Исповедь вампира

Два маленьких мальчика играли в пыли возле убогой деревянной лачуги. Поминутно оглядываясь по сторонам, один из них подбрасывал над головой камешек, а другой протягивал ручонку, и тот летел прямо в нее. Затем они менялись местами. Вид у мальчишек был совершенно заговорщицкий, словно они делили на двоих страшную, лишь им известную тайну. Невзирая на то, что они были очень похожи, более рослый из братьев выглядел намного привлекательнее: вьющиеся каштановые волосы, темные глаза в обрамлении длинных ресниц, выразительные пухлые губы. Ангелок, да и только. Даже крайняя худоба и лохмотья, в которые оба ребенка были одеты, несмотря на осенний холод, не портили его внешности. Второй брат казался просто его бледной тенью. Мужчина, сидевший на облучке запряженной мулом телеги, пристально наблюдал за ними. Судя по всему, дети его не замечали. Вероятно, Вирджил – а это был он собственной персоной – скрыл себя от их взглядов Дезиллюминационными чарами. – Билл, Майкл! – послышался из лачуги каркающий, простуженный женский голос. Потом раздался надсадный кашель. Мальчики вздрогнули. Тот, что ниже ростом, махнул рукой, и летевший в его сторону камешек растаял в воздухе. – Идем, мам! – закричал он и побежал к покосившемуся от старости дому. Брат следовал за ним по пятам. Вирджил слез с облучка, снял с себя чары и тоже зашагал к лачуге. Не удосужившись постучать, он толкнул висевшую на одной петле дверь и вошел внутрь. Более нищенскую обстановку было трудно себе вообразить! Два набитых соломой тюфяка валялись прямо на голом земляном полу. На одном лежала закутанная в тряпье женщина неопределенного возраста, на другом, видимо, спали дети. В углу располагался погасший очаг с пустым котелком над ним. Вот и все. В комнате стоял нестерпимый запах нечистот, и Вирджил незаметно поднес к носу надушенный платок. – Майкл, – женщина опять закашлялась и вытерла кровь с губ грязной тряпицей, – дай мне попить. Боже, кто это?! Только тут она обратила внимание, что в доме, кроме нее и детей, находился посторонний мужчина. – Уходите, тут нечем поживиться! Мы бедны как церковные крысы, – воскликнула она, приподнявшись на локте, но тут же снова бессильно опустилась на свое убогое ложе. – Не бойтесь, миссис! – произнес Вирджил успокаивающим тоном, спрятав платок в карман плаща. – Я не грабитель и не разбойник. Я – торговец. Держу лавку в Лондоне. И мне нужны помощники. Ваш старший мальчик, кажется... Майкл... отлично подойдет на роль посыльного. Не сомневайтесь, я щедро вам заплачу. – Вы мне зубы-то не заговаривайте! – грубо сказала женщина. – Вы, небось, поганый скупщик детей (1). Изуродуете моего красавчика Майкла и будете заставлять его выделывать всякие штуки на потеху толпе. Убирайтесь отсюда подобру-поздорову, пока муж не вернулся и не пересчитал вам все ребра. – Не думаю, что он когда-либо у тебя был, – оскалился Вирджил, враз растеряв всю свою напускную вежливость. – Посмотри на себя, сама скоро загнешься и сыновей заразишь. А я могу дать Майклу шанс на сытую, хорошую жизнь. Говорю тебе, глупая, я готов заплатить за него. ЗОЛОТОМ. Он достал из-за пояса кошелек и выразительно позвенел его содержимым. – Тогда берите и Билли. Что ж ему пропадать тут со мной? – женщина тоскливо взглянула на сжавшихся на соломенном тюфяке мальчишек. – Сэр, не разлучайте их! Молю. Они с того мига, как на свет появились, так и не расставались. – Предлагаешь и второго забрать? Ну, давай, будет полы в лавке мести. Но учти, не приплачу за него ни пенса!.. *** Я вынырнул из воспоминаний Януса и по его глазам догадался, что он тоже видел картины из своего раннего детства. – Значит, тебя зовут Вильям. Билли. Ты – магглорожденный. У тебя был брат-близнец, а Вирджил купил вас, воспользовавшись крайней нищетой вашей матери. Нетрудно представить, какой конец ее ожидал, когда она осталась в полном одиночестве, – подытожил я скорее для себя, чем для него. – Скажи... – я немного помедлил, не решаясь сразу спросить его, – можно я перестану называть тебя Янусом? Я знаю: ты носил это прозвище большую часть жизни, и