Искуситель.

* * * Кровавый рассвет, сплетённый вместе с ласковыми лучами осеннего солнца, приятно окутывал величественный Хогвартс. Свет пробивался в холодный замок, ослепляя учеников своим сиянием. Школа медленно оживала и наполнялась яркими красками. Беллатриса чувствовала себя неважно. Голова раскалывалась от вчерашней ночи, выкупанной в горьких слезах и выжженной ядовитыми словами Сириуса. Сегодня у первокурсников должны были начаться первые уроки по волшебству, но измотанная Белла не придавала этому большое значение. Её карие глаза сверкали, но отнюдь не от радости, а от жестоких чувств, которые с каждой минутой резали расколотую душу всё сильнее… — Вставай, Белла! — раздался неприятный голос уже вскочившей и собравшейся Андромеды, на фоне оживлённых голосов других учениц. — Ага, уже встаю… — простонала Белла себе под нос. Ни желания, ни настроения у девочки не было. Какое удовольствие Белла получит от занятий, если вся голова была полностью забита сотрясающими, ненужными мыслями? Андромеда резко кинула какой-то небольшой свиток в постель сестры. Белла, уже до конца пробудившаяся, внимательно пригляделась к пергаменту. Это оказалось расписание занятий на всю неделю для первого курса. На другой стороне свитка был прописан учебный план: Учебный план. Астрономия: -Изучение ночного неба в телескоп -Названия звезд и траектории планет -Названия лун Юпитера Заклинания: -Вингардиум Левиоса -Манящие чары -Простые бытовые заклинания -Заставить ананас, лежащий на столе, «сплясать чечётку» Зельеварение: -Напиток живой смерти -Измельченный корель асфоделя -Настойка полыни -Зелье, для исцеления фурункулов -Листья крапивы -Змеиные зубы -Рогатые слизни -Иглы дикобраза -Зелье, отнимающее память. -Ингредиенты зелий -Безоар -Аконит -Кровь дракона, двенадцать способов применения -Толченый рог единорога -Волосы из хвоста единорога История магии: -Эмерик Злой -Урик Странный -Даты волшебных открытий и восстаний гоблинов -Изобретатель самопомешивающегося котла -История восстания Элфрика Нетерпеливого -Кодекс волков-оборотней 1637 года Травология: -Белый бадьян -Дьявольские силки. Свойства: любят мрак и влажность Трансфигурация: -Превращение спички в иголку -Заговор обмена -Превращение мыши в табакерку Защита от тёмных искусств: -Проклятие призраков -Оборотни -Различные способы исцеления от укусов волка-оборотня — Спасибо. — поблагодарила старшую сестру Белла, отметив для себя в голове, что год будет достаточно сложным и что первым у неё сегодня Трансфигурация, на которую лучше не опаздывать, — Я пожалуй, потороплюсь. — Не за что. Кстати, Белла, а откуда ты знаешь то заклинание, которое завивает ресницы? — с интересом спросила Меда. Белла сладко усмехнулась: — Вычитала в маминой книге по уходу за собой. А что? — Да нет, ничего. Просто интересно. — улыбнулась Андромеда, — Ну ладно, я пошла. Удачи тебе. — Спасибо, тебе тоже. — Белла тоже ответила сестре милой улыбкой и начала собираться, стараясь не думать о терзающем и выкинуть ненавистного кузена из головы. » Только бы не встретить Сириуса…» * * * — Доброе утро, Беллс. Ну что, как вчера прогулялась по замку ночью? На свидание небось ходила? — поздоровался Барти младший, который вместе с Рабастаном тоже шёл на трансфигурацию. — Доброе утро. А ты откуда знаешь? — озадаченно спросила Беллатриса. — Рудольфус. — ответил Рабастан. — Он нашёл забавным то, что первокурсница решила побродить по Хогвартсу ночью. И всё же, зачем ты пошла? — Барти не отставал от Беллы своим вопросом. Девочка криво усмехнулась, ощутив как сердце сжалось из-за неприятных воспоминаний той прогулки. Да, наверное эти раны в сердце ещё долго будут болеть… — Просто так. Скучно было, вот и решила пройтись. — солгала Белла, дабы не развивать дальше эту тему, — Да и вообще, у нас сейчас урок с МакГонаггал! — И что? — выдал Рабастан. — Как и что? Ты видел её? С ней лучше не ссориться. Будет прекрасно, если мы с самого начала наладим с ней отношения. — фыркнула Белла, поймав на себе заинтересованные взгляды товарищей. Ребята судорожно поторопились на первое занятие. * * * Трое учеников Слизерина со свистом вбежали в класс, и десятки пар глаз