Недопёсок.

В тот день ты не выходила из его комнаты, провела весь день в кровати. Успокаивая и жалея себя. Иногда заходил Ваня спросить тебя о самочувствии и просто отвлечь от дурных мыслей. Он старался, но получалось плохо. Ты не могла выкинуть картинку Егоры со стоячим членом, и каждый раз тошнило с новой силой. Несколько раз ты таки проблевалась, организм будто бы очищал сам себя, и это делало только хуже. В голове постоянно вертелась мысль, что, если снова. Вдруг сейчас дёрнется ручка и он войдёт. Но ты старалась верить Вадику и его мнимой безопасности. Где-то под вечер, когда в клубе снова была слышна громкая музыка, а в комнату несколько раз входили девочки в поисках Босса, для того чтобы удовлетворить его. И когда они находили лишь тебя, молча и с недовольством покидали зал утех. Ты сидела, спрятавшись в своём телефоне, избегала той суеты, что творилась за дверьми. Просматривая свой профиль в Инстаграм, ты наткнулась на знакомый силуэт с пулеметом в руках. Его несколько лайков на твоих фото были оставлены несколько часов назад, и ещё один за неделю до вашей встречи там, возле трупа. Пару раз пересчитывала недели, пытаясь понять, как. Хотя ты понимала, что редко следишь за активностью в соц. сетях. Но он. Он любитель вкинуть что-то дикое. Снова зашла на его страницу, убедится, что это точно он. И да, он. Его красивые руки держат пистолет, на фоне денег. Его дикий и похотливый взгляд возле жоп девочек. И последняя фотография была закинута 10 часов назад. Девушка в красном коротком платье обнимает ладошками стойку с микрофоном. — Это я? Ты увеличиваешь фотографию, до последнего, не веря в то, что это ты. В голове сумбур, и нежелание больше удивляться. С ним никогда не бывает спокойно. Рядом с Вадиком всегда взрыв. Открываешь ещё раз календарь, считаешь день, когда вы встретились с ним. Считаешь дату от первого его лайка. И это таки ровно за неделю до встречи. Если бы это был не Вадик, ты бы подумала, что это совпадение. Но с ним совпадений не бывает. У него просчитано все на 5 шагов вперёд, и это ведь не преувеличение. Ты ждала его для разговора. Но он никак не приходил. Поэтому решила позвонить маме сообщить о том, что ты вряд ли скоро придёшь домой, и, если что-то нужно, чтобы она попросила соседа Мишу, а деньги она потом отдаст. — Дашенька, привет, — ее голос спокоен и на удивление бодр, несмотря на время. — Привет, как ты? — Да ничего, врач приходила, сказала давление в порядке и анализы тоже. — Это хорошо. Отец дома? — На кухне. — Пьян? — Нет. Хотел выпить, даже бутылку вытянул, но передумал чего-то. — Может одумался, — ты слегка хохотнула, понимая абсурд своих слов. — Я хотела сказать, что у меня дела, я не смогу неделю или две прийти домой. Если что пускай Миша купит что нужно, хорошо? — ты коснулась пальчиками своих гематом на лице, и как-то особо неприятно врать матери. Но приходится. Ведь такого вида у тебя ещё не было. — Да, я знаю, — дверь в комнату как по заказу открывается в самый нужный момент. Входит он, с приторно сладкой ухмылкой на губах. Это довольное лицо ты б хотела немножко попустить. — Откуда? — твой голос удивлён, немного обескуражен. — Так Вадим приходил, продукты принёс, сказал ты его просила, — ты поднимаешь вверх брови, поджимаешь губы, сдерживая лишние слова, которые матери знать не нужно. — А, да. Просила, думала он завтра зайдёт, — Вадик в ту же секунду понял, о чем идет разговор, да и твой испепеляющий взгляд говорит о многом. Ты смотришь, изучая человека напротив тебя. И не совсем понимаешь, кто же он? — Такой мальчик интересный, вы на работе познакомились? — Вадик смотрит на тебя, улыбаясь, знает, что тебе приходится говорить о нем только хорошее, и это забавляет. Ему это приносить удовольствие. Он стоит возле клетки с собаками, которые требуют внимание и ласки от своего хозяина. Но парень увлечён кое-кем другим. — Типа того, — ты кусаешь губу пытаясь придумать правдоподобную ложь, хоть с мамой вы никогда не были подругами, но она всегда знала, когда ты врешь, — часто к нам на кофе приходил. Ма, ты себе там не придумывай лишнего, он просто мой, — ты запнулась на слове мой, и Вадик это заметил, заливаясь смехом, ты фыркаешь, — он просто друг. Ничего больше. — Такие друзья тоже нужны, пускай, — тон мамы показался тебе слегка насмешливым. Ты пыталась увести русло разговора в другую сторону. Но ей было интересно поговорить о человеке, который ворвался в жизнь её дочери. Она сказала, что отец не в восторге от него. Да ещё бы, полтора месяца назад этот парень держал дуло пистолета у виска ее отца. Именно из-за того, что Вадим пришёл к ним домой, словно близкий родственник, мило общался с мамой, твой папа и не стал пить. Он пугает, а значит Вадик делает все правильно. Наконец-то сбросив вызов, ты коснулась лба и щёк, понимая, что горишь от стыда. Вадим все так же смотрел на тебя, но теперь уже ближе, почти напротив кровати, где ты провела целый день. Было очевидно, что нужно начать разговор. Вопросов было много, как и всегда в общем. — Говоришь, маме я нравлюсь? — он злорадствует, испытывая тебя на прочность, но делает тебе услугу начиная разговор первым. Парень пытается отвлечь тебя, убрать из чудной головушки дикий страх. — Спасибо, — это должно прозвучать, ведь он сделал это без твоей просьбы, просто потому что считал это нужным. — Будешь должна, — парень наливает себе стакан виски, и ты понимаешь, что на сегодня почти все дела окончены, теперь он может расслабиться. — Да