Leave No Soul Behind

Главный транспортер корабля ЭПАС класса «Созвездие» представлял собой модифицированный ангар. Обычное устройство Звездного Флота на шесть-десять человек просто не подходило судну, которому приходилось эвакуировать большое количество людей в ограниченный промежуток времени. И как бы это выглядело? “Извините, дамы и господа, мы сейчас вас спасем, но выстройтесь, пожалуйста, в очередь”? Нет, Джим был уверен, что это не сработает. Обычно он не ощущал дискомфорт в транспортерной. В ходе получения дополнительных компетенций Джим много раз работал здесь с Кристиной Чепэл и помогал эвакуировать раненых. Какому боевому офицеру не пригодятся медицинские навыки? К тому же, он не мог позволить себе прохлаждаться, пока альфа команда работала в полную силу? В тот день все было иначе. Никаких тебе сигнальных огней, суматохи, носилок, врачей и раненых. Вместо этого он стоял рядом со Споком после неудачной миссии на «Тат’саре». Джим чувствовал себя точно таким же дезориентированным, как и полчаса назад, из-за внезапных изменений в плане. Операционники получили недвусмысленное сообщение от научного вулканского судна после того, как команда шаттла покинула корабль. Скорее всего, они зарегистрировали изменения гравитационного поля в том месте, в котором не единожды побывал Нерон. Несмотря на это, по приказу главного штаба ЭПАС на Луне, «Сталворт» должен был эвакуировать команду из двадцати двух ученых и доставить их в Ну’ри Ах’рак на Новом Вулкане. Эта миссия была больше дипломатической, чем спасательной, но министр здравоохранения попал под давление руководства Федерации и подчинился послу Вулкана на Земле. Учитывая, кого именно они эвакуировали, игра в “такси” могла благоприятно сказаться на политической ситуации. Джим стоял слева от Спока и размышлял. Будучи напарником командира дивизиона, он был полон сомнений. Если уж экипажу «Тат’сара» так сильно требовалась помощь, то почему они не позволили взглянуть на их варп-двигатели? Он пытался сказать себе, что все в порядке, и нет ничего особенного в том, что они — Спок, Джим и единственный инженер — стоят в пустой транспортерной. Ряды круглых платформ на полу казались бесчисленными, хотя Джим знал, что их количество не превышает и ста двадцати. Но неподвижность неестественно тихого Спока заставила Джима думать о том, что они ждут целую армию, а не горстку мирных вулканских ученых. — Лейтенант, — безмятежно произнес Спок, как будто это было простым приветствием. Джим покосился на коммандера и скопировал его жест, сцепив руки за спиной. Спок внешне выглядел абсолютно бесстрастным, но его выдали позеленевшие костяшки плотно сжатых пальцев. Идеальная неподвижность свидетельствовала о том, что коммандер держит себя под железным контролем. Джим немного повернулся, привлекая внимание: — Все нормально? Бровь коммандера медленно приподнялась: — О чем вы? — Вы кажетесь немного… — Джим пытался подобрать слово, но в итоге сдался и сказал прямо. — Взволнованным. Вторая бровь взлетела вверх, выражая удивление: — Уверяю вас, это не так. — Да, конечно, — Джим послушно повернулся обратно. — Просто хотел сказать… Спок шагнул в сторону, вставая ближе к Джиму. — Вы планируете закончить предложение? — Уже, — ответил Кирк. Спок невольно моргнул: — Вы самый нелогичный человек, которого я знаю. От ответа Джима спас нарастающий гул транспортера. Оба офицера обернулись на золотой свет и увидели двадцать две высоких фигуры. Казалось, что Спок стал еще прямее, хотя это вряд ли было возможно. Искры света рассеялись, и один из гостей сделал шаг вперед. Джим узнал его — тот самый вулканец с экрана коммуникатора. Насколько Джим мог судить, он был среднего возраста, по вулканским меркам. Мужчина поднял руку в жесте та’ал, который оба офицера с легкостью повторили. — Мене сакхет ур-севех, — произнес ученый в традиционном приветствии. — Сочья эх ди, — ответил Спок. Он выглядел почему-то совсем иначе, когда говорил на родном языке. Джим промолчал и аккуратно опустил руку. Он уже подзабыл вулканский, но казалось маловероятным, что кто-то перейдет на стандартный язык, учитывая обстоятельства. — Senekot wimish, du Spohkh cha'Sarek wimish, ha, — продолжил странный