Хранитель Оникса

— Áдам, мне снова приснился тот сон, — прозвучало слегка напуганным голосом в трубке телефона. Электронные часы показывают 3:13. Парень быстро встал с кровати и начал одеваться, прихватив с собой портфель с некоторыми вещами, вишнёвым соком и телефон, со всеми надлежащими: зарядкой и наушниками. Тихо выйдя из дома, он закрыл дверь и быстрыми шагами направился в нужном направлении.       Спустя несколько минут Адам уже стоял у двери. Он тихонько постучал и спустя секунды, проход был открыт. Перед парнем стояла его подруга: в длинной домашней футболке, когда-то ему принадлежащей, с растрёпанными волосами удивительного тёмно-вишнёвого оттенка и уставшими зелёными глазами. Решительно зайдя, он обнял Рейчел за плечи и погладил по волосам, успокаивая. — А где мелкая? — снимая кеды, поинтересовался парень. — Беатрис осталась у подруги. — всё таким же встревоженным голосом ответила Рейчел. На удивление друга, она вся дрожала.

***

      Адам, будучи очень привлекательным и популярным среди сверстниц, был не слишком разговорчивым. Любую девушку, что пыталась с ним хотя бы поговорить, он моментально отталкивал на метры, прямо и открыто говоря всем о том, что она ему неинтересна. Парня было сложно впечатлить красивой внешностью или виртуозной лестью, он не замечал таких людей, считая их пустышками. Все одинаковые, с одной целью, не умеющие смотреть дальше вытянутой руки, даже мечты у всех одни и те же. Ему нравилось мечтать и думать о чём-то великом, более интересном, чем то, какими вещами увлекались его сверстники, и человека искал соответствующего.       В старшей школе в его класс перешла загадочная, интересная всем девушка: с волосами цвета вишни, под длинной чёлкой скрывающая свои ярко-зелёные глаза с янтарным отливом. При её появлении, все учителя, несмотря на высокие отметки, начали осуждать девушку, пытаясь выставлять её на всеобщее обозрение как плохого человека. За провождение времени в лаборатории, многочисленные прогулы. Она постоянно молчала на все замечания, делая вид, что просто не слышит, безразлично смотря на всё и всех, чем ещё более злила преподавателей.       По началу, когда Рейчел только пришла в школу, все, почти без исключений, пытались подружиться с ней. Идеальная учеба, лидер класса и его староста, была заместителем учсовета и постоянно находилась в лаборатории, натянув белоснежный халат и перчатки. И каждая попытка «подружиться» была провальной. Любые способы сблизиться, так же, как и с Адамом, заканчивались отторжением, куда более жестоким. Девушка откровенно говорила, что считает своих одноклассников биомусором — дословно — и щедро делилась с ними своим не самым приятным мнением о каждом, видя всех на сквозь. В итоге травления со стороны учителей подкрепились ненавистью одноклассников. Но ненавидели её тихо: каждый боялся получить отчётливый синяк или, если не повезёт, кровавый след от железной линейки или удара о парту, после очень показательного случая.       Однажды одного из самых высоких людей в классе она уложила на пол. Это был надоедливый, противный и жалкий парниша, ростом почти два метра, ставший «кровавым примером». На большой перемене он подошёл к девушке, нескромно облив её оскорблениями о чем угодно: её внешности, поведении и в целом, о ней, вызывая усмешки завистливых и отвратительных одноклассниц, иногда тихие смешки одноклассников. Рейчел встала, и сначала, видимо, предупредительно посмотрела ему в глаза, напугав его, но парень начал ещё больше оскорблять девушку. Усмехнувшись и показав клычки, она резко взяла за руку обидчика и вывернула ее, обездвижив его. Одноклассник начал вырываться и даже попытался ударить Рейчел свободной рукой, но увы, был блокирован, а затем, нехитрой подножкой, уложен на пол между партами. Данное происшествие никто из руководителей или учителей не застал, поэтому оба остались безнаказанными.       