Leave No Soul Behind

Джим сощурился от утреннего света – по крайней мере, он думал, что это было утро. С тем же успехом это мог быть бы и полдень. Казалось, он проспал несколько дней. В доме МакКоя ничто не нарушало тишину, не считая тихого дыхания Спока. И, глядя в зеркало на дверце шкафа напротив, Джим видел, как были переплетены их тела: Джим лежал на спине, а Спок растянулся сверху. Простыни спутались в ногах, обнажая их любому, кто мог бы войти. Но, на удивление, Джим не чувствовал уязвимости, которую всю жизнь пытался побороть. Он продолжал смотреть в зеркало на Спока – на линии сильных мышц – и думал о непомерной мощи, сокрытой в них. О способности Спока держаться за то, что ему действительно важно, и — никогда не отпускать. Как же трудно было вулканцу, с рождения приученному к сдержанности, стать первым офицером? И ведь не просто первым офицером, а — чертовски хорошим? И как же Спок совмещал такую страсть с ожиданиями всех вокруг? Джим тогда не врал – он действительно считал Спока опасным. Он вспомнил несколько слияний разумов, свидетелем которых стал; вспомнил осторожность, с которой Спок подходил к ним, вспомнил первый контакт разумов между ними. А потом он вспомнил того ромуланца с поверхности Асперы – и Джима вдруг затошнило. Чувство вины обрушилось на Джима: обожгло лицо и осело в животе горячим пламенем, словно крепкий алкоголь. А через несколько мгновений вину сменил стыд. Кирк лежал, вглядываясь в лицо любимого, пытаясь рассмотреть в нем следы пережитой травмы, ведь теперь он знал – без нее не обошлось. Джиму стало не по себе – от бездействия. Он больше не мог просто валяться в кровати. Но также знал, что Спок спит чутко и обязательно поймет, что Джим проснулся. Поэтому он решил действовать на опережение и провел пальцами по жестким волосам Спока, осторожно массируя кожу головы. Тот негромко, но довольно что-то промычал, а затем открыл глаза. Они встретились взглядами в зеркале – голубые глаза с карими. Джим осторожно провел пальцами по боку Спока, позволяя тому проследить каждое движение. Прикосновения ощущались теплыми, ласковыми, полными заботы и благодарности. А Спок наблюдал за ними, словно завороженный. – Мне пора вставать, – тихо сказал Джим. – Хочу немного пройтись… Или типа того. – Составить тебе компанию? Тот факт, что Спок задал этот вопрос, уже говорил о многом, поэтому Джим просто покачал головой: – Поспи еще. Похоже, тебе это нужно, – он поцеловал кончик острого уха и неуклюже выбрался из постели. Когда он встал и снова взглянул в зеркало, Спок смотрел в ответ, его глаза улыбались. Джим ухмыльнулся и потянулся за одеждой. Теперь он был уверен: они во всем разберутся, вместе. Спустившись по лестнице и свернув на кухню, он с удивлением отметил, насколько иначе все выглядело в дневном свете. Эйша ждала его в гостиной — она сидела, развалившись в кресле, держа падд и попивая кофе. Заметив Джима, она подняла взгляд. — Буду считать, что Спок все еще спит потому, что ему нужно восстанавливаться, а не потому, что ты его затрахал. Не рушь мои хрупкие иллюзии, ладно? — сухо сказала она, поднося кружку ко рту. Джим широко улыбнулся и почувствовал, как кожа на лице неприятно натянулась, — и тут же понял, что, вероятно, обгорел на солнце. — Тебе это не кажется странным? В смысле, “мы”? — А как это может не казаться странным? — парировала Эйша, не глядя ставя кружку на столик. — Ради всего святого, Джим, я была влюблена в Спока и одновременно трахалась с тобой. — А меня ты не любила? — С притворным ужасом спросил Джим, скрывая за шуткой внезапный укол в сердце. — Чувствую себя дешевкой. — Кобель, — хмыкнула она, легко ткнув его в плечо, когда он сел рядом в кресло. — Конечно, я тебя люблю, кретин. Я вас обоих люблю, — она пожала плечами, и ее улыбка чуть поблекла, став мягче. — Только теперь я влюблена в Ленни. Джим скривился и фыркнул: — И как это вообще вышло? — В отличие от некоторых офицеров, чьи имена я называть не буду, я не имею привычки устраивать романтические похождения на глазах у всей команды, — с достоинством ответила она, вскидывая бровь в манере, настолько похожей на Спока, что у Джима защемило в груди. Он сразу вспомнил свои первые