омертвение

      Тео проснулся на полу, в комнате сестры, сжимающий в объятиях простынь. Еле продрав глаза, он посмотрел на время. Без пятнадцати шесть утра. Родители еще не проснулись точно. Тео поплелся в свою комнату, рухнул на кровать и уснул беспокойным сном. Ему снова снился сон, который преследовал его пару лет назад.       Он стоит возле камеры, в морге и смотрит на тело сестры. Она словно ангел. Затем Тара открывает глаза и, куда бы не убежал Тео, оказывается там. Каждый раз когда Тео снился этот сон, он убегал от мертвой сестры в ужасе, хотя знал что не сможет найти спасения. Она догоняла его и, несмотря на все его мольбы, вырывала ему сердце. В этот раз Тео не стал бежать. Сестра остановилась прямо перед ним. — Все в порядке, Тара, — спокойно говорит, Тео, — тебе не надо останавливаться.       Тара протягивает руку вперед и вырывает свое сердце обратно. Тео падает на пол. Затем открывает глаза и снова оказывается перед морозильной камерой в морге. Тара снова вырывает ему сердце. Затем он снова открывает глаза, а перед ним ее тело. — Не останавливайся, — говорит он и она снова вырывает сердце из его груди.       Затем он, наконец, просыпается, в своей комнате, а за окном светит солнце. Тео протирает глаза и выдыхает, а когда встает его сковывает ужас. Перед ним стоит Тара. Речная вода стекает с ее тела и собирается возле ее босых ног. Она смотрит на него исподлобья. Тео теряет дар речи на долгие секунды, а затем она делает шаг к нему. Ему страшно до лопающихся капилляров, но он не может выдавить из себя ни звука. Тара подходит ближе и вырывает ему сердце. Снова.       Тео с тяжелым вдохом проснулся на своей кровати и в ужасе схватился за грудную клетку. Удостоверившись в собственной целостности, он осмотрел комнату, в которой конечно же, никого не оказалось. Этот ночной кошмар всегда был чересчур реалистичным.       Родители уже сидели за столом и Тео впервые решил с ними позавтракать. Это не осталось незамеченным для обоих родителей, но они благоразумно промолчали.       Салат застрял где-то на полпути, когда Тео услышал как открывается и закрывается кухонный шкафчик. Он кожей ощущал присутствие кого-то кроме родителей, но не спешил выяснять кто. Он слышал звон тарелки, поставленной на столешницу, но старательно жевал дальше и поглядывал на реакцию родителей. Они впрочем, не разделяли его галлюцинаций. Тео, наконец, решился взглянуть. Возле столешницы стояла Тара. Она высыпала в свою тарелку хлопья, а затем посмотрела на Тео. В этот раз она выглядела как раньше. Живая. Тара улыбнулась и помахала брату коробкой, предлагая ему тоже. Тео помотал головой, отказываясь от хлопьев, и улыбнулся. Одинокая слеза скатилась с щеки. — Тео? Тео, ты что плачешь? — голос матери он различал так же отчетливо, как и Тару добавляющую молоко в свои хлопья. Тео не знал какую реальность он хочет. — Сынок? — отец встал прямо перед ним и загородил сестру. Тео старался выглянуть из-за его туловища, но все тщетно. — Милый, ты пугаешь нас. — Куда ты смотришь?       Родители взволнованы, обеспокоены. Мать пыталась стереть дорожки слез с щек сына, а отец предлагал ему воду. Тео грубо отказался и от одного, и от другого: — Мне нужно в школу.       И что бы вслед не кричали отец и мать, он игнорировал их. Тара была такой реальной, словно из плоти и крови. И даже когда Тео покидал дом, она перемешивала хлопья. Рэйкен не знал точно пугало его это или радовало. Он мог лишь видеть ее и слышать. Касаться иллюзии он бы не осмелился. Но сейчас он мог бы отдать каждый из органов чувств, чтобы снова застать ее за завтраком или услышать ее смех.       Бретт, как они и договаривались, ждал Тео в кафе. Со своей девушкой, о чем они, кстати, не договаривались. Рейкен, тем не менее, постарался быть вежливым. В конце концов, на это есть причины: он хотел познакомиться с этой невероятной Корой, ему нужна была компания, и в завершении — он не планировал слушать нотации от Бретта. — Привет, — улыбнулся Рэйкен. — Привет, — в унисон ответили ему, затем продолжил Бретт, — Тео, знакомься — это Кора. Кора, рад тебе, наконец, представить — Тео.       