Шанс все исправить. Книги.

      - Я из-за этих книг совсем спать не могу, - пожаловалась Лили следующим вечером, - лежу, не могу уснуть, все думаю о том, сколько тягот и испытаний выпало на долю Гарри. Окончание вчерашней главы вообще кошмар.       - По сути, что в этом кошмарного? – спросил Сириус. – Это же круто, проверит свои силы и способности.       - Если бы он сам кинул свое имя, то я бы и слова не сказала, но он не кидал, а это значит, что не все так просто, значит кому-то нужно, чтобы он участвовал и это может быть опасно, - возразила девушка, - мы ведь не знаем, что за задания ждут участников. Они рассчитаны на совершеннолетних людей. Какой бы талантливый и сильный он не был, все же ему всего четырнадцать.       - А вдруг он все же сам хотел участвовать? – сказал Сириус, упрямо.       - В книге описаны все его мысли и переживания, - раздраженно посмотрела на парня Лили, - там сказано, что он представлял себя победителем, но кидать имя не собирался.       Ладно, хватит спорить, - прервал спор Джеймс, - давайте лучше начнем читать и все выясним. Глава 17. Четыре чемпиона. Гарри сидел как громом пораженный. Он, верно, ослышался... Может, это сон... Но нет, кажется, явь. Преподаватели и ученики — все устремили на него изумленные взгляды. Гарри повернулся к Рону с Гермионой. Все гриффиндорцы глядели на него, разинув рты. — Это не я бросил в Кубок свое имя, — растерянно проговорил Гарри. — Вы же знаете, это не я. - Я же говорила! – обрадовалась Лили, но тут же нахмурилась, - правда от этого не на много легче. (В комнате чемпионов разразился огромный скандал, директора настаивали выставить от своих школ по второму чемпиону и обвиняли Хогвартс в нечестной игре.Но Крауч сказал, что ничего изменить невозможно, а Грюм высказал идею, что кто-то подкинул имя Гарри в кубок, чтобы он лишился жизни.) - О господи, все мои подозрения подтверждает Грюм, - расстроилась Лили, - ну когда уже это кончится?! (Закончив бесполезные споры, чемпионам рассказали условия первого тура, после чего все разошлись.) Вышли в холл. Вместо Кубка огня его освещали обычные факелы. —Скажи, Гарри, как тебе удалось бросить свое имя в Кубок? — спросил Седрик. —Я не бросал. — Гарри твердо посмотрел на Седрика. — Честное слово. — Ну да, ладно... Пока,— махнул ему Седрик. «Конечно, он мне не верит», — подумал Гарри, глядя ему вслед. Неужели никто, кроме Гермионы и Рона, не поверит ему? Неужели все считают, что он сам опустил в Кубок пергамент? Как это можно! Соперники на три года старше, они уже почти совсем маги. Турниры очень опасны и проводятся перед сотнями зрителей. Да, он думал об этом, фантазировал, но в шутку, так... пустые мечты! Всерьез никогда не представлял себя чемпионом... Зато кто-то другой даже очень представлял. Вот и постарался. Зачем? Чтобы доставить ему удовольствие? Какое же тут удовольствие... Потешиться, выставить его дураком? Возможно... Но чтобы убить? Очередная навязчивая идея Грюма? Или чья-то злая шутка? А вдруг и вправду кто-то хочет его убить? Кто же это? Долго думать не надо. Есть человек, который этого хочет. Давно хочет, с тех пор как ему минул год. Лорд Волан-де-Морт... - А мы ведь даже не подумали о нем! – воскликнула Лили. - Кто-то из Пожирателей кинул в кубок имя Гарри, чтобы он погиб на турнире? – удивился Джеймс. - А не проще просто убить его? – хмыкнул Северус. – Если в Хогвартсе присутствует замаскированный Пожиратель, то проще было уже за эти два месяца не раз убить его, чем кидать его имя в кубок. - Логично, - вздохнула Лили, - видимо здесь что-то еще, какая то цель помимо смерти Гарри. - Только какая? – вздохнул Джеймс. – Как всегда пока не дочитаем не поймем. (А в гостиной гриффиндора уже во всю шла вечеринка, все наперебой пытались выяснить у Гарри, как он все провернул и никто не желал верить, что он сделал это не сам. Единственное о чем парень мечтал, это оказаться как можно дальше отсюда с Роном и Гермионой. Кое как выскочив из гостиной, Гарри поднялся в спальню. Рон был там, но, как оказалось, он тоже не верил в то, что Гарри не бросал свое имя в кубок.) Он задернул на кровати полог. А Гарри как прирос к полу, глядя на