дни на службе — тогда он заметил, что все члены команды были немного… Вулканцами. Его накрыла волна ностальгии. — Не тяни, выкладывай, — бросил он, пытаясь скрыть внезапную нежность. Она окинула его оценивающим взглядом: — Дай мне время перебраться в кресло. Тебе точно нужно на воздух, пока ты не начал разносить дом Ленни. — Какой сегодня день? — Спросил Джим. Эйша рассмеялась, громко, по-настоящему, и легким движением запястья кинула падд на диван: — Я скучала по тебе, Джим. *** В воздухе ощущалось тепло, которое никак не вязалось с временем года. Хотя Джим уже несколько месяцев жил на земле, он так и не разобрался, какой сейчас месяц, какой сезон. Он успел побывать везде, от западного до восточного побережья, а теперь оказался в Джорджии. О своих наблюдениях он сообщил Эйше, пока та ехала рядом, толкая колеса. В ответ она лишь цокнула языком. — Итак, ты и Боунс… — Снова начал он, возвращаясь к теме разговора. — Ага, — засмеялась она, на миг глянув на свои колени с кривой улыбкой. — Никогда бы не подумала. — А я — вполне, — признался Джим, и, едва произнеся это, понял, что говорит искренне, а не из вежливости. — Серьезно? — Эйша взглянула на него, в ее взгляде появилась жесткость. — Уж прости, но ты не производишь впечатление особо проницательного человека. — Скажи мне, кто твой друг…, — Усмехнулся он, но улыбка быстро сошла с его лица. — Давай, оскорбляй инвалида. Осторожнее, а то я тебя перееду. На мне сегодня внедорожные шины. Джим рассмеялся — между ними все стало немного проще. Что бы между ними ни происходило, у них с Эйшей всегда была особая связь. Это не изменилось и после аварии, хоть он только сейчас это осознал. Она ехала уверенно, с силой отталкиваясь руками от ободов колес. Движения были таким привычными, что он почти забыл, как она раньше стояла рядом с ним в лаборатории, облокотившись на стол, методично разбирая боекомплект. — С тобой точно будет все нормально? В Тактическом отделе? — Спросил он. — Никогда не представлял, что ты бы стала на работе ездить от одного стола к другому. — Вообще-то я буду работать за консолью, а не за столом. И единственное, на чем я теперь буду «ездить», — это Леонард. — Воу, — он вскинул руки. — Это уже лишняя информация. — Училась у лучших, — она мстительно усмехнулась Джим сжал губы, сдерживая улыбку, и попытался скрыть внезапный прилив смущения. Эйша умела влезть ему под кожу — у них всегда был схожий взгляд на секс. Но теперь оба знали, что их нынешние партнеры совсем другие — далекие от легкомысленной близости, что раньше их объединяла. — Это логично — любить его, — сказал Джим, озвучив то, что давно хотел сказать. Ему нужно было это произнести — и заодно сменить тему, — вы дополняете друг друга. Эйша тяжело вздохнула: — Боже, ты даже звучишь как Спок. — Ответь на вопрос. — Это был не вопрос, — отрезала она. — И ты это знаешь. — Знаю, — Джим кивнул. Она поджала губы и ненадолго замолчала, объезжая выбоину на дороге. — Сначала мне казалось, что я влюбилась в сам образ Леонарда, — призналась она. — Так же, как когда-то я влюбилась в образ Спока. Сложно признать, но я всегда знала, что это чувство состояло из двух других — вожделения и поклонения, — она фыркнула и бросила взгляд на Джима. — Но почему бы и нет, правда? — Я понимаю. — Конечно, ты понимаешь, — уверенно ответила она. — Но ты все равно никогда не поймешь, что у нас с Леном. — Почему? — Удивился Джим, уставившись на почтовый ящик — скорее от неловкости, чем из интереса. — Я, конечно, не собирался спать с Боунсом, но это не значит, что я не поддался его обаянию. — Нет, — покачала головой Эйша. — Ты вообще никогда не искал легких путей. Это у тебя в крови, или типа того. А у нас с Леном все до жути просто, понимаешь? Мне никогда не приходится гадать, что у него на уме — он как на ладони. Огромное, кровоточащее сердце размером с билборд. Такой смелой я никогда не была. А мне и не нужно — он и так видит, какая я на самом деле, сквозь все мое дерьмо. Джим сглотнул, почувствовав, как внутри все сжалось, стараясь не обращать на это внимание. — Я могу это понять, — сказал он. — Может быть и можешь, — согласилась она. — Будучи с вулканцем. — Это страшно до