Белый Альбом

У Шамсиэля было плохое предчувствие. Разумеется, не он один сомневался в правильности этой затеи, Мияко тоже была не в восторге от того, что оживленный ею человек оказался не так прост, как хотелось бы. Она буквально потеряла покой. Нервы ее переполняли, Святая еле дожила до конца вечера, который провела со своей волейбольной командой. И только вернувшись домой, заперев дверь в свою комнату и переведя дух, она вдруг спохватилась и начала рыться в своей спортивной форме в поисках клочка бумаги, который вместе с мячом передал ей тот человек. — Сдается мне, ты совершила ошибку в выборе объекта, — безучастно проговорил Небожитель неподвижными губами. Девушка хмыкнула: — Раз так, значит буду разгребать все сама. — Она покосилась на белую фигуру, не прекращая поисков. — А ты, помнится, в начале говорил, что не собираешься вмешиваться в мои решения. — Сейчас дело другое, Мияко. — Не смотря на то, что непроницаемая маска лица осталась недвижимой, в голосе Шамсиэля прозвучало раздражение. — Когда сталкиваются две враждующие силы, возникает необходимость бороться за свое влияние. — Враждующие силы? — Святая выгнула бровь. — В Инглориуме? — Не только Инглориум участвует в регулировании потока жизни и смерти, — покачал головой Праведный Гнев. — Инглориум лишь одно из измерений, контактирующих с вашим миром. То существо является созданием иного рода. — Иного? — Девушка отвлеклась от поиска бумажки и выпрямилась. — Оно обитает в вашем мире? — Скорее, под ним. — Небожитель сел на письменный стол. — Инглориум находится выше измерения, в котором обитают эти твари, зовущие себя Богами Смерти, Шинигами. — А ты не очень их любишь, да, — усмехнулась собеседница. Небожитель не ответил. — Ну и чем же они опасны конкретно для меня? — Для тебя фактически ничем, — проговорил он задумчиво. — Ты держатель Белого Альбома, к тому же связанная с оживленным человеком. Пока он не умрет, твое время смерти не определено, а значит жизнь нельзя оборвать с помощью Тетради Смерти. — Тетрадь Смерти? — Девушка вернулась к поискам листочка. — Вещь, способная убивать на расстоянии. Мне неизвестно, как именно она работает, но что-то подсказывает, что ее строение схоже с Белым Альбомом. Фактически, она может убить даже Небожителя. Тот человек разговаривал с Шинигами. Отсюда вывод. Он-нынешний владелец Тетради Смерти. Мияко закусила губу. Что-то новое. Значит, сверхъестественные способности есть не только у Святой. Вот черт, сдается, девчонка действительно сильно влипла, оживив именно этого человека. У Ягами Лайта оказался скелет в шкафу. Святая вернула в этот мир убийцу. Со всеми его воспоминаниями и навыками. Вот она, ее роковая ошибка. Из-за которой она может умереть раньше времени. Радовало лишь то, что под воздействием Белого Альбома некоторые его воспоминания вскоре помрачнеют и исчезнут. Если он сделал все правильно, появится новая временная линия. И его память о старой неизбежно пропадет. Так написано на заднем форзаце Альбома сияющими серебром латинскими буквами. И девушка была склонна верить написанному там, это ведь писал сам Шамсиэль. Наконец девушка отыскала записку. Уже сильно помятую, однако не порванную, что было уже хорошо. К тому же, она ее не потеряла. Немаловажный факт. Хаибара развернула смятый листок и вчиталась в наспех начертанное. — Завтра, после уроков, да… — Святая сделала глубокий вдох. Он приглашает ее устроить очную ставку. «Нужно о многом поговорить», так он написал. Значит, ему известны подробности его возвращения с того света. Хитрый человек. Безумно хитрый и находчивый. Такому опасно переступать дорогу. Боги. Хотела спастись, а вырыла себе могилу. Теперь у нее не оставалось другого выхода, кроме как пойти у него на поводу и явиться в назначенное время в указанное место. Лишь бы их никто не увидел. Особенно Уми. Потом последствий не оберешься. Ученица женской академии, которая по вечерам видится с молодым человеком, о ней могут пойти сплетни. Святой очень не хотелось быть предметом толков и пересуд у своих одноклассниц. Но выхода все равно не было. Ей нужно было идти. И она пошла.

