Хотел обмануть? Ну ты попал.

Северус ушел от Гарри далеко за полночь. Они долго еще не забудут этот день. Ворочаясь в кровати, юноша вспоминал все произошедшее и никак не мог успокоиться. Когда Северус поцеловал его руку, Гарольда будто током прошибло.  Совсем забыв об эмпатии сейчас он чувствовал зельевара полностью. Дикий букет вины, сожаления, неверия, благодарности и доверия просто ошеломил его. Что же творилось у него в жизни, если сейчас он до сих пор винит себя?  Инстинктивно, не думая что делает, Гарри обнял Северуса. Так они и сидели. Мужчина, содрогающийся в рыданиях и  юноша, крепко обнявший его и машинально нежно гладящий  по волосам. О многом они потом поговорили. Сидя у камина, они делились наболевшим. Обеты Северуса, иногда противоречащие друг другу, гибель почти всех, кого он любил, невозможность показать свои истинные намерения, ненависть всего Хогвартса и лично неприязнь Гарольда. Слишком много всего навалилось. Два человека просто разговаривали и понимали, что ничего не знали друг о друге. Многие взгляды и убеждения в тот вечер поменялись. А когда Северус собрался уходить, они долго держали друг друга в объятьях. Настолько две обманутые души привязались  друг к другу. Напоследок, уже шагнув в камин, зельевар обернулся. — Гарри. — Да. Ты хочешь остаться? — Нет, я о другом. Что с Малфоями. Завтра, вернее уже сегодня он придет к тебе. Нахмурившийся Гарольд чуть не зашипел от досады. — Почему любые разговоры сводятся к ним. Нельзя один день не вспоминать об этой противной семейке.  Северус невольно улыбнулся, настолько комично обиженным выглядел парень. — Люциус мой лучший друг. Естественно я переживаю за него. — Северус. Я скажу то, что уже говорил. Если он будет искренен, то все будет хорошо. Если нет, то я не вправе идти против законов. Он мне дорог, но я Вестник и не могу ставить чувства превыше долга. Зельевар только вздохнул. И прощально взмахнул рукой. Дождавшись, пока тот исчезнет в клубах зеленого дыма, Гарольд пошел в спальню и еще долго ворочался, вспоминая эти моменты. Выйдя из камина Северус попал в крепкие объятия Люциуса. — Боже мой, Северус, как ты. — Лорд Малфой судорожно стиснул мужчину. — Крестный, а это точно ты? — подозрительно  поинтересовался  Драко, успев рассмотреть  кардинальные изменения. — Это точно я, Драко. Просто я немного решил сменить имидж — Неловко пошутил Северус. — И внезапно помолодел, мы поняли. — Люциус отстранился и серьезно взглянул ему в глаза. — Что он сделал с тобой? —  Прости Люц, но распостраняться о том, что было, я не буду. Помнишь что он сказал тебе? Я повторю это. Будь искренен. А сейчас, я пожалуй пойду спать. Я чертовски сильно устал. Задумчиво что-то напевая, Северус удалился в сторону своих комнат. — Я впервые за много лет видел чтобы Северус улыбался так мягко. Пойдем спать, Драко. Днем у меня будет много стресса. — Северус, что мне делать? —  Уже днем, блондин напряженно разглядывал друга, отмечая все изменения в его внешности. — Я слишком долго носил маски, чтобы просто взять и сбросить их перед мальчишкой. — Люц. он не мальчишка, он Хранитель Магии. Тебе не поможет никто, кроме тебя самого.Тот, с кем я вчера разговаривал, очень давно перестал быть мальчиком, который наивно принимает любые слова на веру. — Но я не могу. — Тебе придется! Я не хочу терять друга. А Гарри не пойдет против воли небес. — Он для тебя уже Гарри? — C его позволения. — Ладно. Если я умру, позаботься о Драко. — блондин криво усмехнулся, и встав направился к камину. — Удачи. — Тревога в душе зельевара поднималась очень быстро. •Певерелл мэнор• Юноша нервно мерил шагами кабинет. — Спокойно, Гарри, ты все сможешь. Неважно, что он твой партнер. Ты Вестник, будь беспристрастен, пожалуйста. — Хозяин, он здесь — с тихим хлопком возвестил  Кричер. — Проводи его ко мне. Спокойно Гарри. Спокойно. Когда блондин вошел в комнату, сердце Гарольда забилось чаще. Что бы он не говорил себе, он любил этого надменного человека и не хотел его гибели. Знаком предложив присесть, брюнет отвернулся к окну, чтобы скрыть свое неровное дыхание. После нескольких минут молчания, Люциус все же решил прервать неловкую тишину. — Милорд, возможно нам будет удобнее вести диалог, если вы повернетесь ко мне лицом. Гарольд, уже