пряткм

Возьми чёртову трубку, пьянь. Не сбрасывай.

какв трубкп

…       Он был настолько перемазан в какой-то белой пыли, что сначала мне показалось, он нашёл в этой дыре чью-то закладку и до сих пор не умер от передоза какой-то дряни только чудом. Потом у его ног я заметила яркую пустую коробочку из-под мелков. Потом пригляделась к причудливой белой вязи на полу и на стенах.       "Сейчас никто не сможет тебе навредить."       — Безумие заразно, да? Подхватил от своего дружка-поэта? — зло выплюнула я, с отвращением наступая на испачканный мелом пол. Парень обернулся. Ожидаемо покачнулся от слишком резкого движения. Посмотрел мне в глаза удивительно осмысленным взглядом потухших глаз. Убрал со лба отросшую за последнее время чёлку, оставив на переносице белый след.       — Я же не кровью, — связно и чётко отозвался он. Его сведённые судорогой пальцы перебинтованной руки непроизвольно вздрагивают, и на пол выпадает крохотный едва заметный огрызок мела.       — Так ты, сволочь, трезвый?! — между нами был всего один широкий шаг. Шаг — и я уже сгребла его за грудки, полностью охваченная мгновенно вспыхнувшей злостью. Парень не сопротивлялся. Даже реши я ударить его — не противился бы. И эта податливая смиренность раздражала только сильнее. Хотелось встряхнуть его, растормошить, ударить, оскорбить, вывести из себя — лишь бы добиться от него сколь-нибудь яркой реакции. — Какого чёрта ты вытворял по телефону?       — Прости, Ди…       — Ты меня, мать твою, диваном назвал!       — Опечатался, — он повёл плечом.       — Я тебе твой кривой нос сейчас в обратную сторону сломаю, — пообещала я и, противореча самой себе, разжала руки, отступая назад. На пальцах осталась белая крошка, пришлось вытереть ладони об джинсы. — Я всё ещё жду объяснений, псих.       Юноша тяжело вздохнул, разглаживая смятую мной футболку. Опустил взгляд, носком кроссовка катая обломок мела по полу. Предложил:       — Пошли отсюда?       Мы шли молча, кажется, это входило у нас в привычку. Не говорить по дороге. Не встречаться в спокойной обстановке. Издеваться над моим именем.       Его игра в прятки заставила меня понервничать. Придурок вырубил телефон — позже он сказал, что гаджет разрядился и выключился сам — а я знала не так много мест, где его можно было искать. Пока я носилась по городу, как угорелая, он успел исписать половину пачки мела.       Вторую половину он уничтожил, пока я пыталась включить голову и подумать.       Он много рассказывал мне. Всю свою жизнь, заключённую в одном единственном человеке. Помнил каждое слово и каждое действие. Конечно же, всех его рассказов я не запоминала, даже не пыталась. Но отыскать в памяти что-то полезное смогла.

Она даже сказала, где её искать, понимаешь? Когда она умрёт. Это так глупо, да? Мы договорились, что тогда она станет призраком и мы сможем использовать наши талисманы для связи. В заброшенной школе. Это были шутки. Я понимаю. Но сейчас это кажется таким важным…

      — Ты правда рассчитывал её увидеть?       С трибун недостроенного и давно заброшенного стадиона открывался прекрасный вид на уходящую вдаль реку, блестящую от заходящего солнца.       — Нет, — парень бездумно смотрел вдаль.       — Тогда какого чёрта?       Он обернулся на меня будто бы удивлённо. Смущённо почесал шею, явно не решаясь ответить на вопрос.       — Слушай, я всё ещё хочу тебя ударить. Ты пока не убедил меня в том, что я не должна этого делать, — закинув ногу на ногу, напомнила я. — Ты устроил этот цирк, а сам даже напиться не смог, тряпка. Так чего ради я тут торчу?       — Прости. Я хотел, чтобы меня нашёл кто-то. Убедиться, что кому-то не плевать. Напиться и забыться, чтобы не было боли. Но в последний момент мне показалось, что, убегая от боли, я её предам. И себя предам.       — А я бы выпила сейчас, — вздохнула я. Где-то вдалеке засвистел соловей, его песню тут же подхватил ещё один. Я постепенно успокаивалась, убеждаясь в том, что всё было хорошо. Ничего страшного не случилось. Никто даже не напился. А я выиграла в прятки.       — У меня нечего, мне не продают. И я потерял паспорт, — он пожал плечами и виновато улыбнулся уголками губ.       — Неудачник.       — Это нравится мне больше, чем идиот, придурок и псих, — он улыбнулся шире и увереннее.       — Значит, неудачник. Ты хотел, чтобы тебя нашли. Я нашла. Что дальше?       — Твоя очередь прятаться.