***

Воспоминания Лайта о последующих событиях начали стремительно тускнеть. Началось все с малого. Из памяти пропали имена. Большинство имен людей, напрямую связанных с его смертью, полностью стерлись, и даже попытавшись вспомнить, он этого сделать не смог. Дальше-хуже. Начали стираться из зрительной памяти лица, потом дни, месяцы, годы. К вечеру в его памяти не было ни одного события из альтернативного будущего, которое он бы мог вспомнить в подробностях. Остались только размытые воспоминания, похожие на неясные образы. Ни одного лица. Ни одного имени. Ни одного голоса. Рюк усмехнулся. Не прошло и года. Шинигами впервые видел Белый Альбом в действии, однако то, что он знал о ней, подтверждалось. После изменения одного события из своего прошлого, он начал забывать, что произошло в альтернативной ветке, из которой пришел. Он сливался с новым собой. Вот оно. Проклятье Белого Альбома, распространившееся на Лайта. Что же. Теперь будет повеселее. Ведь он же теперь не сможет убить всех своих врагов сразу. Ему снова придется их вычислять. Сегодня Лайт собирался встретиться со Святой. У него наверняка возник еще один вопрос после внезапно настигшей его амнезии. Ярко светило солнце. Девушка сидела на скамейке на автобусной остановке и болтала ногами, надувая пузырь из жевательной резинки. Пришла все-таки. Изначально Лайт сомневался, что она решится, однако девица оказалась не промах. Она прекрасно поняла. Лучше не делать лишних движений, если не хочется горько об этом пожалеть. Заметив его приближение, она щелкнула надутым только что розовым пузырем и поправила козырек кепки, вставая со своего места и наигранно улыбаясь. Да, она все-таки умное создание. Сразу поняла, что изображая давно знакомых, они не привлекут лишнего внимания, а значит смогут спокойно поговорить. Да, в сообразительности ей не откажешь. — Здравствуйте, — Девушка подошла вплотную, все так же улыбаясь. Ягами кивнул, нацепив на лицо одну из своих дружелюбных масок. — Здравствуй. — Он предложил ей руку и фальшиво улыбнулся. — Прогуляемся? Та недоверчиво приняла предложение, хотя взять его за руку отказалась. В миндалевидных ореховых глазах мелькнула брезгливость. Вот как. Значит, обаять ее не удастся. Пусть так. Не очень то и хотелось. Святая пошла чуть впереди, изредка поглядывая назад. Они дошли до парка, до самой безлюдной его части, в которой не было пешеходных, мощенных брусчаткой дорожек, только парочка скамеек и глухая стена из можжевельника. Здесь их подслушать не могли. Девица присела на скамейку. Доброжелательность на ее лице сменилась ледяным, недоверчивым выражением. — Ну и что же вам нужно? — Спросила она. Ее голос прозвучал резко, словно скрежет металла по стеклу. Ягами хмыкнул. Если уж они оставили любезности, значит и ему не за чем притворяться, что эта беседа ему по душе. Лучше перейти сразу к делу. — Ты Святая, верно? — Спросил он напрямую. Она кивнула головой и облокотилась на спинку скамейки. — Ты вернула меня. — Ну, — она закатила глаза и хмыкнула. — Вернула. И что? — Ореховые глаза обратились к Лайту. — Получил второй шанс, и радуйся. Зачем копаться в этом? Живи. Проживай этот отрезок жизни заново и исправляй свои ошибки. А я буду жить в своем мирке. Связывать наши жизни не имеет ни какого смысла. — Никакого смысла, верно? — Разбирал смех. Какая наглость для пятнадцатилетней девчонки, так разговаривать с молодым человеком старше ее года на два! Но, признаться, эта наглость ему импонировала. Эта девушка не была наивной дурочкой, какой заставляла себя считать. Она ничего не делала бездумно. — В таком случае, во избежание эксцессов, просто сообщи мне все, что меня интересует, и разойдемся добрыми знакомыми. — Такая сделка меня устраивает, — Немного подумав, кивнула Святая. — Спрашивайте, и я расскажу. Но взамен расскажите о том, что интересно мне. О Тетради Смерти. Рюк вдруг начал