тебе, наверное, непривычно отзываться на Вильяма, но Янусом звался раб, а ты никогда отныне им не будешь. Клянусь тебе! – может, это звучало самонадеянно, но я намеревался освободить его из этого места любой ценой. Я был готов пойти на поклон к Малфою-старшему, лишь бы он помог Вильяму. – Это действительно непросто для меня. Ты и сам понимаешь... Но я попробую... Только, – на его лице появилось выражение страха, – упаси тебя Мерлин даже ненароком проговориться Вирджилу. Тогда он обо всем догадается и убьет меня. – За кого ты меня принимаешь? – искренне возмутился я. – Для всех остальных ты пока останешься Янусом. Парадоксальным образом, хотя Вильям был почти на пятнадцать лет старше и именно он когда-то обучал меня всем тонкостям интимных отношений, его зависимое положение, превратившее меня в его защитника, как будто стерло эту разницу между нами. – А что сталось с Майклом? – осведомился я, возвращая его к картинам, увиденным в его прошлом. – Он тоже здесь? Я не припомню, чтобы встречал его прежде. – Кажется, с ним что-то произошло, – хрипло сказал побледневший как полотно Янус, – он не дожил до «вступления в возраст», поэтому я начал работать вместо него. Ведь сперва Вирджил планировал сделать из меня слугу, а не хастлера. Я хочу еще раз взглянуть на брата, покажи мне, прошу тебя! *** – Майкл, не умирай! – заметно подросший, но все еще такой же худой и угловатый Вильям тихо плакал, сгорбившись на табурете возле кровати, на которой лежал его брат. Глаза Майкла были закрыты. Грудь судорожно вздымалась и опадала. Его красивое прежде лицо покрывала отвратительная зеленоватая корка. – Вот, Джеймс, взгляни на это! Каков твой вердикт? – Вирджил осветил фонарем Майкла и вцепившегося в руку близнеца Вильяма. – Драконья оспа. Невероятно заразная болезнь, Вирджил, – раздался тихий голос колдомедика. – Ты должен избавиться от мальчишки, иначе и все остальные твои «постояльцы» подцепят заразу. Конечно, Найджел сообщит тебе имена новых магглорожденных сопляков, но это обойдется нам в кругленькую сумму. А главное, сколько хлопот: переодевайся простецом, езди за маггловскими выродками по всей Британии, уговаривай их тупоголовых родителей, что в их же интересах расстаться с еще одним голодным ртом за приличную – по их жалким представлениям – плату. Потом учи их хорошим манерам, основам беспалочковой магии, обувай, одевай, корми. Да пока они свой хлеб начнут отрабатывать, лет десять-пятнадцать пройдет! Впрочем, если тебе дорог именно этот молокосос и ты готов рискнуть всеми остальными... – Ты, верно, рехнулся, братец! К чему мне этот щенок? Да, я рассчитывал, что он заработает для меня много галлеонов своей смазливой мордашкой. Теперь же на эту рябую физиономию и глядеть-то тошно будет, не то что трахать его. Да еще, не дай Мерлин, перезаражает всех! Естественно, я не желаю из-за него терять большие деньги. Поступим, как всегда в подобных случаях. Прекрати выть! – прикрикнул он на моментально притихшего Вильяма. – Смотри мне в глаза! – он развернул плачущего мальчика лицом к себе и наставил на него палочку. – Империо! Билли, – неожиданно мягко произнес он, – с этой минуты ты не станешь думать о брате и никому не расскажешь, что здесь произошло. Я. Тебе. Запрещаю! – он направил волшебную палочку на Майкла. – Авада Кедавра! *** Мы с огромным трудом выбирались из этого воспоминания. Вильям то начинал безудержно рыдать, то, невзирая на свои раны, порывался бежать к Вирджилу, чтобы учинить над ним справедливую расправу. Ему было наплевать на то, что Магия тут же покарает его за нарушенный Обет. Он словно обезумел. Мне пришлось чуть ли не силой влить в него Умиротворяющий бальзам, и только после этого он забылся тревожным сном, время от времени вздрагивая всем телом. Пока он спал, я сделал две вещи, необходимые для выполнения моего плана по его спасению. Сперва я отправил Патронуса Люцу со словами: «Мне нужно срочно встретиться с твоим отцом». Ответ пришел практически незамедлительно: – Отец будет счастлив принять тебя в Малфой-мэноре завтра в шесть вечера. Не знаю, сколько уж счастья в действительности