вулканец. — Ha, Spohkh wimish. Na'shaya, Senekot ang'jmizn. Джим следил за разговором, пытаясь уловить общий смысл. Спок назвал Сенекота вулканским эквивалентом капитана, и Кирк ответил уважительным жестом приветствия, когда тот впервые взглянул на него. Спок наклонил голову и представил человека: — Лейтенант Джеймс Кирк. Мой первый офицер. — Лейтенант, — ответил Сенекот на стандарте и снова вернулся к Споку. — Благодарим за помощь. — В этом нет необходимости, — ответил коммандер. — Согласен, — признался вулканец. — Но я знаю, что вы провели много времени в обществе людей. Я не хотел вас обидеть. — Я вулканец, — просто ответил Спок, заметив тон собеседника. Сенекот оглядел худощавую фигуру Спока, и Джим повторил это действие. Спок был стройнее других вулканцев, а кожа — более бледной из-за отсутствия ультрафиолетового излучения. Волосы, остриженные после радиоактивного воздействия несколько недель назад, были короче глянцевых причесок инопланетных ученых. Он стоял перед ними в простой форме ЭПАС, которая отличалась лишь тройным сверкающим значком, свидетельствующим о звании коммандера. Сенекот молча повернулся, чтобы подозвать остальных членов команды, и вступил с ними в тихий диалог. Джим почувствовал на себе взгляд Спока, который, без сомнения, собирал и каталогизировал каждую его человеческую реакцию. Кирк постарался глубоко выдохнуть и вернуть себе контроль к тому времени, как Сенекот снова повернулся к ним. — Вы взяли наше судно на буксир. — Да, — подтвердил Спок. — Если вы готовы, я покажу вам каюту. — Это приемлемо. — Я сожалею, что мы не можем предоставить индивидуальные каюты каждому члену вашего экипажа. «Сталворт» был разработан с целью предоставить убежище большому количеству разумных существ на короткий промежуток времени, а не для того, чтобы обеспечить необходимыми условиями небольшую команду на долгое время. — Объяснения не требуются. Мы вулканцы, — ответил Сенекот, пристально посмотрев на Спока. — Нам не нужна роскошь. Джим заметил, как Спок напряг скулы, прежде чем ответить: — Сообщите, если вам что-то потребуется. — Конечно. — Сюда, — Спок, широко шагая, быстро вышел из комнаты — он чувствовал, что должен как можно быстрее закончить этот разговор. Коммандер был предельно напряжен и собран. Джим, не скрывая недовольства, едва поспевал за Споком. Он что-то упускал, и не мог понять, что именно. Это раздражало. Для удобства гостевые каюты располагались на том же уровне, что и транспортер. Было бессмысленно размещать их на других палубах, тем самым перегружая турболифты. Спок показал, как работают программируемые замки, и экипаж «Тат’сара» расположился в комнатах по четыре-пять человек. Они, вероятно, хотели поскорее привыкнуть к временным условиям проживания. Сенекот остановился у двери в каюту, которую решил разделить с двумя другими вулканцами. — Спок, ваш отец приветствует вас от моего имени. — Я ценю то, что вы передали сообщение, — без удивления или радости ответил коммандер. — Я лишь исполнил свою обязанность по отношению к уважаемому члену Вулканского совета. Даже Спок засомневался, как ему отреагировать — интерпретировать подобные слова было довольно трудно. — Учитывая необходимость нашего присутствия на четвертой планете системы Робикон, ожидаемое время прибытия в Ну’ри Ах’рак составляет три стандартных дня, — сменил Спок тему. — Я понимаю, — кивнул Сенекот и исчез в каюте. Спок замер, опустив руки вдоль тела. — Почему меня не покидает чувство, что вы ему не нравитесь? — процедил Джим сквозь зубы. — Я сомневаюсь, что Сенекот потратил силы на то, чтобы сложить личное мнение обо мне, — категорически ответил Спок. — Учитывая, сколько времени нам придется провести на одном корабле, это стало бы пустой тратой времени, — взгляд коммандера приклеился к двери перед ним. Чувствуя себя почти оскорбленным, Джим уперся руками в бедра: — Ну да, это намного лучше. Спок безучастно посмотрел на него, но во взгляде читалось что-то знакомое. — Это сарказм. — Сто очков вперед, — сгримасничал Джим. — И как вы догадались? — Вулканцы не гадают. — А вы гадаете, — возразил Джим, зная, что прав. — Возможно, — напряженно согласился Спок. — Так или иначе, Сенекот посчитал необходимым напомнить вам