Шанс все исправить. Книги.

Глава 2.ИСЧЕЗНУВШЕЕ СТЕКЛО, – прочитала Лили. - Опять бросишь на середине? – спросил Джеймс. - Не брошу.       Почти десять лет прошло с того утра, когда Дурсль обнаружили на своем пороге невесть откуда взявшегося племянника, но Тисовая улица за это время почти не изменилась. Только стоящие на камине фотографии в рамках свидетельствовали о том, что с тех пор прошло немало времени. На фотографиях был крупный светловолосый мальчик, сидящий на своем первом велосипеде, кружащийся на ярмарочной карусели, играющий с отцом в компьютерные игры, мальчик в объятиях целующей его матери. Однако ничто на этих фотографиях не говорило о том, что в доме живет еще один ребенок. - В смысле? Как так? Что они с ним сделали? – всполошился Джеймс. Тем не менее Гарри Поттер все еще жил здесь, и в настоящий момент он крепко спал, хотя спать ему оставалось недолго. Тетя Петунья уже проснулась и подходила к его двери, и через мгновение утреннюю тишину прорезал ее пронзительный визгливый голос: — Подъем! Вставай! Поднимайся! - Гарри вздрогнул и проснулся. Тетя продолжала барабанить в дверь. — Живо! — провизжала она. - Гадина, разве можно так будить, - прошипел Поттер. - Моя и не так может, - ответил Сириус, - не у всех такая семья, как у тебя, Джим, не забывай. - В нашей семье тоже не принято было так будить детей, - нахмурилась Лили. Что там происходило все десять лет?       Гарри услышал ее удаляющиеся шаги, а затем до него донесся звук плюхнувшейся на плиту сковородки. Он перевернулся на спину и попытался вспомнить, что же ему снилось. Это был хороший сон. В этом сне он летел по воздуху на мопеде. У него было странное ощущение, что когда-то он уже видел этот сон. - Надо же, он помнит, - удивился Ремус. - Во сне подсознание часто выдает нечто неожиданное и самое потаенное, - ответила Лили. Тетя вернулась к его двери. — Ты что, еще не встал? — настойчиво поинтересовалась она. — Почти, — уклончиво ответил Гарри. — Шевелись побыстрее, я хочу, чтобы ты присмотрел за беконом. И смотри, чтобы он не подгорел, — сегодня день рождения Дадли, и все должно быть идеально. - Смотри-ка, какая, - не унимался Джеймс, - нашла домового эльфа. День рождения Дадли — как он мог забыть? Гарри медленно выбрался из постели и огляделся в поисках носков. Он обнаружил их под кроватью и, надевая, стряхнул ползающего по ним паука. Гарри привык к паукам — их было много в чулане под лестницей, а именно в чулане было его место. - Что? – тут уж не выдержала сама Лили – Держат его в чулане! Ну, держись, Петунья, я тебе устрою! - Лучше бы и правда я его забрал, - сказал Сириус, - это же возмутительно! Все ребята были возмущены таким обращением с ребенком. - Страшно подумать, как ему жилось эти десять лет, - тихо заметил Ремус, - а ведь профессор Макгонагалл предупреждала директора.       Одевшись, он пошел на кухню. Весь стол был завален приготовленными для Дадли подарками. Похоже, что Дадли подарили новый компьютер, который тот так хотел, еще один телевизор и гоночный велосипед — это не говоря обо всем прочем. - Что такое компьютер и телевизор? – спросил Сириус. Ребята любопытно посмотрели на Лили. - Это сложно объяснить. Телевизор -электронное устройство для приёма и отображения изображения и звука. Картинки двигаются, как на колдографии, но при этом люди на них разговаривают. Там отображается не один момент, как на кадре, а целые истории. Компьютер сложнее объяснить, потому что их изобрели несколько лет назад. Это вычислительная машина, но я не знаю, зачем он ребенку. Может в будущем их усовершенствуют. А разве вы не ходите на магловедение? - Ну про компьютеры нам точно не рассказывали, да и про телевизор тоже.       