скоро наступит весна.

      Юнги надрывисто стонет, когда чужая ладонь ложится на его член. Он хочет убрать её, отодвинуться от Чона дальше и вернуться в зал, но его ноги словно были приклеены к полу. Только Хосок прижимается к нему ближе, рукой двигает интенсивнее, целует в шею. И, блять, Юнги кончить хочет только от одного понимания, что ему дрочит сам Чон Хосок.       — Хён… — слетает с губ Мина раньше, чем он подумал.       — М? — черноволосый замедляет движения рукой, зажимая пальцами головку.       — И многим ты помогаешь в туалете? — у Юнги ноги подкашиваются от нахлынувших ощущений, а внизу живота узел уже настолько тугой, что держаться нет сил и плевать о прошедших пяти минутах, плевать, что Чон может подумать о том, что Мин скорострел.       — Только тебе, котёнок, — демон шепчет на ухо, губами касаясь мочки. Кажется, это было последней каплей терпения. — Умничка. Приводи себя в порядок и я отвезу вас домой, пока наш общий дружок не выпил половину бара.       Юнги слышит как дверь щелкнула и удаляющие шаги Хосока где-то далеко отдаются эхом в коридоре. Он опускает взгляд вниз, смотря на мокрое пятно на трусах.       — Блять… — пепельноволосый садится на крышку унитаза, зарываясь руками в волосы. — Почему мне, блять, это понравилось?       Парень выходит из туалета через несколько минут, замечая у выхода из здания своего друга, которого держит Хосок. Юнги пробирается сквозь толпу, снова натыкаясь на пьяных людей, пытающихся втянуть его в танец. Только сейчас он не улыбается, а отталкивает, потому что завтра они всё равно не вспомнят как какой-то парень отнёсся к ним невежливо.       — Сколько он выпил? — на улице холодно и Юнги снова жалеет, что вышел в одной толстовке.       — Достаточно, чтобы не сдать завтрашний экзамен, — Мин устало выдыхает, пока Чон достаёт из кармана куртки ключи от своего авто.       Юнги усаживается на заднее сиденье, отталкивая от себя жмущегося Кима и отворачивается к окну. Вид ночного Сеула нравится пепельноволосому — конечно, когда было тепло и можно было спокойно ходить самой поздней ночью лишь в одной футболке. Он вытягивает рукава толстовки, полностью пряча пальцы под теплой вещью. Мин улыбается, смотря на пролетающие мимо огни оранжевых фонарей. Хосок старается ехать не быстро и Юнги глубоко в душе благодарен ему. И даже совсем не замечает карие глаза, которые через зеркало заднего вида стараются запомнить каждую мелочь на парне.       Люди думают, что ночью они становятся откровеннее. Только вот, почему? Юнги бы никогда и ни с кем не стал быть честным, рассказывая о том, о чём в итоге можно сожалеть с утра. Люди просто вбили себе в головы отношение откровенности ночью и стараются всячески ему совладать. Интересно, а жалеют ли они о сказанных словах?       Юнги не выпил таблетку, из-за чего в груди теперь было неприятное ощущение, словно маленький червячок старается продырявить его сердце, выползти на свободу и разрушить остальной мир.       — Мы приехали, — тихий, глубокий голос Хосока вывел из мыслей парня.       Мин посмотрел в зеркало заднего вида, встречаясь с карими глазами. Улыбаясь уголками губ, он посмотрел на задремавшего Намджуна. Будить его не хотелось совсем, да и навряд ли это бы получилось. Юнги смахивает на бок свою чёлку, чтобы не мешалась на глазах, и выходит из машины. Чон уже учтиво транспортирует Кима из машины, удивляя Мина своей силой.       — Можешь кинуть его на эту кровать, — стоя в комнате, пепельноволосый показал ему кровать Намджуна.       — Разве он вещь, чтобы его кидать?       Юнги снял свою толстовку, сворачивая её и убирая в шкаф, оставаясь в черной майке. Хосок оглянул небольшую квартиру, ведь во время вечеринки мало что можно было увидеть.       — Я могу позвать уборщицу и она уберёт тут всё, — черноволосый пнул ногой бутылку и та отлетела под стол.       — Эй! Дома будешь бутылки пинать! — Мин нагнулся, рукой дотягиваясь до пустой тары стекла. Зря. — Это что?       — Ты так идеально подходишь мне, котёнок, — чувствуя на своей заднице большие ладони парня и упирающийся пах, Юнги резко поднялся, разворачиваясь в крепкой ловушке рук.       — Хосок… — он тонул в карих глазах напротив. — Хён… пусти меня.       — Спокойной ночи, котёнок.