бархатные бордовые занавески. За ними лежал друг, который еще никогда не подозревал Гарри во лжи. - Да ладно, серьезно? – удивился Сириус. – Я думал он ему настоящий друг, такой, как мы с Джимом. Как он мог не поверить? Да я бы в жизни ничего не сделал втайне от друзей! - Да уж, - протянул Джеймс, - на душе было гадко. Выходит, у его сына нет друга? Настоящие друзья так не поступают. Или он не считает, что Гарри дружит с ним искренне? А Лили просто не могла найти слов, девушка сидела, как громом пораженная. - Это так мерзко, - наконец выдавила она, - надеюсь, Гермиона не считает также. - Глава 18. Сколько весят волшебные палочки.Эммм, - Джеймс почесал в затылке, - название, конечно, то еще. (К облегчению Гарри, Гермиона даже не усомнилась в том, что он не бросал свое имя в Кубок, зато выяснилось, что Рон завидует его славе и популярности) - Как же я рада, что Гермиона оправдала мои ожидания! – радостно воскликнула Лили. - Да, зато друг оказался вдруг… - мрачно протянул Джеймс. Было жутко мерзко, как бы Гермиона его не оправдывала, но если он не может понять чувств Гарри, то какой же он друг после этого, - прям раздражает, что Гермиона его оправдывает! Что значит «Ты, его лучший друг, — знаменитость, он всегда в тени, когда вас видят вместе. Рон смирился с этим, никогда даже не заикнется. Но история с Кубком — это уж чересчур», в смысле чересчур? Просто слов нет. Если он сейчас от него отвернулся, то, как можно полагаться на него в дальнейшем? - Ты абсолютно прав, Джим, - сказал Сириус, - я вообще не могу понять, как, после трех лет совместных приключений, довольно опасных, можно усомниться в друге и не поверить. - Давайте продолжать, мальчики, - окликнула Лили. (Гермиона убедила Гарри написать письмо Сириусу, ведь тот все равно узнает.Ситуация в школе обострилась, против Гриффиндора ополчились все факультеты, в особенности Пуффендуй) Следующие несколько дней слились в сплошную черную полосу. Нечто похожее было на втором курсе, тогда многие подозревали его в нападениях на школьников. Но, Рон-то был на его стороне. Вернись его дружба, легче было бы переживать свалившуюся невзгоду. Но он не пойдет кланяться Рону, раз Рон не хочет мириться. Хотя ему так одиноко — весь мир ополчился против. - Я правильно понял?! – прервался Джеймс – Он хочет поскорее помириться с Уизли? Ему, получается, плевать, что тот сомневается в нем? Джеймс был в полном недоумении, как так-то? - Ему сложно справляться самому, - тихо сказала Лили. - Давайте теперь будем держать подле себя кого ни попадя, лишь бы одиноко не было, да? – возмутился Джеймс и взглянул на Питера, мимоходом. – А потом сдохнем, потому что этому «другу» - он изобразил пальцами кавычки – надоело быть в тени харизматичных друзей! И вообще, у него еще есть Гермиона. - Она девушка, - хмыкнул Сириус. Лили подняла бровь. - С девушкой не обсудишь все, что можно обсудить с парнями, - пожал плечами Блэк в ответ на ее взгляд, - но это не значит, что я за то, чтобы он мирился с рыжим, - сказал Сириус Джеймсу. (Но бойкотом дело не обошлось. Слизеринцы напялили обидные значки, демонстрация которых перешла в магическую драку между Гарри и Малфоем, в ходе которой пострадала Гермиона. Но профессор Снейп проигнорировал это и наказал только Гриффиндор, а также назначил Гарри и Рону отработку) - Мерзавец, - выплюнул Сириус, - это уже ни в какие ворота не лезет. Ученица пострадала, а он поддерживает своих слизней, будто так и надо. Профессор, мать его! – Сириус сплюнул, отвращение было написано на его лице. Лили тоже нахмуренно кривилась, одно дело, когда разбираются между собой ученики и другое, когда это поощряет профессор. Джеймс удовлетворенно хмыкнул про себя. Пусть они и решили разделять себя настоящих и будущих, но такие моменты как нельзя лучше показывают нутро человека, а этот инцидент определенно не добавит Снейпу баллов. (Посреди урока пришел Колин Криви и сказал, что всех чемпионов собирают наверху. Как Снейп ни сопротивлялся, но ему пришлось отпустить Гарри. Оказалось, что чемпионам нужно пройти церемонию проверки волшебных палочек. Не успел Гарри войти, как его тут же сцапала репортер газеты Рита