Демоны тоже любят...

      Всю дорогу, до выхода из пещеры, парень и девушка напряженно спорили. Они никак не могли сойтись во мнении, куда же им отправится после того как они выберутся из катакомб. Идя по узкому коридору и пытаясь не приближаться к Питеру настолько близко, чтобы была вероятность прикосновения, Нора рассуждала вслух, чем уже, порядком, сильно выбесила Питера. Парень изо всех сил пытался держать эмоции в себе, иначе он бы просто набросился на девушку, чтобы вытрясти из нее дух. — Ну, так вот, — говорила девушка, — то, что ты предлагаешь, не имеет смысла и обречено на провал. Ты серьезно хочешь обратиться за помощью к моей матери? Если да, то ты видно спятил! После того, что она со мной сделала, я ее даже видеть не хочу, не то, что просить у нее помощи. С другой стороны, ты, правда думаешь, что она нас не выдаст? Нет, я, конечно, понимаю, что она моя мать, но ты же сам знаешь, чем чревата ее «любовь», — Нора скривила губки, пытаясь показать отвращение, но в продвигаясь по коридору и пытаясь не зацепится головой за какой-нибудь выступ, парень не обратил на это внимания, — ты же понимаешь, что как только мы окажемся на ее пороге, и она поймет кто мы, то она обязательно нас выдаст. Разве ты этого не понимаешь?       Парень посмотрел в ее сторону и тяжело вздохнул: — Хорошо. Раз ты считаешь все мои идеи недостойными то, может быть, ты мне скажешь, куда именно мы должны отправиться и к кому обратится за помощью? — девушка молчала. Она уже сотню раз перебрала в голове всех своих подруг и знакомых, но человек, готовый помочь ей в такой ситуации, на ум никак не приходил. — Я не знаю, — наконец сказала она надув губы, совсем как маленькая девочка, которая так и смогла доказать родителям, свою точку зрения. Она посмотрела на Питера, который шел немного впереди, и только сейчас осознала в какой глупой и одновременно ужасной ситуации она оказалась.        Только сейчас девушка поняла, что просто выбраться из пещеры, не значило ровным счетом ничего. То, что она сможет перехитрить всех и остаться в живых не значило ничего. То, что она сможет назваться другим именем и поселится в домике на окраине, не значило ничего. Все эти мечты могли быть опровергнуты одним простым фактом — она проклята. Она не сможет нормально общаться с другими людьми, не сможет общаться с друзьями, не сможет, когда-то, найти достойного мужчину и родить ему детей. Она не сможет сделать ровным счетом ничего, пока над ней, словно занесенный клинок, висит проклятие. Но на вопрос «Как справится с этой проблемой?» было ответить еще труднее, чем на вопрос «Куда, в данной ситуации, можно пойти?».        За всеми этими размышлениями Нора и не заметила, когда они дошли до выхода из катакомб. Очнулась она только потому, что в глаза ей ударили яркие лучи солнца. Девушка огляделась вокруг и, не заметив ничего подозрительного, вышла из укрытия вслед за Питером. — Ну, и что дальше? Мы ведь так и не решили, что будем делать, — Нора явно беспокоилась, стоя рядом с парнем, она постоянно оглядывалась по сторонам, чтобы в случае чего, удрать подальше с этого места и желательно так, чтобы ее не узнали. — Ну, для начала, думаю, пойдем на рынок, — сказал парень, — в толпе легче затеряться, да и на те несколько монет, что у меня остались, неплохо было бы купить какой-то еды. — Ты уверен? — Спросила девушка, уже готовая схватить парня за локоть, но вовремя отдернула руку. Парень коротко кивнул. На рынке, действительно, будет проще затеряться не только Норе, но и ему. Питер был уверен, что там-то уж эльф наверняка не додумается его искать.       Парень посмотрел на Нору, даже в перепачканной одежде и с грязью на лице, она была прекрасна. Она казалась ему драгоценным камнем, который пришлось испачкать, чтобы защитить от воров. Но ведь он сам был вором. Это именно он, а не кто-то другой, пробрался в гробницу, чтобы похитить сокровища. Это он, а не кто-то, сейчас шел с ней рядом, радуясь тому, что она жива. Получается, что в первую очередь, ее нужно было защищать именно от него. Он вор и лжец. Он так и не смог рассказать ей всю правду о себе, не сумел выдавить из себя признание в том, что в гробницу он зашел не ради смерти, а ради денег. — Ты зашел туда, потому что так было угодно судьбе, — от неожиданности Питер застыл на месте. Прямо перед ним, он никак не мог поверить своим глазам, стояла старая эльфийка. Она была одета в зеленый балахон, чем-то напоминающий рясу, который, на поясе, был перехвачен изящной лентой. Бабушка смотрела на парня большими зелеными глазами, в которых, помимо мудрости, читались то ли интерес, то ли насмешка.        Первой от ступора отошла Нора: — Вы знакомы? Кто вы? — девушка смотрела на старуху, которая переводила взгляд с Норы на Питера. — Нет, дитя, — ответила, после задержки эльфийка, — вы меня не знаете. Но я давно слежу за вами, Нора. Знаю, вам нужна помощь, а теперь еще и ответы. Меня зовут мадам Фиаза. Остальное вы узнаете, когда мы будем в укромном месте.