Шанс все исправить. Книги.

Проснувшись, первым делом, Лили помчалась в больничное крыло. Мадам Помфри видно не было, и девушка спокойно прошла к кровати Северуса. Парень лежал с закрытыми глазами, казалось, что он спит, но услышав шаги, он резко повернул голову. - Как ты, Северус? - спросила, обеспокоенно, Лили. - Все в порядке, - улыбнулся парень. - Спасибо тебе, Сев, на твоем месте должна лежать я, - сказала девушка, грустно. - Не говори глупостей! Я бы сделал это снова, не задумываясь, - сказал Северус, смотря ей в глаза. Лили покраснела, конечно, она помнила слова дружков Северуса, но сама никогда о таком не задумывалась. Это Поттер постоянно добивался ее внимания и приглашал на свидания, а Северус всегда был другом. - Мисс Эванс, что вы здесь делаете? – раздался голос мадам Помфри сзади, - Разве вы не должны быть на завтраке сейчас? - Я просто хотела убедиться, что с Северусом все в порядке, - сказала девушка, улыбнувшись. - Вы сомневаетесь в моих способностях, дорогая? С мистером Снейпом все будет хорошо, к ужину он уже присоединится к своим друзьям, - ответила медиведьма. - Рада это слышать. Надеюсь, ты присоединишься к нам вечером, Сев, - сказала Лили, с намеком. - Непременно, - улыбнулся парень. Он был необычайно счастлив, ведь Лили первым делом пришла навестить его. - Мадам Помфри, а нельзя ли меня отпустить раньше ужина, я чувствую себя замечательно, - спросил Северус - Я проведу диагностику после обеда, мистер Снейп. Если результат меня удовлетворит, то можете быть свободны. *** Вечером, в выручай-комнате, ребята сидели в ожидании придет Снейп или нет. Минут через десять дверь отворилась, впуская слизеринца. - Ну слава богу, Снейп, мы уже думали, что ты не придешь, - пробурчал Сириус. - Соскучился что ли, Блэк? – усмехнулся Северус. - Мечтать не вредно, - фыркнул Сириус и схватил книгу, - садись уже и слушай! Глава 15. Шармбатон и Дурмстранг. (Проснувшись, первым делом Гарри взялся за перо.Он написал Сириусу, что шрам не болит и ему на самом деле показалось.) - Но это же не правда! – возмутилась Лили. - Понятно, что не правда, просто он не хочет, чтобы Сириус рисковал и возвращался, - сказал Джеймс. (За завтраком Гарри рассказал друзьям о письме.Гермиона отреагировала в точности, как Лили.) Недели две Гарри, как мог, боролся с тревогой о крестном. И все равно по утрам с замиранием сердца ожидал совиную почту. Жаль, что не было тренировок, квиддич — лучшее лекарство от тяжких мыслей. Зато уроки, особенно защита от темных искусств, стали труднее, да и требовали учителя куда больше. Ко всеобщему удивлению, профессор Грюм объявил, что подвергнет каждого заклятию Империус — продемонстрирует его силу и проверит способность учеников к сопротивлению. - Что? – воскликнула Лили, - Он что, с ума сошел? Куда смотрит Дамблдор, как можно такое разрешать? Мародеры недоуменно переглянулись, Грюм конечно гений, но не до такой же степени. - Знаете, мне кажется, что за двадцать лет Дамблдор немного свихнулся, - зло сказала девушка, - все, что я услышала и узнала за эти недели, меня совсем не устраивает. Ребята не нашлись что ответить, можно долго обсуждать этот вопрос со всех сторон, но все они признавали, что в чем-то Лили определенно права и странного в этих книгах предостаточно. (Гермиона попыталась было выказать протест, но ей тут же указали на дверь и она отступила.) - Вы очень похоже рассуждаете с Гермионой, Лили, - улыбнулся Ремус, - уже не раз ваши мысли сходятся. - Мне пора ревновать? – прищурился Джеймс. - В смысле? – удивился Ремус, уставившись на Джеймса выпученными глазами. - Тебе нравится Гермиона и ты говоришь, что они с Лили похожи. Гермиона недосягаема, но Лили то здесь, - ответил Джеймс, но Ремус уже заметил в глазах друга смешинки и, поняв, что он шутит, выдохнул. Зато Лили не видела глаз Поттера и не настолько хорошо его знала, чтобы понять его юмор. От его слов она густо покраснела и с возмущением уставилась на него. - Во-первых, ты несешь полный бред, Поттер, - сказала девушка, - а во-вторых, ты не имеешь никакого права ревновать меня к кому бы то ни было. Понятно? Взглянув