я тебе и так походу должна до конца своей жизни, — ты смотришь на заблокированный телефон, не зная, как начать вести разговор. — Че такая груженая? — Вадик всегда понимает тебя, он, как ты раньше уже сказала, читает тебя как книгу. — Вопрос есть. — О, начинается, — он закатывает глаза, понимая к чему все это ведет. Отходит ближе к псам, ласкает за ухом и в ответ они лижут ему пальцы. — Валяй пока у меня настроение есть. — Ты знал кто я такая ещё до встречи со мной? — Ого, как глубоко ты копнула, — Вадим поднимает виски, делает глоток и ловит на себе твой заинтересованный взгляд. Это застало его врасплох. — Я брал кофе в твоей кофейне, твой напарник обслуживал меня. Ты в тот момент ссорилась с курьером, они доставили что-то не то. Мне понравилось, как ты разговариваешь, умело ставишь его на место. А потом, словно ничего не было, подошла к напарнику, мило улыбалась, даже поздоровалась со мной. Секунду после ссоры ты вела себя, словно самая милая девочка в мире. Тогда я понял, что я нашёл нужного человека для дела с Вениамином. — Ох, — ты напрягла мозги, вспоминая тот вечер, и вспомнить Вадика так и не получилось, — Ты специально оставил лайк, чтобы я это поняла? — Только я думал, что ты раньше догадаешься, — Вадим подходит к тебе, отставляет стакан, и ложится возле твоих ног, поперёк кровати. — Думаешь, это игра? Моя жизнь? — ты смотришь на его меняющиеся эмоции на лице. — Кто сказал, что игра? — он приподнимается на локтях, уставляет уже явно подуставший взгляд на тебя. — Разве ты не играешь? Все это, наша встреча, все твои испытания, тебе ж интересно. — А тебе нет? — непонимание в глазах, губы слегка кривятся, не скрывая вопросительное выражение лица. — Если я сейчас отпущу тебя, скажу уходить. Что ты будешь делать? Ты помнишь, как там, в унылом мирке? — Вадик как всегда прав, ты слишком погрязла в трясине этой жизни. Тебе кажется, что так было всегда. — Не знаю, я как бы не делаю из этого проблему. Просто мне стало интересно, как так произошло, что ты меня уже знал, — ты немного избегала зрительных контактов с ним, ведь то как ты выглядишь, пугает и не хочется, чтобы он даже смотрел. — В этой жизни ничего не происходит случайно, — его голос звучит строго, возможно даже со злостью, но не из-за того, что ты что-то не так делаешь, просто потому что устал. Вадик много дел сделал, много кого поставил на место, только вот со своей жизнью так и не разобрался. — Я поняла, но почему ты решил именно таким образом познакомить меня с этим миром? — ты смотришь куда-то вдаль комнаты, лишь бы только не встречать упоение в его глазах. — Я ведь могла повести себя не так, как ты себе решил. — Но ведь повела? — Люблю твои исчерпывающие ответы, — ты улыбаешься, этот вечер стал очередным открытием Вадика. Да и в принципе о себе ты кое-что узнала, ты предсказуема, хоть и интересна ему. Но любопытно понимать, что слово «люблю» оказалось в контексте Вадика, пускай и касательно его ответов. Он улыбнулся, прикрывая тяжёлые веки, закидывает руки под голову. И ты почему-то слишком заколдовано наблюдала за ним, за его плавными движениями, за тем как он старался устроиться удобней. Его яркая разноцветная кофта с непонятными принтом и белая футболка под ней, слегка смущала тебя. Стиль Вадика всегда казался тебе чём-то из вне. Его вечно пестрые рубашки, спортивные штаны, кеды, огромные капюшоны заставляли засматриваться дольше положенного. — Дыру выжжешь. Наверное, твой изучающий взгляд можно было почувствовать за километр. Но тебе было слишком пофиг, хотелось просто понять. Разобраться в своей глупой голове. Глаза он не открыл, но лишь улыбнулся шире, дав понять, что он знает тебя от, а до я. — Даш. — Что? — Мы сейчас утонем, — надменный тон разрывает сознание. — Что? — Че ты как попугай заладила. Говорю, ты течёшь, сейчас лодку нужно будет доставать, — он резко поворачивается к тебе, улыбка делает всю работу за него, ты не злишься за его шутки и надменный тон. Просто лишь бы он смотрел именно так. — Самоуверенности тебе хватает. — Разве это плохо? — ты свесила ноги с кровати, пытаясь уйти от этого высокомерного бандита подальше, но его рука на твоём локте ломала все планы. — Ты не ответила, — Вадик тянет к себе, словно одну с тех девочек у шеста. Будто бы ты должна повиноваться без лишних вопросов. Возможно ты б так и делала, если бы характер был попроще, да и зубки нужно было б сточить. Парень прижимает твою талию к себе, и ты оказываешься рядышком с ним, под его защитой. — Самоуверенность — это порог одиночества, — ты понимаешь, что он смотрит в потолок, рассматривая там невидимые узоры, разбирая в голове на атомы слова. — Хорошо сказано. Больше ничего он не ответил на эту твою фразу. Ты его уколола в сам нерв, там, где поднывает ещё с детства. И это было очевидно, по крайней мере для тебя, а он так, наверное, и не знал, куда эта дорога занесёт в конечном результате. Вадим прижимает щеку к твоим волосам, вдыхает. Он вкушает тебя, смакует твой аромат. Чувствуется удовольствие, словно он кайфует. Ему явно нравится вот так прийти, поспорить о чём-то, прижать тебя, и отходить от бешеного дня. И это нечто прекрасное, а главное новое для него. — Ты ведёшь себя как мальчишка, — насмехаешься, и хочешь уколоть его, но на самом деле тебе нравится все это. Эти его касания, неловкие объятия, тебе нравится, и прекращать это не хочется. — Ты не поверишь, у меня для тебя даже подарок есть. — Подарок? — твои глаза кажется округлилось до