Чужая шкура

***** Дверь в девичьи покои резко отворилась, и на пороге возник Джоффри в самом веселом расположении духа. — Моя королева, вы знаете как умирают шлюхи и предатели? Клиган, сидящий за шитьём, похолодел с головы до пят. С недавних пор он стал находить успокоение в этом кропотливом и монотонном занятии и, надо сказать, добился в нем некоторых успехов, ловко укладывая стёжки на шёлковую ткань. Теперь же игла выскользнула из одеревеневших вмиг пальцев, когда он неловко вскочил со своего места, кланяясь так внезапно пришедшему королю. — Н-нет, ваше величество... — Я знаю, ты любишь казни! Собирайся же скорее и нарумянь свои впалые щеки, а то все решат, что ты больна. Не успел Клиган согласиться со светлейшим, как тот чуть не вприпрыжку покинул опочивальню. Отложив шитьё и выбрав подходящий наряд, Сандор умело расчесал волосы и маленькой пуховкой нанёс немного румян на скулы, совсем чуть-чуть, чтобы не казаться вульгарным. А потом им вдруг завладело какое-то зловредное чувство, и пуховка ещё трижды побывала в пудренице, прежде чем улеглась на покой. Такая же история приключилась и с помадой – нежный пальчик опустился в баночку с карминной краской ровно столько раз, сколько понадобилось для того, чтобы губы леди Сансы стали ярко-красного цвета. Довольный своим отражением Клиган покинул покои и в сопровождении стражника и удивленной прислужницы отправился во двор, чтобы оттуда проследовать на площадь, где уже собрался весь город. В королевской ложе было пусто. Сандор с интересом разглядывал разношерстный народ и с удовольствием отпивал драгоценное вино из серебряного кубка. Вскоре раздались приветственные рукоплескания, и под звук фанфар в сопровождении верного Пса явился Джоффри. Он проследовал через всю площадь верхом на длинноногом рысаке в окружении десятка гвардейцев. На лице девушки отразилась презрительная гримаса, но при появлении короля в ложе она сменилась учтивой улыбкой. Джоффри развалился в кресле, а слуга тот час подал ему королевский кубок. Мальчишка весело сообщил, что Серсея больна похмельем и скорее всего пропустит забавное зрелище. Король был приятно удивлён внешним видом леди Сансы и даже расщедрился на пошлые комплименты, в то время как Клиган за его спиной сурово буравил взглядом свои же алые губы. Джоффри сделал небрежный жест рукой, разрешая начинать представление. На помост взобрался глашатай и, развернув свиток, принялся зачитывать обвинительный приговор для Магдалены дочери Джошуа из Блошиного Конца. Услышав имя, леди Санса подалась немного вперёд, чем вызвала гаденькую улыбку Джоффри. — Ваше сердце столь чувствительно, что вы готовы сочувствовать шлюхе? Но девушку словно подменили. Она замерла, и лишь неровное дыхание выдавало в ней жизнь. Взглядом леди Санса нашла внизу у эшафота Гаррета Берндивальда – он стоял в оцеплении, грудью закрывая от пульсирующей толпы помост с висилицей и палачом. Отсюда сверху было видно, что на площади началась подозрительная суета. Один из стражников прибежал к месту казни и что-то шепнул палачу, тот растерянно развёл руками. Джоффри раздраженно глядел на копошащихся внизу людей, когда посыльный принёс королю небольшую записку. Джоффри развернул клочок пергамента и изменился в лице, вся его веселость схлынула без следа. — Так разрубите ее не куски и скормите свиньям! Народ должен видеть, что бывает за предательство короля! Гонец трижды поклонился, пятясь назад, и поспешил покинуть ложу. Леди Санса в недоумении наблюдала за мальчишкой в королевской короне. Зеленые глаза его блестели от злости, кубок полетел в сторону, обрызгав содержимым алые драпировки. Санса прикрыла глаза, пытаясь унять волнение. Ее неестественный румянец грязными пятнами