на возмущенную девушку, ребята не удержались и расхохотались. Так мило она выглядела, раскрасневшаяся, с грозным выражением на красивом личике. Поняв, что над ней смеются, девушка надула губки и отвернулась. Взяв себя в руки, Сириус вернулся к книге. Грюм по очереди вызывал учеников и накладывал на них чары. Чего только они не вытворяли, оказавшись в его власти. Дин Томас трижды проскакал вокруг комнаты, распевая национальный гимн. Лаванда Браун вообразила себя белкой. Невилл исполнил гимнастические упражнения, к которым сроду не был способен. Перед заклятием оказались бессильны все, становясь собой, только когда Грюм заклятие снимал. — Поттер, — наконец прохрипел Грюм, — твоя очередь. Гарри вышел на середину класса. Профессор нацелил на него палочку и произнес: — Империо! Удивительное ощущение! Гарри словно воспарил в небо. Никакого беспокойства нет и в помине, только легкое, необъяснимое счастье. Блаженство волной окатило его, и все же он чувствовал себя как в тумане: за ним пристально наблюдают. И тут в пустом черепе эхом отдалось приказание Грозного Глаза: «Прыгай на стол... Прыгай на стол...» Гарри послушно согнул колени, приготовясь к прыжку. «Прыгай на стол...» «А собственно, зачем?» Где-то в глубине сознания раздался еще один голос-. «Это же просто глупо!» «Прыгай на стол...» «Не прыгну, спасибо. — Второй голос зазвучал чуть тверже. — Я правда не хочу..» «Прыгай! Живо!» Сильная боль пронзила Гарри: он прыгнул, отчаянно при этом сопротивляясь. Врезался головой в стол, опрокинул его. И кажется, сломал обе коленные чашечки. - Потрясающе! – благоговейно прошептал Джеймс. - Я завидую тебе, Сохатый! – сказал Сириус. – Родить такого талантливого сына! Только попробуй теперь не жениться на Эванс! От этих слов Лили покраснела, но ей было приятно слышать похвалу от Блэка. Грюм заставил его упражняться до победного конца, и после четвертой попытки, Гарри легко одолел чары. - Это действительно невероятно, - сказал Ремус, - очень сильная воля у парня. Ему будет гораздо спокойнее, зная, что разум его никто не сможет подчинить. - Да, я очень рада, что хоть за это можно не переживать, - согласилась Лили. - Ну вот, а ты возмущалась, - заметил Джеймс, - оказалось очень даже полезное занятие, хоть и запрещенное. (Вскоре ученикам объявили, что «Турнир Трех Волшебников. Делегации из Шармбатона и Дурмстранга прибывают в Хогвартс в ближайшую пятницу — 30 октября в 6 часов вечера. Уроки в этот день закончатся на полчаса раньше...». До приезда гостей осталась неделя.) (В день приезда гостей пришел ответ от Сириуса, он снова вернулся в безопасное место и просил держать его в курсе событий.) В воздухе витало ощущение праздника. На уроках никто себя не утруждал, все мысли были о гостях из Шармбатона и Дурмстранга. Даже зельеварение показалось не таким противным, ведь урок сегодня кончался на полчаса раньше. Прозвенел звонок. Гарри и Рон с Гермионой поспешили к себе в башню. Оставили в спальне сумки, надели плащи и помчались вниз по лестнице в холл. Деканы факультетов построили учеников в колонны. Рядами спустились по главной лестнице и выстроились перед замком. (Первыми прибыла делегация Шармбатона) Нечто огромное, куда больше метлы, нет, целой сотни метел, летело по иссиня-черному небу, быстро увеличиваясь в размерах. Льющийся из окон замка свет озарил приближающееся чудо — огромную синюю карету, подобную башне. Ее тянула по воздуху дюжина крылатых золотых коней с развевающимися белыми гривами, каждый величиной со слона. Открылась дверца, украшенная гербом: две скрещенные золотые палочки, из каждой вылетают по три красные звезды; с облучка спрыгнул мальчик в голубой мантии, наклонился, что-то нашарил на полу кареты и развернул золотые ступеньки. Тут же почтительно отпрыгнул назад, и из кареты появилась черная лаковая туфля размером не меньше детских санок, и сразу же за ней изумленным зрителям явилась ее обладательница. Таких великанш Гарри никогда в жизни не видел. Неудивительно, что у кареты и лошадей столь впечатляющие габариты! Только один Хагрид мог бы с ней померяться: вряд ли он хоть на сантиметр