невозможности, наверное, в мире больше нет человека, который может удивить тебя больше чем этот бандит. Парень поднимается, доставая из-под спины пистолет. И это удивляет тебя больше, чем слово подарок. Он протягивает его тебе, не стирая ухмылку со своих губ. — Я конечно не Веня, бриллианты дарить не собираюсь, но думаю это тебе нужней, — ты касаешься металла, уже нагретого тёплом Вадика, — я хочу, чтобы теперь ты была готова защитить себя сама. Поскольку ты рядом со мной, и о тебе знают теперь многие. Это тебе пригодится. — Я в опасности? — Я думал нет, но случилось то чего я не предвидел. Ты рассматриваешь гладкую форму корпуса, ощущается ощутимый вес, в маленькую сумочку его не положишь. Он похож на тот, которым ты застрелила того пацана. Но он немного тяжелее, наверное, Вадик решил, что ты уже профи. — Это Беретта, весьма надёжная модель, с такими ходит вся прокуратура. Он чистый, нигде не светился, — глаза парня горели, когда он говорил об оружие, это приносило ему необъяснимый для тебя кайф, — если захочешь стрелять, та самая схема, что и с другими. Ничего нового для тебя. Ты хлопаешь ресницами, усаживаясь удобней рядом с ним, покидаешь его объятия. Ты держишь в руках пистолет, словно ничего удивительного не происходит. Хотя такого рода подарков тебе точно никто не делал. Ты понимала, если он даёт в твоё владение оружие, значит обратного пути нет. Отсчёт начат и до взрыва осталось несколько секунд. — Спасибо, наверно, — ты немного смутилась, хмуришь брови, — просто не совсем понимаю, как реагировать на такой подарок. Пистолеты мне ещё не дарили, — парень смеётся, разряжает обстановку. — Ю ар Велком, как говорится, — Вадик поднимается с кровати, опускает ноги, касается ступнями мягкого ковра. Поправляет волосы, как будто это изменит вечный беспорядок. Поправляет кофту, встаёт. — Ты куда? — ты удивляешься, не желая отпускать его куда-нибудь. Тебе нужен твой Вадик рядом. — Тебе правду сказать или лучше промолчать? — его ухмылка, и он приближается слегка к тебе, рассматривая то, как ты крепко держишь пистолет в руке. — Промолчи, — ты ведь знаешь, что он идёт либо убивать, либо грозить убить. И сейчас знать этого ты не хочешь. Лучше быть наивной девочкой, потому что ещё парочку убийств в твоей жизни, и ты точно окажешься в дурке. Вадик подходит ближе, наклоняясь к твоему лицу, и больше спрятать этот видок тебе не получатся. Хоть как бы сильно ты не хотела. Он упирается руками в кровать, оказываясь наравне с тобой. — Если что, напишешь. Ему не нужно много говорить, чтобы ты его понимала и знала, о чем идёт речь. Ему не нужно показывать заботу или что-то наподобие этого, чтобы ты знала, что твоя безопасность волнует. Он не показывает ничего из этого, но это заметно. Кто бы смотрел со стороны, наверное, б и подумал, что он твой хозяин. Но больше нет. Не после вчерашнего. Не после того разговора, не после случившегося. — Хорошо. Он ушёл, провожая ухмылкой тебя. Ты осталась одна, вдыхать воздух одиночества. Только Вадик умеет создать ощущение одиночества, даже когда он рядом. Это не нравилось, но и не удивляло. Тогда ты провела ещё несколько часов одна, проверяя соц.сети и опять, и опять возвращаясь на страницу Вадика. Она привлекала, ты просматривала фотографии. Каждую его деталь. Бешеный взгляд, игривая ухмылка. И вновь возвращалась к себе. У стойки с микрофоном. Он сумел подловить момент, когда ты вовлечена в пение по максимуму. Смайлик чертика в описании под твоей фотографией заставлял улыбнуться. И даже ты поставила лайк. «Вадик, я бы на квартиру вернулась». «Тачка будет под клубом через 10 минут». И все. Ни вопросов, ни лишней информации. Он кратко и по делу. У него нет времени. А тратить ещё и на бесполезные разговоры в переписке не его стиль. Ты собрала свои вещи в рюкзак Вадика, спрятала туда же новый атрибут своего гардероба. Ухмыльнулась своим мыслям. И шагнула в пропасть. Попрощалась с Ваней, поблагодарила его, что он остался и приходил к тебе. Это значило для тебя много. Как всегда, молча добрались до места назначения. Водила довёл тебя до двери, не проронив ни слова, и тебя уже порядком поднадоел этот вечно надутый качок. Тебе постоянно хотелось обернуться, оглянутся нет ли кого-то позади тебя. И ты понимала зачем Вадик приказал проследить за тобой. Он знал, кто такой Егор и знал, что страх ему не присущ. Ты фыркнула, когда качок первым зашёл внутрь и проверил все ли в порядке. Ощущение какого-то тупого экшена не покидало. Только вот реальности добавляла боль, которая ещё очень даже реально отдавала под рёбрами. Ты молча скинула с себя одежду, желая скорее принять душ. Поставила на телеке музыку на фон. Чувствовала себя здесь уже немного хозяйкой. И даже привыкла к холостяцко-пустой квартире. Заметила, что в ванной комнате снова появилось зеркало, которое ты несколько дней назад розхерачила в бешеной истерике. И даже уже забыла за раны на ладони. Они больше не чувствовались, как те, что внутри. Аромат кофе обволакивал воздух квартиры, и появлялось желание жить. Ночь подкралась незаметно, внедряя свои законные права на тебя. И ты наконец-то захотела спать. Надела на себя пижаму с короткими шортиками и шагнула в спальню, минуя комнату где всегда оставался Вадик. Сегодня ты готова остаться одна, чувствовать холодные простыни, обнимать огромные подушки, вдыхать аромат чистого белья. Здесь явно всегда убираются, хотя при тебе никого не бывало. Как-то у Вадима это слишком все распланировано, даже чересчур. Иногда