Кора мягко улыбнулась и протянула Тео руку. Рэйкен легонько пожал ее. Девушка была стройной и красивой. Темно-русые волосы, длинные и прямые, откинуты назад. Большие глаза насыщенно карего цвета и пухлые губы. Кожа была светлой, словно она приехала из страны, в которой годами не видно солнца. Она кого-то напоминала. — Приятно с тобой познакомиться, — Тео улыбнулся нисколько не соврав. Бретт говорил о ней чаще, чем о ком-либо. Говорил очень воодушевленно. Конечно же Тео хотел знать какая она и что из себя представляет. — Прошу прощения за внезапное появление, — она неловко перебирала пальцами. — Я даже рад, —Тео снова улыбнулся. —Твой парень до ужаса занудный.       Бретт чуть не закатил глаза до Африки от подобного заявления, но Тео ему вовремя подмигнул. Вскоре напряженное общение сошло на нет и Кора почувствовала себя в своей тарелке. Бретт настоял на том чтобы позвать Трейси, и хотя Тео долго упирался, Талбот все же был убедителен, аргументировав это тем, что Коре так будет проще.       И не смотря на чувство тошноты и подкатывающей рвоты, в начале их мини собрания, потом Тео стало весело, как и остальным. Они приехали к домику в лесу, закинулись по колесику и развели костер. Тео и Трейси курили, Кора поедала жаренный арахис, а Бретт рассказывал историю перемирия малыша Данбара и Хейден Ромеро. В любой другой день эту историю можно было бы просто назвать забавной, но сегодня, поданная с изяществом от Талбота, она казалась ужасно смешной. Зажигать сигареты костром тоже казалось веселым, как и выкрикивать в ночь фразы, не имеющие под собой никакой логической последовательности.       Веселье прекратилось, когда Бретт обнаружил задыхающуюся от панической атаки Кору, возле реки. Тео впервые наблюдал за чем-то подобным. Девушка хватала ртом воздух и словно не могла надышаться. Талбот гладил ее по волосам и просил дышать с ним в такт. Их спины вместе вздымались вверх, а потом они оба громко выдыхали. Тео почувствовал как Трейси взяла его за руку. Они могли только беспомощно наблюдать за происходящим. — Просто продолжай дышать, малыш. Все хорошо.       Голос Бретта был таким уверенным и спокойным. Ребята тоже начали верить его словам. Эти слова приносили мир и легкость. Кора постепенно приходила в себя. И чем больше она имела возможность разговаривать, тем больше извинялась. Тео не считал случившееся ее виной. Паническая атака явно не то что можно контролировать. Однако Кора продолжала просить прощения. Когда она, наконец, начала нормально дышать, Бретт решил отвезти ее домой. Так было лучше для девушки. Тео долго смотрел вслед исчезающим в ночи силуэтам и вспоминал все что с ним происходило последние месяцы. Ты простил себя, Тео? Папа хотел меня спасти, но боялся. Я не должен был прибавлять скорость. Тара простила бы тебя? Он любил ее. Ты не умер на том мосту. У меня были ножницы. Скотт говорит, что не забудет как кричала Лидия. Вайолет была ангелом. Не защитив себя, она ранила и меня. Ее семья сгорела в пожаре. Я люблю тебя, братик. Я лишь помню два тела на дороге. Он выстрелил ей в голову. Я не могу контролировать свою злость. Она не может жить в том доме. Вайолет — не моя вина, как Эллисон — не вина Скотта.       Тео словно копьем поразила одна простая истина — разбит не только он. Вокруг него искалеченные люди. Как будто всех их собрали здесь, чтобы они уничтожили друг друга своей болью. Почему и как другие люди продолжали двигаться дальше? И почему спокойствию смерти они предпочитают пугающий хаос жизни? Тео никогда не стремился понять окружающих и ему было безразлично могут ли понять его, но этой ночью он снова нуждался в ком-то, кто провел бы рукой по волосам, как Бретт это делал для Коры сегодня, как Тара много лет назад для самого Тео, и сказал бы что все будет хорошо.       Температура воздуха не менялась, но сейчас, казалось, похолодало. Тео поежился от этого и обеспокоенно огляделся в поисках Трейси. Она уж точно мерзнет. Девушки нигде не было, а в домике горели гирлянды. Тео вздохнул — как давно он стоит здесь и мерзнет? — Я думала ты окончательно превратился в статую, — тихо проговорила Трейси, когда Тео зашел внутрь. — Ты не отзывался. — Задумался.       Девушка лежала на матрасе и смотрела в потолок. Ее руки, со сцепленными пальцами, лежали на животе. Свет от гирлянд играл на ее волосах. Рядом с ней было место для Тео. Он лег. Трейси снова заговорила: — Я как будто упала с высоты собственного тела на асфальт — такого возвращения из долины кайфа я явно не ожидала. — Да, — согласился Тео, — переход был резким.       