Пантеон

      Оружейник       Исходя из показаний внутреннего таймера в его броне, Колин двигался по дороге из жёлтого кирпича уже больше часа, однако метрика пространства, созданного проекцией, была схожа с эффектами создаваемыми Вистой. Во всяком случае лес, в сторону которого двигался Оружейник, не очень-то спешил приближаться. Но даже не это было самым странным. Датчики батарей его брони, что по всей логике должны были пускай понемногу, но истощаться, показывали полный заряд. Даже со включёнными сервоприводами запас энергии не падал, что, вообще-то, противоречило закону сохранения энергии.       Не то чтобы это было слишком удивительно, учитывая, насколько редко тинкертех в принципе согласовывался с физикой, химией и здравым смыслом заодно с логикой, — но у всего были свои пределы. Впрочем, сейчас данное явление не слишком-то уже удивляло Колина. Очень уж сложно было перебить впечатления от столкновения двух не-ангелов.       В радиоэфире стоял полнейший штиль белого шума, но Колин подозревал, что дело в хозяйке этого измерения. Неизвестность нервировала, однако при всем понимании того, что полностью расслабляться нельзя, герой чётко осознавал, что горячка боя уже покинула его, возвращая пошатнувшуюся трезвость мышления.       Он ясно понимал, что на данный момент у него не оставалось иного выбора кроме как подчиняться воле проекции, одновременно с этим пытаясь выбраться из радиуса действия её сил, что, впрочем, казалось маловероятным исходом. Пускай Протекторат не имел большого количества данных на Алису, однако не нужно было быть мастером в социальных взаимодействиях, чтобы понимать, что проекции, при всей своей автономности, действовали в интересах Пантеон и, как следствие, во всём происходящем существовал какой-то смысл.       Размышляя примерно в таком ключе, герой продолжал двигаться по дороге, выложенной из жёлтого кирпича словно бы в насмешку над сказкой Баума. И спустя ещё десять минут та привела его к опушке леса, который, по видимому, проходила насквозь.       Колин подумал о том, чтобы найти обходной путь, огибающий явно специально размещённый здесь лес, однако решил не совершать подобной ошибки. Действия проекции явно были подчинены какому-то плану, пускай и весьма обскурному. И если в эти планы не входило желание вредить Протекторату, то он предпочёл не нарушать сложившийся статус кво — даже у него был инстинкт самосохранения.       Поэтому по недолгом размышлении Колин двинулся вглубь чащи леса. Довольно быстро эффективная дальность видимости упала до десятка метров, даже несмотря на ранее ярко светившее солнце. Кроны деревьев смыкались плотным пологом, практически не пропуская дневной свет.       Вкупе с полным отсутствием связи и неработающими системами позиционирования вся эта ситуация нервировала Колина даже больше, чем до этого. Леса для него никогда не были любимым местом для времяпрепровождения. Да, как и большая часть мальчишек, в детстве он состоял в бойскаутах, но даже тогда походы доставляли ему мало удовольствия. Романтика выживания в дикой местности была практически чужда его полностью городскому и научному складу ума.       Лес был девственно пуст. Датчики его костюма, постоянно сканирующие окружение, не засекали ни единой формы жизни в радиусе действия. Ни пения птиц, ни стрекотания многочисленных насекомых — ничего. Это служило дополнительным нервирующим фактором.       Невольно Оружейник задумался о том, что в текущем положении дел во всей Северной Америке вряд ли найдётся кейп, способный эффективно противостоять Пантеон. Убить — возможно. Но противостоять — вряд ли. Слишком сильными оказались её проекции. Слишком разнообразные способности, слишком много неизвестных. Возможно, со временем, когда у Колина будет больше информации и финансирования, он сможет что-то придумать. Возможно у Ящика Игрушек есть технологии, позволяющие стабилизировать пространство, чтобы запретить воздействие проекций Пантеон…

Неправильный Рыцарь брёл сквозь чащу Тёмного-Тёмного Леса, погружённый в свои неправильные думы. Ведь Неправильный Рыцарь мечтал о Неправильных Вещах, а не о своей Принцессе!