это пугает, его готовность ко всему. Если бы не тот промах с изнасилованием, думала бы, что твоя жизнь имеет график. Сон наступил внезапно, поглощая тебя и все твои мысли в темноту. В эту ночь ярких вспышек не было. Было вязкое ощущение, что ты не одна. Как будто рядом кто-то находился, дышал в затылок и обнимал за талию. Всю ночь тебя, словно держали за руку и надавали упасть в котёл боли. Но оно осталось лишь ощущением, когда ты открыла глаза. И все ещё была одна. Дикое желание покушать и выпить кофе собственно заставило подняться с кровати. Ты была разбита, сил не было, но по крайней мере ноющая боль под рёбрами отступила. Да и гематомы на лице понемногу сходили. Видимо мазь действовала. Но смотреть на себя все ещё было отвратно. Утро под названием обед. Ты редко, когда могла себе позволить спать до обеда. Обычно ты бежала на работу и заменяла всех. Лишь бы не оставаться дома. Лишь бы не видеть того хаоса, что творился дома под утро. К вечеру ты даже привела себя немного в порядок, и попыталась закрасить тональным кремом ту всю «красоту», что сияла у тебя на лице. Получилось паршиво, но терпимо. Зачем тебе это? Да черт его знает, наверное, чтобы не тошнило так сильно от собственного вида в зеркале. Сегодня ты попробовала поесть, сделала себе овсянку, которая кажется вечность жила в той тумбочке. Ты улыбалась своим жалким попыткам выглядеть как обычный человек. Тебе хотелось выйти погулять, посмотреть че там нового в кинотеатре. Но останавливало одно — одиночество. Тут либо идти одной, либо больше вариантов нет. Вот и снова ещё аргумент в противовес Вадика. С ним ты одинока, с ним ты потеряла связи даже те, что были. Он заставил оборвать свою жизнь. И жить только тогда, когда рядом он. Ты будто стоишь на паузе, когда его рядом нет. И это яд. Это боль. И вдруг время остановилось. Прозвучал стук в дверь. И ты знала, что это значит. Вениамин. Ты попросту забыла о нем. В твоей головушке было слишком много страданий, чтобы помнить ещё об одном хозяине. — Сука, — как же хотелось закричать на всю квартиру, проклиная каждую секунду этого дня. Вспомнив о новом подарке Вадима, ты достала, кладешь в кухне, под полотенце. Молча подходишь к двери, медленно открывая дверь, даже не смотришь и не спрашиваешь. Разрешая гостям пройти внутрь. Сначала входит охранник, и только после этого Вениамин. Он, как всегда, элегантный, пальто и костюм. Важный такой, деловой. — Здравствуй, — закрываешь за ними дверь, позволяя себе предположить, что вы останетесь здесь. — И тебе привет, — ты не поворачиваешься к нему лицом, лишь указываешь рукой в сторону кухни и быстрым шагом ведёшь его туда. Он понимает, и проходит за тобой. Ты ставишь чайник, пытаясь оттянуть тот момент, когда он увидит твоё лицо. В общем тебе должно быть пофиг на его реакцию, но ты зависима от мнения других. И это усложняет твою жизнь. Поджимаешь губы, опираясь руками на столешницу, прячешься. Хотя знаешь, что сбежать не получится. Его ладонь накрывает твоё плечо, заставляет обернуться к нему. И ты словно куколка, послушная/ покорная. Подчиняешься, встречая его глаза на своём лице. Он слегка ошеломлён, поражён. Но спокоен. — Что случилось? — тон не заставляет рассказать, даже наоборот, просит. Он заворачивает локон волос тебе за ухо, открывает вид, чтобы рассмотреть отчетливо. Едва надавливает на гематому, и ты шипишь, как дикая кошка. Убираешь его пальцы с лица, намекая о том, что лучше не надо. — Прости. — Все в порядке, — ты машешь головой, и уж не знаешь зачем, то ли успокоить его, то ли себя. — Даш? — вопросительное выражение лица заставляет тебя все-таки вернутся к разговору. — Это Вадик? — Нет, — ты прикрываешь глаза вспоминая слова Вадима о Вене, о том, как он избивал свою девушку, как подставлял брата. И в человеке, что напротив тебя, казалось бы, нет ничего из той злости. Наверное, это лишь маска. Ведь он вынудил тебя переспать с ним, он тоже угрожал, и он заставлял делать, то что скажет. — Мне нужно рассказывать? — Это сложно? — его рука до сих пор лежит на твоём плече, как будто пытаясь успокоить. — Слегка. — Тогда не говори. Я просто ждал твоего звонка, потом Вадик подкинул мне проблем с поставкой моего товара. Мои люди доложили, что с клуба ты не возвращалась. Я подумал, что что-то случилось, — его голос бархатный, нежный. Он ласкает уши, делает все, чтобы отвоевать твоё расположение. И ты не сильно понимаешь зачем? — Я так понимаю, одна я бываю только в душе? Или там тоже кто-то за мной следит? — Ты начинаешь активно защищаться, хотя на тебя никто не нападает, даже наоборот. Он пытается быть аккуратным, подходит с осторожностью и подбирает слова. — Ты агрессивно настроена. Разве я в чем-то виноват? Ты мой подельник, которому я не доверяю. — До сих пор? — твой голос выдал легкое волнение, и ты все-таки оглянулась проверить что точно полотенце прикрывает пистолет. Он на это внимание не обратил, лишь опустил руку тебе на талию, наклоняясь к тебе, обжигает ухо жарким дыханием. — Я думаю ты сама себе не доверяешь. Но секс был хороший, за это отдельное спасибо, — его издевательскую ухмылку можно даже почувствовать, этот обжигающий шёпот уничтожает тебя. И страх снова оказаться под ним усилился. — Но можешь не боятся, ты мне нравишься. Я бы хотел, чтобы мы дружили, — он привлекает твой взгляд, и ты уже забыла, как он пугает. Ведь его глаза умоляли сдаться в плен, позволить творить с собой все что ему захочется. И ты бы согласилась, если бы то и дело в голове