удивлённо устремились на них. МакГонагалл косо посмотрела на опоздавших первокурсников и приказала им немедленно занимать свои места. Барти решил сесть с Люциусом, а Белла разделила парту с Рабастаном. Урок шёл так неторопливо, что Беллатриса даже не заметила, как окунулась в царство Морфея, но едкий голос профессора резко прервал её непринуждённый сон. — Молодец, Фрэнк! — похвалила лопоухого мальчика МакГонагалл, — Вот, посмотрите все! У мистера Долгопупса получилось превратить спичку в иголку! Десять очков Гриффиндору! Беллатриса с отвращением посмотрела на однокурсника и возмущённо фыркнула, направив свой взгляд в окно, в то время как Рабастан внимательно слушал учителя и пытался что-то сделать. За окном со скростью света носились мётлы, управляемые неопытными учениками. Они обучались правилам игры Квидичч, изучали ее тактику и применяли на практике. Белла заметила, что какой-то худощавый мальчик в очках летает очень даже неплохо и обладает приличной хваткой. Около него носился пухлый юноша с неприятными чертами лица, который держал в руке биту. Но большинство учеников стояло на изумрудной травке вместе с учителем, пристально наблюдая за полетами своих сокурсников. Вдруг какой-то школьник, получив указание от мадам Трюк, резко схватил метлу и взлетел в воздух. Белла прищурилась, чтобы поближе разглядеть его лицо, на котором висели волнистые каштановые волосы. «О нет…» Сириус Блэк. Сердце неприятно сжалось. Увидеть его сейчас — это то, что меньше всего желала Белла. Да она и никогда больше в принципе не хотела его видеть. Видеть его дерзкий взгляд, затянутый обманом и злостью. Видеть его бледные руки, которые принесли Белле не мало физической боли. Видеть его холодные губы, произнесшие истязающее слова.Она не хотела этого. Вид у девочки сразу сменился на грустный и поникший. Губы едко скривились, а глаза наполнились естественным блеском. Белла ловко отвернулась от окна, лишь бы эта злосчастная фигура кузена не вцеплялась ей в мозг и не забивала всё сознание. — Белла, ты в порядке? — произнёс Рабастан, увидев, что его соседка выглядит очень печально. — Да. — и снова ложь. Такая сладкая ложь, которая обязана быть в данной ситуации. Голос дрожал. Белла не хотела, чтобы кто-то знал о произошедшем, чтобы кто-то видел её страдания. Она всю жизнь грезила стать сильной и самоуверенной волшебницей, которую ничто не сломит, но что происходит сейчас? Почему она видит мир в тусклых красках, сквозь тёплые слёзы? Белла никогда бы не подумала, что её жизнь может так резко перейти в другое русло лишь от нескольких предложений, сказанных Сириусом. Рабастан понимающе кивнул, как вдруг прозвенел звонок и ученики повскакивали с мест, торопясь на долгожданный обед. * * * Сириус медленно скипировал вниз, углубившись в свои мысли. «Почему я Блэк?» — вертелось у него в голове целый день. Ведь шляпа распределила его на Гриффиндор, родители не выделяют для него значительное место в своих сердцах, сам он не унаследовал многие качества, которые присущи выходцам рода Блэков. Сириус не был помешан на чистоте крови, нейтрально относился к маглорождённым, да и просто был не согласен с идеологий своей семьи. » Почему Белла так отреагировала? » — ещё одна мысль, которая беспокоила его не меньше. А ведь действительно. Разве Белле не всё равно на него и его убеждения? Разве есть ей дело до того, кем он станет и чью сторону примет? Что-то, скрывающееся глубоко в сердце юного Сириуса, неистово кричало о том, что слова, сказанные вчера ночью кузине, были лишние. Как бы искренне ненавидел Сириус Беллу, но какие-то уголки его отчаявшейся души вопили о том, что зря он так поступил, что зря он наговорил всё это сестре. Ведь, мальчик ещё не осознал какую боль причинил Белле. — Эй, Сириус, что с тобой? — громкий голос Римуса вырвал Сириуса из наболевших мыслей. — Всё хорошо, Римус. Где остальные? — Джеймс с Питтером уже ушли на обед. Побежали быстрее! — взяв приятеля за рукав мантии, произнёс Люпин. Сириус отдал метлу мадам Трюк и направился вместе с другом в Большой Зал. * * * — Хватит! Перестаньте! — доносились до учеников звенящие вопли мальчика с невыразительными чертами лица и