Изменить историю

После занятий к Клементине прибежал запыхавшийся Регулус. Зайдя в комнату, он увидел картину, которая невольно заставляла улыбнуться. Клем и Северус сидели на небольшом изумрудном диванчике, плотно прижавшись друг к другу. Голова Клементины покоилась на плече брюнета, у которого в руках была книга. Регулус поймал себя на мысли, что завидует голосу Снейпа. Такой мягкий, бархатный баритон, не лишенный стали. Северус обладал универсально манящим голосом, которым можно как приласкать любимую, так и заставить врага бояться. Сам же Регулус, по его мнению, являлся обладателем чуть высоковатого для мужчины голоса. Блэк встал у двери и вслушался. — Я себе представил, как маленькие ребятишки играют вечером в огромном поле, во ржи. Тысячи малышей, и кругом — ни души, ни одного взрослого, кроме меня. А я стою на самом краю скалы, над пропастью, понимаешь? И мое дело — ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть. Понимаешь, они играют и не видят, куда бегут, а тут я подбегаю и ловлю их, чтобы они не сорвались… * — выразительно читал Северус, то и дело смачивая кончик пальца слюной и перелистывая страницы. Глаза Клементины были закрыты. Она потерлась щекой о плечо Северуса и, как бы успокаивая себя, с наслаждением вдохнула его запах. Ее грудная клетка медленно вздымалась, черные, вечно хмурые брови разгладились. Лицо было поразительно умиротворенным. Это печалило Регулуса. Он знал, что стоит ему открыть рот и огласить новость, как вся безмятежность с лица Клементины уйдет, сменившись задумчивостью. Счастливым лицом Северуса овладеет угрюмость и беспокойство, а в глазах поселится черный, угольный страх. Мы всегда переживаем за тех, кого любим, больше чем за себя. Но тянуть не было никакого смысла, и Регулус это знал. Он не стал ждать, когда Северус дочитает, и не стал здороваться, давая понять, что он здесь, а просто сразу перешел к делу. — Я говорил с кузиной Беллой… — Северус даже не посмотрел на него, а просто умолк. — И? — Клементина внимательно посмотрела на Блэка, ожидая ответ. — Лорд хочет с тобой поговорить, — услышав эти слова из уст Регулуса, Северус на секунду сморщился, — сегодня вечером. Не забудь про дресс-код. Северус пояснит. — Не нужно, — сказала Клементина и взяла Северуса за руку, — я сама разберусь. Регулус тяжело вздохнул. — Трансгрессируем все вместе, — твердо, с едва заметной ноткой грусти в голосе сказал Блэк. Ответа он дожидаться не стал и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, ушел.

***

Клементина стояла перед замутненным зеркалом и красила губы темно-бордовой помадой. На фоне бледной кожи лица губы рдели, словно свежая венозная кровь. Северус ходил из угла в угол, периодически нервно закуривая, что, безусловно, говорило о том, как парень нервничал. Он то садился на диван, то соскакивал, то подходил к окну и, смотря вдаль, покачивался с пятки на носок. Клементина устала от его хождений. Все чаще и чаще ее посещала мысль выгнать Снейпа вон из комнаты до прихода Регулуса. — Хватит, Северус! — нервное состояние возлюбленного передавалось и ей. Северус замер, затем подошел к девушке и уткнулся головой в ее спину. — Я не хочу, чтобы ты туда шла, — тихо проговорил он. Его руки обхватили ее талию. — Думаешь, я этого хочу? — огрызнулась Клементина, но тут же нежно провела своей рукой по его руке. — Я должна. Прошу, помоги мне, без тебя я не справлюсь… Северус положил голову на ее ключицу и прошептал ей на ухо. — Хочешь, я сам его убью? Правда, я сам это сделаю. Не знаю как… — он закрыл глаза и глубоко втянул запах ее волос так, что его ноздри затрепетали. — Запущу в него непростительным, оглушу… Не знаю… Как-нибудь… Клементина вздрогнула. — Не говори глупостей, Северус, — она прижалась к нему всем телом, — это должна сделать я. Все или ничего, Сев. Пьедестал или могила. Со щитом или на щите… Я не буду бросаться на него, размахивая палочкой, — она повернулась к Северусу лицом и посмотрела в глаза, из которых ярко, отчетливо на нее смотрели тоска и страх, — мы будем хитрее, — она обхватила ладонями его голову и провела большими пальцами по скулам, — мы ведь Слизеринцы. Придумаем что-нибудь. Северус улыбнулся краем губ, жадно посмотрел на ее лицо, будто стараясь запомнить каждую черточку, каждую веснушку. — Ты такая красивая, Клементина, — он прижался губами к ее лбу. Северус старался выкинуть все плохие мысли из головы, старался заставить свои руки не трястись, а губы не дрожать. Старался бороться с желанием кинуть в Клементину «Остолбеней», а после привязать ее, запереть где-нибудь. Северус не мог так с ней поступить. Не мог дать ей хотя бы попробовать. Она бы сбежала и сделала все, что должна. Упрямая, ужасная женщина… Но его. Северус уже знал, что Клементина не вернется в свое будущее. Пусть оно горит адским пламенем. В пекло будущее. Он не позволит своему счастью уйти по взмаху волшебной палочки. Так же он точно знал, что не позволит Лорду причинить ей вред. Он закроет ее собой, сбежит вместе с ней. Он точно понимал, что какая-то неугомонная сила внутри него, где-то посреди грудной клетки, заставит его все отдать за нее, продать, погубить. — Хватит миловаться, — голос Регулуса вышвырнул Северуса из раздумий, — Темный Лорд не потерпит опоздания на личную встречу. Не хочу получить порцию боли за то, что вы не можете перестать лелеять свои чувства. Он внимательно осмотрел Клементину и, взявшись за руки, они трансгрессировали.

