Marionette

      Кинжал с глухим стуком вонзается в манекен, едва не оцарапав юного циркача, благо, он успел вовремя отскочить назад. - Будь осторожней, Скалли, - Энд улыбается, - мало ли, всякое может произойти в нашем странном мире...       Скалл непонимающе хмурится, осторожно подходя к Энду ближе и заглядывая в золотые глаза снизу вверх: - Что именно может произойти? - детский звонкий голос, с каждым годом становящийся более мягким и глубоким, заставляет Энда ненадолго прикрыть глаза. - Всякое, - отвечает клоун расплывчато, отправляя в полёт очередной кинжал, - всякое: и доброе, и плохое...       Кинжал входит в манекен по самую рукоять, точно в то место, где у человека должно находится сердце: - И чтобы с тобой не произошло ничего... - Энд отводит взгляд, критично осматривая место попадания, - плохого, нужно быть хорошим мальчиком и уметь себя защищать.       Энд криво улыбается, нарочно делая акцент на "хорошем мальчике", фактически, пусть и не напрямую, предупреждая Скалла: " - Не стоит лезть туда, куда не просят, мой мальчик. "- клоун облизывает губы, " - Иначе сорвёшься с каната вниз."       Тонкие пальцы осторожно касаются его шарфа, зарываясь в приятную и тёплую шерсть, становясь так близко, что Энда бросает в жар, а в голове эхом проносится просьба: - Научи меня.       У Энда вышибает дух.       Научить целоваться до потери сознания и критического недостатка воздуха в лёгких, научить стонать в голос от грубых толчков в самое нутро, научить смеяться, выплевывая ругательства и давясь слезами отчаяния, научить душить до летального исхода и потери пульса, научить задыхаться самому и подставляться холодным пальцам... " - Чему именно тебя научить?" - Научи меня защищаться, - произносит он, умильно поджимая губы.       Ох, ну конечно же... и на что он только надеялся... - Обязательно, мой милый Скалл!       Улыбка Энда с трудом не превращается в разочарованный оскал.

***

      Энд осторожно поправляет положение рук Скалла, невесомо касаясь его пальцев, ведя: - Вот так, нужно плавнее...       Скалл послушно следует всем его указаниям, стараясь делать всё точь-в-точь как Энд, кинжал в руке чувствуется тяжело и не привычно, но ничего.       Привыкнет. - А сейчас, - Скалл напрягается, - бросай!       Кинжал со свистом пускается в полёт по пьяной траектории падая вниз и вонзаясь в пол. - Эх, - мальчик вздыхает, отстраняется от клоуна и идёт за бедным кинжалом, что падал уже в чёрт знает какой раз. - Не расстраивайся, Скалли, у меня тоже не всё сразу получалось.       Энд ободряюще улыбается, вспоминая свои неудачи на этом поприще: - У меня даже пальцы судорогой сводило, представляешь? - Угу, - мальчик кивнул, хотя едва ли вслушивался в его слова. - И лезвия кинжалов ломались! - Угу... - Скалл встаёт в стойку и прицелившись бросает кинжал.       Промах.       Очередная попытка и снова промах. - Сейчас...       Промах, промах, промах, промах... - Аргх! - он ненавидел, когда у него что либо не получалось. От провалов кровь начинала бурлить в венах, а из недр души поднимался жгучий гнев, сжигающий нервы и ему и другим.       Поэтому в такие моменты он предпочитал запираться в своём вагончике, лишь бы не сказать лишнего со злости и не обидеть ненароком никого из товарищей. - Пойду прогуляюсь, - бросил он через плечо, выходя из шатра.       Энд пожал плечами, наблюдая за тем, как обычно лёгкий шаг мальчика стал твёрже и размашистей из-за внутреннего напряжения и гнева.       Ах, а ведь так хотелось побыть с ним подольше...       Ловушка установлена.

