Жизнь лучше при тоталитарном режиме

      Ладно, Стэн был взбёшен и немного удивлён тем, что сделал Кенни, но, по крайней мере, теперь всё возымело смысл. Просто Кенни во всём усматривал секс и распускал слухи из соседнего подъезда.       Поскольку проект должен был быть сдан в следующую пятницу, Кайл настоял на том, чтобы ребята встретились в библиотеке в субботу. Прибыв на место (Картман ныл, что жертвует выходными ради домашней работы), друзья поняли, что Кайл не был единственным, кто решил прийти сюда; группа Венди тоже была здесь, монополизировав лучшие места в заднем углу.       Стэн не должен был удивляться. Венди и Кайл сблизились из-за научных работ и экзаменов. Всё началось ещё давным давно, когда Кайл впервые открыл для себя дедлайн и чуть не покончил с собой: он три недели не спал и не пил ничего, кроме кофе. Казалось, что появилась новая копия Твика. В итоге родителям пришлось положить его в психушку, где он якобы видел то ли Бога, то ли неисправную сорокаваттную лампочку. Кенни всех заверил, что разницы особо нет: ни то, ни другое никогда не работает, как надо.       (Стэн спросил его, что говорит Бог. Кайл ответил, что Бог говорил низким электрическим гулом, непонятным для простых смертных).       Потом Кайл узнал, что, несмотря на то, что он пережил небольшой нервный срыв, по количеству баллов он был на втором месте. Он разыскал Венди и выпросил у неё секрет; она согласилась позаниматься с ним, и он, очевидно, влюбился в её блок-схемы и цветные заметки. С тех пор они собирались каждый четверг и занимались или, как говорил Кенни, «трахали мозги».       Сначала у Стэна были серьёзные проблемы. Кайл сначала смеялся над этим и уверял Стэна, что его интересует от Венди одно и только одно, а именно её расписание. Однако через некоторое время ему это надоело, и он сказал Стэну, чтобы тот прекратил свои придирки и смирился с этим.       — Написать обо всём хорошем, что сделал Гитлер. Это, — сказал Картман, — будет самым лёгким заданием.       — Картман, — сказал Кайл сквозь стиснутые зубы. — Я тебя предупреждаю: если ты ещё что-нибудь скажешь…       — Давайте вспомним о его блестящем решении истребить евреев.       — Твою мать, Картман, заткни свой поганый рот!       Библиотекарь бросила на Кайла грозный взгляд. Тот надулся и начал листать книгу. Следующие тридцать минут они сидели в тишине; каждый раз, когда Картман открывал рот, Стэн пинал его под столом.       — Чёрт возьми, — наконец вырвалось у Картмана, — перестань пинать меня, ты, сраный хиппи!       — Кайл? Мне нужна твоя помощь.       Картман обернулся; Стэн, Кенни и Кайл оторвали взгляды от книг. Рядом стояла Венди, сжимая горстку заметок и книгу о корейской экономике.       — Чего тебе, шлюшка?       Венди посмотрела на него.       — Я с тобой не разговаривала, Картман, — с презрением сказала она. — Мне нужна помощь с проектом. Видите ли, моя группа…       — Вот что я тебе скажу, — сказал Картман. — Я буду щедрым и помогу тебе. Ты будешь работать, а я буду управлять. Сначала сходи за книгами…       — Картман! — огрызнулась она. — Я не нуждаюсь в помощи от расиста с манией величия, как у тебя!       — Господи, ну ты и стерва, когда просишь об одолжении.       — Эм, Венди? — попытался вмешаться Кайл, но Венди, казалось, забыла о существовании трёх других парней.       — Я попрошу тебя об одолжении, когда у меня из задницы вылезет галапагосская черепаха!       — Ну, я всегда знал, что у тебя там что-то есть.       — Венди.       — Ты сукин…       — Венди!       — Что? — прорычала она, а потом, казалось, вспомнила, что пришла поговорить с Кайлом. — О. Точно. Ну, Джимми только рассказывает анекдоты, а Эндрю и Вероника продолжают играть в брачные игры, а я вообще не могу ничего сделать. Всё, что я могу найти, это информация о незаконнорождённых детях Ким Чен Ира и договоре о нераспространении ядерного оружия.       Кенни наклонился впёред и внимательно осмотрел девушку.       — Я бы был не против поиграть с тобой в брачные игры.       — Фу, Кенни, — сказала Венди и сложила руки на груди.       — Ты же в курсе, что только выделяешь их руками?       Она быстро опустила руки и нахмурилась.       — Конечно, Венди, — сказал Кайл, отбрасывая книгу в сторону. — Я всё равно ничего не найду. Я возьму несколько книг и пройдусь по ним с тобой.       — Ты возьмёшь Кенни с собой? — спросила она, бросив взгляд на парня, о котором идёт речь, и одёрнула подол своей юбки, немного потянув его вниз.       — Пошли, Кенни.       — Я лучше останусь здесь, — сказал он, ухмыляясь. — Что скажешь, Венди? Мы можем закончить этот проект и перекусить… Может быть, ты сможешь сделать мне…       — Ну же, ты, нищий кусок дерьма, — внезапно огрызнулся Картман и схватил Кенни за ворот, опрокинув стул и не дав договорить. Кайл уставился на них, немного ошеломлённый происходящим, а потом пошёл за ними.       — Тупица, это секция художественной литературы, политика находится в другой части библиотеки…       Венди немного поправила юбку, потом села рядом со Стэном и улыбнулась ему. Он полуулыбнулся в ответ, затем отвернулся и ударил пальцами по столу. Стэн никогда не знал, что сказать Венди. Он вообще не разговаривал с ней с пятого по восьмой класс, а потом она слишком часто начала заглядывать к Кайлу.       К сожалению, в то время как он предпочитал неловкое молчание, Венди, казалось, была полна решимости начать неловкий разговор.       — Я слышала, ты пригласил Лиз на свидание.       — М-м-м, — сказал он. Он и правда не хотел говорить об этом, потому что даже не хотел об этом думать. Он открыл книгу и уставился на строчки, надеясь, что Венди поймёт намёк.       — У вас всё не гладко с Кайлом?       Стэн уронил книгу на ногу. Матерясь под нос, он потянулся за ней вниз и потёр палец ноги.       — Слушай, — сказал он, — Кенни всё это выдумал. Это лишь дерьмо собачье и…       — Кенни? — повторила Венди. — А причём тут вообще Кенни?       Стэн нахмурился.       — Ты… Разве ты узнала об этом не от Кенни?       — Нет.       — Тогда от кого ты это услышала?       — Никого.       — … Что?       — Это должно было быть секретом? Извините, но вы ребята совсем не умеете скрываться.       — Что? Венди, мы не встречаемся.       Она растерянно посмотрела на него.       — Почему нет?       — «Почему нет»? Что ты имеешь в виду под «почему нет»?       — Я имею в виду, что вы явно нравитесь друг другу.       — Нет, не нравимся! Он мне не нравится! Мы не нравимся друг другу!       Она нахмурилась.       — Но… ещё в четвёртом классе ты ревновал, потому что я была его напарницей на том задании с яйцами.       — Что… Я ревновал, потому что он был твоим напарником!       — Правда?       — Да!       — О.       — Почему все так говорят? Мы с Кайлом ЛДН! И на этом всё!       — Верно, — сказала Венди. — Любовники-Друзья Навсегда.       — ЛУЧШИЕ! ЛУЧШИЕ друзья навсегда!       — Если ты продолжишь так кричать, — сказал Кайл, появляясь с охапкой книг, — нас выгонят из библиотеки, — Картман и Кенни следовали за ним; Картман, по-видимому, решил превратить Кенни в своего собственного мула, поскольку тот нёс в два раза больше книг, а у Картмана не было ни одной.       — Почему ты вообще кричишь? — спросил Кайл, плюхнувшись на стул и открыв одну из книг.       — Кайл, — сказал Стэн, крутясь на месте. — Люди думают, что мы встречаемся.       — О? — сказал Кайл, не отрываясь от книги и даже немного закрывая ею лицо. — Как… шокирующе и неожиданно.       — Да! Именно! — сказал Стэн, которому эта новость не давала покоя со вчерашнего дня.       — Чувак, ты всё ещё думаешь об этом? — спросил Кенни, сбрасывая свой груз книг на стол.       — Боже! Это просто смешно! — внезапно закричал Кайл, хлопнув книгой об стол.       — Я знаю! — сказал Стэн. — Это совершенно безосновательно…       — Не это, — сказал Кайл, отмахиваясь от него. — Этот грёбаный проект! Этот засранец мистер Доркас специально подсунул мне Гитлера.       — Вы нашли что-нибудь о Ким Чен Ире? — с надеждой спросила Венди. Кайл показал на книги Кенни.       — Я нашёл кое-что о состоянии их экономики, армии и всего такого. Это всё, что есть в библиотеке.       — Большое спасибо, Кайл, — искренне сказала она, хватая книги. Она несколько обеспокоенно улыбнулась Стэну, прижалась книгами к груди, когда заметила, куда устремлён взгляд Кенни, яростно посмотрела на Картмана и вернулась к своему столу.       — У неё фантастические ноги, да? — громко спросил Кенни. — Она немного плоская, но, думаю, со спортивными девчонками всегда так.       — Чёрт возьми, Кенни, — зарычал Стэн. — Ты можешь не думать о сексе или без него у тебя голова взорвётся?       — Слушай, извини за листовки. Чего ещё ты хочешь?       — Я хочу, чтобы ты прекратил распускать эти глупые слухи!       — Вы все смеялись, когда я в четвёртом классе всех убедил, что у Клайда только одно яичко, — пробормотал он, хотя его комментарий был не расслышан из-за капюшона. Он откашлялся и со всей отчётливостью сказал. — Я говорю только то, что думают все остальные.       — Что! Никто НЕ думает, что я гей!       — О, серьёзно? Тогда о чём вы с Венди разговаривали?       Стэн издал яростный звук.       — Я расспрошу ВСЕХ об этом.       Кенни приподнял бровь.       — Ты расспросишь… всю школу о том, думают ли они, что ты трахаешься с Кайлом?       Стэн немного покраснел, но не потерял решимости.       — Да, чёрт возьми! И все скажут, что нет! Верно, Кайл?       — М-м-м, — сказал Кайл, прячась за учебником.