Только теперь он расслышал тихую запись шума океана из динамика телефона. Прилив. Отлив. — Я устала, — голос девушки был далеко и Тео пришлось вернуться на достаточное расстояние восприятия реальности. Снова. — Проводить тебя домой? — Я говорила не об этом.       Трейси повернулась на левый бок, чтобы иметь возможность смотреть на Тео. Он тоже повернулся к ней лицом. В ее глазах играли блики от гирлянд, но сами они были потухшими и Тео с дикой ясностью поразился — он не в силах зажечь там истинный огонь. Ее губы были приоткрыты и Рэйкен хотел лишь одного — целовать ее. И он бы очень хотел, чтобы она спасла его. Эта истина поразила его еще больше, чем любая другая, открытая этой ночью. — Я не помню когда высыпалась последний раз, — продолжила девушка. Между ее бровями залегли хмурые линии и она смотрела куда-то в область шеи парня. — Я тоже, если честно.       Каждый раз когда Трейси говорила с Тео у нее было чувство, что возможно именно он поймет ее, но не сегодня. Сегодня он определенно не имел представления о том, что говорила Стюарт. Тео снова лег на спину и подложил руку под голову. Он выглядел таким далеким и отстраненным. По всему телу Трейси пробежали мурашки от этого чувства. В его лживо горящих глазах вовсе не было света, а улыбка была собрана из оскала и призрения. Все что она знала о нем было ужасным и прекрасным, и не имело ничего общего с этим парнем рядом с ней. Тео был всегда опустошенным, но таким цельным. Сейчас перед ней лежал кто-то, кто не сможет этого ей вернуть. Трейси закрыла глаза и представила как Тео Рейкен навсегда исчезает из ее воспоминаний. Он не подсаживался к ней на трибунах. Он не ходил с ней в кафе. Он не поцеловал ее той ночью. Он не улыбнулся ей на терапии. От последнего Трейси почувствовала неконтролируемый ужас и распахнула глаза, чтобы убедиться что Тео никуда не исчез. Парень все так же лежал рядом с ней с закрытыми глазами, но не спал. Нет. Он не должен исчезать из ее жизни. Тео может сейчас сколько угодно отличаться от себя самого, но он никогда не станет другим Тео. Он все такой же. — Мне нужно идти.       Трейси встала и натянула на себя ботинки. Тео поднялся вслед за ней, но Стюарт решила прогуляться одна. Ей было очень страшно, ведь осознание простого оказалось трудным. С Тео ничего не происходит, это она погружается в него.       Тео заснул в домике и проспал бы до утра, если бы в дверь не постучали. На пороге стояла Малия. Рэйкен протер глаза, чтобы убедиться в происходящем. — Какого черта? — Бретт попросил узнать как ты, — девушка зашла внутрь и прошлась по помещению, — миленько. — Гипер опека — единственный недостаток Талбота.       Рэйкен закрыл дверь и подошел к шкафчику, чтобы налить себе воды. Малия смотрела на него неотрывно, а потом все же спросила: — Что происходит, Тео? — Ты о чем? — Да обо всем, — Малия сложила руки в недовольный узел. — С тех пор как появилась Трейси ты даже не звонишь. — Я никогда тебе не звонил. — Ты не ходишь на вечеринки, тебя не увидеть в школе. Ты все время где-то в себе.       Тео предпочел бы спрятаться сейчас и не появляться до того момента как Тейт не выключит свою лекцию. Ну ранее утро, что с тобой не так? — Даже Скотт спросил все ли у тебя в порядке. — Ну если даже он спросил, — иронично подметил Тео. — Ты как будто одержим идеей… — Какой идеей? — Ты мне скажи.       Голос Тейт был уставшим. Она действительно беспокоилась о друге. Тео, несмотря ни на что, ценил это. И он бы хотел ее успокоить и сказать что он справиться, но он так не думал. Тео не думает что способен справиться. Ни со своей, ни с чужой болью. И он чувствует ее так много, что голова начинает разрываться. Он кожей ощущает подъем давления в крови и не знает как можно это унять. — Можешь сделать мне одолжение?       Тео сказал это очень тихо, но Тейт расслышала и кивнула. Что угодно, просто скажи и она готова помочь. И Тео сказал то, что заставило Малию сорваться с места и обнять его: — Скажи мне что все будет хорошо, ладно?       Следующей ночью Тео ехал вдоль дороги, на скейте, к «Старой звезде». Трейси снова ждала его там. Эти мини посиделки нравились Тео все больше и больше. И хотя за тем столом они раскрывали леденящие душу тайны, у него все равно не было ничего более целого в жизни.       Колокольчики оповестили о его приходе, но Трейси сидела неподвижно. Тео гораздо больше удивился тому, как уголки ее губ едва заметно поползли наверх, когда он сел напротив.       