принесет Малфою-старшему мой визит, но меня это мало заботило! Я поклялся освободить Вильяма и собирался добиться этого любыми возможными способами. Удостоверившись в том, что мой партнер крепко спит, я на цыпочках выскользнул из комнаты и разыскал Вирджила. Вид этого негодяя и убийцы, с любезной улыбкой поднявшегося мне навстречу со своего мягкого дивана в гостиной, где еще оставались несколько свободных от работы мальчиков, едва не заставил меня наброситься на него и банально придушить, но я велел себе успокоиться. В конце концов, убить его я всегда успею. Это будет слишком быстрым наказанием для него. А Вирджил, по моему мнению, заслуживал чего-то более изощренного, чем простая Авада. – Мой друг, – пропел хозяин борделя, – никак не ожидал лицезреть вас раньше утра. Неужели Янус надоел вам так скоро? – Разумеется, нет, дорогой Вирджил, – я натянул на лицо маску скучающего равнодушия, – я всего лишь дал ему пару минут отдыха... от «трудов праведных». А пока решил сообщить вам, что нанимаю его на всю неделю. Я, представьте себе, слегка изголодался. Вы же понимаете, о чем я толкую? – словно заправский актер, я глянул прямо в его масляные глазки и плотоядно облизал губы. – И прошу, чтобы нас никто не беспокоил. Еду и напитки можете оставлять у двери. – О! Какой вы, однако, проказник, мой милый мистер Северус! – во весь рот заулыбался Вирджил, предвкушая щедрую мзду. – Только, – он немного замялся, – это будет недешево. Янус – один из лучших моих мальчиков. Универсал, можно сказать! – Я в курсе. Поэтому готов заплатить, сколько потребуется. Я достал кошель с золотом и потряс им совершенно так же, как это проделывал сам Вирджил в воспоминании Януса. – Прекрасно, прекрасно! – глаза Вирджила загорелись алчным огнем. – Значит, мы обо всем договорились. Янус полностью в вашем распоряжении. Делайте с ним, что вам заблагорассудится! Неделя – это огромный срок! К вашим услугам – набор секс-игрушек, если вы захотите осуществить свои фантазии. Недавно я получил из Индии дивные зачарованные фаллоимитаторы, изготовленные из слоновой кости. Они покрыты изумительной ароматной смазкой и могут двигаться сами в указанном вами темпе. А еще у меня имеются серебряные анальные бусы (2). Уж не знаю, чем вам захочется с ним заняться, но осмелюсь предложить еще разнообразные плети и стеки... – Благодарю, – ухмыльнулся я, мысленно пожелав ему страшной и мучительной смерти, – не премину воспользоваться столь любезным предложением. Может, завтра или послезавтра, когда мне надоест трахать его обычным способом. Я вернулся в комнату, провожаемый восторженными взглядами хозяина, разделся и осторожно, стараясь не потревожить сон Вильяма, улегся на самый край кровати. __________________________________________ 1. Компрачико`с или компрапеке́ньос (от исп. comprachicos, букв. — «скупщики детей») — термин, которым Виктор Гюго в романе «Человек, который смеется» (1869) окрестил преступное сообщество торговцев детьми. В первых главах романа Гюго излагает представление, что компрачикосы в Европе XVII—XVIII веков покупали детей, умышленно уродовали их внешность, а затем перепродавали как шутов, акробатов, придворных карликов, певцов-кастратов и тому подобное, либо использовали в качестве попрошаек. Он сравнивает это явление с бинтованием ног девочек у китайцев. Существование явления, описанного Гюго, не является достоверно установленным историческим фактом, хотя отдельные случаи в разное время всплывали в криминальной хронике европейских стран. Утверждается, что св. Викентий де Поль спас мальчика из рук компрачикос и что матери на севере Испании в старину пугали непослушных детей приходом компрачикос. https://ru.wikipedia.org/wiki/Компрачикос 2. Анальная цепочка, анальные бусы, тайские бусы — сексуальная игрушка, служащая для стимуляции ануса. Анальная цепочка представляет собой несколько шариков переменного либо одинакового диаметра, соединённых последовательно между собой жёсткими или гибкими перемычками. Как правило, изготавливается из силикона или латекса. https://ru.wikipedia.org/wiki/Анальная_цепочка