алел на выбеленном полотне. Пёс за спинкой королевского кресла лишь сильнее сжал челюсти. Вскоре прямо на площадь вывели с дюжину визжащих свиней. Народ расступался перед оголодавшими животными, боясь оказаться поблизости от их перепачканных рыл. Шум нарастал, толпа бесновалась в ожидании кровавого зрелища. Наконец двое солдат вынесли на деревянных носилках бездыханное тело опальной блудницы. Она лежала неестественно прямо – ее худые лопатки даже не касались наскоро сколоченного щита. Близстоящие люди, завидев такое, замолкали и замирали с открытыми ртами. Шум постепенно стихал, и уже в полном молчании тело подняли на эшафот и опустили у ног палача. Джоффри встал со своего места и подошёл к балкону, обращаясь к горожанам: — Смотрите все! Так будет с каждым подстрекателем! И пусть эта ведьма избежала справедливого наказания, тело ее будет четвертовано и скормлено этим животным, чтобы ее мятежный дух не знал покоя! Голос монарха взвизгнул на последних словах. Толпа безмолвствовала. В звенящей тишине раздался глухой стук. Палач несколькими ударами огромного топора отсек конечности и порубил туловище на части. Народ на площади ахнул и зароптал. Никогда прежде они не видели подобного зрелища. Это стоило того, чтобы затемно занимать места. Однако кровавого представления не вышло. Свернувшаяся кровь лишь испачкала топор липкими сгустками, не забрызгав алчущие лица стоящих впереди зрителей. Свиньи радостно завизжали, когда им под ноги полетели куски человечины. Санса в теле Клигана держалась из последних сил. Лицо мужчины приобрело зеленоватый оттенок, содержимое желудка, явно, просилось наружу. Клиган же в теле леди Старк, сидя по левую руку от короля, с жестоким отвращением взирал на развернувшееся пред ним представление. Свиньи пожирали плоть Магды дочери Джошуа из Блошиного Конца. Джоффри испепелял взглядом место представления, вцепившись в подлокотники кресла побелевшими пальцами. Презрение кривило его губы. Волна человеческого ропота вновь докатилась до королевской ложи. Что-то происходило. Свиньи бросили еду и занялись друг другом. Их детородные органы вдруг набухли, и они стали лезть друг на друга, не разбирая пола. И только какому-то борову удалось примоститься на своём собрате, как он упал замертво, но туша его повалилась так грузно, словно вмиг оборотилась в камень. И в короткое время все животные попадали наземь с торчащими вперёд ногами и раскрытыми пастями, из которых вываливалось непроглоченные куски плоти.* В толпе началось нечто невообразимое. Женщины упали на колени и заголосили. Мужчины стянули с голов шапки и склонили головы. Над площадью пронёсся отчаянный женский крик: — Отец, помилуй нас! Магда – святая! И тут же тысячи голосов подхватили этот окрик и понесли над головами. — Старица сберегла Магду от надругания! Мать осенила блудницу благословением! Теперь и мужчины пали ниц, не смея поднять глаз на истерзанное тело. Все они пришли сюда за кровавым зрелищем, а вместо этого узрели чудо. Джоффри скривился и, отбросив плащ на спину, стремительно подошёл к поручням балкона. — Эта женщина ведьма! Она получила такую смерть, которую заслужила! — завизжал он. — Это не чудо! Это происки Неведомого! Насадите ее голову на пику в назидание! Медленно люди стали подыматься с колен. В глазах одуревших горожан плескалась злоба. И когда первый ком грязи полетел в короля, за ним не задержался и другой, и вскоре на королевскую ложу обрушился целый град из камней, глины, палок и гнилых овощей. Клиган, словно опомнившись, оттащил монарха подальше от балкона. Санса поспешила отойти глубже в нишу, спрятавшись за высокой спинкой своего кресла. Толпа, что недавно рукоплескала своему королю, вдруг превратилась в