усрачки. — Угу. Они двигались молча, позволяя этой странной симметрии мыслей лечь между ними. — Пока ты спал, звонил Пайк, — спустя какое-то время сказала Эйша. — Просил перезвонить, как проснешься. Джим кивнул, сунув руки в карманы. Он снова чувствовал, что у него не будет времени даже перевести дух. В его жизни каждый момент откровения обязательно втискивался между одной катастрофой и следующей. Он остановился и вздохнул: — Надо было сказать раньше. Эйша подняла на него взгляд и моргнула: — Звучало так, будто это могло подождать. Иначе я бы сказала. — Так что, теперь старшина принимает решения за вышестоящего офицера? — Если ты думаешь, что я буду таскать тебе кофе — мечтай дальше. — А почему нет? Можешь вмонтировать в кресло маленький термос. Она влепила ему по заднице с такой силой, что стая голубей поблизости разлетелась в страхе. — Я все расскажу Лену. — Тогда обязательно захвати бурбон. Она усмехнулась — в точности как в те времена, когда «Никс» с разбега бросался в бой. *** — Спок. Кирк, — кивнул им Пайк. — Простите, что прерываю ваш “сон красоты”. — Мне он и не нужен, — парировал Джим. Шутка, похоже, немного успокоила командира. Во всяком случае, морщинки в уголках его глаз слегка разгладились, пока он пролистывал что-то на настольном падде, а затем снова поднял взгляд. — Получены тревожные новости от “Гэлланта” и “Релаента”. Оба корабля были направлены на поддержку маневров Флота у границы с территорией, контролируемой Нероном. Они сообщают о двух сокрушительных победах Федерации — при минимальных потерях и с ощутимым приростом территории. Спок и Джим обменялись взглядами. — Это неожиданно, — прокомментировал Спок, заметив, что Пайк явно ждет его реакции. — Учитывая техническое и огневое превосходство Нерона, это не имеет смысла, — кивнул Джим. — Поверь, я в курсе, — тяжело вздохнул Пайк. — Поэтому и обращаюсь к вам. Поправьте меня, если ошибаюсь, но разве у вас не служит некая орионка, которая особенно сильна в пространственном ПО? — Лейтенант Гейла, — тут же откликнулся Спок. — У нее непревзойденные знания в области адаптивного кодирования трехмерных точек данных. — Можете считать меня параноиком, но пока Федеральная безопасность отмечает наши так называемые победы, я сижу здесь и думаю, что все это очень плохо пахнет. Нерон не мог проиграть ослабевшему флоту. И уж точно не мог отступить без причины. — Вы считаете, это ловушка, сэр? — Спросил Джим. — Понятия не имею, — уклончиво ответил Пайк. — Но хочу, чтобы вы взяли те тактические исторические данные, что показывали мне раньше, и как-нибудь их нарисовали. Хочу здоровенную карту. С кучей ярких цветов и, надеюсь, полезными прогнозами. Карту всех карт. Ясно? — Абсолютно. — Вот и отлично. Будем надеяться, что то же самое можно будет сказать и о понимании планов Нерона. Спок приподнял бровь: — Учитывая известные нам черты его поведения, точное прогнозирование дальнейших действий маловероятно, за исключением общей тенденции. Несмотря на все усилия Звездного флота и союзников, он неуклонно двигался в сторону Земли и других центральных миров. И хотя интенсивность боевых действий в последнее время снизилась, маловероятно, что он изменил своей цели. — Согласен, — кивнул Пайк. — Но Джим был прав насчет этих данных. В них есть что-то, что не укладывается в общую картину. — Слишком много кажущихся случайными действий, — согласился Джим. — Слишком большой акцент на тактически неважных территориях при одновременной сдаче позиций практически без сопротивления. — Мы должны верить, что у него есть общий план, который мы сможем проанализировать, а потом — перехитрить, — настаивал Пайк, подаваясь вперед через стол, словно пытался передать им свою тревогу. — Мы обязаны верить в это, потому что альтернатива слишком пугающая. — Альтернатива? — уточнил Спок. — Что он сумасшедший, — тихо сказал Джим. — И как, черт возьми, предсказать действия безумца? *** МакКой вошел на кухню около полудня и замер на пороге, увидев, как Эйша, Спок и Джим столпились у падда, лежащего на столе. Он тяжело вздохнул, швырнул пакеты с продуктами на стол и повернулся к ним: — Я так понял, свадьба отменяется? *** Джим связался с Гейлой, когда они со