светло-каштановыми волосами. На его шее красовался галстук пуффендуя. Вокруг мальчика стояла шайка слизеринцев, издающая неприятный зловещий смех. Самое интересное в это картине было то, что жертва была подвешена верх ногами к лазурному небу. — Закрой рот, Тонкс! — послышался чей-то омерзительный голос. Мальчик нервно звал на помощь, но, как оказалось, никому до него не было дела. Немало зевак пришли поглазеть на это зрелище, происходившее во дворе школы. Кто-то откровенно насмехался над бедным мальчиком, кто-то выражал сочувствие. Вдруг из замка выбежала девочка с тёмными волосами и в слизеринской мантии, которая истошно кричала: — Оставьте его в покое, мерзавцы! — А то что, малявка? Что ты мне… — басовый, железный голос крупного мальчика, стоявшего около Тонкса, дал понять, что эта девочка имеет дело со старшекурсником. — А то поплатишься, ублюдок! — перебила мальчугана жертва, всё ещё висевшая в воздухе. — Грязнокровкам слова не давали! — донёсся ещё один отвратительный голос. Белла и Сириус тоже наблюдали за происходящим, хотя были по разные стороны от этого зрелища. Всё-равно их мстительным, огненным взглядам удалось пересечься, от чего Белла отвернулась в противоположную сторону, увидев за своей спиной Рудольфуса, который тоже был свидетелем этой неприятной ситуации между Тонксом и бандой слизеринцев. — О, привет, Беллс. — дружелюбно поздоровался Руди. — Привет. — немного испуганным тоном ответила Белла, — Весёлая сцена, не правда ли? — Ахахах, это точно. Ну, теперь ты понимаешь почему с Андромедой так плохо общаются на Слизерине? — с ноткой пафоса спросил Рудольфус. — Нет, а причём тут Андро… — Белла не успела договорить, как Лестрейндж повернул её в сторону той темноволосой девочки, которая усиленно пыталась помочь пуффендуйцу. Беллатрису перекосило. «Чёрт тебя подери, это же Андромеда!». Что её сестра здесь забыла и почему она пытается помочь какому-то жалкому грязнокровке, который не может за себя постоять? — А почему она пытается ему помочь? Разве она не должна в открытую насмехаться над этим жалким уродом? — озадаченно спросила Белла, надеясь услышать верный ответ. — Она что, не рассказывала тебе? — Рудольфус поймал на себе ошарашенный взгляд собеседницы и проговорил шёпотом, — Это её близкий друг. Меда почти всё время проводит вместе с ним. У нас на факультете даже ходили слухи, что они встречаются… Глаза Беллы вновь наполнились исполинским ужасом. Что?! Её старшая сестра общается с грязнокровкой? Да Белла никогда в жизни не поверила бы в то, что представительница благороднейшего рода Блэк сможет опуститься до такого низкого уровня, но все факты были у Беллы под носом. Ей будто укололи сердце ножом, от чего кровь неестественно заструилась по горячим жилам, поступая к щекам, которые алели с каждой минутой. Беллу охватывали огромные чувства стыда и страха. Уж никак она не хотела, чтобы её родная сестра была унижением и отбросом в магическом чистокровном мире. Так же у неё и не было желания общаться и иметь связи с магглолюбами. Душу неприятно защемило, потому что Белла сразу же вспомнила Сириуса и его ледяные слова. » Мерлин, дай мне сил пережить это… » Беллатриса, ничего не ответив Рудольфусу, отчаянно ринулась сквозь шумящую толпу, глазеющую на бедного Тонкса и его ярую защитницу. Руди попытался удержать свою подругу, но та в этой ситуации оказалась сильнее. Вот уже Белла вплотную подбежала к старшей сестре и принялась отчитывать её: — Меда! Какого чёрта?! — повышенным, яростным тоном произнесла Белла, поглядев прямо в, забегавшие по разным сторонам, глаза сестрицы. — Что? — от удивления Меда даже не знала что и ответить. — Как это что? — Белла уже перешла на крик, схватив испуганную Меду за плечи, — Почему ты так исступлённо защищаешь этого грязнокровку? Это его проблемы, что он не может дать им отпор! — Но ведь они издевались над ним, а это против правил! — отчаянно выкрикнула Меда. — Против правил значит? Да как ты… — Белла не успела договорить, так как услышала до боли знакомый холодный голос Сириуса, который незаметно подошёл сзади. — Отстань от неё, Белла. Сириус выстрельнул в среднюю кузину своим огненным настойчивым