и мне, что я вулканец лишь наполовину. В голове Джима что-то щелкнуло, и улыбка исчезла с его лица: — Так все представление было только ради этого? — Предполагаю, что так, — Спок медленно повернулся и направился обратно. — Если мои собственные предвзятые суждения не мешают прийти к объективному выводу. — Вы торопитесь и вечно забегаете вперед со своими выводами, — усмехнулся Джим. Спок взглянул на человека и тут же отвел взгляд, давая понять, что он прав. Джим лишь удивленно наморщил лоб. Он не знал, как реагировать на признание коммандера в эмоциональной скопрометированности. Спок казался расстроенным. Он снова сцепил руки за спиной — верный признак того, что коммандер пытался казаться истинным вулканцем. Какое-то время они шли молча. Джим обдумывал странную неприязнь Сенекота к Споку. По какому-то нелепому капризу вселенной высокомерная команда «Тат’сара» попала в руки единственного вулканского командира в ЭПАС. — Знаете, — начал рассуждать Джим вслух. — Наличие предрассудков слишком нелогично для вулканца. Спок остановился на перекрестке — он направлялся на встречу с командным составом, в то время как Джим договорился встретиться с МакКоем в противоположной стороне. Их глаза встретились. Джим поднял руку и оперся ею о стену над плечом вулканца, не нарушая его личное пространство. Спок с трудом сумел сохранить отстраненное выражение на лице. — Вулканцы не застрахованы от нелогичного поведения. — Просто помните, что они здесь всего на несколько дней, — заговорщически произнес Джим. — Я вряд ли это забуду. Джим фыркнул, старательно сдерживая смех, и опустил руку. Они оба одновременно развернулись и зашагали в противоположных направлениях. Сам не зная зачем, Кирк остановился и глянул на Спока. Линии его фигуры были четко очерчены в искусственном корабельном свете. При каждом шаге гибкая ткань униформы немного деформировалась: в сгибе колена, на бедре и плече — когда вулканец, ритмично покачивая рукой, двигался вперед. — Коммандер! Спок замер и резко обернулся. Даже с этого расстояния Джим сумел разглядеть вопрос, мелькнувший в глазах вулканца — он изящно вскинул брови. Спок ждал объяснений. — Могу я встретиться с вами чуть позже? — В тысячу восемьсот, — ответил Спок. — В моей каюте. — Нам необходимо утвердить план действий на Робиконе. Коммандер тут же отвернулся. Продолжив путь, он вскоре скрылся за поворотом.

***

Джим решил не медлить и потратил свой обеденный перерыв на то, чтобы навестить Эйшу в реабилитационном корпусе. Ей не позволили высадиться на ближайшей базе Звездного Флота и решили держать под постоянным наблюдением на корабле, пока они не достигнут системы Ганта, поскольку именно там можно было найти необходимые технологии для восстановления. Честно говоря, Джим чувствовал себя настоящим ублюдком из-за того, что не навестил ее раньше. Но не мог видеть ее в таком состоянии. Одному богу известно, что Эйша сейчас о нем думала. Кроме того, Кирк был немного занят, подставляя лицо под железные кулаки вулканки. — Эй, привет, — произнесла Эйша, увидев его. — Сама ты “эй”, — ответил Кирк и, сев на неудобный выдвижной стул, положил ладони на кровать. — Как поживаешь? — Ну, знаешь… — она застенчиво сжала пальцами свое одеяло. — Нет, не знаешь. Потому что тебе не приходится справлять нужду в пластиковый пакет. Джим неловко сглотнул: — Черт, Эйша, я не… — Не надо, — прервала она Кирка, покачав головой. — Я не выдержу твоей жалости. Поэтому не надо. Он кивнул: — Окей. Эйша позволила себе снова лечь на подушки. Даже несмотря на темные круги под глазами и шрамы от медицинского вмешательства МакКоя, Джим находил ее красивой. Он хотел сказать ей об этом, но не был уверен, сделает ли этим лучше или хуже. — Я слышала, что ты — это новая я, — слабо пошутила Эйша, скривив губы. — Да, точно. Юбка достаточно короткая? Она фыркнула от смеха, невольно прослезившись. — Дерьмо, — Эйша вздохнула. — Я не смогла предвидеть, что... — Никто никогда не может это предвидеть, — Джим прервал ее и сделал паузу, чтобы убедиться, что Эйша поняла, о чем он. — Ни ты, ни кто-либо другой. На этой работе мы каждый день сталкиваемся со смертью, но это не трогает нас. Может быть, наша психика как-то справляется, чтобы