***

      Однажды к цирку прибивается девочка по имени Эмма, с белокурыми локонами волос и большими голубыми глазами.       Девочка с босыми ногами и пахнущая как весенний дождь. - Привет, моё имя Эмма, надеюсь мы подружимся!       Эмма трепетная и нежная, типичная куколка, которой не посчастливилось оказаться на улице без крыши над головой. Но уж лучше бы она и дальше блуждала по улицам, нежели оказалась в цирке. Ибо она привлекает внимание Скалла, что фактически влюбляется в неё с первого взгляда и неуклюже пытается добиться её расположения.       Он был очарован ею, схожестью их судеб и тронут лёгким голоском, что напоминал щебет птиц в лесу. - Скалл! А ты знаешь, что некоторые лесные феи бывают злыми?       Эмма была уступчива, добра и наивна, постепенно и она поддавалась чувству первой любви, с большой охотой принимая маленькие, пустяковые подарочки от Скалла, краснея и заикаясь вместе с ним.       Энду это абсолютно не нравится.       Каждый раз видя подобное зрелище, мужчина презрительно кривился и отворачивался, считая, что Эмма лишняя фигура на его доске, от которой нужно избавиться, пока она не принесла хлопот. - Эмма! - Скалл подбегает к девочке, не крепко и бережно сжимая руки в замочке, - Я поймал бабочку! - Правда? - Эмма восторженно оглядывает Скалла, восхищённо касаясь его пальцев, - Покажи!       Ярость вскипала и затухала, в один день Энд непременно взорвётся.       Совсем скоро.

***

      Скалл взрослеет, понимает Энд, и вполне ожидаемо, что его начали интересовать такие вещи, как поцелуи - ему уже почти семнадцать.       С этой глупой, маленькой шлюшкой, недостойной даже его крохотного волоска.       Энд с замиранием сердца ожидает неизбежного момента, когда эти двое, оставшись наедине, переступят черту простой детской симпатии и платонической первой любви.       Готовый сорваться с места и раскинуть их по разным сторонам.       Потому что Скалл принадлежит ему, и только ему. Не какой-то там Эмме, и не кому-либо ещё.       Только ему.

***

      Одним июльским вечером этот момент всё же наступает.       Подростки стоят под пустующим шатром цирка, смущённые донельзя, неловкие и осторожные. - На счёт раз, два, три...       Скалл смущённо зажмурился, Эмма, поступает так же и они смыкают губы в поцелуе, ещё в таком невинном и детском.       Это был первый поцелуй Скалла. - Так-так-так, и что это тут у нас?..       Энд взрывается, хватает жалкую девчонку за косы и жёстким ударом припечатывает девичью мордашку об стенку, больно бьёт коленом по позвоночнику так, что можно услышать хруст ломающихся позвонков.       Зверь в ярости.       Скалл вздрагивает, поражённо смотрит в пустые глаза Эммы и замирает от шока. - Ты, ты!.. Да как ты!..       Энд в гневе замахивается для удара, Скалл не реагирует, всё ещё скованный шоком, но клоун в последний момент останавливает руку. - Эмма?.. - шепчет Скалл, чувствуя, как деревенеют руки и ноги, как его хватают за плечо и разворачивают к себе, - Эм!..       Горячие губы накрывают детские.       Дичь загнанна в угол.