Скитер и затащила в чулан для швабр, где ее самопишущее перо само написало про Гарри много интересных вещей.) - Она что, придумывает статью от себя? – возмутилась Лили. – Но зачем тогда ей вообще Гарри? Можно самой было все написать. - Ну как же Эванс, - улыбнулся Сириус, - все видели, что Гарри пошел с ней, теперь, что бы она ни написала – это тяжело опровергнуть, а так никто бы не поверил в ее статью. (Мальчика спас Дамблдор, было пора проходить церемонию. Чемпионы по очереди показали свои палочки, присутствующему в зале, мистеру Олливандеру, после чего сделали групповое фото для «Пророка» и каждого чемпиона по отдельности, и наконец, отпустили всех на обед. После обеда Гарри поднялся к себе. Там его ждало письмо от Сириуса, где тот назначил ему встречу в гостиной у камина.) - Мне не нравятся эти главы, - вздохнула Лили, - мне вообще не нравятся эти книги и судьба моего будущего сына. До завтра. – и девушка покинула ребят, недоуменно смотрящих ей в след. - Ушла почти истинно по-английски, - рассмеялся Сириус. - Молча ей воспитание не позволяет уйти. Но вообще она права, - вздохнул Джеймс, взлохматив шевелюру, - это все какой-то запредельный трэш. Ладно пойдем, завтра продолжим. И они продолжили, как обычно в том же месте, тем же составом. Читать решил Ремус. - Глава 19. Венгерская хвосторога. - Это кто, стесняюсь спросить? – решил уточнить Сириус. Ребята пожали плечами. (Гарри ждал встречи с Сириусом и нервничал перед испытаниями.Положение в школе еще больше ухудшилось, после выхода статьи Скитер) - Но ведь она, ни слова правды не напечатала! – возмутилась Лили. – Вот - гадина! (Гермиона все пыталась помирить Гарри и Рона, но Гарри был непреклонен и сказал, что Рон должен поверить ему и попросить прощения.Накануне испытания Гарри и Гермиона пошли в Хогсмид, там они встретили Хагрида и он сказал Гарри приходить к нему в полночь под мантией-невидимкой.) - Зачем интересно Хагрид его зовет ночью? – удивился Джеймс. - Сейчас и узнаем. (Помимо Гарри, Хагрид, оказывается, пригласил на прогулку еще и мадам Максим и повел спутников в Запретный лес.) И тут у Гарри отвалилась челюсть. Драконы. - Чего? – челюсть отвалилась не только у Гарри, но и у всех ребят. - Только не говорите, что это первое задание?! – умоляюще сложила руки Лили. – Ему же не справиться с драконом, ему всего четырнадцать! Да даже в семнадцать это невыполнимо! (Хагрид подвел своих спутников к самому загону, где их встретил брат Рона Чарли. Он рассказал им о каждом драконе. Самая свирепая из всех оказалась Венгерская хвосторога.) - И конечно именно она достанется четвертому чемпиону, - хмыкнул Сириус. - Почему? – спросила Лили тихо. - Ну раз глава про нее, значит именно она нашему Гарри и достанется, - пожал плечами парень. Ну, хоть сражаться не надо, просто мимо пройти. - Не сильно большое утешение, - вздохнула девушка. (Возвращаясь в замок, Гарри столкнулся с Каркаровым, теперь только Седрик не был в курсе о драконах. Гарри прибыл в свою башню за пять минут до встречи с Сириусом. Гарри рассказал крестному все, что с ним произошло, а тот в свою очередь поведал о том, что Каркаров бывший пожиратель и просил парня быть осторожнее. Когда уже Сириус хотел подсказать Гарри, как победить дракона, с лестницы послышались шаги и разговор прервался.) Им оказался Рон в своей клетчатой пижаме, из которой он давно вырос. Увидев в гостиной Гарри, Рон прирос к полу и огляделся. — Ты с кем разговаривал? — спросил он. — А тебе какое дело? Что ты по ночам бродишь! — Я просто подумал, где ты... Ну, ладно, пойду спать. — Ты шпионишь за мной! — крикнул Гарри. Он понимал, Рон не знает, что наделал, что не хотел этого. Но какое это имело значение! Гарри закусил удила и ненавидел Рона всеми фибрами души — от рыжей макушки до голых лодыжек, торчащих из пижамных штанов. — Прости, пожалуйста. — Лицо Рона залилось гневным румянцем. — Как это я не подумал, что тебе сейчас нельзя волноваться! Не буду больше мешать! Готовься к следующему интервью! Гарри схватил со стола значок, над которым потрудились братья Криви, и запустил им в Рона. Значок угодил прямо в лоб и упал на пол. — Это тебе на память! Надень