мы могли адекватно выполнять свои обязанности. Я не знаю. Оторванность от реальности освобождает нас от восприятия рисков, — он облизал губы. — Я думаю... Ты достаточно прослужила здесь, чтобы получить свою порцию дерьма, так или иначе. Эйша протянула руку и коснулась ладонью щеки Джима, улыбаясь, несмотря на слезы: — Оказывается, ты не только симпатичная мордашка. Он накрыл ее руку своей: — Не только. Они просидели так некоторое время — ни МакКой, ни сестры не прерывали их. Джим хотел сказать, что ему жаль, что он бы поступил иначе... Но Эйше это не было нужно. Предложить ей что-то большее сейчас было бы оскорбительно. — Я могу что-то сделать для тебя? — спросил Джим. Она неуверенно кивнула. — Позаботься о Споке ради меня, — прошептала Эйша. — Не позволяй ему винить себя в чем бы то ни было.

***

— Эйша передавала привет, — Джим пожал плечами, чувствуя неловкость. В каюте Спока было намного жарче, чем в любой другой части корабля. Коммандер на миг замер, остановив руку на полпути к репликатору. — Вы говорили с лейтенантом Хо? — Да, сегодня днем. Хотел узнать, как проходит выздоровление. Спок медленно повернулся: — Мне тоже следует ее навестить. — Это точно, — согласился Джим. — Думаю, она бы хотела этого. Спок снова посмотрел на человека и что-то в его взгляде говорило о том, что это вряд ли случится. Ничего не ответив, он просто передал Джиму кружку с горячим черным кофе. Приятно удивившись, Кирк взял ее в руку. — Итак, эта встреча с робианским Верховным дьяконом, — начал Джим, закатив глаза, когда они сели друг напротив друга за столом. — Уже придумали, как намекнуть им? — Намекнуть? — Спок приподнял бровь. — Ну, вы же не можете просто прийти и сказать, что мы сваливаем. — Разве? Джим немного расставил ноги, схватил одной рукой край стула и придвинулся ближе. — Слушайте, почему бы не потренироваться на мне? Спок с сомнением посмотрел на Джима, но отставил свою чашку с чаем. Мгновение он собирался с мыслями, после чего произнес: — Мы не можем обеспечить дальнейшее присутствие ЭПАС на Робиконе IV, Ваше Превосходительство. — Как страшно, — усмехнулся Джим, заметив, как лицо Спока приобретает более жесткие черты. — Нужно сказать нечто большее. Солгать, используя зерно правды. — Уловки не приняты среди вулканцев. — Повезло, что у вас есть я, — язвительно заметил Джим. — Давайте еще раз. На мгновение Джиму показалось, что Спок прикажет ему валить и прихватить кружку кофе с собой, но коммандер, кажется, искренне принял неортодоксальный план Кирка. — Ваше Превосходительство, мне жаль, что эта встреча может стать последней. Я нахожу наше сотрудничество вполне продуктивным. Я бы хотел, чтобы данные Звездного Флота оказались неверными, и Нерон не направлялся к центру Федерации через Робикон IV. Джим снова улыбнулся: — Еще слишком очевидно, но вы делаете успехи. — Может быть, вы могли бы продемонстрировать свою технику? Кирк невольно улыбнулся шире — Спок выглядел очень мнительным. — Не обижайтесь, но из вас хреновый лжец, — он пожал плечами. — Многие люди сказали бы, что это хорошо. — Сегодня вы особенно склонны к оскорблениям. — Да ладно, вы не можете быть хороши во всем, — добродушно отметил Джим и протянул руку, чтобы слегка похлопать вулканца по плечу. — Попробуйте еще раз. — Нет. Джим засмеялся, немного откинув голову назад. Он чувствовал себя намного лучше. Тяжело было смотреть на оскорбленного вулканца и еще труднее — быть с Эйшей, такой сломленной и одновременно сильной. Спок невозмутимо смотрел на Кирка, но человек все же заметил едва заметную искорку тепла в глазах коммандера. Что бы Спок ни говорил, ему тоже требовалось нормальное человеческое общение. — Может, нам нужно начать с чего-то попроще, — смеясь, Джим снова протянул руку и коснулся пальцами рукава Спока. — Давайте пройдемся. Не знаю, как вы, но я ужасно голоден. — Вы не обедали? — А вы? — переспросил Джим. Спок колебался пару секунд, но все же поднялся: — Нет. — Отлично! — Джим довольно кивнул. — Мы можем прихватить что-нибудь из столовой и расположиться в смотровом зале. Там и продолжим наш урок. Они вышли из каюты друг за другом. — Ваши метафоры оставляют желать лучшего, — произнес Спок под звук закрывающейся двери.