***

      Скалл отшатывается, широко распахнув глаза и в исступлении вытирая губы на которых остался след зелёной помады.       Судорожное биение сердца громыхало в ушах и путало мысли, завязывало их в узел, вертело из стороны в сторону и настолько резко расправляло их, что у Скалла закружилась голова. - Ч-что... это было?.. - во рту пересохло, появилось жгучее желание срочно нахлебаться целым морем ледяной воды. - Поцелуй, мой милый Скалли, - шепчет с трепетом, - прекрасный поцелуй... " - Мой поцелуй, а не грёбанной сучки Эммы. "       Энд с наслаждением облизывает свои губы, вспоминая краткий миг соприкосновения. У Скалла губы мягкие и тёплые, жаль только не успел распробовать как следует. - З-зачем? - Скалл хрипит, слёзы застилают глаза, - Зачем ты?.. Эмма!.. Почему!?!       Он не мог выразить все свои чувства, не мог подобрать нужные слова, чтобы задать вопрос, просто не мог понять, что такого сделала Эмма, чтобы Энд так с ней поступил?       Что такого сделал Скалл, чтобы Энд так с ним поступил? - Я столько лет ждал этого момента, - говорит Энд, золотые глаза наполняются безумием вожделения, - столько ждал, ты даже не представляешь, Скалли!.. Ждал подходящего момента, ждал, пока ты созреешь...       Энд дёргается в его сторону, широко взмахнув руками, словно в попытке его обнять, но внезапно останавливается и зло кричит: - А эта шлюшка Эмма посмела украсть твой первый поцелуй! Мой первый поцелуй!!! - Энд утробно рычит, - Поэтому не удивительно же, что я взбесился, да? Мм? Скажи, разве любой на моём месте не взбесился бы?! Не пожелал бы убить эту сучку, а?!!       Энд кричит всё громче и громче: - Ведь ты, мой милый Скалли, МОЙ!       Скаллу страшно. Таким Энд предстал перед ним впервые. Безумный, яростный, злой, бешеный. Псих. Неужели он, на самом деле, всегда был таким и лишь виртуозно играл свою роль? Неужели, всё это время Скалл находился на грани жизни и смерти? - Ах, твоё личико так прекрасно! А эти глаза, мм? Такие выразительные, а ещё твои губы... губы! Мягкие... - клоун восторженно затараторил, его голос срывался на громкий шёпот, - И твоя шея, ах, эта шея!.. Чудесная, такая тонкая, такая бледная и нежная... её, наверное, так удобно душить!.. Одна фантазия о том, как я сжимаю её в своих руках заставляет меня ловить экстаз!..       Скалл отступает назад, в страхе смотря на Энда. Энд продолжает говорить, Скалл же фактически ничего не слышит.       Не желает слышать. - Ох, а ведь ты едва не раскрыл нас... - Энд улыбается неестественно широко, - знаешь, мы... все мы... любим убивать! Любим, когда жертва... затихает и в последний раз так откровенно, так великолепно, с ужасом смотрит тебе в глаза, понимая, что это конец!..       "Мы" цепляет внимание Скалла, сосредотачивает его на себе и мальчишке ещё сильнее становиться не по себе от одолевающих его догадок. - Ты сказал "мы"... кто эти "мы", Э-энд?.. - Оу, а разве ты ещё не понял, мой мальчик? - клоун усмехается, - "Мы" - это весь цирк, дорогуша! Мы цирк убийц в бегах!       Скалл давится всхлипом.       Разбитый пазл собирается в единую картину ужасной реалии. - Ты ведь замечал это правда? Я знаю, что замечал! Помнишь Генри? Помнишь крики из его вагончика и кровь? Помнишь его пальцы? Так вот, тогда Генри и вправду убил человека, тебе не послышалось и не привиделось! Ты был абсолютно прав, Скалли! Но из-за того, что ты заметил его, из-за того, что ты его чуть не раскрыл, мне пришлось наказать его и отнять кое-что!       К горлу подступает тошнота, Скалл сгибается в три погибели. - Ты не учёл лишь того, что мы все тут заодно!..       Энд громко хохочет, окончательно слетая с катушек многолетнего воздержания. Ему хотелось сейчас же завалить Скалла и трахнуть, трахнуть бешено, разрывая его изнутри, трахнуть так, чтобы в яйцах звенело от возбуждения, а пальцы размазывали слёзы и слюну по щёкам мальчишки.       Один поцелуй. Скалл отдал свой первый поцелуй Эмме и совершил катастрофическую, фатальную ошибку, срывая весь самоконтроль, все маски дружелюбия и спокойствия с Энда.       Ошибка, искалечившая жизнь Эмме и вот-вот сломающая его.       Скалл осознаёт это и пытается бежать. "- Если я не сбегу, я - не жилец." - Куда? Разве я позволял тебе уходить?!       Холодные пальцы в перчатках хватают Скалла за запястье, притягивают к себе и не дают сбежать, сколько бы мальчик не брыкался. - Ну, что ты, Скалли, - Энд ласково проводит языком по нежной ушной раковине, - зачем бояться меня?..       Он вздрагивает, замирает на секунду, и сумев извернуться бьёт острым коленом по бедру клоуна, и пока Энд не успел среагировать, вырывается из его рук, с размаху впечатывая хрупкий кулак в живот мужчины.       Секунда, и Скалл бежит.       Энд рассмеялся, подбирая с пола кинжал и бросает его в сторону мальчика.       Крик срывается с его уст.       Кинжал протыкает край брюк, едва оцарапав ногу и вонзаясь в пол. - И куда это ты собрался, милый мой?       Энд оказывается рядом слишком быстро, едва Скалл вытаскивает кинжал и хватает его за ворот рубашки, опрокидывая на спину, бьёт по рукам, придавливая их своими, оставляя синяки.       Он чувствует, что находится на грани истерики.       Скалл пинается, с каждым разом отчаянее и сильнее, пока Энд не откидывается назад.       Страх сжимает его горло, от паники дыхание спирает и тело быстро растрачивает свою энергию.       Он пытается встать на ноги, но клоун снова хватается за него и притягивает к себе, надёжно перехватывая руки и ноги: - Ска-а-алли~       Горячее дыхание сжигает здравый рассудок, оставляя после себя лишь пепел отчаянной паники.       Ловушка захлопнулась