Осколки

      — Что-то надвигается, я тоже это чувствую, — говоря это, поглаживаю плотное оперение на шее одного из молодых Орлов. Он смиренно стоит возле меня и также, как и я, смотрит вдаль. Предчувствие чего-то темного не покидает меня еще со вчерашнего вечера. — Сообщи об этом Вала Манвэ. Может, он сможет что-то сказать на этот счет, — Орел кивает мне, после чего взмывает в небо. Поток воздуха ударяет мне в лицо и взъерошивает волосы. С наслаждением вдыхаю свежий ветер и прикрываю глаза.       Даже прекрасные виды с высоты Мглистых гор не помогают мне отвлечься от мрачных мыслей. Сейчас, когда, казалось бы, Тьма, настоящая и разрастающаяся Тьма, повержена, меня не отпускает тревога из своих склизких лап. Попрощавшись со своими названными братьями, ступаю с утеса. На лету меняю облик и несколько раз ударяю мощными крыльями, замедляясь и выравнивая полет.       Пролетая над Андуином, отдаюсь на волю воздушных потоков. Перья приятно обдувает прохладный ветерок, а теплое весеннее солнышко пробивается через низко опущенные облака. Сегодня на Зеленолесье обрушится ливень. Пролетев несколько раз над зеленым лесом, складываю крылья и спускаюсь к самой земле. Воздух насыщен свежестью и легким ароматом зелени. Но не все это я жажду увидеть и почувствовать здесь.       Единственная причина моего пребывания в этом лесу — это лесной принц, силуэт которого уже могу заметить за далекими стволами деревьев. Он спокойно и осторожно ступает по тропе, которая тут появилась благодаря нашим частым встречам. Я принимаю облик девы и выхожу из тени ветвистого древа, широко улыбаясь своему эльфу. Ясный взгляд голубых глаз в эту же секунду обращается на меня, а на губах начинает играть ответная умиротворенная улыбка.       — Сделал все, лишь бы увидеть тебя, — с удовольствием утопаю в теплых объятиях эльфа. — Отец решил устроить бал в честь процветания своего королевства. Во дворце сейчас невообразимая суматоха, — чувствую, как Трандуил утыкается носом мне в макушку. — Почему там не так спокойно, как бывает рядом с тобой? — лишь на секунду аранен поднимает голову и заглядывает мне в глаза, после чего устало тянет нас на мягкую траву.       — Я бы расстроилась, если бы ты не чувствовал себя хорошо рядом со мной. Но не могу не сказать, что во дворце тебе все же иногда надо выполнять свои обязанности, — тихо смеюсь, когда эльф недовольно ворчит, завлекая меня в очередные крепкие объятия. Он лежит на спине, прижимая меня к своей груди. Чувствую себя защищенной, словно я оказалась в совершенно другом мире, где у меня у самой нет никаких обязательств перед народами. С наслаждением опускаю голову на широкую грудь принца, слушаю размеренное биение его сердца. Природа, окружающая нас, будто вторит этому ритму. Мое же сердце стучит громко и отдается эхом в моих ушах. — Не будь капризным маленьким ребенком, которому только и подавай новые игрушки и сладости.       — Я не уклоняюсь от важных дел, если ты об этом, — внимательно слежу за принцем, немного приподнявшись на локтях. Уже давно запомнила каждую линию его лица, каждую черточку и изгиб. Но, сколько бы я не смотрела на него, всегда хочется еще и еще. Прослеживаю кончиком указательного пальца линию точеных скул эльфа, прорисовываю плавный изгиб подбородка. — Но я готов это делать ради вот таких моментов, — лениво-соблазнительная улыбка появляется на его губах, а я несильно бью принца по плечу.       — Тогда мне стоит прекратить это делать, дабы не подорвать Вашу репутацию, аранен Трандуил, — пытаюсь подняться, но сильные руки не позволяют мне этого сделать. Все эти действия лишь веселят нас обоих. Начинаю смеяться, когда случайно падаю на своего эльфа, задев его щеку своим локтем. Где-то в дали в это время уже раздаются раскаты грома. Как я и говорила, с минуты на минуту на нас обрушится ливень.       