ее ниже. Впрочем, может, потому, что он привык к Хагриду. Женщина, стоявшая уже на первой ступеньке и озиравшая ряды ошеломленных зрителей, показалась ему все-таки огромнее Хагрида. Она вошла в полосу света, падающего из окон замка, и обнаружилось, что у нее красивое лицо с оливковой кожей, темные волоокие глаза и крупный орлиный нос, блестящие волосы собраны в низкий пучок на шее. - Впечатляет! – прокомментировал Джеймс. - Эх, ну почему все самое интересное происходит там, а не у нас, - расстроился Сириус, - как я могу вообще где-то прятаться, когда тут такое происходит! - Видимо ты все же немного поумнел, - сказала Лили, - раз безопасность все же превысила тягу к забавам. - Я просто не знал, что там так круто, - скривился Блэк. (Дурмстранговцы прибыли по воде) Стоя на возвышении у замка, они отчетливо видели внизу черную гладь воды, которую теперь уже нельзя было назвать гладью. В середине озера появились завихрения, затем огромные пузыри, глинистый берег захлестнули волны, и вдруг в самом центре возникла воронка, как будто на дне вынули огромную затычку. Из самой ее сердцевины медленно поднимался длинный черный шест. Корабельная снасть, догадался Гарри. Величественный корабль неторопливо всплывал из воды, мерцая в лунном свете. У него был странный скелетоподобный вид, как у воскресшего утопленника. Тусклые огни иллюминаторов походили на светящиеся глаза призрака. С оглушительным всплеском корабль наконец весь вынырнул и, покачиваясь на бурлящей воде, заскользил к берегу. Вскоре раздался звук брошенного на мелководье якоря, и на берег спустили трап. С борта потянулись пассажиры, и в иллюминаторах замелькали движущиеся фигуры. Все они величиной не уступали Крэббу с Гойлом! Но вот они вошли в падающий из окон замка свет, и Гарри увидел, что не такие они и большие, просто на них надеты лохматые шубы. Человек, шедший первым, был одет в другие меха — гладкие, блестящие, серебристые, под стать волосам. Каркаров поманил одного из учеников, тот подошел. Крупный, с горбинкой нос, густые черные брови... Рон дернул друга за локоть, что-то зашептал на ухо. Но Гарри и сам узнал гостя. Это был Крам. - Звезда квиддича оказался студентом, и будет участвовать в турнире? – удивился Джеймс. - Если его выберут, - сказала Лили. - Я тебя умоляю, Эванс, - закатил глаза Сириус, - ставлю сто галлеонов, что именно он и будет представителем Дурмстранга. Это же очевидно. - Жаль, что мы не можем воспринимать его как они, - сказал Джеймс, - для нас он еще не родился, и мы не видели ни одной его игры, поэтому и воспринимается, как обычный студент. - Едем дальше. Глава 16. Кубок огня, - прочитал Сириус, - о, основной предмет повествования. - Почему основной? - Потому что книга называется «Гарри Поттер и Кубок огня». - Точно. (Когда все расселись (Шармбатон с Когтевраном, а Дурмстранг со Слизерином) на столах появился ужин, включающий в себя также блюда иностранной кухни.) Наконец золотые тарелки опустели, и Дамблдор опять встал с кресла. Зал в ожидании замер. Филч, который до этой минуты прятался где-то в дальнем углу зала, тут же явился к профессорскому столу, неся в руках старинный деревянный ларец, инкрустированный жемчугом. Дамблдор вынул волшебную палочку и стукнул по крышке ларца три раза. Крышка медленно, со скрипом открылась. Дамблдор сунул внутрь руку и достал большой, покрытый грубой резьбой деревянный Кубок. Ничего примечательного — не будь он до краев наполнен пляшущими синеватыми языками пламени. Дамблдор закрыл крышку, осторожно поставил на нее Кубок, чтобы все хорошо его видели. - Ларец инкрустирован жемчугом, а кубок деревянный с грубой резьбой? – хмыкнул Сириус. - Не все то золото, что блестит, Блэк! – выдала в ответ Лили. — Желающие участвовать в конкурсе на звание чемпиона должны разборчиво написать свое имя и название школы на куске пергамента и опустить его в Кубок, — сказал он. — Им дается на размышление двадцать четыре часа. Кубок будет выставлен в холле. И завтра вечером выбросит с языками пламени имена чемпионов, которые примут участие в Турнире Трех Волшебников. Конечно, избраны будут