взглядом, вонзаясь прямо в горящее сердце, от чего Белла неестественно шелохнулась и нервно сглотнула. По хрупкому телу девочки пробежала дикая дрожь от того, что ей снова приходится слышать и видеть своего заклятого кузена. — Тебя вообще никто не спрашивал. — угрожающе ответила Белла, стараясь ни в коем случае не терять спокойствие и хватку. — А мне всё равно. Просто отпусти Меду и закончим на этом. — Не смей мне указывать! — красивое лицо Беллы скривилось, будто бы она съела лимон, а руки рефлекторно отпрянули от плеч Меды и направились в сторону Сириуса, но тот сумел перехватить её несильный удар. Вдруг послышалась вспышка колдоаппарата и гадкий, немного писклявый женский голос: — Отличная колдография для моей новой школьной газеты! — посмеялась светловолосая девочка, которая держала в руке волшебный колдоаппарат, направленный на Сириуса с Беллой, и потрёпанный блокнот. — Картина маслом! Какие же заголовки лучше всего подойдут к этой статье? Может быть " Семейные разборки в стиле Блэк»? Или " Кровные скандалы»? , — девочка, одетая в мантию Когтеврана, надменно подошла поближе к Белле, — А вы, мисс, не могли поподробнее прокомментировать эту ситуацию? Жертва слизеринцев от такого поворота событий резко упала вниз, на холодные бетонные блоки, а шайка хулиганов стала заинтересованно наблюдать за Блэками и какой-то странной особой, которая постоянно что-то фотографировала. Рука Беллатрисы непроизвольно ринулась к карману мантии, и через мгновение Белла держала в руке свою волшебную палочку, которая была направлена прямо на эту неприятную когтевранку. В глазах Беллы громыхал неистовый гром и метали яркие молнии. Слизеринка была готова прямо здесь и сейчас убить эту заносчивую персону и плевать, что могла бы очень сильно получить за это. Злость и ярость наполнили душу Беллы до самых краёв. Давненько таких диких эмоций она не ощущала… — Белла, остановись! — неожиданно подбежал к разгневанной подруге Рудольфус и выбил из её пальцев палочку. Руди оттянул Беллу и, взяв её под руки, быстро ушёл со двора школы. Белла в этот походила на разъярённую мантикору, которая вот вот вцепиться кому-нибудь в горло и перегрызёт насмерть. — Ты в порядке? — взволновался Лестрейндж. В ответ лишь молчание, переплетённое с тяжёлым дыханием. — Белла, послушай. Не обращай внимания ни на Скитер, ни на Андромеду. Они не стоят твоих нервов. — Рудольфус принял попытку успокоить приятельницу, хотя раньше ему никогда не доводилось утешать девочек. — Скитер? — недоуменно переспросила Белла. — Та когтевранка, которая вывела тебя из себя. — пояснил Руди. — Когда-нибудь я убью её, вот увидишь. — Не делай поспешных выводов, она раздражает всю школу. Но пока никто не нацеливал палочку на Скитер, как бы она не бесила своим присутствием. Ты первая, поздравляю. Только эта затея может очень плохо для тебя обернуться… — Я контролирую себя, Руди. — решительно произнесла Белла. — Я заметил… — грустно усмехнулся Лестрейндж, — А насчёт старшей сестры не переживай. Это ведь её выбор. Пусть общается с кем хочет. — Это понятно, но я не хочу, чтоб она оклеймила наш благородный и чистокровный род… Рудольфус ничего не ответил, а только лишь понимающе кивнул. Успокаивать Лестрейндж явно не умел, а вот его младший брат был более мягким и с этим он, наверное, справлялся куда лучше. Это конечно же не означает, что Рудольфусу было всё равно на страдания Беллы, но тем не менее его характер давал о себе знать. Друзья поспешили на следующие занятия, которые должны были вот вот начаться, пытаясь не думать о произошедшем. * * * Сумерки обняли Хогвартс, который постепенно засыпал. Уроки уже давно закончились, а ученики занимались своими делами. В гостиной Слизерина царила спокойная атмсофера, окутанная приятным полумраком. Треск дров, сгорающих в языках пламени, ласкал слух. Беллатриса, сидевшая напротив камина, удивилась тому, что в этой змеиной комнате когда-то разжигается огонь. Она всю жизнь думала, что в гостиной Слизерина всегда стоит уютная прохлада и камин никогда не работает, но это оказалось не так. Нежное тепло постепенно въедалось в кожу, от чего слизеринке стало жарко. Белла держала в руках