omelas

Troye Sivan — bloom 16 августа. 10:32 pm. Мир Лотте; Серая иномарка паркуется недалеко от главного входа в парк аттракционов. Громкая музыка доносится из салона, а вместе с ней и громкое подпевание. — Хосок, заткнись, блять, — брюнет выбрасывает сигарету в открытое окно и разворачивается к рулю. — Хён, скучно же, — Хосок, с такими же темными волосами, поворачивается к нему и перестаёт подпевать, осматривая парк через лобовое стекло, — долго ещё с тобой сидеть? — Пока эти придурки не появятся, — Юн тяжело вздыхает и наклоняет голову вниз, прикрывая глаза. — Я устал. — Я тоже, спать хочу дико. — Не в этом смысле устал, — брюнет поворачивается к нему, поднимая голову, — работать устал. Думаю, это моё последнее дело. — Хён, так просто не сольёшься. Джин рассказывал про парня, который ушёл, — Хосок берёт в руки пачку сигарет, доставая одну и закуривая в машине, — теперь мы следим за его сыном, так? Хочешь, чтоб и ты отдавал долги? — Я же не тот парень, у меня с Джином хорошие отношения, — он забирает сигарету из рук младшего: давно запретил курить этому донсэну. — Не такие, как те, что были у них, но хорошие. Хосок смеётся, начиная снова подпевать и стуча ногой в такт музыке. Когда-то он танцевал, пока они не стали друзьями. Он и сейчас танцует, но только когда слишком весел или слишком пьян. Время идёт медленно, они сидят в машине и слушают музыку. Хоби достаёт с заднего сидения свою курточку, отряхивая от крошек. Юнги всё так же смотрит по сторонам, иногда прикрывая глаза. Он устал, слишком устал, чтоб открыть глаза. В один момент Хосок пихает его под бок, показывая пальцем к входу. — Вон те? — Ага. — Ну беги тогда, хули сидишь. Я тогда пешком пойду, — младший выпрыгивает из машины, натягивая синюю куртку, на которой белыми буквами на спине написано "Balenciaga". Хосок любит дорогие вещи, дорогие машины. У него есть деньги, он может позволить себе не работать, но ему нравится. Или он просто боится уйти. Мин не знает, какой из вариантов правильный. Юнги выходит из машины, когда парни проходят в парк. Берёт с собой пачку сигарет, завязывает покрепче шнурки на потёртых кедах и идёт за ними. Медленным шагом, смотря прямо в спины трём парням, младше него на пару лет. Чонгук покупает билеты в парк, и они идут кататься на качелях. Вообще, кататься хочет только он и Тэ, но без Чимина не по себе. Он — хён, лучший друг и просто слишком милый, чтоб оставлять его одного. Тем более сегодня: он как бы принимает их к себе на ночёвку. Чимин рассказывает как громко стонет Тэ, почему-то смущая его. Тэ никогда не смущают разговоры о их половой жизни. — А ещё у Чонгук-и кончилось кофе, потому что я не мог уснуть, а пить хотелось. — А пиво мы кому брали? Тебе, чтоб спал крепче, — Тэ ест чупа-чупс и держит Чона за рукав фиолетового худи. — Я не хотел напиться и проснуться только тогда, когда придёт отец Гука. Знаешь как мне тогда стыдно было! Они смеются, вспоминая как оставили его одного на кухне. Тогда Намджун лишь посмеялся, но Пак помнит этот момент как очень неловкий. — Ребят, я хочу ваты купить, — Чим роется по карманам, доставая пару купюр. — Мы уже прошли прилавок, догонишь нас? — Ага, я позвоню, — Чимин разворачивается и быстрым шагом идёт назад, к выходу. Разворачивает деньги, выбрасывая по пути фантики. Юнги засмотрелся. Засмотрелся на блондина, который склонил голову и маленькими пальчиками перебирает воны. Он просто смотрит на него даже тогда, когда тот стоит перед ним и тоже смотрит. — Извините? — Юн загородил проход к ларьку с сладкой ватой: всё так же стоит и не отходит. — Прости, засмотрелся, — трёт