Споком шли через космопорт Атланты. Прикрыв коммуникатор ладонью, он с тоской подумал, как не хватает привычных наушников EPAS. — “Джим, ты меня слышишь?” — Превосходно, — отозвался он, протискиваясь боком мимо семьи туристов и бормоча извинения. — Пайк говорил с тобой? — “Говорил, солнышко. Через сколько будешь?” Джим окинул взглядом табло вылетов и очередь к телепорту: — Через двадцать минут, если уговорю Боунса воспользоваться телепортом, или два часа, если он будет хныкать, как младенец. — Эй! — Зарычал Маккой, возмутившись. Джим прикрыл микрофон и бросил ему косой взгляд: — Никто тебя не заставляет. Оставайся здесь, досиживай свой отпуск, великовозрастный ребенок. — Ублюдок, — проворчал тот, но подкол сработал — доктор скривился и перешел в соседнюю очередь, морально готовясь к телепортации. — Знаешь этот момент на свадьбе, когда кто-то может выразить несогласие? Так вот — готовься. Кто-то же должен остановить благоразумного вулканца от того, чтобы связать свою жизнь с таким недорослем, как ты. Джим усмехнулся и снова заговорил в коммуникатор: — Будем через полчаса или меньше. Если опоздаем — просто взломай дверь. — “Принесу пироженки”, — пообещала Гейла и отключилась. Джим поймал неодобрительный взгляд Спока и хлопнул того по плечу: — Это же не преступление, если никто не выдвигает обвинения. — Это все равно преступление, — вмешалась Эйша. — Лейтенант права, — подтвердил Спок. Джим посмотрел на них поочерёдно, уткнув руки в бедра, и кивнул: — Понятно, сговорились против меня. Разрываясь между смехом и ругательством, Маккой первым взошел на платформу телепорта. Он бросил подозрительный взгляд на защитное поле над головой, затем смерил техника взглядом. От такого взгляда должны были расплавиться детали. — Если хоть одна молекула окажется не на месте — я вернусь сюда и превращу твою жизнь в ад, ясно, сынок? Молодой человек в растерянности посмотрел на Спока, явно не зная, как реагировать: — Капитан? — Игнорируйте доктора. Начинайте транспортировку, — спокойно скомандовал Спок, занимая место рядом с Джимом и Эйшей. — Игнорировать меня? Игнорировать меня? А что, если я скажу, что существуют десятки длительных исследований о вреде телепортационной технологии, которые Департамент здравоохранения регулярно игнорирует при каждом пересмотре бюджета, и вдобавок к этому... Серебристые искры вспыхнули — и бывший экипаж челнока ED996 исчез, а монолог МакКоя оборвался на полуслове. Техник вытер лоб рукавом и жестом подозвал следующую по очереди изумленную семью туристов. Они смотрели на него с опаской. — Вы издеваетесь? Это полностью безопасно! — Воскликнул он. *** Как назло, такси Гейлы подъехало сразу за их машиной, что привело к импровизированной — но куда более официальной — встрече прямо на улице. Все обошлись сдержанными кивками и парочкой ta'al. Казалось, традиционное вулканское приветствие стало их личным рукопожатием — особым способом показать свою дружбу, не забывая ни о ком. Они по очереди вошли в квартиру, заняли импровизированные рабочие места, разложили падды и распечатки. Странно, но именно Боунс предложил выпить — под слоем ворчуна он всегда оставался гостеприимным хозяином — будто это было вшито ему в подкорку. Он открыл холодильник и выругался — там почти ничего не оказалось. Они довольствовались чаем и кофе. Эйша и Гейла уже погрузились в сырые данные, которые Джим выгрузил из своей таблицы — результат последних недель работы с Пайком и нескольких месяцев до этого. Он начал интересоваться ими еще на “Сталварте”, задолго до появления нового порядка, когда Спок, казалось, незыблемо держался в роли командира дивизиона, а Джима мучала бессонница, которую могла унять только математика. Вспомнив об этом, он обернулся и заметил взгляд Спока. Несколько секунд среди всеобщей сосредоточенности — и Джим почти наверняка знал: они оба вспоминали ту ночь, когда лежали, обнявшись, в крохотной койке EPAS, а на следующий день еле держались на ногах. Он улыбнулся — и, хотя Спок не ответил тем же, в этом уже не было нужды. Прошло несколько часов, прежде чем Джим понял, насколько поглощен работой с данными. Он потянулся, суставы громко хрустнули, и, раз уж в этой кухне