На следующий день, всё тот же парень, снова подошёл к Рейчел, мирно сидящей на остановке и что-то рисующей в блокноте. Улицы были пусты, люди находились на работах, а идущие со школ подростки быстро проскальзывали, заглядывая в магазины, уметались по домам. Пасмурное небо, предвещавшее дождь, пронзилось вспышкой молнии. — Исчезни. Ты свет загораживаешь, — всё тем же монотонно-безразличным голосом произнесла девушка, поднимая глаза на одноклассника. — Продолжишь огрызаться, значит? Ну что ж, самое время получить по заслугам, слишком уж ты высокомерная, — ухмыляясь, противным голосом произнёс он. Из-за спины парня вышло ещё трое. — Ого, собрал себе свиту. И что, будете компанией избивать ногами одну девушку? А разве какой-нибудь порядок, у вас, дикарей, не существует, что девушку бить как-то унизительно? — всё таким же спокойным голосом проговорила зеленоглазая и закрыла блокнот. — Э-э, ты же говорил прижать надо кого-то? А тут… — возмутился и слегка растерялся один из «напарников». — Ты чё, совсем? Девушку бить… даже если. Она одна, а ты нас троих созвал, идиот, — продолжил мысль второй. — Вот видишь, молодец, даже в глазах друзей упал, — забавлялась Рейчел, видя нарастающий гнев одноклассника, и продолжала провоцировать. Сжатая в кулак рука резким движением направилась к лицу уже вставшей с лавочки девушки и была остановлена, попутно схваченная небольшой женской ладонью. Также резко, быстро, отточенным движением, но предсказуемо, Рей ударила свободной рукой в живот, но не попала, так как парень уклонился. И прогадал. Манёвренный удар был лишь жестом, способом отвлечь и расфокусировать врага, чтобы внимательность того была ослеплена. За обманным ударом последовала коварная подножка, и девушка отпустила кулак противника, после чего тот позорно упал на землю. Всё шоу, привёдшее друзей парня в замешательство и шок, продолжалось десяток секунд и спровоцировало одного из них, стоявшего молча, будто чем-то недовольного или обиженного, повторить учесть уже поднимающегося одноклассника. Уклонившись, Рейчел достала из портфеля, благополучно стоявшего на лавочке остановки, длинную железную линейку, моментально ударила ею по плечу нападавшего и только что вставшего инициатора. — Прекратите свои жалкие попытки! Почему нельзя отвалить от меня?! Мусор… — уже переходя на откровенную ненависть и злобу, громко прошипела она, состроив гримасу отвращения и убирая «холодное оружие» обратно в портфель. Двум пятившимся парням показалось, что кто-то мог это увидеть, они тактично извинились и, взяв под руки друзей, умчали.        Убрав надоедливый и непослушный локон волнистых волос за ухо, девушка снова достала блокнот и, как ни в чём не бывало, продолжила что-то зарисовывать на молочного цвета шероховатой бумаге, попивая недавно купленную газировку в банке. Почувствовав чьё-то дыхание над головой, Рейчел обернулась и увидела Адама: единственного в её классе, к кому не было какого-либо отвращения. Чем-то они даже были с ним схожи: оба привлекали внимание, хоть и по-разному, молчаливы. — Ого, это что, я? — лукаво взглянул в глаза девушки парень, отводя взгляд от рисунка. — Угу. И давно ты тут? — не проявляя интереса, дала ответ девушка. — Видел всё. Я удивлён. Занималась фехтованием? — Ага. С детства занимаюсь боевыми искусствами и фехтованием. — заулыбалась в ответ Рейчел. — Похвально, избила двоих, под угрозой охватить от четверых, — продолжая улыбаться, подсел он рядом, поглядывая, словно оценивающе, на собеседницу. — Нет, это вряд ли. Как только они