хрипло посмеиваться. Шамсиэль, вот паршивец. Значит, рассказал Святой о Шинигами. А эта девчонка не преминула воспользоваться ситуацией и выпытать все, что можно, о мире, к которому не принадлежит. Она похлопала ладонью по скамейке рядом с собой: — Спрашивайте. Лайт не спешил присаживаться. Он долго оценивающе оглядывал Святую сверху вниз, ища подвох. Что-то в ее облике настораживало. Что-то, чего он не мог понять. То ли эта совсем не женская расчетливость, то ли полуусмешка, с которой она на него смотрела, то ли то, что она знает о Тетради Смерти. Хотя, наиболее вероятно, что узнала она о ней так же, как сам Ягами о Белом Альбоме. От потусторонних сил. Иными словами, через Небожителя, с которым она связана. Но пока это недоверие можно было отбросить. Пока не выяснит все, что ему нужно. — У меня есть три вопроса. «Зачем», и два «Почему». Первый, — Лайт еще раз смерил девушку взглядом. — Зачем ты меня вернула? Святая вздохнула, надула еще один пузырь из уже потерявшей вкус жевательной резинки и, лопнув его, выкинула ее в урну. Потом она встала со скамейки: — Давайте пройдемся. — И, не дожидаясь ответа, пошла по тротуару к людному центру парка. — Вообще-то, — Начала она свой рассказ. — Я жизнь свою спасала. Так что, не думайте, что во мне проснулась жалость к бывшему когда-то смазливым трупу, и я решила снова дать ему жизнь. Ни капли. Мне оставалось жить всего ничего. Чуть больше полугода. Вот Шамсиэль и предложил рискнуть всем и потратить последнее время жизни на какого-нибудь бедолагу. Предупреждая следующий вопрос, оживлены именно вы только потому, что подходили под условия и могила первой попалась на глаза. Надо же, какая меркантильная. Ягами усмехнулся. Заботится только о своём благополучии. Хотя, больше ничего ожидать не приходилось. — Хорошо. — Он покосился на Рюка, летевшего позади, потом снова посмотрел на Святую. — Тогда еще одно. Я теряю память. Почему? — Это закономерно, — ответила девушка, обернувшись. — Вы изменили свою модель поведения. Значит создали новую временную параллель. А если создали, значит к той, старой, больше не принадлежите. Через пару недель, вот увидите. Не будет даже намека на воспоминания о той жизни, которую вы вели до смерти. Таковы условия Альбома. Полагаю, о нем Вы знаете. Это все? — Лайт утвердительно кивнул. — Тогда переходим к моему вопросу. Как работает Тетрадь Смерти? Ягами закатил глаза. Разумеется, слова о том, что они мирно разойдутся, были лишь уловкой. Он не мог отпустить просто так человека, который мог испортить его планы. К тому же, Святая знает о Тетради Смерти. Теперь он точно не может оставить ее без внимания. Он уверен, что и она понимает, что это условие их договора выполнено не будет. Они знают друг о друге слишком много, чтобы просто разойтись. Девица не глупа. Она должна это понимать. И прежде чем окончательно заставить ее следовать за ним, предстояло совершить еще одну маленькую хитрость. — Хочешь узнать о Тетради Смерти? — Он резко повернулся к девушке спиной, вынуждая ее за собой последовать. — Тогда иди за мной. И сможешь прочитать все сама. Прочитать? Лицо девушки внезапно потеряло свою непроницаемость. На нем отразилась заинтересованность. Прочитать, значит увидеть Тетрадь Смерти своими глазами. Но тут же осеклась: тут должен таиться подвох. Этот человек не похож на того, кто безвозмездно посвятит в свою тайну. Однако, соблазн взглянуть на то, о чем говорил Шамсиэль, был слишком велик. Девушка дотронулась до рюкзака, где находился Белый Альбом. Потребует ли он в ответ показать ему то, что его вернуло с того света? Если потребует, придется подчиниться. Ну, а пока она тихо побрела вслед за Ягами Лайтом. Шамсиэль вздохнул. Бедная девочка. Даже не догадывается о том, что попалась на уловку. Святая сама загоняет себя в ловушку. Но у Небожителя, к сожалению, нет полномочий на то, чтобы ей об этом сказать.