Для Гарри оставалось загадкой, почему Дадли хотел гоночный велосипед, ведь кузен был очень толстым и ненавидел физические упражнения — хотя отлупить кого-нибудь он был совсем не против. Любимой «грушей» Дадли был Гарри, но Дадли далеко не всегда удавалось поймать кузена. - При чем здесь «любимая груша»? – удивился Поттер. - У маглов есть спорт - бокс. Там бьют резиновую грушу, чтобы поставить удар, - сказала Лили хмуро. - Куда смотрят эти Дурсли! - возмутился Джеймс. - Почему допускают такое! - Видимо туда же, куда и наши профессора, - съязвил Снейп. - Да я сам этого Дадли в грушу превращу! - зло сказал Сириус.       Хотя поверить в то, что Гарри мог быстро бегать, было довольно сложно. Возможно, именно жизнь в темном чулане привела к тому, что Гарри выглядел меньше и слабее своих сверстников. К тому же он казался еще меньше и тоньше, чем был на самом деле, потому что ему приходилось донашивать старые вещи Дадли, а Дадли был раза в четыре крупнее его, так что одежда висела на Гарри мешком. - Не могу поверить, что наследник Поттеров ходит в обносках и спит в чулане… - убито прошептал Джеймс. - А мне интересно, куда смотрят соседи и органы опеки, - задумчиво сказала Лили. - Что за органы такие? - не понял Джеймс. - Организация, которая следит, чтобы опекуны хорошо обращались с сиротами, которые у них живут, - объяснила девушка.        У Гарри было худое лицо, острые коленки, черные волосы и ярко-зеленые глаза. - Как у Лили, - вместе сказали Джеймс и Северус, и тут же зло посмотрели друг на друга.        Он носил круглые очки, заклеенные скотчем и только благодаря этому не разваливающиеся — Дадли сломал их, ударив Гарри по носу. - А волосы и зрение от Джима, - сказал Сириус.       Единственное, что Гарри нравилось в собственной внешности — это тонкий шрам на лбу, напоминавший молнию. Шрам был у него с самого детства, и первый осмысленный вопрос, который он задал тете Петунье, был как раз о том, откуда у него взялся этот шрам. —Ты получил его в автокатастрофе, в которой погибли твои родители, — отрезала тетя. — И не приставай ко мне со своими вопросами. - Они ему соврали? – удивился Питер. - Его родители погибли от убивающего заклятия. - Получается, что так, - задумчиво ответила Лили. - Наверное он был слишком мал, чтобы объяснить ему правду.       «Не приставай ко мне со своими вопросами» — это было первое правило, которому он должен был следовать, чтобы жить в мире с Дурслями. Когда Гарри переворачивал подрумянившиеся ломтики бекона, в кухню вошел дядя Вернон. — Причешись! — рявкнул он вместо утреннего приветствия. Примерно раз в неделю дядя Вернон смотрел на Гарри поверх газеты и кричал, что племянника надо подстричь. Наверное, Гарри стригли чаще, чем остальных его одноклассников, но это не давало никакого результата, потому что его волосы так и торчали во все стороны, к тому же они очень быстро отрастали. - Точно, как у тебя, Сохатый, - хохотнул Сириус.       К моменту, когда на кухне появились Дадли и его мать, Гарри уже вылил на сковородку яйца и готовил яичницу с беконом. Дадли как две капли воды походил на своего папашу. У него было крупное розовое лицо, почти полностью отсутствовала шея, маленькие глаза были водянисто-голубыми, а густые светлые волосы аккуратно лежали на большой жирной голове. Тетя Петунья часто твердила, что Дадли похож на маленького ангела, а Гарри говорил про себя, что Дадли похож на свинью в парике. - Точно подмечено! – рассмеялись ребята. - Молодец, пацан, чувство юмора присутствует, несмотря ни на что, - обрадовался Сириус. - Вам бы только пошутить… - пробурчала Лили.       (Каждый год, в день рождения, Дадли возили в город развлекаться, а Гарри оставляли с соседкой, миссис Фиг.)       Гарри ненавидел этот день. Весь дом миссис Фигг насквозь пропах кабачками, а его хозяйка заставляла Гарри любоваться фотографиями многочисленных кошек, живших у нее в разные годы. - Бедный мальчик, - сказал Ремус, - сами веселятся, а его спихивают непонятно куда. Он слишком хорошо понимал, каково это, быть запертым одному и отчаянно ждать, когда этот жуткий день (ночь) закончится.       (Но сегодня она позвонила и сказала, что не может взять Гарри.) — И что теперь? — злобно спросила тетя Петунья, с ненавистью глядя на Гарри, словно это он все подстроил. Гарри знал, что ему следует пожалеть миссис Фигг и ее сломанную ногу, но это было непросто, потому что теперь целый год отделял его от того дня, когда ему снова придется рассматривать снимки Снежинки, мистера Лапки и Хохолка. —Мы можем позвонить Мардж,—предложил дядя. — Не говори ерунды, Вернон. Мардж ненавидит мальчишку. Дурсли часто говорили о Гарри так, словно его здесь не было или словно он был настолько туп, что все равно не мог понять, что речь идет именно о нем. - Ну, гады, - сокрушался Джеймс, - жаль я не могу ничего сделать! Был бы я там, я бы им устроил! - Они все его ненавидят! – прошептала Лили, посмотрев в даль стеклянным взглядом. – Как он жил все эти годы? Лили тряхнула головой, прогоняя оцепенение, и продолжила читать. У нее еще будет время подумать обо всем. И несомненно, Петунью ждет разговор, хочет она того или нет. (Гарри предложил оставить его дома, но тетя с дядей боялись, что он что-нибудь натворит, поэтому им пришлось взять его с собой. Он пообещал дяде вести себя хорошо, но тот не особо поверил.)       Проблема заключалась в том, что с Гарри часто приключались довольно странные вещи, и было бесполезно объяснять Дурслям, что он тут ни при чем. Однажды тетя Петунья заявила, что ей надоело, что Гарри возвращается из парикмахерской в таком виде, словно вовсе там не был. Взяв кухонные ножницы, она обкорнала его почти налысо, оставив лишь маленький хохолок на лбу, чтобы, как она выразилась, «спрятать этот ужасный шрам». Дадли весь вечер изводил Гарри глупыми насмешками, и Гарри не спал всю ночь, представляя себе, каким посмешищем он станет в школе, где над ним и так издевались из-за мешковатой одежды и заклеенных скотчем очков. - Да как так можно! – расстроилась Лили. – Он же ребенок и ничего плохого никому не сделал! Я думала, что наши отношения с сестрой еще можно спасти. Думала, когда я закончу школу, она успокоится. А оказалось, что ее ненависть никуда не денется, а с моей смертью перейдет на моего сына?! Почему? – по щекам девушки текли слезы, обида и непонимание снедали ее. Северус подошел к девушке и сел перед ней на колени. - Не плачь, Лили, - прошептал он, нежно гладя ее руку. Джеймс крепко сжал кулаки и стиснул зубы. Острое желание оттолкнуть Снейпа от Лили накрыло его. Почему ЭТОМУ позволено то, что он, Джеймс, сделать не может. И эта благодарная улыбка обращена не ему. Ослепленный ревностью парень выскочил из комнаты, громко хлопнув дверью. Лили вздрогнула. – Что случилось? Ребята пожали плечами, хотя все прекрасно всё поняли, кроме самой Лили… ну и Питера. - Простите, ребята, что-то я опять расклеилась. Так мы из-за меня никогда не дочитаем. - Ничего, Лили, - улыбнулся Ремус, - сейчас Джим вернется и продолжим. Джеймс вернулся минут через пять, но отвечать на вопросы Лили отказался, на что она лишь пожала плечами и открыла книгу.       Однако на следующее утро он обнаружил, что его волосы снова успели отрасти и выглядит он точно также, как выглядел до того, как тетя Петунья решила его подстричь. За это ему запретили целую неделю выходить из чулана, хотя он пытался заверить Дурслей, что понятия не имеет, почему волосы отросли так быстро. - Выбросы магии начались, - заметил Ремус. - Ну да, он же сильно расстроился, - ответила Лили.       В другой раз тетя Петунья пыталась заставить его надеть старый джемпер Дадли — ужасный, просто отвратительный джемпер, коричневый с оранжевыми кругами. Чем больше усилий она прикладывала, чтобы натянуть джемпер на Гарри, тем меньше он становился, и, в конце концов, съежился настолько, что с трудом налез бы на куклу, но уж никак не на Гарри. - Хотелось бы это видеть, - засмеялся Сириус.       