злобный неуправляемый организм. С криками и улюлюканьем люди набросились на эшафот, сметая оцепление и, не убоявшись палачового топора, собирали останки несчастной женщины, разрывая на клочки оставшиеся лоскуты ее платья, осенённые благодатью. Люди штурмовали виселицу, и вскоре от крепкой деревянной конструкции остались одни щепки. — Разгоните их! — верещал Джоффри с балкона, удерживаемый своим верным стражником. Вооружённые всадники показались на площади и принялись наводить порядок, размахивая крепкими дубинами во все стороны. Король заметил, что происходит это без рвения с их стороны, и это раззадорило его ещё сильнее. — Казнить всех уверовавших! Дыбу каждому жалостливому гвардейцу! Но королевские вопли потонули в народном возмущении. Людское море бушевало у ног монарха, брызжа на него злословием и ненавистью. Из ниоткуда явившаяся Серсея, смогла наконец сладить с остервеневшим отпрыском и увела его в свои покои. Санса вышла из своего укрытия и отправилась в опочивальню. Пёс безмолвной тенью последовал за ней, держась на почтительном расстоянии. — Как ты узнала про яд? — тихо спросила леди, глядя прямо перед собой. — Меня словно мучило позабытое знание. Руки сами нашли то, что нужно, — так же тихо ответил гвардеец, глядя в затылок своей подопечной. Весь дальнейший путь они проделали в молчании, прерываемом лишь лязгом доспехов стражника и бойким стуком каблучков леди Старк. — Карлик что-то знает... — шепнула девушка, прежде чем вошла в свои покои под бдительные очи служанки. **** Беспорядки удалось прекратить только к вечеру. С заходом солнца тревожно зазвонил набат. Уставшие солдаты стали готовиться к наступлению. Берндивальд, перепачканный кровью, стащил с пояса перевязь меча и со злостью бросил на койку. Он придирчиво осматривал свои доспехи перед предстоящим сражением. Клиган застыл в дверях, не смея переступить порог. — Благодарю вас, миледи. Если бы не вы, обгадилась бы Магда у всех на глазах, — очень тихо сказал Гаррет, повернувшись к вошедшему. В его воспалённых глазах блеснули слезы. — Эх, хорошая баба была... У Сансы перехватило дыхание. — Хорошая... — подтвердила она. — Сир, мне жаль, что так вышло... — Не ваша вина, миледи. Магда ведь сама загорелась устроить бучу. И будь я проклят, если это у неё не вышло! Еле разогнали толпу, так она их раззадорила! Да, эта девочка умела завести! Простите мне мою дерзость... Санса сделала пару нерешительных шагов и, поколебавшись, похлопала Берндивальда по плечу. В ответ тот лишь покачал головой, словно говоря, что все пустое. Наступила долгая тишина. Сансе было неловко прерывать чужую скорбь, но собравшись духом, она все же решилась. — Нам нужно бежать, сир Берндивальд, — словно извиняясь произнёс Клиган. — Королю донесли, что видели меня в темницах. Он что-то подозревает, но слишком озабочен предстоящим боем. Ещё и Сандор сообщил о подозрениях со стороны десницы. — Сегодня Станнис возьмёт Джоффри за жопу. Если вы не сбежите сегодня, то уже никогда. Сансе стало дурно. События развивались слишком стремительно, и она не была готова к такому важному решению. Она почти свыклась с мыслью об участии в предстоящем сражении, но побег... сейчас!... Это слишком! Снаружи раздался резкий и протяжный звук горна, созывающий солдат на последнее построение. Надевая доспехи, Гаррет зашептал: — Если боги будут милостивы, то к рассвету вы будете уже далеко отсюда. Постарайтесь держаться ближе к лесу и идите на север... Глаза Клигана увлажнились слезами. — Молю вас, сир, пойдёмте с нами! Слишком много смертей... Я не хочу, чтобы и вы... В это время в коридоре послышались чьи-то грузные шаги, и Сандор поспешил покинуть казармы, заметив лишь, как Гаррет обречённо покачал головой.