***

Небольшое поместье, в котором очутились ребята, было мрачным и запустелым. Клементина назвала бы его мертвым. Простая, но со вкусом подобранная мебель обветшала, а света свечей едва ли хватало, чтобы разогнать темно-синий полумрак. Для полноты картины не хватало гонимого пустынным ветром Перекати-поля. Войдя в самую большую комнату дома, предположительно бывшую гостиную, Клементина увидела его. Того-кого-нельзя-называть. Великого мага, перед именем которого трепетали, разбегались в страхе и благоговели. Он сидел в кожаном черном кресле. Мужчина, возраста чуть больше среднего, его прекрасная аристократическая осанка заставляла собеседника чувствовать себя никем рядом с ним. Волан-де-Морт был красив до безобразия. Притягательные, тонкие черты лица, впалые щеки, кожа чуть бледнее нормы, черные волосы и темные глаза, смотрящие на всех холодно, заставляющие поежиться под их взором. Северус и Регулус сели перед ним на одно колено и опустили головы. Клементина поспешила сделать то же самое. — Мой Лорд, — синхронно, с трепетом произнесли парни. Волан-де-Морт подал им знак подняться. — Мой Лорд, — начал Северус, — мы привели вам желающего вступить в ваши ряды. Том грациозно встал с места и подошел к Клементине вплотную. — Как твое имя, дорогая? — голос был глухим, низким, но чарующим. Клем выпрямила спину и, не избегая взгляда Лорда, твердо сказала: — Клементина Мартелл. Я из чистокровного рода Мартелл, — она старалась сделать так, чтобы сказанное звучало максимально гордо. — Последний курс Слизерина. Лорд жестом указал Регулусу и Северусу в сторону двери. Клементина увидела, как челюсти Северуса сжались, а рука медленно потянулась за палочкой. «Не смей!» — мысленно передала ему Клементина. Рука Снейпа перестала тянуться. Он кивнул Лорду и вышел вслед за Блэком. — Почему ты хочешь стать моим последователем? — Я ненавижу магглов, — выплюнула Клементина. — Им нет места среди нас! Том хмыкнул и, нежно коснувшись подбородка Клем, поднял ее голову. Он внимательно посмотрел ей в глаза и, Клем отчетливо ощутила, как Лорд, словно раскаленный нож в масло, проникает в ее мысли. Она судорожно стала подкидывать ему воспоминания. Моменты, когда магглорожденные волшебники обижали ее, момент, когда она ругалась с Лили Эванс, Клементина закинула туда же. Напоследок она представила ему воспоминание, когда она пару минут назад увидела его, сдобрив этот момент порцией восхищения, уважения и влечения. Том довольно улыбнулся, выйдя из ее головы. — Позже я научу тебя окклюменции, девочка, — он вальяжно расположился в кресле. Клементину не нужно было учить этому. Она владела сокрытием своего сознания едва ли не в совершенстве. — Для меня это будет высшей наградой, мой Лорд. Волан-де-Морт плотоядно осмотрел Клементину с головы до ног. — Разве я сказал, что принимаю тебя в наши ряды? — он поднялся с места и зашел Клементине за спину. Сказать, что она испугалась, — это ничего не сказать. Ноги становились ватными, страх сковывал тело. Она затылком почувствовала, как голова Лорда приблизилась к ней, а его нос, едва касаясь шеи, втянул в себя ее запах. — Ты ведь понимаешь, что я должен провести с тобой собеседование, — голос его был сладким ядом. Клементина чувствовала, что он усмехается. — Чтобы быть уверенным в том, что ты действительно верна нашим взглядам, Клементина. Клементина уверенно кивнула. — Завтра я буду ждать тебя здесь. Одну. — Клементина ждала, что он скажет дальше. — Можешь идти. Его слова были неожиданными. Поблагодарив, она отправилась к двери. Перед самым выходом до ее ушей долетел голос Лорда. — Я люблю черный цвет, Клементина, — в словах было много самодовольства. — На бледной коже черное кружево выглядит особенно чарующе. Клементина улыбнулась и, кивнув, вышла.

***

— Что он тебе сказал? — Северус и Регулус смогли задать Клементине вопрос только тогда, когда они оказались в ее покоях. — Надеть черное белье завтра… — безразлично протянула Клем. — Сукин сын! — выкрикнул Северус. Беззащитная статуэтка змеи улетела в стену и рассыпалась на мелкие фарфоровые осколки. — Ты не пойдешь туда! — Он хочет? — Регулус не знал, что сказать. Клементина кивнула. — Северус, — она обняла Снейпа, — это возможность… Я могу убить его завтра. — Каким образом? — Регулус выглядел спокойным, в то время как лицо Северуса было искажено гневом. — Северус, ты должен сварить до завтра такое зелье, которое может отправить в сон дракона, причем лет на пять. Сможешь? — Северус кивнул. — Я опою его, вырублю.Через пятнадцать минут после того, как я исчезну, вы отправитесь за мной и поможете мне его закопать. Или добить. Как карта ляжет, в общем... — Где закопать? — глаз Регулуса задергался. — Я дерьмово трансгрессирую, Регулус. Так что закопаем там, не знаю где. Вы согласны? Северус, — она посмотрела в обсидиановые глаза, — пожалуйста. Весь вид Северуса кричал о том, как ему не нравится эта идея. Ему ничего не оставалось, кроме как кивнуть. Клементина пойдет, неважно с ним или без него.