К счастью, тетя Петунья решила, что джемпер сел после стирки, и Гарри избежал наказания. Был еще случай, когда Гарри натерпелся неприятностей из-за того, что его заметили на крыше школьной столовой. В тот день Дадли и его компания, как обычно, гонялись за Гарри, который пытался от них ускользнуть, и в какой-то момент он, к собственному удивлению — и к удивлению всех остальных, — оказался на трубе. Классная руководительница Гарри послала Дурслям гневное письмо, в котором написала, что он лазает по крыше школы. Гарри пытался объяснить дяде Вернону что он всего лишь хотел перепрыгнуть через мусорные баки, стоявшие за столовой, и сам не понял, как оказался на крыше, но тот молча запер его в кладовке и ушел. Самому себе Гарри объяснил, что, когда он прыгал через баки, его подхватил порыв ветра — потому так все и получилось. - Какой бы он ни был худой и маленький, вряд ли бы ветер его поднял, - улыбнулся Ремус. - Мало того, что они ничего ему не рассказала, так они еще и наказывают его за магические выбросы, в которых он не виноват! – возмутился Джеймс – Он же не может это контролировать! - Лили, твоя сестра совсем больная! – сказал Северус. - Сама не понимаю, что с ней такое, но обязательно выясню. И на этот раз она не спрячется!       Но сегодня все должно было пойти просто отлично.       У Гарри давно не было такого прекрасного утра. Правда, он был настороже и старался держаться чуть в стороне от Дурслей, потому что к полудню заметил, что Дадли и Пирсу уже надоело смотреть на животных, а значит, они могут решить заняться своим любимым делом — попытаться избить его. Но пока все обходилось. - Любимым делом? – разъярился Джеймс – Его избивают, а мамаша с папашей и в ус не дуют! - Не тебе это говорить, Поттер, ты ведь тоже любишь измываться над неугодными – вставил Снейп. - Лучше помолчи, Нюниус! – сразу осклабился Сириус. - Почему же, - тихо сказала Лили, - Северус в принципе прав. Джеймс аж захлебнулся от негодования, даже слова выдавить не смог. - Ты не права, Лили, - возразил Ремус. - Ох, Ремус, ты всегда их почему-то покрываешь, даже когда они переходят всякие границы. - Какие границы? Мы никого не избивали! – отмер Джеймс. - Да неужели? – Лили скептически выгнула бровь – Знаете, мальчики, может вам эти развлечения и не кажутся жестокими, но со стороны виднее. Даже если вы не машете кулаками, это ничего не меняет, вам их палочка заменила. - Мы задираем только слизеринцев! – вставил Сириус. - Знаете, я думаю, для Петунии Гарри даже хуже чем для вас слизеринцы. - Да что за бред! – закричал Джеймс. – Он - ребенок, а они – Пожиратели! - А она – магла! – закричала Лили в ответ. – Для них слово «волшебник» - ругательство и ассоциируется со словом «ненормальный». - Только что ужасалась их поведению, а теперь оправдание нашла! - нахмурился Блэк. - Ты бы уж определилась. - Никаких оправданий их действиям нет, - сказала Лили, - они ведут себя отвратительно, я просто говорю, что вы ведёте себя не лучше.       Они пообедали в ресторанчике, находившемся на территории зоопарка. А когда Дадли закатил истерику по поводу слишком маленького куска торта, дядя Вернон заказал ему кусок побольше, а остатки маленького достались Гарри. - Господи, для ребёнка счастье урвать остатки торта и самое дешёвое мороженое, - простонала Лили, - ненавижу ее!       Впоследствии Гарри говорил себе, что начало дня было чересчур хорошим для того, чтобы таким же оказался и его конец. - Это он что сейчас сглазил? – спросил Сириус. - Скорее всего это означает, что сейчас что-то будет, - отозвался Ремус.       После обеда они пошли в террариум. Дадли быстро нашел самую большую в мире змею. Она была настолько длинной, что могла дважды обмотаться вокруг автомобиля дяди Вернона, и такой сильной, что могла раздавить его в лепешку, но в тот момент она явно была не в настроении демонстрировать свои силы.       (Дадли быстро наскучило, ведь змея не реагировала на раздражители и они с Пирсом отошли, а на их место встал Гарри.)       