переносицу, немного отходя. Пак проходить не спешит. — На что? — На тебя. Щёки Чимина сразу краснеют, он смотрит в пол и запихивает деньги обратно в карман. — Я смутил тебя? — Юнги улыбается, впервые за день. — Прости, я думал что ты знаешь, насколько красив. Чимин распахивает глаза и поднимает голову, а Юнги начинает смеяться. — Вы шутите? — Нет, просто ты милый, успокойся. Чимин щурится, а Мин закатывает глаза. Не хватало ещё, чтобы этот ребёнок заподозрил его в чём-то. — Парк закрывается через пару минут, тебя подвести до дома? — Я пришёл не один. — По-моему, твоим друзьям и так весело, — Юнги указывает рукой на парочку, покупающую билеты на аттракцион. — Если вам не сложно, тогда... — Давай на ты? Я — Шуга, скорее всего, твой хён. — Я — Чимин, мне девятнадцать, — смущение пропадает, Пак привыкает к этому взгляду. — Ну вот, пошли, — он разворачивается и идёт к выходу. Пак идёт за ним. Смотрит в спину хёна, понимая, что тот очень худой. Ноги у него худые, как палочки. В этих рваных джинсах ещё можно это скрыть, но при ходьбе видно. Плечи у него, кажется, уже чем у Чимина. Он идёт за ним до выхода, а после догоняет и идёт рядом, не решаясь начать разговор. Хён не разговорчив. Немного странно, но ему плевать. Тэ и Чонгук, скорее всего, хотели бы побыть наедине. Хён на пару секунд достаёт телефон, набирает что-то, потом смотрит на Чимина и улыбается ему. Пак улыбается в ответ, не зная что делать вообще. Шуга открывает перед ним переднее сидение, закрывает дверь и садится за руль. Заводит машину, и вот, они уже отдаляются от парка аттракционов. Чимин решает отправить парням сообщение, мол, пусть гуляют без него. В этот момент хёну звонят, и он спокойно набирает сообщение. — Да? — голос Шуги немного хриплый, от него пахнет сигаретами и сладкой ватой. Слишком сахарной, возможно, приторной, из-за того, что он стоял в дверях ларька, а может и ел её. — Блять, Хосок, я написал что тебе делать! Чимин прячет телефон в карман джинс и смотрит в окно. Огни парка всё дальше, множество огней города и ещё больше звёзд. Куда они едут? — Не один я должен работать, отвали, — Мин отбрасывает телефон назад, и снова всё его внимание приковано к дороге. — Хён, тут это... — Чимин опустил взгляд вниз. Почему так сложно смотреть этому хёну в глаза? — Мне ночевать негде... Шуга смотрит на него, хмуря брови. Потом на дорогу, начиная стучать пальцами по рулю. — Я отвезу тебя в отель. — Хён, у меня денег даже на вату не хватит... — Я буду с тобой, Чимин, не волнуйся. — Мы возьмём номер для новобрачных? — Пак смеётся, прикрывая лицо рукой. Мин поворачивается к нему, ему вовсе не смешно. — Сейчас отвезу тебя туда, где нашёл, и там оставлю одного. — Хён! Ты сказал, что я милый! — ребячество в нём никогда не засыпало, он милашничает даже с малознакомыми людьми. — Чимин, ты будешь спать на полу! — Юнги улыбается, с ним это уже третий раз, и он не хочет думать об этом. Он просто выполняет работу и ничего больше. Troye Sivan — the good side Хосок снова перечитывает сообщение от Юнги: "В парке те двое, присмотри за ними." Он вообще сидел в кафе и собирался есть, но опять из-за Юнги он не ест. Он уходит, ничего не заказав. В парке сразу находит их, ведь Мин потрудился и сказал где искать. Двое парней садятся в вагончик аттракциона, в котором Хосок очень не хочет оказаться. Судорожно достаёт телефон, набирая хёна: — Юнги! — Да? — Они едут на американские горки, мне тоже нужно, да? — Блять, Хосок, я написал что тебе делать! — Ты написал присмотреть, значит ли это, что я должен всегда смотреть за ними? — Хосок боится горок, он просто ждёт, пока Юнги