***

— Ладно-ладно, подождите, — произнес Джим, запихивая в рот очередную порцию пасты. — Дайте мне доесть, прежде чем попробуете снова, или попытаетесь меня убить. Они сидели на низком диване у большого иллюминатора в смотровом зале. Члены альфа смены и операционники еще бодрствовали, но предпочитали ужинать в столовой или в своих каютах, создавая иллюзию приватной жизни. После нескольких неудачных симуляций беседы они оба поняли, что Спок не умеет лгать. Новый план состоял в том, что Джим должен был подготовить почву. А коммандеру оставалось лишь добавить несколько слов. Вулканец позволил Джиму проглотить порцию еды и невозмутимо продолжил: — Мой отец был андорианским торговцем специй. Кирк чуть не подавился, и Спок, сощурив глаза, взглянул на него с беспокойством. Человек фыркнул и потянулся за стаканом воды: — Блин, — выдохнул Кирк, сделав глоток. — Вы уморительны. — Цель этого упражнения — не развеселить вас, — напомнил Спок. — Не переживайте, когда все будет происходить на самом деле, будет не до смеха. — Предполагаю, вы правы. — Давайте еще раз, — кивнул Джим, откидываясь назад на спинку дивана. — Ваша очередь. Джим склонил голову, соображая: — Справедливо. Дайте подумать… — он поднял руку и привычным жестом провел пальцами по волосам. Тарелка с пастой осталась стоять на колене, опасно балансируя. Кра­ем гла­за Кирк за­метил, что Спок прис­таль­но смот­рит на та­рел­ку, навер­ное, рас­счи­тывая ве­ро­ят­ность ее падения. — Так. Придумал, — откашлялся Джим. — Однажды я работал в баре, где вместо официантов были обезьяны. Спок тщательно изучил лицо собеседника: — Вы виртуозный лжец. — А я не врал. Обе брови Спока удивленно приподнялись. — Это местечко рядом с Академией в Сан-Франциско, знаете его? — Джим тут же отбросил такую возможность. — Нет, конечно же, нет. Каждый месяц они меняют вид или расу официантов. На самом деле, эти обезьяны достаточно хороши… Денебианские дьяволы, если быть точным. Их глаза встретились. — Вы солгали о денебианских дьяволах. — Ох, поверьте, я бы хотел соврать. — Одни только санитарные нормы… — Денебианские дьяволы, — уверенно повторил Джим. — Подавали картошку фри. Будь я проклят, если вру. На лице Спока отразилось несколько едва уловимых сложных эмоций — он явно пытался понять смысл высказывания. — Не пытайтесь анализировать, — посоветовал Джим, похлопав его по колену. — Просто ешьте свою пасту и смиритесь с тем, что люди нелогичны. Он скрестил ноги, в очередной раз спасая тарелку от падения. Спок тоже позволил себе облокотиться на подушки. Задумчиво покрутив вилку в руке, он обдумал услышанное. Некоторое время они наблюдали за тем, как на сверхзвуковой скорости мимо проносятся сверкающие звезды. Джим сделал еще один глоток воды, чувствуя себя как никогда лучше. — Лейтенант? — Мы не на службе, зовите меня Джим. — У меня накопилось два года, девять месяцев, три недели, шесть дней, семнадцать целых и шесть десятых часа неиспользованного отпуска. — Эй! — с одобрением воскликнул Джим. — У вас отлично получилось! — Я не врал. — Оу. — Адмирал Пайк предположил, что мы могли бы придумать тайный способ приветствия друг друга, если бы отправились в отпуск вместе. Но я не представляю, как это можно использовать в нашей ситуации. — Это точно, — Джим покосился на него. — Вы планируете взять отпуск? — Недавние события способствовали ротациям смен в команде «Сталворта». Думаю, мое участие логично, — Спок безэмоционально смотрел в иллюминатор. — Нам не обязательно контактировать на протяжении всего этого времени. — Если бы могли выбирать, то куда бы отправились? Левое