Внезапно змея приоткрыла свои глаза-бусинки. А потом очень, очень медленно подняла голову так, что та оказалась вровень с головой Гарри. Змея ему подмигнула. Гарри смотрел на нее, выпучив глаза. Потом быстро оглянулся, чтобы убедиться, что никто не замечает происходящего, — к счастью, вокруг никого не было. Он снова повернулся к змее и тоже подмигнул ей. - Он что не удивился тому, что змея ему подмигивает? – Северус был очень озадачен. - Согласен, не каждый день тебе змеи подмигивают, - согласился Люпин.       Змея указала головой в сторону дяди Вернона и Дадли и подняла глаза к потолку. А потом посмотрела на Гарри, словно говоря: «И так каждый день». - Да ладно! Может это анимаг? – удивились Джеймс с Сириусом. - Вряд ли, - сказал Ремус, - но вообще это странно.       — Я понимаю, — пробормотал Гарри, хотя и не был уверен, что змея слышит его через толстое стекло. — Наверное, это ужасно надоедает. Змея энергично закивала головой. — Кстати, откуда вы родом? — поинтересовался Гарри. Змея ткнула хвостом в висевшую рядом со стеклом табличку, и Гарри тут же перевел взгляд на нее. «Боа констриктор, Бразилия», — прочитал он. — Наверное, там было куда лучше, чем здесь? Боа констриктор снова махнул хвостом в сторону таблички, и Гарри прочитал: «Данная змея родилась и выросла в зоопарке». — А понимаю, значит, вы никогда не были в Бразилии? Змея замотала головой. - Никому не кажется странным, что змея понимает его ? – озадаченно спросил Питер. - Да я вообще тихо офигеваю от их диалога, - ответил Сириус. - Ну диалогом это можно назвать с натяжкой, - сказал Джеймс, - но по-моему это чересчур умная змея.       В этот самый миг за спиной Гарри раздался истошный крик Пирса, Гарри и змея подпрыгнули от неожиданности. — ДАДЛИ! МИСТЕР ДУРСЛЬ! СКОРЕЕ СЮДА, ПОСМОТРИТЕ НА ЗМЕЮ! ВЫ НЕ ПОВЕРИТЕ, ЧТО ОНА ВЫТВОРЯЕТ! Через мгновение, пыхтя и отдуваясь, к окошку приковылял Дадли. — Пошел отсюда, ты, — пробурчал он, толкнув Гарри в ребро. Гарри, не ожидавший удара, упал на бетонный пол. Последовавшие за этим события развивались так быстро, что никто не понял, как это случилось: в первое мгновение Дадли и Пирс стояли, прижавшись к стеклу, а уже через секунду они отпрянули от него с криками ужаса. Гарри сел и открыл от удивления рот — стекло, за которым сидел удав, исчезло. - Снова выброс магии, - заметил Ремус. - И опять они его накажут, – грустно ответила Лили, - ведь он обещал вести себя хорошо. - Он и вёл себя хорошо, - сказал Джеймс, - просто они придираются и все сразу валят на него, а он между прочим даже не понимает почему.        Огромная змея поспешно разворачивала свои кольца, выползая из темницы, а люди с жуткими криками выбегали из террариума. Гарри готов был поклясться, что, стремительно проползая мимо него, змея отчетливо прошипела: — Бразилия — вот куда я отправлюсь... С-с-спаси-бо, амиго... - Он ее понял? – удивленно спросил Джеймс. - Да он же змееуст! – воскликнул Северус. - Не может быть, откуда у него такой дар? – запротестовал Поттер. – В нашей семье его отродясь не было! Все посмотрели на Лили. - Что вы на меня смотрите? – возмутилась она. – Я из семьи маглов, вы забыли? - А может, в твоей семье были когда-то волшебники? – робко спросил Питер. - Чушь! – отмахнулась Лили и продолжила читать. Но остальные никак не могли выкинуть из головы мысли, откуда у Гарри этот темный дар.       (В машине Пирс вспомнил, что Гарри разговаривал со змеёй. Дядя Вернон жутко разозлился и отправил Гарри в чулан, оставив без ужина.) - Еще и голодом его морят, мерзавцы! – зло выкрикнул Джеймс. - Слушайте! – вдруг воскликнул Сириус, с таким видом, будто открыл Америку, - Может Волдеморта тоже воспитывали подобные маглы? -Что ты несешь, Блэк! – вскипятился Северус. - Если бы меня воспитывали так, то я непременно бы возненавидел их, - не обращая внимания на выкрик, продолжил Сириус. - Вряд ли чистокровные снобы слизеринцы пошли бы за таким предводителем, - усомнился Джеймс. – Он же агитирует за чистоту крови. - Будто они проверяли его родословную, - буркнул Блэк, уже правда менее вдохновленный, - хотя о чем это я, моя маман бы точно проверила.       