званий не существовало, Эйша проскользнула за его спину и принялась растирать ему плечи. Напряжение ушло почти мгновенно. Возможно, дело было в знакомой боли, когда она попадала ровно в нужные точки напряженных мышц, но взгляд Джима внезапно зацепился за крошечное несоответствие в расчетах. Он подался к падду, за что получил раздраженный щелчок от Эйши, которая теперь не могла до него дотянуться. Он ее проигнорировал — пальцы скользнули по экрану, увеличивая определенную формулу, а сердце забилось чаще. Он повторил расчет — и снова получил тот же результат. Он тут же быстро набросал несколько строк поискового кода и запустил их. Через несколько секунд его падд тихонько запищал — нашлось несколько совпадений. Он победно вскинул кулак вверх и довольно воскликнул, прежде чем заметил, что остальные все это время наблюдали за ним. Джим огляделся с легкой настороженностью: — Что? Боунс нахмурился: — Поделишься с классом? Гейла закрыла доктору рот рукой: — Не слушай его, юное дарование. Мы тут тихонько посидим, пока ты побудешь гением. Джим тихо усмехнулся и вернулся к результатам поиска, выискивая несостыковки. Через два часа и восемьдесят точек данных спустя у него была p-значимость 0.001 и доверительный интервал, от которого Чехов бы прослезился. — Вот, — сказал он, разворачивая падд к остальным. — Вот почему Нерон больше не парится по поводу нейтральной зоны. На экране янтарная линия почти ровно тянулась от точки первого появления «Нарады» через бывший Вулкан, Вегу, Солис-Аллеру, Робикон и Асперу. Все в комнате знали математику достаточно хорошо, чтобы понимать: в трехмерном пространстве такое выравнивание невозможно без очень надежной нулевой гипотезы. — Джим, — прошептала Гейла с благоговением. — Это самая уродливая касательная, которую я когда-либо видела. У тебя отвратительный алгоритм сглаживания графиков. Напряжение тут же спало, и в комнате раздался смех. Взгляд Спока остановился на Джиме — темный, внимательный и полный гордости. — Экстраполяция? — Спокойно уточнил он, не сбивая общий ритм обсуждения. — Это не прямая, — пожал плечами Джим. — Я не уверен, потому ли это, что я переоцениваю себя, или потому, что в этом действительно есть какой-то смысл. Но если ты спрашиваешь, куда движется Нерон — да, Земля кажется логичным пунктом назначения, — он переслал код и график с падда на устройство Гейлы, чтобы та смогла дать более точный ответ. — Пока все, что у нас есть — это направление. И понимание, где Нерона не будет. Спок скопировал файл и наложил его на более полную звездную карту. Сразу стало видно: силы Федерации сосредоточены в зоне, не соответствующей траектории. Он нахмурился, прикидывая, что основная масса обороны Звездного флота находилась минимум в двух днях пути на варпе-пять от чего-либо полезного. — Флот не должен был собираться в Лаурентийской системе, — заметил он. — Даже до нашего открытия выбор казался сомнительным. — Там ничего нет, кроме камней и коров, — кивнула Гейла. Все повернулись к ней. — Что? — растерялась она. — Там одни пояса астероидов и аграрные миры. Так что если только эти коровы не нафаршированы нанотехнологиями будущего — Лаурентия в безопасности. Маккой фыркнул, Эйша слабо улыбнулась, а Джим поднял руку, прося тишины, и облокотился на стол: — Повтори? Гейла взглянула на него с привычным видом «не понимаю, чего ты от меня хочешь», но подчинилась: — Я сказала, что там одни астероиды и сельхозмиры. — Нет, — он замотал рукой. — Не это. Другое. — Что Лаурентия в безопасности, потому что там нет высоких технологий, — пожала она плечами. Джим щелкнул пальцами, требуя вернуть ему падд. Кто-то швырнул его через стол. Он поймал устройство и тут же начал сортировку данных, лихорадочно бормоча себе под нос — единственными внятными словами были ругательства. Его накрыло то головокружительное чувство озарения, которое одновременно пугало и окрыляло. Он торопился сделать расчеты, пока не потерял нить понимания. Пальцы метались по экрану, автозамена портила записи, но он не отвлекался — главное было добраться до сути. На последних строках он сделал судорожный вдох, только сейчас заметив, что все это время не дышал. Улыбнулся — рассеянно — и начал