не всплывал Вадим. Дикий, который не разрешит тебе сдаться. — Больше убить меня не хочешь? — Я и никогда не хотел, собственно, — Веня слегка хмурится, отпускает твою талию, делает шаг от тебя, но ближе к окну, — то что обстоятельства обязывают, это совсем другое. — Разве не ты говорил, что выбор есть всегда? — наклоняешься голову на бок, превращаешься в дикую кошку. — Выбор и обязанности — это разные вещи, — он смотрит на тебя, гипнотизирует. — Давай выйдем на кофе. — Давай я здесь сделаю кофе. — Хочу прогуляться, — парень берет твою ладонь, привлекая тебя к себе, — иди приоденься. — Хорошо. Ты переоделась в миленькое платье, одела балетки, накинула тёплый пиджак сверху. В тех нескольких минутах одиночества ты должна была сообщить Вадику все происходящее. Но боялась, что он уже знает. «Он здесь, все будет хорошо. Я скоро буду». «Не выключай телефон». Ты вышла к Вениамину, он улыбался, откровенно оглядывая тебя. Это смущало, не хотелось быть одной из его кукол. Но это ты и делаешь. — Пошли? — охранник открывает дверь, выходит первым, за ним медленно шагает Шеф. — Да, только секунду. — Свою новую игрушку — оставь, — Вениамин не поворачивает к тебе голову, просто монотонно шокирует. Зверь в нем еще дышит, громко издавая предсмертные стоны. Ты поджимаешь губы, понимаешь, как же он все-таки похож на Вадика. Эта манера речи, взгляды, движения. Только внешность с точностью до наоборот. Выдают лишь глаза. Он переступил порог, и ты глубоко вдохнула, кинула последний взгляд на кухню. Вышла из квартиры, закрывая за собой дверь на ключ. И ты, будто бы послушная собачонка, топала за ним. Тебе открыли дверь машины, кажется такую сцену ты уже где-то видела. Но пришлось молча повиноваться. Так как огромный вышибала рядом с тобой, который даже устрашающе дышит, убедительно приглашает присесть в машину. Ты устроилась поудобнее на заднем сидении, рядом с Вениамином. Тебе всегда было любопытно почему он не ездит сам за рулем. Но по его внешнему виду ответ был очевиден. Статус важнее. Это Вадик может позволить себе газовать и гнать больше сотки по городу. Это Вадик может позволить себе неряшливый внешний вид. И это Вадик живет не за правилами. Говорить особо не хотелось, но ситуация вынуждала быть в курсе происходящего. Потому что ещё одной такой поездки «позлить Вадика» ты не выдержишь. — Куда мы едем? — ты следила за дорогой рассматривая ее в лобовом, заглядываешь через сиденье водителя. — Увидишь. Мужчина улыбнулся, слегка покосился на тебя, но не выдал того, что ему нравится то, как же ты любишь контролировать ситуацию. Ты сжала ладони вместе, пытаясь отогнать дурные мысли. Выходило плохо, но паника не накрывает и это хорошо. Раньше контролировать себя было сложно, раньше эмоции лились рекой, и ты бы после всего того, что пережила, наверное, уж б вздернулась. Машина остановилась возле знакомого ресторана, и ты в голове даже засмеялась. Здесь вы впервые встретились с ним. Здесь по легенде ты ждала Вадима, а по правде отвлекала Вениамина. Ты смотрела на здание с красивыми окнами, огромными входными дверями, и парень наблюдал сначала за твоей реакцией, а потом позволил себе коснутся твоих плеч. — Позволишь, — он предложил тебе взять его под руку, и ты соглашаешься. Вениамин ведёт тебя к входу, открывает тебе дверь, делает все, чтобы показаться максимально джентльменом, это смешит и пугает одновременно. Ведь от него можно ожидать чего угодно. Как и от Вадика, собственно. Вы садитесь за тот же столик, вас обслуживает казаться бы даже тот официант. И это улыбает, он постарался удивить тебя. — Можно задать вопрос? — брюнет сел напротив тебя, ставит телефон на правый край стола, поправляет пиджак. — Попробуй, — он взглядом зовёт официанта. — Зачем все это? Какой толк от нашей дружбы, так сказать? — ты смотришь, хотя скорее изучаешь его. Каждое его движение и взгляд, и ты никак не можешь понять, что же все-таки между вами происходит. К вам подходит мальчик официант, предлагая тебе меню. — Нам два кофе, чёрных, фильтр, — он откровенно игнорирует твой вопрос, обращается к парню, который каждое его слово записывает, — Даш, тебе ещё что-то? У них бесподобные эклеры, — ты пожимаешь плечами, неуверенно себя чувствуешь в такой момент, ты не привыкла, когда за тобой так активно ухаживают, — ну хорошо, принеси нам два эклера ещё. Парень быстрым шагом удаляется от вас, и стало заметно как все боятся его прихода. В принципе, как и ты. Это для тебя не странно. — Что насчёт моего вопроса? — Хотел бы побольше узнать тебя. — Зачем? — твой голос звучит удивленно, на самом то деле ты не очень понимаешь смысл ваших встреч. — Потому что я хочу. — Это такой себе аргумент, — он улыбается этим словам, и слегка опускает глаза. — Ну смотри, ты с Вадиком. Что уже для меня важный аргумент, чтобы с тобой общаться. Позлить его. Второе, — он загибает пальцы, словно начиная отсчёт. — Ты обещала со мной сотрудничать. При этом явно увлечена моим братом. Ну и последний пункт, который я уже тебе озвучивал. Ты мне нравишься, — он поправляет и так идеально лежащую скатерть. — Но даже если это и так, когда все это закончится, мы исчезнем из жизни друг друга. — Под фразой «это закончится», ты имеешь в виду Вадик умрет? — Вениамин смотрит в твои глаза, ищет там то, что ты удачно прячешь. Страх потерять Вадима. Ты лишь пытаешься спрятать это поглубже, замаскировать чувства. Он же продолжается невинно улыбаться. — Но все же, — делает наигранную паузу, щурит глаза, — я