Гарри думал о том, что прожил у Дурслей почти десять лет, полных лишений и обид. Он жил у них почти всю свою жизнь, с самого раннего детства, с тех самых пор, когда его родители погибли в автокатастрофе. Он не помнил ни самой катастрофы, ни того, что он тоже был в той машине. Иногда, часами лежа в темном чулане, он пытался хоть что-то извлечь из памяти, и перед его глазами вставало странное видение: ослепительная вспышка зеленого света и обжигающая боль во лбу. Видимо, это случилось именно во время аварии, хотя он и не мог объяснить, откуда там взялся зеленый свет. - О господи, - прошептала Лили, - он и это помнит!        И своих родителей он тоже не мог вспомнить. Тетя и дядя никогда о них не рассказывали, и, разумеется, ему было запрещено задавать вопросы. Фотографии его родителей в доме Дурслей отсутствовали. - Еще бы, если она даже говорить о нас никогда не желала! – зло вставил Джеймс.       Когда Гарри был младше, он часто мечтал о том, как в доме Дурслей появится какой-нибудь его родственник, далекий и неизвестный, и заберет его отсюда. Но этого так и не произошло — его единственными родственниками были Дурсли, — и Гарри перестал мечтать об этом. - Ребята, ну почему вы бросили моего сына? – с горечью спросил Джеймс, - Неужели наша дружба на самом деле ничего для вас не значит? - Джим, что ты такое говоришь?! – возмущенно - удивленно спросил Сириус. – Ты же мне как брат! - Тогда где ты, когда нужен моему сыну! - Я не знаю! Но клянусь тебе, я этого не допущу! - Еще надо выяснить живы ли мы вообще, - проговорил Ремус, - и знаете, мне кажется Дамблдор что-то сделал, чтобы о Гарри все забыли, ну или элементарно не нашли. - Скорее всего, потому что Хагрид сказал, что одолжил у меня мотоцикл, значит тогда я еще был жив, - согласился Сириус. - Возможно, - задумчиво сказала Лили.       Но иногда ему казалось — или ему просто хотелось в это верить, — что совершенно незнакомые люди ведут себя так, словно хорошо его знают. Надо признать, это были очень странные незнакомцы. Однажды, когда они вместе с тетей Петуньей и Дадли зашли в магазин, ему поклонился крошечный человечек в высоком фиолетовом цилиндре. Тетя Петунья тут же рассвирепела, злобно спросила Гарри, знает ли он этого коротышку, а потом схватила его и Дадли и выбежала из магазина, так ничего и не купив. А как-то раз в автобусе ему весело помахала рукой безумная с виду женщина, одетая во все зеленое. А недавно на улице к нему подошел лысый человек в длинной пурпурной мантии, пожал ему руку и ушел, не сказав ни слова. И что самое загадочное, эти люди исчезали в тот момент, когда Гарри пытался повнимательнее их рассмотреть. - Не понимаю, - сказал Джеймс, - кто все эти люди и откуда они его знают? - Очень странно, - согласились ребята.        Так что, если не считать этих загадочных незнакомцев, у Гарри не было никого — и друзей у него тоже не было. В школе все знали, что Дадли и его компания ненавидят этого странного Гарри Поттера, вечно одетого в мешковатое старье и разгуливающего в сломанных очках, а с Дадли предпочитали не ссориться. В общем, Гарри был одинок на этом свете, и, похоже, ему предстояло оставаться таким же одиноким еще долгие годы. Много-много лет... - Конец главы, - сказала Лили. - Ну ничего такого, кроме того, что ваш сын змееуст, мы из этой главы не узнали, - подвел итог Северус. - Угу, и что его держат за домового эльфа, шпыняют и колотят – зло процедил Джеймс. - Он не знает ничего, - грустно сказала Лили, - и возможно не узнает. Ему там так плохо, он так одинок! Гадкая Петунья! - Не грусти, Лили, - сказал Ремус, - я так понял ему почти одиннадцать, значит скоро придет письмо из Хогвартса. Я не думаю, что его оставят без волшебного образования, с такими-то выбросами магии. Лили улыбнулась. - Может, перекусим? – спросил Джеймс - А то от такого стресса хочется чего-нибудь пожевать. И потом, пожалуй, я почитаю следующую главу. Пойду попрошу маму сделать сэндвичей.