      Колин хотел было вслух возмутиться реплике проекции, но та продолжила:

Но его скорбным думам пришёл конец, стоило ему услышать крик о помощи.

      Реальность повиновалась словам своей повелительницы, и звуковые сенсоры костюма Оружейника уловили крик, доносящийся откуда-то из чащи леса.

Не раздумывая, Неправильный, но Благородный Рыцарь кинулся на помощь!

      Но Колин не стал идти на поводу у Алисы, раздумывая о том, насколько велика вероятность того, что его заманивают в ловушку. Мотивов проекции он не понимал, однако вероятность подобного события была не нулевой. С другой стороны, если там, в чаще, действительно страдает настоящий человек…

…Неправильный и Нерешительный Рыцарь стоял на дороге, мучимый выбором, а крики ребёнка становились всё более безнадёжными.

      Отбросив в сторону ненужные мысли, избыточно сложные для текущей ситуации, герой бросился в чащу леса. Дисплей его визора, повинуясь команде операционной системы, разработанной Дракон специально для его костюма, мгновенно принялся прокладывать дорогу сквозь лес, автоматически фильтруя и обрабатывая изображение с целой плеяды сенсоров установленных в его броне.        Этот путь не продлился долго. Спустя всего несколько минут подобного передвижения крики вывели его на небольшую поляну посреди чащи, куда пробивался яркий дневной свет, выгодно очерчивая происходящую ситуацию.       Посреди поляны рос одинокий, но мощный дуб, на одной из ветвей раскидистой кроны которого Колин и заметил источник криков. Ребёнок. Девочка, не старше десяти лет. Черноволосая, кареглазая, в опрятном голубом платье, что сейчас выглядело изорванным в нескольких местах, своими большими глазами она с надеждой смотрела прямо на него.       Сразу же после этого Колин увидел и угрозу, что загнала ребёнка на дерево. Целая стая аномально крупных волков окружила одинокое дерево и угрожающе рычала, взирая на свою добычу. Что было несколько странно, поскольку по всей логике системы раннего предупреждения его шлема должны были обнаружить этих волков раньше, чем он прибыл на поляну.       Однако в текущей ситуации это не имело особого значения. Волки, несмотря на свой размер, всё же пасовали перед высокотехнологичной бронёй с замкнутым контуром, в которую он был облачён. Риск был минимален.       Самый крупный из волков, размером с маленького гризли, среагировал на новую угрозу и, повернувшись, оскалился и зарычал. На краткий момент установился хрупкий паритет между человеком и животным. Паритет, который продлился жалкие секунды. Стая храбро ринулась на новую добычу, а Колин схватился за верную алебарду.       Первого волка Колин пропустил рядом с собой, просчитав траекторию его движения, и со всей силы ударил в уязвимый бок животного, разрезая податливую плоть словно масло. Зверь издал рёв боли, но не сдался, набирая дистанцию для захода в новую атаку.       Второй волк, напрыгнувший на Колина, получил удар бронированным кулаком по морде. Раздался неприятный хруст, а перчатка брони окрасилась алым. Животное повалилось на землю безжизненной тушей. Форсированный режим сервоприводов явно был перебором в борьбе с пускай и крупными, но простыми волками.       Третьего волка Колин заблокировал древком алебарды, после чего отбросил в сторону пинком. Судя по вновь раздавшемуся хрусту, травмы, полученные животным, явно были плохо совместимы с комфортной жизнью.       Уже раненый вожак попытался схватить Колина за ногу, но технарская броня с честью выдержала это испытание, а удар тяжёлым лезвием алебарды оборвал жизнь животного.       На этом бой и закончился. Вся стая была либо ранена, либо убита и в любом случае опасности не представляла.       Удостоверившись, что в ближайшем радиусе нет каких-либо дополнительных угроз, Колин вытер кровь с перчаток, прежде чем двинуться в сторону всё ещё находившегося на дереве ребёнка. Девочка глядела на него раскрыв рот с выражением совершенного восхищения и восторга на лице.       — Вы в порядке, мисс?       — Вы спасли меня… — с восхищением произнесла девочка, глядя не столько на Оружейника, но словно бы сквозь него.       Колин попытался продолжить разговор и предложить помощь:       — Конечно. Вам помочь спуститься?       Но девочка словно бы не слышала. В её глазах отчётливо были видны зарождающиеся слёзы.       — Герой пришёл спасти меня… Герой пришёл… — стоило этим словам прозвучать, как тело девочки начало истаивать, становясь прозрачным.       Ошеломлённый, Колин только и мог, что стоять и смотреть на иллюзию, что исчезала прямо перед ним. А затем раздался голос Алисы:

Неправильный Рыцарь спас невинную девочку, что едва не была растерзана Злыми Волками. То был его Первый Подвиг во имя спасения Неправильной Принцессы. Многое ждало его впереди, и он должен был двигаться дальше.

      Лес перед Колином беззвучно расступился, мгновенно формируя новую тропинку, мощёную всё тем же жёлтым кирпичом, что сам вылезал из почвы, указывая ему дорогу.       Ему хотелось узнать, в чём был смысл, в чём была сакральная идея этой бесполезной сцены с марионетками проекции, но отчего-то он знал, что его вопросы останутся без ответов.

***

Аляска. Координаты Неизвестны. Святой.       Глядя на чёрный экран, Джеофф даже не знал, что думать.       Если бы не абсолютная уверенность в надёжности терминала «Аскалона», он бы ни за что не поверил своим глазам. Скорее уж в грибной похлёбке, приготовленной Добрыней, были какие-то совершенно не те грибы, но Джеофф был рационален, пускай конкретно сейчас это казалось ему весьма сложным делом. Его кружка с кофе уже давно остыла, позабытая на краю стола.       Победа над Губителем, особенно таким, как Симург, однозначно была хорошей, очень хорошей новостью. В понимании Святого не было большей угрозы для стабильности Дракон, чем Симург. С её предположительной гибелью, он мог бы, в теории, вздохнуть спокойнее, если бы не одно маленькое обстоятельство.       Симург была убита Дьяволом. Истинным Дьяволом, Сатаной, Ересью во плоти. А в том, что где-то там, на другом конце континента, на свет божий явился сам Владыка Ада, Джеофф был более чем уверен. Он чувствовал это, ощущал каждой клеточкой своего тела, своей бессмертной душой.       Это была не битва двух антиподов, как могло показаться, вовсе нет. Это была битва двух Зол, которым оказалось слишком тесно в этом проклятом мире. По видимому, терпение Зла Старого кончилось, и оно решило сразить Зло Новое. То, как он сражался, то, как насмехался над Симург, над людьми, над миром — всё это вызывало в богобоязненном мужчине неподдельный страх       Дьявол был реален — и Джеофф не знал, что с этим делать. Это можно было бы назвать кризисом веры. И даже это не стало концом. Смертная девушка, ставшая проводником воли Дьявола, явно сошла с ума, и её безумие сейчас грозило уничтожить едва родившуюся надежду. Тик-так       На краю поля зрения Святого мелькнула едва заметная белая тень. Резко развернувшись, Джеофф, однако, ничего не обнаружил. Но он был уверен, что слышал отчётливое тиканье часов. Откуда подобному архаичному прибору взяться на их высокотехнологичной базе, Святой даже предположить не мог.       Осмотр комнаты ничем не помог, и Джеофф решил, что ему действительно почудилось. Всё же не каждый день ты убеждаешься в истинности своей религии… пускай и самых тёмных её страниц. Впрочем, кардинально ситуация не менялась. Возможно, ему придётся усилить контроль за Дракон, чтобы убедиться, что Дьявол не искусил её… Пускай подобное предположение звучало как полнейший бред, машины, подобные Дракон, были лишены души, не могли иметь её, так что Джеофф мог предположить, что способности Искусителя в данном случае были существенно ограничены. С другой стороны, попытка предугадать способности сущности, подобной Истинному Дьяволу, была обречена на провал.       Джеофф отпил чаю. Горячий «эрл грей» приятно согревал горло. Всё же Аляска была далека от любого по настоящему цивилизованного общества. На сотни и тысячи километров вокруг не было ничего, кроме лесов, озёр и вечного снега. Ах, как же ужасно это было. Тик-так