появились, я предсказала непонимание со стороны его друзей. И была готова, что тот парень, который так хмуро на меня смотрел, поддержит друга. Да и избивать десятиклассников мне тоже уже приходилось, так что не обессудь, глупо было бояться этих остолопов, — допивая банку ванильного напитка, отрезала девушка. — Почему ты нарисовала меня? — сменив лукавость на удивление, поинтересовался парень. — Не знаю. — Серьёзно? — Ага. Я рисую не то, что приходит в голову, а скорее… то, что выходит. Если и рисую то, о чём думаю, то это скорее что-то рабочее и полезное…в отличие от тебя, — перехватив лукавость парня, сострила Рейчел.        К остановке, на одной из лавок которой сидела девушка, подъехал пёстрый школьный автобус с большой надписью «ДЕТИ». И терпеливо остался ждать. — Вот и мой автобус, — сорвалась она с места, кинула банку в мусорку, не целясь, и большими шагами направилась к пустому автобусу, в котором были только кондуктор и водитель, лет шестидесяти, с добрыми глазами. Девушка попрощалась и скрылась за дверьми автобуса.       Этот день стал первым шагом к дружбе Адама и Рейчел. После тех загадочных обстоятельств, никто не смел сказать что-либо или пойти наперекор Рей. Учителя продолжали обвинять ничего не делающую неправильно девушку. Изменилось лишь то, что Адам и Рейчел внезапно сблизилась. Они начали активно общаться в сети, обсуждая разные темы. А после стали как настоящие друзья: ходили друг к другу в гости и тепло заботились. После начала дружбы оба стали замечать сначала негодующие, а после и вовсе ненавидящие взгляды на, казалось бы, странную девушку, которую предпочёл парень: ведь были те, что явно были красивее, стройнее. Случай с линейкой стал школьной легендой, и лишь одноклассники знали, что это не обычная выдуманная история.

***

— Эх, чем же тебя так напугал сон, где ты гуляешь по замку с волшебницей под боком, в поисках какого-то там медальона, — зевнув, протянул Адам. — Ничего необычного. Мне недавно приснилось, как я подружился с огромным крабом и пил с ним сливочное пиво, вот это действительно дичь. — Меня напрягает не сам сон, а то, что он седьмую ночь снится мне. Либо я схожу с ума, либо это какая-нибудь херня, по типу «предназначения» или «предсказания будущего». — Веришь своим словам? — Не особо, но я сделала вывод, что полностью здорова. В психическом плане. И последнее время я не испытываю никаких сильных эмоций. Даже смерть родителей не влияет на мой самоконтроль, да и не только стресса нет, нет даже переутомления. Значит, опять что-то происходит без моего ведома в подкорке, — девушка, проходя мимо кухни, взяла бутыль с неизвестным алкоголем и пару бокалов, а следом зашла в свою лабораторию, надевая халат. — Ну и что ты предлагаешь? — поправив халат подруги, зашёл следом парень. — Найти то самое место, тот самый медальон. Может, я там когда-то была, в детстве, которое благополучно не помню. А может это одно из воспоминаний, по типу тех, когда я вспоминала, что однажды в семь была в мире… Средневековья. — Ого. Воспоминания? Предполагаю, кое-кому пора завязывать пить, — иронично подметил белоголовый, доставая из портфеля телефон и зарядку, и, увидев замученный взгляд подруги с нахмуренными бровями, замер, отведя глаза вбок. — Я не знаю. Не хочу спать. Не хочу не спать… — Может… тебе нужно просто расслабиться? — Да, конечно. Я же мало расслабляюсь. — Ты за две недели сделала восемь видов оружия и побывала несколько раз за пределами нашей страны. Собственно, делать ты это стала часто, с момента получения машины. — Откуда ты знаешь? — Я установил чип в твой телефон, — улыбнувшись, парень разлил спиртное по бокалам и сделал глоток из своего, смакуя. Алкоголь прошёлся по языку и гортани горькой струйкой, оставляя обжигающий след. — Следишь за мной? — Забочусь. Я правда считаю, что тебе стоит как следует, действительно отдохнуть. — Возможно… — не стала сильно противиться девушка.        