достойнейшие из достойнейших. Кубок на всю ночь останется в холле и будет доступен всем, кто хочет участвовать в Турнире. К участию в Турнире будут допущены только те, кто достиг семнадцати лет. А чтобы те, кому нет семнадцати, не поддались искушению, я очерчу вокруг него запретную линию. Всем, кто младше указанного возраста, пересекать эту линию запрещено. И последнее: желающие участвовать в конкурсе, примите к сведению — для избранных в чемпионы обратного хода нет. Чемпион будет обязан пройти Турнир до конца. Бросив свое имя в Кубок, вы заключаете с ним магический контракт, который нарушить нельзя. Посему хорошенько подумайте, действительно ли вы хотите участвовать в Турнире. Ну а теперь, кажется, самое время идти спать. Всем, всем доброй ночи. - Во как, - взъерошил волосы Джеймс, - интересно, а что будет, если не участвовать. Что означает нарушить нельзя? Силой магия участвовать заставит? - Возможно, наказание будет ужасным, - заметил Люпин, - какие обычно пункты у магических контрактов. Возможно, нарушителя ждет смерть или потеря магии, ну как при непреложном обете. - Возможно, что его и так ждет смерть при прохождении Турнира, - сказала Лили. - Лучше смерть в бою, чем при трусливом бегстве, - сказал Джеймс. - Лучше вообще не участвовать, - вздохнула девушка, - я рада, что Гарри нет семнадцати. По субботам ученики спускались завтракать позже. Но в этот выходной не только Гарри, Рон и Гермиона встали пораньше. В холле уже собралось человек двадцать. Кто-то сзади Гарри хохотнул. Обернувшись, он увидел близнецов и Ли Джордана. Они бежали по лестнице вниз, вид у всех троих был вдохновенный. - Что-то уже придумали, - воодушевился Сириус. Лили беспокойно поджала губы. — Свершилось, — шепнули они брату и его друзьям. — Мы его выпили! — Что? Что? — не понял Рон. — Выпили зелье старения, тупая ты башка, — пояснил Фред. — Всего по одной капле, — потер руки сияющий Джордж — Нам до семнадцати не хватает совсем чуть-чуть. — Если кто из нас победит — делим тысячу галлеонов на троих! — Лицо Ли расплылось в широченной улыбке. — Думаю, из этого вряд ли выйдет что-нибудь путное, — предупредила Гермиона. — Уверена, уж это-то Дамблдор предусмотрел. Отчаянные головы пропустили слова Гермионы мимо ушей. - А зря, я совершенно с ней согласна, - сказала Лили. - Фиии, - протянул Сириус, - я думал они что путное выдумали. Конечно, Дамблдор такое предвидел, не дурак же. Гарри наблюдал как зачарованный. Фред вынул из кармана кусок пергамента со словами: «Фред Уизли, Хогвартс», подошел к линии, остановился, переминаясь с мысков на пятки, как пловец перед прыжком с пятнадцатиметровой вышки. И, глубоко вздохнув, у всех на глазах переступил золотую черту. «Неужели обман сработал?» — поверил на какой-то миг Гарри. Джордж тоже поверил. Издав победный клич, он без промедления прыгнул за братом. Тут же раздался громкий хлопок, и близнецов, словно невидимой катапультой, выбросило из золотого круга. Пролетев по воздуху метра три, они приземлились на холодный каменный пол. Было не только больно, дерзость еще и кончилась бесславно: хлопнуло второй раз, и у близнецов выросли длинные белые бороды. Все помирали со смеху — даже Фред с Джорджем, — поднявшись с пола и увидев бородатые лица друг друга. Мародеры тоже не удержались от смеха. - Ой, не могу, лопухи, - хохотал Сириус, - если честно я ожидал от них чего-то большего и немного разочарован. - Ладно тебе, Бродяга, - сказал Джеймс, - у них было слишком мало времени, чтобы придумать что-то более изощренное. - На первый раз прощаю. (После завтрака друзья решили сходить к Хагриду.Гермиона взяла с собой значки Г.А.В.Н.