Аккуратно проведя большим пальцем по ушибленной щеке принца, оставляю на ней нежный и томительный поцелуй. Медленными и размеренными поцелуями приближаюсь все ближе к дразнящим и столь желанным мной губам. Но стоит мне только наклониться ближе к Трандуилу, как с неба на нас начинают падать первые капли дождя. Пусть Зеленолесье и густой лес, но мы из-за нашей неосторожности оказываемся на небольшой полянке, откуда обычно открывается отличный вид на небо.       — Нам стоит спрятаться, — даже не дожидаясь моего ответа, аранен поднимается с земли и тянет меня следом за собой. Пытаюсь спрятать улыбку, замечая все оттенки недовольства на лице эльфа. Дождь явно испортил все его планы. Хватаю принца за руку и тяну его вглубь леса. Погода разыгрывается не на шутку, всюду слышно то, с какой силой дождь бьет по листве. Но не это тянет меня все дальше и дальше в лес.       Чужой страх и ощущение чужеродности заставляет меня забыть и о том, что рядом со мной все также идет мой эльф, и о спокойствии, которое переполняло меня еще мгновение назад. На место всего этого встает тревога и не замолкающее чувство долга. Не обращаю внимания на ливень, из-за которого и я, и Трандуил уже давно промокли до нитки. Останавливаюсь лишь на миг, когда слышу тихий, но такой жалобный писк. Возможно, не мы одни его слышим, поэтому стоит смотреть в оба.       — Здесь что-то не так, — теперь даже Трандуил изменяется в лице. На место беззаботной и расслабленной улыбки встает сосредоточенность, а между бровей пролегают морщинки. Только киваю на слова принца. Вот мне тоже все это кажется странным и неправильным. С каждым нашим шагом жалобный зов становится все сильнее. Когда мы выходим из-за кустов, мне наконец-то становится понятно, кому именно принадлежит эта мольба.       — Стой здесь и не шевелись, — дожидаюсь того момента, когда эльф утвердительно кивает мне головой, после чего осторожно начинаю подходить к детенышу оленя. — Это олененок юсса, — тихо начинаю говорить я. Сейчас главное — не спугнуть малыша. Встревоженно поглядываю чуть дальше. Довольно большое тело матери этого олененка покоится под одним из деревьев. И от вида изможденного и словно загнанного до смерти животного я содрогаюсь всем телом. Вкупе с темными, будто выеденными коррозией, участками кожи, все это выглядит пугающе. Это неестественно. Будто что-то выело ее изнутри. — Раньше этих оленей можно было увидеть только в Валиноре, — оказавшись достаточно близко к малышу, протягиваю ему руку. — Не бойся меня, хорошо? — олененок с тоской смотрит на меня своими громадными глазищами. И вот уже он с отчаянным писком подходит ко мне и утыкается носом в мое плечо. — Трандуил, теперь можешь подойти, но медленно, — детеныш юсса ложится на мокрую траву, при этом пряча глаза и мелко дрожа всем телом.       — Я никогда прежде их здесь не встречал, — принц осторожно садится рядом со мной, чем сильно заинтересовывает маленького олененка. Он с любопытством поглядывает на новопришедшего и осторожно потягивает воздух носом. Стараюсь успокоить его, глажу ладонью по пятнистой спинке.       — Юсса немногочисленны, и они, как правило, сторожат покой лесов, — прочерчиваю пальцами белую полосочку, которая протянулась от макушки до самого хвоста детеныша. — Странно увидеть их здесь одних, — оглядываюсь по сторонам в надежде увидеть еще хоть кого-то из табуна этого олененка. — Эти олени всегда отличались своим умением понимать нас. Крайне умные животные, — с улыбкой на лице перевожу свой взгляд с детеныша юсса на Трандуила. — Они были любимцами Валиэ Нэссы, она по сей день любит проводить с ними время на лугах. Но сейчас, как ты можешь увидеть, некоторые из них населяют и леса Средиземья.       — Я могу забрать его во дворец. Королевские конюхи смогут о нем позаботиться, — лишь посмотрев на принца, прекрасно понимаю, что он уже не отступится от своих слов. Целеустремленный и упертый, впрочем, как и всегда. Зеленолесье еще не раз всколыхнется из-за Трандуила. — Если, конечно, сейчас откуда-нибудь на нас не выпрыгнет еще один олень, который захочет нас затоптать, — но за стуком капель дождя не слышно даже признака приближения других сородичей олененка.       — Он станет хорошим товарищем для тебя, — говоря это, я пытаюсь отлепить промокшие пряди волос от лица. — Кажется, мне стоит тебя предупредить о том, что юсса исключительные долгожители. Даже по меркам эльфов, — заметив удивленное лицо принца, я тут же начинаю смеяться. — А как ты представлял себе дружбу между обычными оленями и Нэссой? Сомневаюсь, что она довольствовалась бы лишь краткими мгновениями с этими прекрасными созданиями, — совсем небольшое расстояние разделяет меня и Трандуила. И мне нужно только слегка наклонить голову, чтобы прикоснуться своими губами к его.       Поцелуй со вкусом дождя согревает меня лучше всякого костра и придает сил больше, чем самый долгий отдых. В который раз убеждаюсь, что чувства, которые мы делим с синда на двоих, делают меня не просто счастливой, но и более могущественной. Складывается ощущение, будто я могу свернуть горы, поменять направление ветра и ускорить течение самого времени. Это чувство опьяняет. На какой-то миг даже забываю о ливне, который продолжает обрушиваться на Зеленолесье. Его рука на моей спине, моя ладонь на его шее. Как бы долго мы не были вместе, никто из нас не переходит черты. Не переходит той грани, которая может окончательно свести нас обоих с ума. Эти чувства необъяснимы и просто не поддаются контролю.       Томное и одновременно разгоряченное прикосновение его губ к моим, и я будто лечу, стремительно лечу вниз с оглушительной высоты, собирая крыльями влажные и невесомые облака. Мне стоит только чуть-чуть приоткрыть рот, и меня захлестывает новая волна ощущений. Умелый требовательный язык лесного принца врывается внутрь, при этом взрывая во мне фейерверки чувств. В то время, когда дождь остужает кожу, этот поцелуй только сильнее разжигает сердце и душу.       Трандуил никогда не умел довольствоваться малым, и даже от поцелуя всегда брал все и сразу. Всегда властный, но такой трогательно аккуратный одновременно. Всегда поражала его способность все контролировать, но не давить. И даже сейчас, забирая меня без остатка, подчиняя мой рассудок своей воле, я бы никогда не смогла сказать, что делает он это грубо и безжалостно.       Тихий стон слетает с моих уст, когда лесной аранен слегка прикусывает мою нижнюю губу, после чего сразу же проводит по ней кончиком языка. И только вдоволь насладившись этим умопомрачительным и незабываемым поцелуем, мы отстраняемся друг от друга. Трандуил прикасается своим лбом к моему и прикрывает глаза. Его тяжелое дыхание щекочет мне щеку, и на моих губах расцветает счастливая улыбка.       — Я бы никогда не доверила судьбу этого олененка в чьи-либо руки. Он бы вернулся со мной в Валинор, где Вала Нэсса позаботилась бы о нем. Но тебе я доверяю, — проведя ладонью по щеке принца, отстраняюсь от него. Мое внимание, пусть и не сразу, но снова возвращается к маленькому детенышу юсса. — Пусть это будет моим подарком тебе, моим признаком доверия и любви к тебе.       — Я клянусь, что смогу позаботиться о нем, и ничто не причинит ему вреда, — пораженный моей искренностью и моими словами, синда даже не сразу находит нужные слова. Впервые вижу Трандуила таким встревоженным и взбудораженным. Аккуратно поднимаю все еще дрожащее от холода и страха тельце олененка и передаю его эльфу. — Он выглядит совсем еще маленьким.       — Так оно и есть. Но однажды ты просто решишь повидаться с ним, а вместо щуплого и беззащитного олененка увидишь перед собой благородного и по-королевски прекрасного оленя, — когда малыш устраивается в руках синда, я наконец-то могу подняться с земли. Дождь стал тише. — А мне уже пора возвращаться, — и снова это щемящее чувство в груди.       — Я буду ждать тебя, моя дева-птица, — Трандуил встает с травы следом за мной, берет меня за руку. И, о Эру! Этот проникновенный взгляд голубых глаз. Он навсегда отпечатался в моем сознании.       — Я вернусь через пару дней и сразу же сообщу тебе о своем приходе, ветры напоют тебе о моем возвращении, — улыбнувшись аранену, уже собираюсь уйти, когда все еще держащая меня рука сжимается сильнее. — Ты что-то еще хотел мне сказать? — с любопытством всматриваюсь в лицо принца. Он весь промок. Темно-зеленый охотничий костюм выглядит практически черным, а длинные золотистые волосы прилипли к лицу и одежде.       — Через пять дней будет бал. И я бы хотел увидеть тебя на нем.       — Я не эллет, нин Мирион. Мне нечего делать на балу аран Орофера, — чуть-чуть сжав ладонь Трандуила, отпускаю ее. — Посланников Валар некоторые считают плохими вестниками, я только испорчу все веселье. Однажды я с удовольствием приму приглашение и сяду с тобой за один стол, но не в этот раз. А теперь ступай, нас обоих ждут дела, — запечатлев на губах Трандуила невесомый поцелуй, направляюсь вглубь леса, прочь от своего эльфа.

*****

      Он искал их, шел по следу, который был незаметен остальным жителям этого нестабильного и вечно уничтожающего себя мира. Однажды все наладится. В тот самый момент, когда он взойдет на трон, когда народы Средиземья склонят головы пред ним. Именно таким он видит «светлое» будущее этих земель. Ведь только отсутствие одного единственного правителя искажает саму жизнь. Подчинив всех, в мире станет спокойнее.       И сейчас он на шаг ближе к своей цели. Зеленые леса таили в себе много секретов. И одним из них всегда являлся табун диких, но излюбленных Валар оленей юсса. Гордые, сильные и, самое главное, бессмертные духом. И, словно поняв благие намерения будущего короля, лес даровал ему встречу с отбившимися от табуна двумя оленями.       — Тксари — единственная, кто может сообщить о моем возвращении вашим богам, — презрительный комментарий, брошенный в сторону Валар и самой Имирин, ничуть не смутил обладателя золотых глаз. — И теперь, зная некоторые слабости девы-птицы, могу убрать с поля сразу несколько важных фигур.       Олениха медленно шла между деревьев, когда почувствовала присутствие незнакомца. И первое, что сделала — спрятала своего детеныша. Но не успела убежать сама. Темное и достаточно сильное проклятье обрушилось на нее в ту самую секунду, когда испуганные глаза животного встретились с хищным взглядом некроманта. Хватило каких-то мгновений прежде, чем шерсть животного потускнела, а тело покрылось практически черными пятнами, схожими с высохшими и облезлыми кусками кожи на теле трупа.       Юсса за считанные секунды превратилась из сильного и бессмертного существа в исхудавшее и не подающее жизнь тело. Но маг остался недоволен деяниями рук своих. Его прекрасное лицо исказилось в ужасающей гримасе. Глаза вспыхнули пламенем, а черты лица заострились, делая его похожим больше на летучую мышь, нежели на человека.       — Этого недостаточно, — звук, слетевшись с губ мужчины, проще сравнить с шипением змеи. — Быстрая смерть не подходит любимице Манвэ, — сказав это, будущий тиран презрительно щурится и недовольно цокает. Главное, что у него есть идея. Ее просто нужно доработать, чтобы воплотить ее в жизнь. Осталось совсем немного, чтобы избавиться от единственного связующего звена между Средиземьем и Валинором.       Убить одну, чтобы надломить целый ряд действующих лиц. Вот он план бессмертного, который позарился на титул Владыки всея Средиземья.