надеюсь, что ты не захочешь уходить, — наконец ты расслабилась, понимая, что сегодня от него подлянок ждать не надо. Но все же в голове вертелась история, рассказанная возле могилы той девушки. И язык так и чешется что-то, да и ляпнуть. Вам принесли кофе, эклеры. Тебе понравилось, что Вениамин учёл твоё пристрастие к кофе. Но не понравился его наглый нрав. Он любит быть во главе, и это заметно. Ты делаешь маленький глоток кофе, пробуя вкус, словно разбираешь на атомы. Хотелось уделать того нахала напротив тебя, сказать, что кофе отвратный. Но все наоборот. Кофе восхитительный, и ты даже немного расстроилась, что не удастся подпортить его чудное настроение. — Зачем тебе эта дурацкая месть Вадику? Разве ты не влиятельный человек? — ты рискуешь, идёшь ва-банк. И ему нравится, как ты играешь, переставляешь фигуры на доске, осторожно, но нагло. — Заходишь на минное поле, — брюнет сделал маленький глоток обжигающего кофе, слегка облизывая губы. — Давай выберем другое направление нашего разговора. — Почему? — ты наступаешь на первую мину, и видишь, как на его лице хмурятся брови, и слегка исчезает демоническая ухмылка. Ты скрещиваешь руки на груди, становишься в защиту. Но напасть ты готова всегда. — А ты любишь ходить по лезвию, — он улыбнулся, слегка навалившись на стол. И все больше походил на дикого Лисенка, который остался за пределами этой красивой жизни. — Такая уж специфика работы, — ты пожала плечами, резко опуская взгляд куда-то вниз, но потом также резко встретилась с его карим омутом, — или я, или меня. — Закон джунглей Вадим тебе хорошо объяснил. — Наверное, связавшись с ним у меня резко в жизни начало происходить слишком много дерьма. И больше ничем, как этим законом это невозможно объяснить, — ты гордо держишь ситуацию, не позволяя ему сбивать твои фигурки. На этой шахматной доске ты лишь пешка, а они короли. И будет весьма забавно если пешка возьмёт в плен короля, объявляя ему мат. Почему-то эти мысли заставили улыбаться. — Думаешь они случайны? — Что ты имеешь в виду? — Вениамин кусает сладкий эклер, упрямо игнорируя твоё увеличение его фразой. И лишь когда он решает, что ты уж достаточно извелась, поднимает на тебя взгляд. Искренне и так по-детски улыбается. — Вспомни все дурацкие ситуации, что случались с тобой, — он делает паузу, позволяя тебе погрузиться на несколько секунд в мысли, — а потом вспомни, как он случайно, конечно же, спасал тебя. Как появлялся в нужный момент. Ты хмуришься понимая, что таки пешке не удастся взять в плен короля. Яркие вспышки воспоминаний накрыли. Вот ты лежишь дома на полу, возле парня с отверткой в животе, и Вадик, ухмыляясь, подает тебе руку. Вот ты сидишь возле скамейки в парке, после того, как от тебя сбежали хулиганы. И думаешь, почему же Вадим отпустил тебя одну. Вот ты держишь на мушке Егору со стоячим членом, и в дверь влетает Вадим. — Не знаю, это дурацкие совпадения, — ты как-то неуверенно глотаешь кофе, все ещё растерянно ища помощь в глазах другого хозяина. Но понимаешь, какой же все-таки бред, все то что происходит с тобой. И то, что для Вадима всегда как никогда удачно все происходило. Но как бы ты не удивлялась, эта мысль всегда была у тебя в голове. Ведь ты чувствовала, что столько дерьма с одним человеком происходить не может. — Может и совпадения, но в глубине ты знаешь, ты уже давно обо всем догадалась. С таким человеком как Вадим не бывает спокойно. — А с тобой бывает? — ты в секунду обрезала ему все слова о том какой Вадим плохой, а он одно великолепие. — Я это не говорил, — Вениамин ухмыляется твоей наглости, смелости и даже слегка дурости. — Но имел в виду? — ты допиваешь кофе, отставляешь стакан. Тебе бы хотелось на этом закончить разговор, но ясно как белый день, он тебя не оставит в покое. — Ладно, я уже поняла, с твоей стороны Вадик зло, с его стороны, зло — ты. — Что он тебе обо мне говорил? — парень уже откровенно пожирал тебя взглядом. На твоём телефоне щелкнула смска, оповещая вас о том, что Вадим среди вас. И всегда знает, когда лучше всего появится. «Заканчивай игру. Ты мне нужна». Ты нахмурилась, не понимая, что же такому как Вадик вдруг потребовалось от тебя. Отвлекаясь от ситуации, что складывалась с Вениамином, погружаешься в мысли о бандите. — Ты выдаёшь себя, когда, думаешь о нем, — сидящий напротив мужчина, откровенно изучал тебя, каждый изгиб твоего лица. То как бегают твои глаза по экрану телефона, и как отстранённо ты себя ведёшь, когда речь заходит о Вадике. — Чем же? — вдруг ты решаешь вернуться в разговор, поднимая на него взгляд, блокируешь телефон. Прячешь за темным экраном свою слабость. — Глазами, слишком увлечённо смотришь на него, — только вот он не учёл одного, их увлечение во взгляде куда проще вычислить, чем твоё. — А то, что ты только что пожирал меня взглядом, как назвать? — твоя улыбка его сбивает с ног, заставляет хохотнуть, принимая новые правила игры. — Изучение партнера по делу, — он слишком часто переводит тему к «делу», вешает на него слишком много. А ведь никто из них двоих, ни Вениамин, ни Вадим не спешит открывать свои карты. Так же не спешат посвящать тебя в план. — Сомневаюсь. Но пусть будет. У меня ещё один вопрос, — ты поправляешь волосы, откидывая их на спину. Повторяешь за ним движение, слегка наклоняешься на стол, пытаясь оказаться ближе к нему. — Ну давай. — Зачем тебе такой ненадежный партнёр? Разве у тебя не хватает связей, чтобы копнуть под Вадика? — он изучал тебя, бегает глазами по твоему