справившийся со своим дыханием, резко обернулся и не говоря ни слова, прошел к креслу и сел напротив Малфоя —  Милорд, давайте обсудим этот вопрос как взрослые люди. Что вы хотите за снятие этого наказания? Мы же можем прийти к компромиссу. — Компромиссу? — Гарольд, не скрывая удивления поднял брови. — Да. Артефакты, деньги, выгодная партия для женитьбы. Я многое могу для вас сделать. — Люциус, вы меня наверное не так поняли? Компромисса тут не будет, — Гарольд с нарастающим страхом понимал, что ничего не может сделать. Его собеседник упрямо не хотел слышать правду. — Я могу предложить брак с моим сыном, в качестве младшего партнера. Он же доставал вас в Хогвартсе? Возможно вы и сами хотите что-то предложить. Я с радостью поддержу ваши намерения. — Люциус позволил себе полуулыбку и взглянул на собеседника. Какая-то часть его разума кричала и била тревогу, что все не так просто, но он затолкал эти мысли подальше и не давал им завладеть его сердцем. — Вы закончили? — тихий голос прервал его размышления о интуиции. — Да, милорд. — Хорошо. Теперь говорить буду я. Гарольд с сожалением подумал, что это конец. — Вы, зная о том, что я могу принять лишь искренность, прибыли ко мне и имели наглость предложить  выкуп. Вы не поняли всей серьезности вашего положения? Вы осмелились предложить мне Драко, как раба, отдаваемого на продажу. То есть не пожалели собственного сына. Мне от вас нужно было лишь одно — искренне сказать, что вы раскаиваетесь. Но видимо это ниже вашего достоинства. Я сожалею, но вы упустили свой шанс. — Милорд, простите, но как. — Люциуса бросило в дрожь. Он шел в твердой уверенности, что все получится. Страх зазвучал в его голосе, когда он осознал, что произошло. — О, я наконец чувствую ваши эмоции. Интересно, как вы их отключайте до состояния заинтересованности? Истребление рода — не всегда смерть. Уходите. Нам не о чем разговаривать. Мне жаль, что Вы так и не осознали своей ошибки. С этими словами Гарольд  указал на камин. Люциус молча встал и пройдя к нему,  исчез в клубах дыма. Вернувшись домой, он осел на пол у камина, испугав Драко. Не было сил сказать  ему о приговоре. Северус, глядя на невменяемого друга, поднял того с пола и вручив бокал вина, усадил на диван. Сам же отправился к Певереллу. Посмотрев воспоминания Гарри, он молча налил себе виски. Спустя время, он все же заговорил. — Ничего нельзя сделать? — Я сожалею. Люциус увяз в аферах. Я бессилен. — Но почему за его ошибки расплачивается вся семья? — Таков закон. Хватит об этом. — Хватит? Мой крестник умрет? Мой друг умрет. — Думаешь, я бессердечная сволочь? Северус, я лишь могу судить. Небеса не позволят мне проявить сострадание к тому, кто закоренел в своих ошибках. — Гарольд отчаянно не хотел, чтобы их, только начавшаяся дружба перестала существовать. — Прости, я зря сорвался на тебя. Просто не верю. — Зельевар обессиленно опустился на диван. — Северус, я бессилен. Давай не будем об этом. У меня к тебе есть просьба. — Для тебя — все, что угодно. — Я хотел бы вместе с тобой навестить могилу родителей. Если тебе не будет слишком тяжело. — Что? — Мужчина уж точно не ожидал этого — Если не хочешь, просто скажи. Я не настаиваю. Просто захотелось. Северуса внезапно вновь накрыло чувством вины перед давней подругой. Он судорожно стиснул бокал и неестественно выпрямил спину. — Северус? — Гарри приоткрыл щиты и быстро подошел к мужчине. — Я с тобой. Ты не виноват, Сев. Тебя держали обеты. Северус, слышишь? Если тебе будет легче, то я прощаю тебя. Слышишь, прощаю. Он стиснул его в объятиях, чувствуя, как трясет зельевара. — Я здесь, с тобой. Ты не один. Ты никогда не будешь один. Гарри говорил все, что приходило в голову. Он судорожно гладил мужчину по спине и надеялся, что сможет вытащить того из пучины отчаяния. Постепенно, дрожь Северуса ушла. Он сквозь зубы выдохнул и легко похлопал юношу по спине. — Гарри. Гарри, я тут. Я тебя слышу. Отпускай, задушишь. — Хвала Небесам, ты очнулся. Я испугался. — Все хорошо, спасибо за твои, — Северус запнулся, но продолжил, — Спасибо за твои слова, они много значат для меня. Я согласен с твоим предложением. И еще, если ты не против, я хотел бы пока остаться у тебя, как ты вчера предлагал. Боюсь, Люциусу будет не до меня.