***

      Юнги нервничает безумно. Нарезая круги вокруг аудитории, где Намджун заканчивал писать экзамен, он смотрит на дисплей телефона, отсчитывая, сколько осталось до конца. Звонки сегодня не подают и это напрягает ещё больше. Во всем университете стоит мёртвая тишина, даже шаги Мина не слышно из-за мягкой подошвы кроссовок. Парень подходит к окну, садится на подоконник и смотрит в окно напротив. Сегодня стояла не очень приятная погода: шквалистый ветер нагибал верхушки деревьев, гоняя по небу тяжёлые, дождливые облака.       На телефон приходит сообщение в три слова и у Юнги пропадает дар речи.       «Почему тебя уволили?» — Ёнжу.       — Что за… — он тут же набирает высветившийся номер.       — Да?       — Начальник Ким!       — Мин… Юнги. Послушай, у нас произошло сокращение и я правда не хотел тебя увольнять, но мне требуются работники с опытом, а не простые студенты, у которых даже образования толком нет. Надеюсь, что ты сможешь найти себе достойную работу в будущем. До свидания, Юнги.       Мин опустил телефон, завершая вызов. Ему в кратчайшие сроки нужно было найти эту чертову временную подработку и вот, когда до цели остались считанные дни, то всё пошло по пизде. Сейчас снова спрашивать у знакомых, ходить по забегаловкам и каким-нибудь неприметным кафе.       — Я сдал! — Намджун появился неожиданно, пугая Мина своим радостным голосом. — Не на высший бал, конечно, но пришлось попотеть, чтобы поставили хотя бы это. Эй, ты в порядке?       — Да, я рад за тебя, — пепельноволосый не соврал, улыбаясь и спускаясь с подоконника. — Просто голова заболела, скоро пройдёт. Идём домой.       Говорить родителям или Намджуну об увольнении не хотелось. Юнги боялся, что покажется слабым и беспомощным. Хотя это так глупо с его стороны. А сказать Киму следовало бы, потому что скоро снова аренду платить, а он потратил последние деньги на покупку лекарств.       — Джуни? — они шли под одним зонтиком, прижимаясь ближе друг к другу, дабы не промокнуть. — Ты только не злись, но сможешь ли ты в этот раз заплатить за меня аренду тоже? — Намджун остановился, поворачиваясь к Мину. — Это только на один раз! Пожалуйста!       — Тебя уволили? — дождавшись положительного кивка, он продолжил. — Хорошо, но это на один раз. И, ты же понимаешь, что я не оставлю тебя в беде. Хосоку нужна уборщица и он платит за это большие деньги, — возле подъезда у дома скопилась большая лужа воды и парням пришлось огибать её, из-за чего Юнги шёл позади зонта. — Я думаю, тебе лучше поговорить с ним. Одних перечислений от моих родителей нам не хватит, если ты снова начнёшь сам искать подработку. По крайней, Хосок уже знакомый и с ним будет легче договориться. Подумай.       — Вчера он сказал, что может прислать уборщицу к нам в квартиру, а сегодня ты говоришь, что она нужна ему самому! — в ответ следует лишь удивительный взгляд и больше ничего.       «Неужели у меня нет другого выхода?» — Юнги замирает, смотря себе под ноги. Кроссовки давно промокли насквозь и уже нет того страха, что он снова может заболеть.       Парень наблюдает, как капли дождя разбиваются о землю. «Неужели, со мной скоро будет то же самое?»       Мин догоняет ждущего его у дверей Намджуна и оба заходят в тёплый подъезд. В квартире уютно, — хотя можно было бы сделать ремонт в некоторых местах, но есть ли смысл, если они здесь временно, — и сыростью почти не пахнет. Юнги вешает куртку на крючок, ставит мокрую обувь на батарею и наконец может спокойно выдохнуть. Экзамены сданы у всех и наконец пришло время отдохнуть. Мин хотел позвонить родителям и поинтересоваться, не поедут ли они куда, но что-то отдернуло его от этой мысли.       — Джуни! — пепельноволосый мысленно готовился к своему самому тяжёлому разговору. — Можешь мне дать номер Чона?       — Конечно.       Юнги смотрел на новый записанный контакт в своём телефоне, никак не решаясь позвонить. Пять, десять, пятнадцать минут прошло и сенсорный экран давно провалился в сон, а Мин всё также сидел, смотря теперь уже на своё отражение.       — Да блять, всё! Звоню! — парень нажал на контакт и вызов пошёл. Три… два… один… отбой. — Я так не могу.       — Он позвонит тебе сам, ближе к вечеру, — Намджун с тарелкой хлопьев зашёл в комнату, садясь на кровать рядом с включенным ноутбуком.       Юнги согласно кивнул, а внутри у него был шторм эмоций. Только непонятно из-за чего. Мин сунул телефон в карман джинс и оставил Кима одного, уходя на кухню. В холодильнике остались только листья салата, яйца и сыр. Готовить он не хотел.       — Намджун!       — Чего орёшь как резаный? — парень сполоснул тарелку из-под хлопьев и убрал её в шкаф.       — Когда Чимини придёт? Я кушать хочу! — Юнги закрыл дверцу холодильника, опираясь о столешницу рядом с Кимом. — Готов даже в магазин сходить! За твои деньги, конечно.       — Придёт… иди-ка ты в магазин, Юнги.

***

      Парень шёл не спеша по пустому тротуару. Поздней осенью мало кто выходил вечером на улицу. Никто не хотел чувствовать на себе эту сырость от дождя. Юнги не смотрел по сторонам, когда переходил дорогу, потому что уверен, что даже машин в это время было критически мало. Останавливаясь на перекрестке у какого-то дома, он услышал тихое мяуканье за углом. Маленький рыжий комочек жался ближе к кирпичной стене в попытке согреться.       — Эй, малыш, ты чей? — пепельноволосый подобрал чудо с мокрого асфальта, расстегивая молнию куртки и спрятал его от холода. — Ты ведь ничейный, правда? — он погладил котёнка по шее и тот громко замурлыкал. — Надеюсь, Намджуни не убьёт меня. Пойдём в магазин, малыш.       Пряча котёнка подальше от дождя и ветра, Юнги почти добежал до круглосуточного магазина. С корзинкой в руках и спрятанным животным, парень спокойно прогуливался вдоль полок с продуктами, выбирая всё только свежее и необходимое. Кошачий корм с этой секунды также стал нужен.       На кассе Мин расплатился с приветливой продавщицей, сложил покупки в не внушающий доверие пакет и двинулся в сторону дома. Дождь уже поумерил свой пыл, словно давая выигранное время Юнги и котёнку, чтобы они смогли добежать до дома в целости и сохранности.       — Намджун! — он словно ребенок, оставив пакет в коридоре, побежал в сторону комнаты. — Намджуни! Чимини!       Оба парня застыли на кровати в сидячем положении и смотрели как-то взволнованно на Юнги. С боку проигрывался какой-то фильм, но всем стало не до него, когда на руках Мина оказался рыжий клубочек.       — Это кто? — Ким вжался в стену, удивлённо хлопая глазами и смотря то на котёнка, то на пепельноволосого. — Ты его принёс погреться?       — Жить!       — Юнги! Да ты с ума сошел! Нам себя бы прокормить сначала, а ты ещё животное тащишь в квартиру! А если он блохастый? А если у него какие-то болезни есть?       Мин молча выслушал короткую лекцию от Намджуна. Не говоря ему ни слова, он сунул котёнка обратно под курточку и вышел из комнаты. А позже — из квартиры. Юнги не станет оставлять его на улице, в крайнем случае его лучше отнести в приют для животных, чем оставить на холоде и голодом. Телефон в кармане завибрировал, оповещая о входящем вызове.       — Да?       — Юнги? — грубый баритон слегка испугал парня, но потом он узнал этот голос. — Это Хосок. Намджун что-то говорил про работу. Мне как…       — Ты можешь приехать к нашему дому? — отчего-то щёки Мина приобрели красный оттенок и чувствовалось, что его тело начало согреться. — Я стою на улице и не могу зайти в квартиру.       Чон предупредил, что прибудет к месту через пять минут, потому что находился он правда близко. Юнги сел на бетонную лестницу под крышей, содрогаясь от холода и прижимая маленькое чудо ближе к себе. Начиная в голове отсчёт по секундам, он совершенно забыл про корм для котенка, который оставил в пакете. Мин опустил голову вниз, скрывая лицо от холодных порывов ветра.       — Живой ещё? — на его плечи опустилась тёплая ткань, видимо, куртка Хосока.       — Прости, — он укутался сильнее, поднимая глаза на черноволосого, который стоял к нему слишком близко. — Мы можем посидеть в машине?       Хосок кивнул, помогая Юнги встать с бетона и дойти до авто. В салоне приятно пахло мятной жвачкой и было намного теплее. Чон усадил продрогшего парня на переднее сиденье, добавляя мощность печки на максимум.       — Что-то случилось с квартирой? — взгляд демона был встревоженный и Мин почувствовал вину перед ним. — Вас выгнали?       — Я ушёл, — Юнги скинул с себя куртку Хосока, расстегивая молнию на своей и вытаскивая котёнка. — Из-за него. Я не смог оставить его одного на улице и остался вместе с ним. Намджун… он… сказал, что его не на что будет содержать. Я подумал… а ты… можешь?       Юнги не смотрел сейчас на Чона, но боковым зрением было видно, как его лицо менялось в самых разных эмоциях. Мин был готов услышать отрицательный ответ, но в итоге услышал положительный.       — Я возьму его и буду беречь как своё дитя. У него есть имя? Нужно заехать в вет.поликлинику и проверить его, а ещё всякие игрушки, кормушки и лоток! — в самом конечном итоге глаза Хосока светились самым искренним счастьем.       — Нет, ты можешь придумать сам.       — Юнги!       — Что?       — Юнги старший, — парень сначала посмотрел на Мина и затем перевёл взгляд на котёнка. — Юнги младший.       Пепельноволосому вдруг резко захотелось поддаться вперёд, накрывая слегка пухлые губы Хосока своими. И желание это было настолько дикое, что сдерживаться каждую секунду становилось всё сложнее и сложнее. Если бы не одно «но». Юнги на мгновение прикрыл глаза, чтобы собраться с мыслями, как почувствовал что-то горячее на своей щеке. Чон придвинулся к нему сам. Между ними оставались несчастные миллиметры пустого пространства, которое обоим хотелось скорее чем-то заполнить. Юнги поддался вперёд, целуя горячие губы Хосока нежно, даже по-детски.       — Спасибо, — Мин говорит это шёпотом, словно вокруг стоит множество микрофонов и он не хочет, чтобы их кто-то мог услышать.       — Всегда пожалуйста, котёнок.       Хосок быстро поцеловал холодные губы Юнги, снова возвращаясь на своё место. Рыжее чудо свернулось клубочком в руках Чона и тихонько посапывало.       — На счёт работы, — черноволосый завёл двигатель автомобиля и выехал на дорогу. — Тебе будет удобнее, если ты в каникулы будешь жить со мной. Так тебе не нужно будет тратиться на проезд до меня и обратно, а также сможешь почаще видеть Юнги-младшего.       — Ты серьезно оставишь ему это имя? — водитель кивнул. — Хорошо. А что по зарплате?       — Два раза в месяц. Плачу много, если будешь со мной, то будет ещё больше.       — Всмысле буду с тобой?       — Будешь спать со мной.       Челюсть Юнги встретилась с адом. Он отвернулся в сторону окна. Деньги нужны, но заниматься сексом с парнем, которого видишь третий раз, не хотелось совсем.       — Хорошо. Я согласен.