плечо Спока немного дернулось: — Я не думал об этом. — Может быть, в колонию? Повидать отца? — это бы имело смысл, подумал Джим. Если коммандер говорил правду, то он давно не виделся с выжившими после разрушения Вулкана членами семьи. — Я не уверен, что меня будут рады там видеть. — Оу. Джим не планировал начинать разговор об этом, но сейчас внимательно вслушивался в каждое слово Спока, чувствуя как сердце забилось чуть быстрее. Он немного ссутулился, пытаясь скрыть свой энтузиазм. И как урок лжи превратился в откровенный разговор? Джим внезапно понял, что безумно хочет разгадать все секреты этого вулканца. Он сжал пальцы на стакане и посмотрел на Спока. — Мой отец погиб на военном судне «Келвин» в день, когда я родился, — этот факт не относился к теме их разговора, и Кирк бы никогда не упомянул об этом в ходе простой светской беседы. Но почему-то он чувствовал, что именно сейчас должен был поделиться. Спок чуть сильнее сжал свою тарелку. — У меня есть брат, Сайбок. В нашей семье не принято говорить о нем. — Мы называем моего брата Сэм, хотя его имя Джордж. Он женился на какой-то девчонке и сделал меня дядей, — Спок повернулся, чтобы посмотреть на Джима, а тот просто пожал плечами. — Черт, я даже не знаю, как быть братом. Как я могу быть дядей? — Я последний, кого вы должны спрашивать об этом. — У Сайбока нет детей? — Возможно, — признался Спок. — Я даже не могу узнать, жив ли он. — Из-за того, что случилось на Вулкане? — Да. И не только. — Что он такого сделал, что вы, парни, отвергли его? Спок едва заметно качнул головой: — Он сам отверг нас по причине… Философских разногласий. Джим недоверчиво выдохнул: — Должно быть, это какая-нибудь жуткая философия. — Сурак проповедовал логику. — Окей, тогда понятно, откуда ноги растут, — Джим повернулся к Споку, пытаясь посмотреть на ситуацию таким образом, чтобы она приобрела хоть какой-то смысл. — Ему было труднее со всеми этими вулканскими штуками, чем вам? Губы Спока дернулись в искренней, но нежелательной улыбке так быстро, что Джим подумал, что ему померещилось. — Возможно, — голос коммандера был теплым. — Но я не думаю, что мне было так уж тяжело. — Это не может быть легко, — размышлял Джим вслух о той жизни, в которой любая эмоция могла быть воспринята как признак слабости. — Я не знаю, как вы справились. — Вы общаетесь со своим братом? — спросил Спок, меняя тему. — Не-а, — отмахнулся Кирк. — Практически нет. Я имею в виду, что мы поздравляем друг друга с днем рождения и типа того. Но, даже в такие моменты мы оба смущаемся. Много всего произошло… — внезапно у Джима пересохло в горле и он был вынужден сделать еще один глоток воды. — Много всего, — нерешительно закончил он так, как будто это было все, что требовалось сказать. — Много всего, — повторил Спок, внимательно изучая человека. — Не могу представить себе менее точное выражение. Джим нервно засмеялся и осушил свой стакан. — Уверен, в вулканском должен быть эквивалент. — Уверяю вас, его нет. — Жаль. Я бы хотел узнать это слово. — Вы вполне бегло говорите на вулканском. Для человека с небольшим лингвистическим образованием. — Тх’и-оксалра, — усмехнулся Джим. — У вас настоящее дипломатическое произношение. Вы говорите на чистом вулканском диалекте без посторонних звуков, которые так склонны произносить люди, научившиеся от других людей, — Спок склонил голову. — Вас обучал вулканец. — Все верно, — ответил Джим, наслаждаясь этой небольшой игрой предположений. — А вы научились всеобщему языку у своей матери? — Нет, — почти встревоженно ответил коммандер. — Как и другие дети дипломатов, я