глава 13
3 июля 2018 г., 11:57
Следующим утром Мин занимает своё место у плиты. На губах застыла счастливая улыбка и, кажется, вовсе наплевать на вновь тревожную боль в груди. Он прогоняет её в самые дальние отголоски своих внутренностей, стараясь сохранить в этом дне только всё самое лучшее. Юнги тянется к верхнему шкафчику за приправой, когда сердце начинает щемить и больно отдаёт в кончики пальцев на правой руке. Суп закипает также быстро, как тело парня. Он трогает свой лоб, попутно ища таблетки в своей сумке. Дыхание сбивается, дрожь во всем теле и Юнги молится, чтобы Хосок всё ещё спал. Только вот...
— Доброе утро, котёнок, — пепельноволосый вздрагивает, когда старший кладёт свою голову на его плечо.
Ему плакать хочется, потому что если Чон увидит его приступ, то точно лишит всей работы, а значит и денег. Мин натягивает потерявшуюся улыбку, поворачивается к сонному парню, треплет его по макушке, взъерошивая волосы, и мажет губами куда-то в щёку.
— Через пять минут будет готов букогук, — Юнги приподнимает крышку и убавляет газ, оставляя суп ещё немного кипеть.
— У тебя похмелье? — младший отрицательно качает головой и виновато улыбается. — Может у меня похмелье?
— Хён! — пепельноволосый смеётся через силу, замечая, что боль никуда не ушла, а только усилилась. — Иди в душ!
Хосок кивает, задерживая голову Юнги пальцами на подбородке и целует. Целует так нежно, что Мину душу воротит, потому что осознание своей вины приходит как-то неожиданно и надо бы рассказать. Только не успевает: Чон исчезает также незаметно, как и появился. Младший спокойно выдыхает, возвращаясь к поиску своих лекарств. В ванной включается вода, значит Хосок точно не сможет услышать дикий вой Юнги, когда второй, какого-то хуя, не может найти баночку с таблетками. Пепельноволосый злится, замечая, что старший вышел из душа раньше, чем он надеялся.
— Всё хорошо? — черноволосый тушуется под взглядом Юнги, вешает полотенце на батарею и садится за стол.
— Отлично! — парень отворачивается к плите, прикусывая нижнюю губу, потому что получилось как-то резко и совсем неожиданно, ведь Хосок в этом не виноват. — Прости.
Юнги ставит перед ним тарелку с супом, а сам отлучается в спальню. Рыщет в своих джинсах - нет; в куртке - нет; кофта - нет. Он садится на край кровати, зажимая уши руками из-за невыносимого свиста в голове. Мин тянется к телефону, когда боль более-менее отошла на задний план. У него не с первого раза получается набрать номер и различить высветившийся контакт. Гудки словно специально убавлены, хотя громкость стоит самая высокая.
— Что-то случилось, Юнги? — голос тихий и разобрать слова у парня получается с трудом.
— Вы нашли кого-нибудь?
— Тебе становится хуже? Что тебя сейчас беспокоит?
— Доктор Ким... — пепельноволосый вновь закусывает нижнюю губу, чтобы ненароком не застонать. — Сначала была глухая боль в груди, а потом начала усиливаться и сердце, его начало щемить. Сейчас у меня ужасный свист в голове и я плохо слышу. Его ведь не должно быть, да?
В телефоне несколько минут молчат. Юнги уже хочет отключиться и позвонить в скорую, но его опережают:
— Собирай вещи. Ты будешь находиться в больнице под присмотром и с необходимыми лекарствами.
— Я не могу! — парень почти воет, потому что совершенно не знает, как сказать об этом Хосоку. — У меня работа! Я хочу попросить своего друга и он привезёт мне таблетки. Просто... я не знаю как сказать... — Юнги молчит. А кто они друг другу с Чоном? — Своей любви, что мне осталось жить лишь несколько месяцев.
— Я жду тебя в больнице.
В телефоне протяжные гудки, а в жизни беспросветная темнота и боль. Он ещё несколько секунд смотрит перед собой, стараясь абстрагироваться от надоевшего свиста. Юнги тяжёло вздыхает. Больно от непонимания их с Хосоком отношений. Парень массажирует виски, дышит глубже и спокойнее. Значит отпустило. Но надолго ли? Мин сбивается со счёта времени пока сидит тут, только слышит два сердцебиения в комнате и думает, что уже сошёл с ума.
— Юнги...? — младший встаёт с кровати, подходит к панорамному окну и обнимает себя за плечи. — Почему ты боялся мне это сказать?
— Пообещай мне, что никогда не выкинешь Чудо на улицу!
— Эй! — он чувствует объятия со спины, тогда нервы сдают окончательно. Не так он себе представлял правду. — Ты будешь рядом со мной, слышишь? У нас одно сердцебиение на двоих.
