Лорд и Леди Поттер

      Учеба казалась Гарри довольно скучной после летних тренировок с аврором, мастером дуэлей и темным магом. В Хогвартсе было слишком много теории, здесь были предметы, которые не интересовали юного гриффиндорца, ему не нравилась астрономия, история, зелья и травогология.       Особым разочарованием в этом году стал новый профессор Защиты от темных искусств Златопуст Локонс, им оказался тот златокудрый писатель, которому вручали орден Мерлина вместе с Гарри. Его уроки оказались даже хуже, чем уроки истории со скучным призраком, так как профессор истории хотя бы на своих уроках зачитывал правильный учебный материал, а не рассказывал байки из собственных книг, как это делал Локонс. Кстати, после уроков окклюменции у аврора Гарри стало значительно легче слушать лекции профессора Бинса. И еще одним минусом уроков Локонса было то, что на них нельзя было заниматься посторонними вещами, в отличие от уроков Бинса, который почти не замечал, что делают ученики на его лекциях. Тех, кто нарушал правила на его уроках, Локонс наказывал довольно изощренными способами, он заставлял их участвовать в сценках на уроках или отвечать на письма своих поклонниц.       Дафна, посещая уроки Защиты от темных искусств, жалела, что Локонс не преподавал историю магии. Он рассказывал очень увлеченно, он разыгрывал сценки из книг, все это было бы замечательно на уроках истории, но оказалось совершенно бесполезным на Защите от темных искусств…       Еще у Гарри появились навязчивые поклонники. Один первокурсник, чье имя Поттер даже не старался запомнить, регулярно пытался его сфотографировать, а еще он ловко уклонялся от проклятий и умудрялся не замечать оскорблений. Кстати, лорду Поттеру тоже не повезло, во время одной из тренировок по квиддитчу Гриффиндора на поле явились слизеринцы, — Откуда они взялись? — сжал кулаки Вуд. — Я же забронировал стадион на сегодня! Ладно, сейчас разберемся!       Разозлившись, он так резко пошел вниз, что приземление оказалось весьма чувствительным. Его слегка пошатывало, когда он двинулся к слизеринцам вместе с Гарри и близнецами. — Флинт! — рявкнул Вуд, обращаясь к капитану соперников. — Сейчас наше время! Мы встали чуть свет! Убирайтесь отсюда!       Маркус Флинт был крупнее Вуда. Гарри иногда казалось, что он смахивает на тролля. Вот и сейчас у него на лице играла глуповатая улыбка — как у тролля, замыслившего очередную каверзу. — Нам тут всем места хватит, Вуд.       Подошли Алисия, Кэти и Анджелина. Слизеринцы, среди которых девочек не было, стояли плечом к плечу и презрительно ухмылялись. — Но я забронировал стадион! — крикнул Вуд. — Забронировал! — Ты забронировал, — возразил Флинт, — а у меня письменное разрешение от профессора Снейпа. Вот, читай: «Я, профессор С. Снейп, разрешаю команде Слизерина провести тренировку на поле для квиддитча в связи с тем, что им необходимо опробовать нового ловца». — Ну и что? Он всего лишь учитель зельеварения и декан одного из факультетов, — вмешался Гарри. — Принесите разрешение мадам Трюк или директора Дамблдора. — Поуважительнее к нашему декану, Поттер, — потребовал Флинт. — Для тебя я лорд Поттер-Певерелл, Флинт, — ответил Гарри. — Или тебя не учили основным правилам поведения. — Поттер… — начал было что-то говорить вдруг вылезший из-за спин слизеринцев Драко Малфой, одетый в форму игрока. — Флинт, это, конечно, хорошая шутка. Кто додумался одеть этого клоуна в форму для квиддитча? О! вы ему и метлу дали, — хором перебили Малфоя близнецы Уизли. — Я НОВЫЙ ЛОВЕЦ! — возмутился Малфой. — Мой отец купил всей команде Нимбус 2001, это круче всех ваших жалких метел, нищеброды.       Тут гриффиндорцы застыли, не в силах отвести взгляд от новеньких первоклассных метел. В это время к ним подошли несколько заинтересованных зрителей, до этого сидевших на трибунах. — Зато ни один игрок нашей сборной не покупал себе место в команде, — отчеканила Гермиона. — Все они попали туда благодаря таланту.       