лицу, замечая каждое движение. И ты понимаешь, что он ищет страх, которого давно уже нет. — Тебе не нравится моя компания? — парень удачно подхватывает твою манеру отвечать вопросом на вопрос, и даёт понять, что никогда не уступит главенство в этой борьбе. — Я такого не говорила, — ты откидываешься на кресло, но взгляд от мужчины не отрываешь, тебе нравится в нем его уверенность и спокойность. Ведь от криминального авторитета у него мало что осталось, разве ловкость запугивания. — Мне даже наоборот, нравится общение с тобой, ты совершенно другой. Но есть в тебе тот огонь криминала, который потушить уж никак нельзя. Например, то как удачно ты воспользовался моей слабостью. Его дыхание слегка участилось, когда речь зашла о сексе и о твоей возможной смерти. Ты замечаешь. И позволяешь себе ухмыльнутся, едва уловимо, уголками губ. — Хочешь на сочувствие меня вывести? — Боже упаси, зачем мне это? — ты откровенно плохо копируешь его поведение и слова, что звучали в том особняке. Ему нравится, и он даже смеётся. Но твои глаза все так же с интересом наблюдали за его реакцией. Тебя увлекла игра, только вот все ещё не понимала почему ты и есть та девчонка, которая должна уничтожить одного из этих королей. — Мне нравится, — он машет указательными пальцем, опускает глаза и продолжает улыбаться. — Нет, ну правда, твоё сочувствие для меня даже, наверное, хуже сделает. А вот твоя увлеченность мной, заставляет слегка напрячься, — ты пробегаешь глазами по экрану, что вновь и так не вовремя засветился новой смской: «Недопёсок! Ты бесишь». Опять блокируешь телефон, начиная уже в открытую игнорировать бандита. — Зря ты так с ним, — Веня язвит и заставляет тебя обратить на себя внимание. — Разберусь, как я когда-то сказала, он моя проблема, — воздух возле вас уже явно накалился и играть становилось все интересней. — Я могу ее решить, только предоставь мне информацию, — он разводит руками, будто бы предать Вадика проще пареной репы, будто бы ты каждый день занималась таким. — Легко сказать. — Он доверяет тебе, — Вениамин, словно констатирует всем известный факт, даже не пытаясь предоставить доказательства. Ведь это очевидно. — Не думаю, я мало, что знаю о его делишках. — А ты пробовала так, как ты играешь со мной, играть с ним? — ты знала, что твоя игра очевидна, и он все понимает, что ты пытаешься раскусить его. Но слышать это, сложнее чем, казалось бы. — Наша игра набрала совсем других красок, но доверия там нет. — А мне кажется, что только тебе он и доверится сейчас, — он говорил уверенно, как будто бы уже знал о ваших отношениях все. И возможно все было бы так, если бы не твоя основная задача увлечь Вениамина. Хотя ты уже не знала, что именно происходит с Вадимом и что именно он хочет от тебя. — Приди к нему с желанием стать частью его мира, он не откажет. Ты молчала, ведь понимала, что частью его мира стала ещё тогда, когда он всю неделю таскал тебя с собой. Где ты сидя в машине, или стоя за спиной у Вадима, наблюдала за тем как дикий зверь охотится на маленьких и беспомощных зверушек. На таких, какой была ты. Когда при тебе он не стеснялся избивать людей до неузнаваемости. Как на его лице зажигалась ярость. И ты боялась такого Вадика, ты никогда не знала, что он может сотворить в таком состоянии с тобой, поэтому тихо, будто бы мышь исследовала этот мир. Но Вениамину это знать пока ни к чему. — Карина тоже хотела стать частью вашего мира? — ты почти заметила как он подавился собственным удивлением, выжигая в тебе дыру размером с галактику. — Такими предположениями лучше не бросаться направо и налево, — ты видела нарастающую злость в его глазах, но отступать было поздно. — Мне казалось, тот кто владеет информацией, владеет миром, — прекратить игру было бы разумными решением, но когда это ты поступала разумно? — Я готова пересмотреть нашу сделку, ускорив процесс моего предательства, если ты наконец объяснишь почему же так желаешь Вадиму смерти. Даже несмотря на факт вашего родства, — его восторг отчётливо читался, и понимания, что ты таки заслуживаешь уважения понемногу приходило. А ты все ещё не могла прийти в себя, сдерживая дрожь и страх, после всех тех смелых слов. — А ты таки учишься, это хорошо. Скоро и вовсе рискнешь нас двоих обойти, не так ли? — его стратегия тебе ясна, он, как всегда, уводит тебя в другое русло разговора, не желая вовсе говорить об этом. Ты уже знала этот манёвр, Вадик с тобой проделывал так миллион раз. — Вениамин, прекрати вилять мной. Я не глупая девочка, как кажется на первый взгляд. Мне надоела эта ваша игра «кто лучше припугнёт Дашу». Если вы уж решили меня впутать во все это дерьмо, я хочу знать и понимать риск. Иначе кому-то таки придётся меня пристрелить. Хотя, — ты наигранно погружаешься в мысли, и резко из них выныриваешь, — я думаю меня в любом случае кто-то да прикончит, за этот длинный язык, не так ли? — повторяешь за ним окончание фразы и ухмыляешься. Прячешь за смелой ухмылкой страх. — Хорошо, мне нравится твоё желание. Оно оправданно. Я расскажу, только я хочу иметь на тебя точно такие же права, как и Вадик. Я хочу играть по-честному. — Вадику это не понравится. Он сказал, что не собирается делить меня. — Тем более, тогда это ещё больше увлекает. — Нет, пока я завишу от него, откровенно только благодаря его симпатии ко мне, я и осталась жива. А вернутся в тот переулок с простреленной головой я не собираюсь, — ты глотаешь подступивший ком к горлу, глотаешь панику. Тебе не нравилось обсуждать себя, словно вещь. Но другого выбора нет. — Я могу защитить тебя, — и ты снова ведёшься на его умелые изворотливые манёвры. — Боюсь, что свою жизнь я могу доверить только себе. Ни тебе, ни Вадику, я не могу довериться настолько сильно, — ты не секунду уходишь в свои мысли, понимаешь, что таки действительно стоит прекращать эту игру, потому, что Вадик не терпит неповиновения. Тебе то не впервые, но его злость это всегда сюрприз. — Если мы не сошлись на условиях. То думаю дальше разговор продолжать не за чем. — Я думаю мы сойдемся. Дам информацию авансом так сказать, — брюнет поправил воротник пиджака, и тебе показалось это движение очень привычным и уже даже немного родным.