***
Хосок держит бледного парня за руку, пока медсестры вкалывают в его вены иголки с трубками и подключают аппараты. Он мягко поглаживает ладошку Юнги, рисуя судьбу по линиям. Мин ласково улыбается, тянет руку в щеке и когда девушки в белых халатах выходят за дверь, то притягивает Чона к себе, целуя так развязно и пошло, что сердце заходится в бешеном ритме. — Мин Юнги, — доктор прокашливается, бросая строгий взгляд на парней. — Вам нежелательны сильные нагрузки, поэтому будьте мягче! — Хосок тихо хихикает в кулак, а младший устало закатывает глаза. — Как ваше самочувствие сейчас? — Отлично, хоть в космос! — Ну, в космосе вы ещё успеете побывать, — врач играет бровями и по-доброму улыбается. — Тогда давай отправим тебя на обследование, а вот с молодым человеком нам нужно поговорить. Всё веселье Хосока заканчивается, когда его парня забирают те же самые девушки. Они ему что-то весело щебечут и якобы помогают идти, обнимая того со всех сторон. Доктор дожидается, пока на него обратят внимание и начинает рассказывать все тайны, которые ещё утаил Мин. — Вы давно знакомы? Обычно он приезжал один. — Чуть больше двух месяцев. — Значит с декабря, — доктор пропускает Хосока в свой кабинет, плотно закрывая дверь. — С Юнги не так всё просто. С его болезнью, хотя и не как у всех, есть два исхода событий: плохая - это то, что он может умереть, а хорошая - кома. — Хорошая!? — Лучше, чем умереть. Ему было сказано начать лечение раньше, когда он только пришёл ко мне с самыми первыми признаками. У него частые инфекционные заболевания и поэтому его иммунитет... практически отсутствует. Он сильно исхудал после того как мы виделись последний раз. До этого ты не замечал каких-то признаков или чего-то странного в его поведении? — Я только сегодня узнал, — парень опустил голову вниз, стараясь не выдавать свой страх за нужного ему в жизни человека. — Он просто иногда был нервным. Ему ведь можно помочь? — Можно, — доктор кивнул, внимательно рассматривая историю болезни Юнги. — Когда я получу анализы, тогда будет видно. Если опухоль ещё не слишком большая, то можно будет обойтись её удалением. Но если она перешла и на другие органы, чего я надеюсь не будет, то никакой врач ему уже не поможет. — А как же доноры? Ведь ему можно будет заменить некоторые органы, если опухоль... — Тогда нам придётся убить другого человека. Органы тоже больного ему не подойдут, — мужчина в белом халате повернулся в сторону, доставая из шкафа ещё какую-то папку с документами. В кабинет зашёл паренёк с хорошими формами тела. С его лба стекали капельки пота, а руки тряслись непонятно от чего. Он подошёл к столу доктора, протягивая ему четыре исписанных листа и какой-то снимок. Врач внимательно прочитал все надписи, хмуря брови всё сильнее. — Можешь идти, спасибо, — он мельком улыбнулся парнишке и когда дверь затем громко захлопнулась, мужчина перевёл взгляд на Чона. — Мне жаль. Опухоль перешла на лёгкие.***
Намджун готов был рвать и метать, когда поздно вечером увидел своего Чимина в компании другого парня, старше их лет так на двадцать. Пак что-то ему оживлённо рассказывал, то и делая взмахивая руками на самых эпичных моментах. Брюнет шёл за ними недалеко, слышал все слова парня и сердце сжималось, когда Чимин начал рассказывать о проведённой с кем-то ночи. Намджун удивился, понимая, что речь идёт о нём. Русоволосый, более того, держал приличную дистанцию с этим мужчиной. Отец? Брат? Друг? — ...я ведь люблю его, хён! — Ким остановился, когда услышал всхлип маленького парня. Мозг так и кричал, чтобы хоть кто-нибудь помог и защитил его маленькое счастье, которое сломалось ещё несколько дней назад. Мужчина, стоящий рядом, только посмотрел грустным взглядом на мокрое от слёз лицо. «Почему он его даже не обнимет?» — проносится в мыслях Кима. — Чимин-и, — наконец заговорил человек рядом с ним. — Я могу тебе рассказать кое-что? — дождавшись кивка от Пака, он продолжил. — Ты ведёшь себя так эгоистично. Не смотри на меня так, Минни! Да, эгоистично! Каждый день ко мне приходят люди с онкологическими заболеваниями, но не у всех есть шанс на дальнейшую жизнь. Сегодня ко мне вернулся тот пациент о котором я тебе рассказывал раньше. Ему стало хуже, только он улыбается, веселится со своим парнем даже лёжа в больнице. У него нет шансов на жизнь и днём я сказал ему об этом. Знаешь, что он сделал? Улыбнулся. Люди улыбаются даже в такие моменты, когда знают, что их жизнь может оборваться в любой момент. — Для каждого своя мера боли, хён. — Что за стереотип? Ты просто ревешь, потому что все так делают, когда их кидают! Хватит, Минни, родители не так нас воспитывали, помнишь? Чимин кивает, вытирает слёзы с щек и совершенно спокойно, но тихо, спрашивает: — Ты никогда не говорил, но как зовут того парня? — Мин Юнги. Мир Намджуна рушится. Мир Чимина рушится. Они оба стоят недалеко друг от друга. Пак смотрит на своего брата с самой настоящей грустью в глазах. Русоволосый замечает движение сбоку, поворачивает голову и натыкается на такой же взгляд. Нет никаких сомнений, что Намджун всё слышал. Они делят одну боль на двоих, как Хосок делит одно сердце с Юнги. Не так они представляли своё будущее. — Намджун? — брюнет даже не замечает, когда к нему тянутся тонкие руки. Его обнимают так крепко, дарят всё тепло. — Ты знал? — Догадывался. Но не знал, что всё так... — Ким смотрит на мужчину, стоящего дальше от них в паре метров. — Вы его лечащий врач? — брат Мина кивнул. — С ним кто-то есть? — Чон Хосок. — Тогда он в безопасности.***
Хосок сидит ночью возле койки парня, смотрит на табло аппаратов, пульс и давление в норме. Он крепко сжимает прохладную ладонь, надеясь, что так он сможет согреть его. Старший смотрит на часы - время приёма закончилось уже четыре часа назад. Юнги мило дёргает носиком во сне, из-за чего Чон улыбается. Целует его в приоткрытые губы и выходит из палаты. Он кивает сидящей рядом медсестре, отдаляясь всё дальше. Хосок уверен, что когда он вернётся сюда утром, то обязательно поговорит с врачом о донорстве. Лишь бы не стало поздно.