Самодовольное лицо Малфоя исказила гримаса ненависти. — А твоего мнения, грязнокровка, никто не спрашивает! — выпалил он. — Твое мнение тоже никого не интересует, гнилокровый. Уже делишь ложе с матерью? Или с отцом? — ответила Дафна.       На мгновение все замерли, как громом пораженные, лицо Драко стало наливаться кровью, а рука потянулась к палочке. Гарри, благодаря урокам с аврорам, научился быстро действовать, он мгновенно выхватил палочку и, пока никто ничего не успел сделать, бросил в Флинта проклятие, заставившее его упасть на землю, схватившись за живот от жуткой боли. Поттер атаковал Флинта, так как тот был наиболее опасным противником из всех присутствующих, Драко же не представлял большой опасности, так как он только начал соображать и доставать палочку. Рон, так же подошедший вместе с Гермионой, Дафной и другими зрителями, воспользовался случаем и бросил в Драко проклятие, заставившее его блевать слизнями.       В итоге завязалась драка. Пользуясь эффектом неожиданности и удивлением слизеринцев, в бой вступили остальные члены команд и зрители. Гарри же, поразив пару слизеринцев в первые мгновения боя, счел свой боевой долг исполненным и, загородив собой Дафну, выставил щитовые чары и отошел от дерущихся на пару шагов.       Вскоре прибежали профессора и началось разбирательство, громче всех кричал профессор Снейп, однако Дафна умудрилась обвинить его самого в том, что он выдал слизеринцам разрешение проводить тренировки в уже забронированное другой командой время.       И именно юного лорда отправили отбывать наказание у профессора Локонса, где ему пришлось отвечать на письма поклонниц. Это было раздражающе бесполезным занятием, к тому же в классе сильно пахло духами, которыми Локонс опрыскивал свои ответные письма поклонницам, в итоге вскоре у гриффиндорца заболела голова. Голова болела так сильно, что вскоре Гарри стал слышать голоса, желающие убивать и рвать на части. *** А вот Дафну в гостиной Слизерина поджидала половина факультета, все выглядели крайне недовольными. Дафна уже давно знала, что факультет негативно отнесется к ее поведению, так что ее не удивила эта встреча. — Нам надо поговорить, — заявил Флинт. — Я это уже поняла, — ответила второкурсница. — Большинство из нас с пониманием относилось к твоей верности семье, а следовательно и Гарри Поттеру. Но ты переходишь границу, сегодня ты заняла сторону Гриффиндора в нашем конфликте, — заявил Флинт. — Нет, я выступила против Малфоя. Он оскорбил Грэнджер, — ответила Дафна. — Он назвал грязнокровку грязнокровкой, это лишь констатация факта. Да и какое тебе дело до грязнокровки? — удивился Монтегю. — Она в сфере моего влияния, это моя грязнокровка, у меня на нее большие планы, — ответила Дафна. — Зачем она тебе? — удивилась Булстроуд. — Она много читает, хорошо учится, поэтому хорошо управляется палочкой и много знает, она верная, неглупая. Пригодится, — пожала плечами леди Поттер-Певерелл. — Ты слишком много проводишь времени среди гриффиндорцев. Может быть, ты хочешь их всех включить в свою сферу влияния? — визгливо поинтересовалась Паркинсон. — А почему бы и нет, я родилась, чтобы править, почему бы мне не управлять гриффиндорцами… — Тогда тебе следовало попасть на Гриффиндор. На Слизерине мы должны держаться вместе и быть заодно, следовать заветам основателя, а он не желал вообще принимать в Хогвартс грязнокровок, — заявил Эдриан Пьюси. — Напротив, если тебе нужно братство и верность, то тебе следовало попросить шляпу, чтобы она отправила тебя в Хаффлпафф. Салазар Слизерин набирал учеников не за верность, а за честолюбие. Правила существуют для остальных, а не для меня, Салазар брал на факультет не слуг, а избранных править, — заявила Дафна. — Зачем мне следовать заветам Слизерина, если они уменьшают мои шансы на власть? Зачем мне прогонять грязнокровок, если они могут мне служить? Я не слуга Слизерина, я не присягала ему на верность, не давала клятв. — Ты считаешь себя самой умной? — спросил Нотт. — Может быть, ты умнее нашего декана? — Да. Я не собираюсь становиться школьным учителем, я смогу добиться гораздо большего. Я не собираюсь равняться на неудачника. И даже Грэнджер