- Вадим подставил меня перед старшаками, удачно занимая моё место. Его конченая харизма и «подставы для меня» увели Карину, о которой тебе я так понимаю уже Вадик поведал. После этого между нами было много дерьма, а самое главное, что Вадим обещал лишить меня свободы. Я хочу это сделать первым. Дело принципа. — И с Кариной это не имеет ничего общего? Разве ты не винишь его в ее смерти? — Ты была удивлена откровенности и чистоте разговора, но старалась не подавать виду. Ведь спугнуть такое очень просто, а добивалась этого очень долго. — Хочешь понять виню ли я его или себя? — твоя ухмылка отвечает на его вопрос, и он все понимает без слов. — Наверное, никого из нас, она сама виновата в своих бедах с башкой. Я любил ее, и не хотел ни с кем делить. Точно так же, как и Вадик. Не знаю, была ли у него любовь, но желание мстить мне было сильнО. Если он поведал тебе о ней, значит и о смерти ее рассказал. Так вот, я был в квартире, перед тем как Вадик нашёл ее мёртвой. Она сама захотела встретиться. Я предложил ей сбежать со мной, что стану другим. Но она сказала, что в этом больше нет никакого смысла, что ни я, ни Вадик ей то по делу не нужны. Отдала мне кольцо, которое ты уже видела на днях. Да и все в принципе. — А вами когда-то было просто манипулировать, оказывается, — ты заворачиваешь локон волос за ухо, не отвлекаясь от брюнета. — Думаешь? — Да вы только послушайте свои же рассказы. Девочка-наркоманка, которая не могла определиться, просто решила быть с вами двумя, извлекая от этого максимальную выгоду и при этом усиливая вашу ненависть друг к другу. Когда она устала, ей захотелось не просто умереть, а поиграть с вами последний раз. Вадику она сказала, чтобы никто за ней не присматривал, она справится. Позвала тебя, отдала тебе кольцо, которое никогда не снимала. Короче сделала все чтобы виновным казался ты. А вы и рады играть в эту игру дальше. — Ты ее не знала, — парень стал хмурым, не зная, прикончить тебя за эти слова, или же дослушать. И ты понимала. — Да, возможно это было сделано по глупости юности. Наверное, она любила вас, как вы ее. Но ей так было удобно. Два красивых парня, которые готовы горы свернуть, лишь она была с ним. Да любая девушка бы пользовалась таким. — А ты? — он изучает территории, те, которые он ещё не видел. Те, что ты прячешь от себя. — Я не она, — значило ли то, что ты никогда не станешь использовать ситуацию, или значит ли это, что они никогда не станут бороться за тебя, как за ту девушку? Кто знает, наверное, ответить на этот вопрос ты не готова даже себе. — Ответ принят, — принимаешь во внимание его на удивление искренний рассказ. Тебе нужно вернуть должок за него. — Это все, — ты машешь возле своего лица рукой, будучи готовой рассказать ему, тайну на тайну, — сделал один из корешей Вадика. — Что он сделал? — парень не отвлекаясь смотрит на тебя. — Пытался трахнуть меня в рот, — ты поджимаешь на секунду губы, стесняясь об этом говорить, — ну ему получилось, — глотаешь ещё огромный страх, — я девочка большая, переживу. — Я могу…- ты обрываешь его речь, понимая к чему это ведёт. — Думаю, Вадим сделал для этого все чтобы он больше не касался меня. Мне нужно идти, — ты поднимаешься со стула, отводишь глаза от карего омута, — Вадик мне голову оторвёт. — Ты боишься его? — Веня удивлён, это был приятный вечер изучения Дарьи Ильиной. И он доволен результатом. Да и ты, вполне оправдала все те игры, что вела с ним. — Точно так же, как и тебя, — вы услышали громкий сигнал автомобильного гудка возле ресторана, который непрерывно отвлекал людей от приятного поглощения вкусной пищи, — догадываюсь кто это. Его ухмылка. Вы оба довольны этим разговором. И даже не пытается скрыть, что вам есть, о чем теперь подумать. Но самое главное, чем тебе обернется аванс истории. Когда он потребует плату и что захочет взамен? Он открывает тебе дверь, пропуская даму вперед. Слегка хмуришь взгляд, пытаясь найти источник бесконечного и противного сигнала. И находишь, встречаясь твоего личного бандита. Вадик сидит в очках за рулем своей крутой тачки, но ты знала. Его глаза направлены только на тебя. Испепеляет, ты чувствуешь жжение. Ты была готова, что игнор его смс аукнется тебе скандалом. Веня слегка коснулся твоего плеча, и становилось понятно, что это лишь усугубит и так уже накаленную обстановку. — Не давай ему, тобой руководить. Иначе это не закончится никогда, — парень улыбнулся, коснулся губами твоей щеки, прощаясь с тобой. — До встречи, Дашенька, надеюсь, что следующий разговор мы закончим где-то поукромней. Ты кусаешь нижнюю губу, в попытке сдержать себя от того, чтобы не влепить ему сочную пощёчину. Ведь он понимает, что перед Вадиком такого делать нельзя, и ты огребешь. Но ты ведь не Карина с чего бы ему волноваться о тебе?