учебник по истории магии, стараясь запомнить хоть что-то из параграфа, который им задали, однако ничего не получалось. Голова, в которой гулял дым, будто укатилась в небеса. Белла вновь прокручивала в сознании все те события, которые произошли недавно. Вновь она ощутила, как сердце судорожно сжимается, а глаза медленно наполняются печалью. Однако, предметом её терзаний теперь был не только кузен, но и Андромеда. » Да как она может так поступать?..» — грустные мысли переполняли поникшую Беллу. » Может с ней стоить поговорить и внушить, что её действия очень неправильные? Вдруг нежная рука коснулась плеча Беллы, вытащив её из своих мыслей. Девочка резко обернулась. «Меда… Вот она и сама пришла ко мне. Наверное, разговор нужно начать сейчас… Как раз в гостиной больше никого нет.» — Привет. — спокойно произнесла Белла, скрывая свои истинные чувства, которые давали Белле возможность прикончить сестру, за маской равнодушия. — Привет… — сказав это, Меда осторожно присела в другое мягкое кресло, находящееся около Беллы. Беллатриса пристально посмотрела на старшую сестру, чей грустный взгляд был устремлён в пылающий камин. — Зачем, Меда? — аккуратно подошла к теме разговора Белла, — Зачем ты общаешься с этим пуффендуйцем? — Потому что мне с ним легко и хорошо. — испуганным тоном ответила Андромеда, — Я же не задаю тебе вопрос, почему ты общаешься с братьями Лестрейнджами или с Барти… — Они — чистокровные волшебники, разделяющие понятия и мотивы Слизерина. — Ну и? Ты что, считаешь своими друзьями только тех, кто презирает магглорождённых? Я то думала, для тебя важны душа и характер… — Меда, я бы никогда бы не стала делать ничего такого, что может бросить тень на мою семью. — Но почему я не могу общаться с теми, с кем мне нравится… — голос Андромеды дрожал. — Потому это противоречит идеологии нашей семьи. Кстати, я слышала, что вы с Тонксом встречаетесь… Это правда? Андромеда запылала ярче огня в камине, ничего не ответив. Её щеки налились алым румянцем, а напуганный вгляд она пыталась спрятать от Беллатрисы. — Меда, не молчи. — настойчиво произнесла Белла. Андромеда попыталась выдавить из себя хоть какие-нибудь слова, но накрывшая с головой пелена грустных и стыдливых чувств, не дала Меде сделать это. Душу неприятно резало и кололо. Глаза плавно опустились вниз, тёплые слёзы катились по красным щекам Меды. — Всё понятно. — решительно сказала Белла, уяснив, что слухи всё-таки правдивы, — Не ожидала от тебя, сестрёнка. — А вот Сириус бы понял и принял меня такой, какая я есть! — безнадёжно выкрикнула расстроенная Меда, голос которой был едко перемешан с плачем. — Не смей сравнить меня с этой скотиной, ясно?! — ядовито проговорила Белла, уверенно встав с кресла. Её взгляд больно пронзил всё нутро Андромеды. — Да как ты можешь! Ты же сама только что говорила, что я живу не по понятиям нашей семьи, а сейчас сама их нарушаешь своими оскорблениями! Сириус же наш кузен, забыла?! — Да мне плевать. Для меня он больше не Блэк. — Что т-ты имеешь в виду? — трусливо задала вопрос Андромеда. — Да какая к чёрту разница?! Теперь я полностью убедилась в том, что ты такая же сука как и твой ненаглядный Сириус! Да вы оба не достойны носить такую величественную фамилию, как Блэк! — развернулась Белла, яростно прокричав это старшей сестре в лицо, от чего наверное проснулась вся гостиная. Белла ушла в спальню, громко хлопнув дверью, оставив рыдающую Меду сидеть в кресле Злость струилась из разочарованных глаз Беллатрисы в виде горьких слёз. Она не знала как можно подавить свои эмоции и утихомирить свой пыл. Как вообще можно было успокоиться и жить нормально, когда душу просто резало пополам, прожигая всю сущность? Когда от боли содрогалось всё тело, будоража ветхое сознание? Белла бы с удовольствием сейчас сбросилась с башни, или провалилась в другое измерение, лишь бы не испытывать на себе всё это, не быть истерзанной жертвой жестоких чувств. Девочке и думать не хотелось о том, какие очередные разочарования и сюрпризы ждут её в этом учебном году. Двух дней было предостаточно, чтоб Белла ощутила невыносимое чувство, будто бы сердце кромсают на кусочки раскалённым лезвием.