с моей помощью добьется большего, чем этот полукровка. Снейпу не хватило ума назначить тренировку в другой день, чтобы не провоцировать гриффиндорцев. По вине Снейпа мы еще больше испортили отношение с Гриффиндором, вам досталось, а еще тренировки по квиддитчу вам придется отложить, пока Малфой не вылезет из больничного крыла, да и ты, Флинт, до сих пор чувствуешь себя не очень хорошо, ты все держишься за живот. А что вы получили от Снейпа полезного? Ничего! — ответила Дафна. — Ложь! Он регулярно нам помогает! Он нас защищает, никогда не снимает баллы, не назначает отработок! — закричала Панси Паркинсон. — И что я с этими баллами делать буду? На хлеб намажу, предъявлю после школы? Какое мне дело до баллов и отработок? Когда моя тетя училась на Слизерине, деканом был Гораций Слизнорт, у него были большие связи, которыми он пользовался, чтобы помочь своим ученикам, он помогал им хорошо устроиться, получить более престижное место, познакомиться с нужными людьми. Снейп не может ничего, он никак нам не помогает реально, он лишь портит нам отношения с другими факультетами, — возразила Дафна. — Какое нам дело до других факультетов? — спросил Гойл. — Тебе никакого, а я уже все сказала, мне они нужны, я хочу управлять ими всеми. Но из-за Снейпа любой гриффиндорец предпочтет сдохнуть, нежели подчиниться слизеринцу. А ведь твой предок Джонатан Гойл был всеми уважаем и был единогласно избран министром магии, до этого во время гоблинского восстания он весьма успешно командовал Авроратом и отрядами добровольцев, — заметила Дафна. — Складно говоришь, девочка. И что же нам по твоему делать? — спросил Уоррингтон. — Нам? «Нам» ничего делать не надо. Мы не хаффлпаффцы, чтобы вместе постоянно держаться, поэтому нет никакого «мы». Вы мне не нужны, я не нужна вам, мы не нужны друг другу. Можно объединиться ради какой-то цели на время, но нам просто незачем здесь держаться против всех, это просто глупо, на других факультетах учатся наши родственники в конце концов. — Что за чушь?! По твоему все факультеты будут дружить, воцарится мир?! И мы обнимемся с грязнокровками! — рявкнул Селвин. — Ты бредишь, успокойся! — рявкнул Флинт на однокурсника. Селвин раскраснелся и гневно смотрел на Флинта, но молчал. — Дафна, факультеты всегда враждовали, — заметила Ирма Крэбб. — Конфликты неизбежны. — Именно, все факультеты все время враждовали, и только в последние пару десятилетий все внимание сконцентрировано только на Слизерине. Было время, когда в уставшей от войн Англии шла активная борьба между сторонниками мира с Хаффлпаффа и Равенкло против сторонников войны с Гриффиндора. Было время, когда все три факультета были раздражены засильем хаффлпаффцев на всех важных постах, их кумовством. Да много чего было, — стала спорить леди Поттер — Слушай, а зачем ты вообще на Слизерин пошла? — спросила староста. — Меня сюда шляпа отправила, — ответила Дафна.       Немалая часть слизеринцев посмотрела на Дафну с небольшим удивлением, ведь они то попросили шляпу отправить их вслед за родителями, а некоторым пришлось долго упрашивать. — Ладно, пора это заканчивать… Объясни мне, почему Поттер напал на меня? Ведь получается, что это он начал драку, а не мы, — спросил Флинт. — Драка была неизбежна, он просто ударил первым по наиболее сильному и опасному противнику, он считал, что ты мог серьезно повлиять на исход битвы, — ответила Дафна.       Флинт посмотрел на старост, после чего сказал: — Так, мы здесь засиделись. Младшекурсники уже давно должны быть в постели.       Старосты поспешили отправить спать всех с первого по четвертый курсы, остальные остались совещаться. Наутро Дафне объявили, что Слизерин не будет ничего предпринимать на этот раз и вмешиваться в ее дела. Но если кто-то захочет сам с ней разобраться, то Слизерин опять же не будет вмешиваться. Леди Поттер понравилось это решение, ведь единственный, кто мог пожелать с ней разобраться, был Драко Малфой, а если он ей хоть что-нибудь сделает, то ее Гарри будет отправлять его в больничного крыло быстрее, чем тот будет успевать поправляться.