скажет, что можно идти домой. — Не один я должен работать, отвали. Шуга отключился, а Хосок просто не знает что делать. В итоге он покупает билет, проходит и садится в тот же вагончик. — Страшно? — спросил русоволосый парень, сидящий рядом, повернувшись к нему с широкой улыбкой. — Немного, — Хосок давит из себя улыбку. — Я — Тэхён, а это — Чонгук, — Тэ показывает на парня рядом с собой, и тот приветливо кивает, тоже улыбаясь. У Тэ улыбка квадратная, а у этого, как у кролика. Хосок думает, что ему будет весело. — Я — Хосок, — теперь улыбается искренне и лучше пристёгивает ремни. Вагончик трогается и они поднимаются вверх. Сначала медленно, всё выше и выше. На пике горки Чонгук и Тэ вскидывают руки вверх и кажутся невероятно счастливыми. Хосок же отворачивается и готов вырвать прямо сейчас. Вагончик начинает быстро спускаться, Хосок не может сдержать крика и цепляется побелевшими руками в поручни. Он точно ударит Юнги и заставит накормить его ужином, потому что кажется, что обед рвётся наружу. 16 августа. 11:03 pm. omelas; Юнги берёт ключ от номера на одну ночь. Они молча поднимаются на лифте в персиковых тонах, каждый думая о своём. Номер на двоих, у каждого своя кровать, и Чимин радуется, что не спит на полу. Вид с окна на пол города, он удивляется, что хён привёз его в такой дорогой отель. Осмотрев комнату, Чимин пошёл в душ, потому что, да, в душ точно нужно. Он уверен. Комната в светлых тонах и очень уютная, шторы раздвинуты, настроение пить шампанское на балконе. Юнги открывает мини-бар, берёт газировку и пьёт маленькими глотками. Не шампанское, но тоже хорошо. Телефон вибрирует в заднем кармане. Поставив бутылку на стол, он отвечает на звонок. — Слушаю. — Юнги, блять, ты должен мне денег и ужин! — Хосок весёлый и почти кричит. — За что? — Я катался на американских горках, знаешь сколько стоит билет? — он забыл у него Gucci, но считает долгом забрать деньги, потраченные на аттракцион. — И я не поел из-за этого! — Что с теми двумя? — ему немного плевать на состояние друга, сейчас нужно вести дело как можно лучше и тише. — Тэ и Чонгук сразу домой к Тэ поехали, — Хосок начинает что-то жевать. — Они классные, жалко убивать будет. Юнги молчит, Хосок тоже. Он знает, что просто слежкой или запугиванием это не закончится. Он знает, и Хосок знает, что кто-то из этих трёх парней точно пострадает. — Ладно, до завтра, — Юнги неприятно думать о таком. — Спокойной ночи, хён. Он прячет телефон в карман, допивает воду из бутылки на столе и идёт к кровати. Ложится одетым, сменного белья с собой нет, а раздеваться лень. Он устал. Укутываясь в одеяло, он хочет быстрее уснуть. Потом проснуться и отвести Пак Чимина, ученика Сеульского университета, не имеющего ни брата ни сестёр, из Пусана, в его съёмную квартиру на пятом этаже в районе, который куда хуже Каннам. Он знает это из особых документов, точно не со слов самого парня. Чимин выходит из душа, пахнущий шалфеем. Ему кажется, что этот запах может понравиться хёну. Он затягивает полотенце на бёдрах не слишком туго. Поправляет влажную челку, смотрится в зеркало. Волосы потемнели от воды, а макияж не полностью смылся. Тихими шагами он идёт в спальню, кусая нижнюю губу от нервов. "Шуга". Говорит его имя одними губами, подходя к кровати. Что? Хён спит? Чимин аккуратно треплет его по плечу, но тот отворачивается. Точно спит. Чимин вздыхает. Не то чтобы он рассчитывал на что-то, но Шуга-хён ему понравился. Понравился, поэтому он укрывает его лучше и идёт к своей кровати. Ложится, выключая свет. Ему не страшно, ведь он не один. С ним Шуга-хён, который говорил не волноваться.