отладку, дожидаясь завершения компиляции. Двести семьдесят три орфографических и грамматических ошибки — но ни одной логической. Джим с легкой отстраненностью опустился на стул и легко, но с явной долей отвращения оттолкнул падд: — Дело не в планетах. И не в кораблях. И даже не в жизнях. — Он покачал головой. — Все дело в гребаных технологиях, которые проваливаются сквозь разломы. Спок мрачно перехватил код, что-то быстро настраивая. Все за столом притихли, глядя на него. Через несколько минут капитан поднял взгляд и развернул падд к ним: — Траектория Нерона не прямая потому, что и временные аномалии не прямолинейны. — Значит, если мы спрогнозируем следующий разлом — обгоним Нерона, — задумчиво сказала Эйша. — Наверняка кто-то уже этим занимался? Какое-нибудь агентство? Институт? Прыщавый студент? Гейла уверенно кивнула: — Я знаю парня, который знает парня, у которого есть подруга, у которой есть друг. Джим откинулся на спинку стула и улыбнулся. Даже сейчас — она была все той же Гейлой. — Не удивлен ни капли. — За прыщи не ручаюсь, — пожала она плечами. *** Знакомый Гейлы оказался практически карикатурным параноиком и отказался встречаться с ними даже несмотря на то, что жил в пешей доступности. Вместо этого он предложил сложную систему тайников и настаивал, чтобы за информацией пришла только Гейла — и исключительно одна. Джиму это не понравилось. Пайку — понравилось еще меньше. Спок отправил с Гейлой Эйшу — для подстраховки. В результате больше всех это не устраивало Маккоя. Он носился по комнате, хмурясь и бурча себе под нос, пока Эйша не одарила его очень выразительным взглядом. — Леонард, может, я и в кресле, но я прошла все медкомиссии на восстановление допуска. И вообще-то я, черт возьми, главный тактический офицер. Какие проблемы? — Нет, — уверил он ее. — Ты можешь быть хоть семифутовым клингонцем — я все равно буду за тебя волноваться, — он повернулся, глянув на Гейлу тоже: — За вас обеих. — Оу, как трогательно, — протянула Гейла. — И немного сексистски. — Что? Я же просто… — Суть в том, — перебил их Джим. — Что эта информация может быть опасной. С этого момента опасно все, что мы делаем. — Да никто не знает, чем мы занимаемся, — отмахнулась Гейла. — Пайк и то с трудом понимает. — Ошибаешься. Они знают. Еще как, — настаивал Джим. — Истинная миссия “Энтерпрайза” засекречена. А если хочешь, чтобы люди начали сплетничать — спрячь что-нибудь за грифом “секретно”. Федералы шепчутся с Флотом, Адмиралтейство — с Советом, Совет — со своими помощниками, те — с друзьями… И так далее. — Он оглядел всех по очереди, кроме Спока — тот и без напоминаний знал, как работают слухи в Федерации. — Они могут не знать подробностей, но достаточно понять, что “Энтерпрайз” — это вовсе не обычный корабль EPAS. Любой техник, заряжавший фотонные торпеды, это понял. Парень, который обновлял наши инерционные подавители, знает, что они у нас армейские, высшего класса. То же самое с нашими щитами, фазерами и маневровыми двигателями. Наступила тяжелая тишина — никто не мог опровергнуть сказанное. — Наша задача — закончить конфликт раз и навсегда, чтобы мы снова могли спасать застрявшие прогулочные яхты. Они кивнули, встретились взглядами, и кивнули снова — уже с большей решимостью. Воздух словно наполнился их внутренней энергией, почти осязаемой. Спок встал, поправил форму и сохранил данные быстрыми, точными движениями пальцев по падду. — Время имеет значение, — заметил он. — Кто знает, возможно, Нерон уже в шаге от своей конечной цели — какова бы она ни была. — С тех пор, как “Нарада” вышла из разлома, в войне не было такого затишья, — согласился Джим. — С тех пор, как был уничтожен “Кельвин”. — На мгновение все замолчали — без слов, но с пониманием, почему Джим вспомнил именно это. — Мне больше нравится, когда он донимает нас колониями и торговыми маршрутами: тогда мы хотя бы можем вступить с ним в бой, фиксировать его позицию. По словам Пайка, с последней стычки флот Нерона больше не показывался. — Бессмысленно гадать, где он сейчас, если можно спрогнозировать, куда он направляется, — заметил Спок. — А если это направление — Земля? — Приподнял бровь Джим. — Значит, мы будем драться.