прошел продвинутый курс основных федеративных языков. Джим, кто научил вас вулканскому? — Один парень. У него была t'kaul'ama — признался Джим. — Уж не знаю, что он сделал, и за что его исключили из “клуба”, но выглядел он самым вулканистым вулканцем, которого я когда-либо встречал, — Джим ностальгировал несмотря на то, что ему не особо нравилось обсуждать свое детство. — Я был всего лишь ребенком, но, думаю, понимал его чувства. Джим чуть не добавил — “как и вы”, но вовремя сдержался. — Вулканец, не признающий логику, может быть опасным, — нахмурился Спок. — Полагаю, вас не должны были оставлять без надзора с этим учителем? — Ну, — начал Джим. — Это был неофициальный курс. — Объясните. — Я работал механиком в доке, в Айове. Мне было, не знаю… — Джим взглянул на потолок, вспоминая. — Лет тринадцать или четырнадцать. — Возраст, с которого человек может начать работать, составляет пятнадцать лет. — Да, я соврал в заявлении, — тут же отклонил возражение Кирк. — Тем не менее, я неплохо разбирался в электронике, и меня допустили до работы с центральными системами и базами данных.— Джим произнес фразу с вопросительной интонацией, и Спок кивнул, понимая, о чем говорит собеседник. — Тогда я работал над подпроцессором универсального переводчика. Это означало, что я имел дело со всеми носителями языков, которые обращались к этому прибору, — Джим улыбнулся своим воспоминаниям. — Сарек мне сразу понравился. Спок вдруг замер, задержав дыхание. — Что? — спросил Кирк. — Что не так? — Опишите этого вулканца. — Хм… — неуверенно протянул Джим, колеблясь под пристальным взглядом коммандера. — Ну… Старый? Очень старый, даже для вулканца. Чуть ниже меня, но мне кажется, что раньше он был выше. Седые волосы, темные глаза, морщины… Да не знаю я! — он вскинул руки. — Просто старик! Это было полжизни назад, я не помню точно. Спок немного расслабился, но так и не отвел взгляда. — Что не так?! — снова воскликнул Джим. — Сарек весьма необычное имя среди вулканцев. Так же зовут моего отца. — Правда? — Кирк понял, что уже знает об этом из разговора Спока с Сенекотом, тогда он просто не обратил на это внимания. — Ого! И каковы были шансы? — Приблизительно семьдесят две тысячи шестьсот девяносто четыре к одному. — Конечно, — выдохнул Джим. — Неудивительно, что вы так разволновались. — Это второй раз за сегодня, когда вы обвиняете меня в том, что я “волнуюсь”. — Так и было, даже не пытайтесь отрицать. Спок посмотрел на него. — Тем не менее, Сарек научил меня намного большему, чем “привет”, “как дела” и “спасибо”, о которых нам и так рассказали в школе, — Джим пожал плечами. — Было весело. Конечно, многое из того, о чем мы говорили, касалось технической терминологии. Так что, я могу обсудить с вами любые тонкости о проводке и монтажных платах на вулканском. Но, хотя бы раз в неделю он давал мне одно из стихотворений Сурака или что-то из досураковской поэзии. А иногда заставлял меня выслушивать целую лекцию по истории. — Трудно поверить, что вы получали удовольствие от подобных занятий. — Мне нравилось, на самом деле. Было круто, что настолько опытный дипломат обратил на меня внимание. И у меня была куча времени. У детей этого возраста не должно быть много свободного времени из-за обязательного обучения, но Спок не стал уточнять. Вместо этого он удобнее устроился на диване, снова взял свою вилку и произнес: — Za gad vesht kup gla-tor nash veh Chekov ot-lan igen-tukh-vohraun? — Хмм… — кивнул Джим. — Ha taurauk! Кирк был счастлив обсудить очередной гениальный маневр Чехова. Особенно, когда Спок перешел на вулканский.