Э., чтобы лесничий тоже вступил в ее клуб. Но вопреки ее ожиданиям, Хагрид наотрез отказался в него вступать.) — Неладное ты задумала, — насупясь, говорил Хагрид, вдевая в толстую костяную иглу желтую шерстяную нитку. — Прислуживать людям у домовиков... э-э... от природы. Ну, отнимешь у них работу, знаешь, какое будет страдание! А уж если денег предложить... хуже обиды не выдумаешь... — Но Гарри же освободил Добби, и он на седьмом небе от счастья! — возражала Гермиона. — Мы все слышали: здесь он получает зарплату. — В каждой семье свой чудик. Я не говорю, что домовики все против свободы. Но многих, Гермиона, тебе... э-э... не удастся уговорить. Рассерженная Гермиона затолкала обратно в карман коробку со злополучными значками. - Надо же, - удивился Сириус, - а я не ожидал от добряка Хагрида таких речей. - Он наивный, но не глупый, - сказала Лили, с укором. - Разве я говорил что-то подобное? Ужин, казалось, никогда не кончится. Наконец золотые тарелки засияли первозданной чистотой. Зал шумел, гудел и вдруг смолк — Дамблдор поднялся с места. Сидящие по обе стороны от него профессор Каркаров и мадам Максим замерли в напряженном ожидании. Он вынул волшебную палочку и широко ей взмахнул; тотчас все свечи в зале, кроме тех, что горели в тыквах, погасли. Зал погрузился в полутьму. Кубок огня засиял ярче, искрящиеся синеватые языки пламени ослепительно били по глазам. Но взгляды всех все равно прикованы к Кубку, кое-кто поглядывает на часы... Пламя вдруг налилось красным, взметнулся столп искр, и из Кубка выскочил обгоревший кусок пергамента. Зал замер. Дамблдор, протянув руку, подхватил пергамент, освещенный огнем, опять синевато-белым, и Дамблдор громким, отчетливым голосом прочитал: — «Чемпион Дурмстранга — Виктор Крам». Зал содрогнулся от грохота аплодисментов и восторженных криков. Виктор Крам поднялся с места и, ссутулив плечи, вразвалку двинулся к Дамблдору, повернул направо и, миновав профессорский стол, исчез в соседней комнате. Пламя вновь покраснело, и Кубок выстрелил еще одним куском пергамента. — «Чемпион Шармбатона — Флер Делакур!» — возвестил Дамблдор. Флер Делакур удалилась в соседнюю комнату, зал опять утих. Но напряжение, казалось осязаемое на ощупь, усилилось. Осталось только узнать чемпиона Хогвартса! Все опять повторилось. Огонь покраснел, посыпались искры. Из Кубка вылетел третий кусок пергамента. Дамблдор поймал его и прочитал: — «Чемпион Хогвартса — Седрик Диггори». Дамблдор стоял и ждал; вот наконец зал угомонился, и он, довольно улыбаясь, начал вступительную речь: — Превосходно! Мы теперь знаем имена чемпионов. Я уверен, что могу положиться на всех вас, включая учеников Шармбатона и Дурмстранга. Ваш долг — оказать всемерную поддержку друзьям, которым выпало защищать честь ваших школ. Поддерживая своих чемпионов, вы внесете поистине неоценимый вклад... Дамблдор внезапно остановился, и все сразу поняли почему. Кубок огня вдруг покраснел. Посыпались искры. В воздух взметнулось пламя и выбросило еще один пергамент. Дамблдор не раздумывая протянул руку и схватил его. Поднес к огню и воззрился на имя. Повисла длинная пауза. Дамблдор смотрел на пергамент, весь зал смотрел на него. Наконец он кашлянул и прочитал: — «Гарри Поттер». - Нет! – воскликнула Лили, прикрыв рот руками. Веселого настроения, объявшего ее вслед за персонажами книги, как ни бывало. – Этого не может быть! - Этого следовало ожидать, - возразил Северус. Все гневно уставились на него. – Не нужно так на меня смотреть, будто это я кинул его имя в кубок. Неужели предыдущие три книги ничему вас не научили, а название четвертой вообще говорит само за себя. Пошевелите мозгами! - Как раз этим и занимаюсь, - сказал Поттер, - и знаешь, ты сейчас сказал умную вещь, - Снейп горделиво улыбнулся, а Сириус воззрился на друга, как на сумасшедшего. - Да, я про то, что ты кинул его имя в кубок. Ухмылка слетела с лица Северуса, а Сириус, наконец, понял, о чем говорит друг. - Ты псих, Поттер? – возмутился Снейп. - Ну почему же, - поддержал Бродяга, - твой книжный персонаж очень сильно не любит Гарри, просто ненавидит, так сказать. Может это его месть такая. Лили сидела полностью разбитая и потерянная. - Прекратите, - почти прошептала она, - когда тебя, Блэк, обвиняли в нашем убийстве и желании убить Гарри, ты яростно все отрицал. Так какое право вы имеете снова обвинять кого-то. На этот раз даже не имея оснований. Я не желаю больше слышать подобный бред, всем понятно? - Понятно, - пристыженно отозвались Сириус и Джеймс. - Пойдемте на ужин, - сказала девушка, - надеюсь, завтра все узнаем.