Перед Трейси стояла пицца и две банки содовой. Тео знал что она голодна. Стюарт всегда голодна ночью. Парень не мог вспомнить чтобы она вообще ела в любое другое время суток. — Пицца? — Мне хотелось чего-то замечательного.       Тео легко улыбнулся этим словам. В Трейси было слишком много магии, а магию не обязательно понимать. Можно просто наслаждаться. Девушка заметила эту улыбку и спросила: — Почему ты улыбаешься? — К счастью, у меня нет причин.       Трейси прищурилась, а затем откусила солидный кусок, растягивая сыр. Тео засмеялся от этой картины. Словно им не больше одиннадцати лет, они обедают на карманные деньги и скоро пойдут на школьный матч. — Ты и есть что-то замечательное, Трейси Старт.       Сегодня Трейси позволила себя проводить, хоть они и шли в полной тишине. Когда до особняка Уитморов осталось не больше пары метров, девушка аккуратно взяла Тео за руку, переплетая их пальцы. Он ощутил это капелью в каждом внутреннем органе. Они остановились. Трейси с опаской посмотрела на Тео: — Будешь охранять мой сон пару дней? Он улыбнулся: — Ванильные подкаты? — Я серьезно, — Трейси тоже не сдержала улыбки. — Мне нужно выспаться.       Она смотрела на него без какой-либо иронии. Тео понял о чем именно говорит девушка. — Хорошо, — он заправил, явно мешающий ей локон, за ухо. — Я достану. — Всю банку… — Зачем тебе целая банка снотворного? — Мне же нужно как-то дальше существовать, — усталая улыбка на ее лице не внушала доверия. — Я принесу, — Тео убрал руку, которая все еще лежала на ее шее. — Холодно, иди в дом.       Трейси кивнула, но вместо того чтобы уйти приподнялась на цыпочки и поцеловала парня. Он погрузился в нее окончательно. На таком уровне давление слишком высокое, из строя выходят все органы. Тео слегка подхватил ее за талию и подтащил к себе ближе. Он знал, что она хотела большего. Он тоже, но просто не сегодня. Рэйкен отпустил ее обратно на землю. — Мне пора? — тихо спросила Трейси. Он кивнул.       Тео сидел в гостиной чужого дома, на чужой вечеринке и ждал Диаза. Рэйкена сюда позвала Малия. Она словно пыталась вытянуть друга из той жизни, в которую уходил парень. И он бы поддался, но Тейт не настолько сильная чтобы вытащить еще и Стюарт, руку которой Тео отказывался отпускать. Лучше пойти с кем-то на дно, чем выживать в одиночестве.       Рэйкен смотрел в глубь комнаты, где Кора прижималась к Бретту, а он беззастенчиво исследовал ее тело. Они танцевали под какую-то глупую музыку, но Тео был уверен — они ее и не слышали. — Ты зачастил, дорогой, — дилер сел рядом. — Принес? — Конечно, — Диаз улыбнулся совершенно отрешенно, сам явно прибывая под кайфом. — Я оставлю на диванчике, ты заберешь когда я уйду. Твой рыцарь Бретт Талбот и его кулак это не то что я хочу сейчас.       Тео ухмыльнулся. Бретт всегда оказывал на людей сильное воздействие. Они не могли остаться к нему равнодушными. Талбот таким был даже в детстве. Тео посмотрел туда, где они были с Корой две минуты назад, но там их не оказалось. А когда повернулся к Диазу, обнаружил лишь желтую баночку снотворного. Тео забрал банку и снова осмотрелся в поисках друга. Он заметил Кору. Она стояла на заднем дворе, возле бассейна, одна, в легком цветочном платьице и смотрела в воду. Бретт вышел к ней через стеклянные двери и накинул на ее плечи свою куртку. Девушка развернулась и оказалась в кольце из рук парня. Она начала что-то говорить и Талбот правой рукой зачесал, падающие ей на лицо локоны, назад. Теперь у нее было каре. Волосы едва касались плеч. Тео почувствовал как часть заботы Талбота переходит к кому-то другому, но не ревновал совсем. Кора была ниже Бретта на целую голову, перебирала в руках веревки, торчащие из копюшона его толстовки и хмурясь, что-то рассказывала. После своей недолгой речи девушка с опаской поглядела на парня, который в ту же секунду рассмеялся, запрокинув голову назад. Его смех заставил улыбнуться и Кору, но она все равно легонько ударила его в грудь, чтобы он воспринимал, сказанное ею, всерьез. Бретт перестал смеяться и, прищурившись, ответил лишь пару слов. Затем поцеловал ее в лоб и сжал в объятиях. Она казалась совсем крошечной в его руках. Хрупкая, как будто могла вот-вот разлететься на маленькие пылинки. Тео посмотрел на желтую баночку, которую крутил между пальцами и впервые задумался зачем Трейси столько снотворного.