По своей обычной привычке, друзья взяли выпить, что-то сладкое и направились на крышу двухэтажного дома. Миновав два пролёта, они начали взбираться на устроенные там удобства. Крыша была обставлена как небольшая беседка: деревянный навес, прикрытый тёмными тканями и прозрачным белоснежным тюлем. Под навесом стоял передвижной столик и большие мягкие кресла. Адам и Рейчел любили находиться там: ночью смотреть на звёзды, под утро встречать рассвет, вечером провожать угасающий закат. Они сели в беседке и начали разговаривать. — А ты свой сон до конца видела? — Нет. Постоянно просыпалась на моменте, как на мою неизвестную путницу начала сваливаться колонна, — без особой радости отвечала девушка. — Как ты надеешься найти нужное мес… — не успел парень и договорить, как Рейчел, на плечо которой он облокотился, подорвалась и потянулась к ноутбуку, стоящему на столе. — Только хотела сказать. Я уже нашла. Это замок под названием «Хартуэйль». Находится в девяти часах от черты города, если ехать на машине. Между прочим, историческое место, но находится за большим лесом, поэтому мало кто знает о его существовании, — увлеченно протараторила девушка, показывая фотографии большого замка, находящегося на подножье гор. Его размеры правда впечатляли, а строился он, наверное, ещё в 17 веке. Даже на фото было видно всю сложность строения. — По легендам, сказкам и фольклору это место было пристанищем великих магов, «переселенцев», из другого мира. Этот замок, крепость, был местом пирушки для волшебников и магов, называемый «Фатау’ини», что означает, вроде «роковой» или «пророческий». По легенде, в этот день в полночь рождается два младенца с невероятной силой, наподобие нашего «инь и янь», «бивадерры», являвшиеся великими хранителями «Мира Тринадцати» и двух ониксов. Ну и бред, конечно… Покопавшись ещё, я обнаружила давно забытый интернетом сайт, где говорилось, что где-то в этом замке находится дорогущий утерянный медальон древней магической династии. Стоит целое состояние, — продолжила она, тыкая в зарисовки и фотографии. — Его ищут по всей Земле и он считается утерянной реликвией. Можно получить кучу денег. — И ты… ты серьёзно сейчас собралась найти этот чёртов медальон… — Угу. А почему нет, — с полной уверенностью произнесла Рейчел. — Даже со всей моей ненавистью… к мистике, магии и прочему, мне даже стало интересно, хотя я в это не верю. Возьму с собой пару кинжалов, не беспокойся. Деньги сейчас точно не будут лишними, а если что переплавим его на серебро. — А почему его до сих пор не нашли? — парень задал логичный вопрос, глядя в ноутбук. — Без понятия. Но, «обыскав» форумы, я выяснила, что всякие фанатики, верящие в магию, боятся туда заходить, мол, там какая-то невиданная сила, которая их пугает. Сказочники, — весьма пренебрежительно сказала Рейчел и закрыла лаптоп.       Оба были уже в хмелю и в расслабленном состоянии. Время близилось к пяти утра, а жидкость в бутылке — ко дну. В воздухе, вместе со свежей прохладой, стал чувствоваться запах влажной почвы. Росинки лениво скапливались на траве и деревьях, а после плавно скатывались, впитывались землёй, бесследно исчезая. Слабый ветерок проникает под одежду сквозь волокна ткани и, холодком проходя по спине, заставляет продрогнуть. Начали просыпаться птицы, и где-то далеко иногда доносится тихое щебетание.        Решив, что пора бы и спать лечь, друзья направились обратно на первый этаж, где легли на огромном диване, прежде предусмотрительно закрыв шторами окно.