его во вторник. Глядишь, еще и шрам на лбу появится. Ты ведь о нем мечтаешь! И Гарри пошел через гостиную к лестнице. Он ожидал, что бывший друг остановит его, с радостью получил бы тумака. Но Рон стоял и молчал в своей нелепой пижаме. Гарри промчался мимо него, бросился в спальне на кровать и долго еще полыхал от злости. Сириус и Джеймс тоже полыхали от злости. - Мне хочется его задушить! – прошипел Сириус. – Мало того, что важный разговор прервал, так еще и опять гадостей наговорил. - В гробу я такого друга видел! – зло сказал Джеймс. – Давай дальше, Рем! - Глава 20. Первое задание. - Наконец, все нервы истрепали! – вздохнула Лили. (Гарри решил, что будет справедливо рассказать Седрику о драконах, правда парень воспринял данную информацию с подозрением и недоверием.) - Судя по его реакции, он бы Гарри ничего не сказал, - заметил Сириус. - Я тоже об этом подумал, - согласился Джеймс. (Из соседнего класса вышел Грюм и позвал Гарри к себе. Он понял, что Гарри известно про драконов и дал, с помощью намеков, совет, как справиться с заданием. Вместе с Гермионой он начал усиленно изучать манящие чары. За час до испытания профессор МакГонагал подошла к нему и отвела к остальным чемпионам. Бэгмэн объяснил правила и подал чемпионам мешочек, в котором находились уменьшенные копии драконов. Каждый должен вытянуть себе противника. Гарри тянул последним и вытянул венгерскую хвосторогу.) - Ну вот, я же говорил! – воскликнул Сириус. – Вот засада! - Ну почему ему всегда так не везет?! – всплеснула руками Лили. (Первым был Седрик, затем Флер и третьим Крам.) Крам завершил раунд, настала очередь Гарри. Гарри поднялся на ватных ногах, смутно осознавая происходящее. Он ждал. Вот и свисток. Гарри вышел из палатки, чувствуя, как страх накалился в нем добела. В другом конце загона, как огромная курица на яйцах, восседала хвосторога. Крылья полураскрыты, свирепые желтые глазки уставились на злоумышленника. Громадный чешуйчатый хвост, как у ящера, и весь в пиках, бьет по промерзлой земле, оставляя глубокие, метровой длины следы. - Жуть какая! – ахнула Лили. – Как можно таких чудищ против детей выводить, один удар и ему не жить! Он поднял палочку и крикнул: — Акцио «Молния»! Сириус и Джеймс сжали кулаки подбадривая Гарри про себя. Сработало! Он слышит, как мчит к нему его «Молния», со свистом рассекая воздух. Летит вдоль опушки, уже в загоне, зависла позади него, ожидая наездника. -Да! – выдохнул Джеймс. – Слава Мерлину! Перекинул ногу через метлу взлетел. И тут произошло чудо. Гарри понял: внизу осталась не только земля, но и страх... Он снова в своей стихии. Просто еще один матч по квиддичу! Матч с очередным соперником — хвосторогой. Да, противник ужасен, но он ему по зубам. Гарри глянул на кладку яиц, вон оно, золотое, блестит на фоне серых. Сохранности ради, все лежат между передних лап драконихи. — Отлично, — скомандовал себе Гарри. — Тактика отвлечения... Вперед! Спикировал. Голова хвосторога за ним. Гарри это предвидел и вовремя вышел из пике — там, где он был секунду назад, хлестнула огненная струя. Не привыкать, от бладжера уворачиваться не легче. Гарри взлетел выше, описал круг, хвосторога следила за ним, вращая головой на длинной шее. Сейчас довертишься, голова закружится... Но нельзя уповать на удачу, как бы опять огнем не стрельнула... Хвосторога разинула пасть, а Гарри нырнул вниз. На сей раз повезло меньше. Избежал пламени, но дракониха махнула хвостом, Гарри ушел влево, длинный шип задел плечо и порвал мантию. Плечо как ужалили. Трибуны зашлись в беззвучном крике. Ничего, царапина неглубокая... Гарри развернулся, подлетел к хвостороге и стал кружить у нее над спиной. Кажется, то, что надо. Хвосторога не взлетает, стережет яйца. Извивается, расправляет, сжимает крылья, держит Гарри под прицелом желтых, устрашающих глаз. Но отойти от яиц боится. А Гарри именно это нужно, иначе про яйцо можно забыть... Штука в том, чтобы осторожно, постепенно вынудить ее к этому. Он летал то в одну сторону, то в другую, соблюдая расстояние — под драконий огонь попадать нельзя. Но надо и угрожать, пусть беспокоится. Голова драконихи крутилась за ним, вертикальные зрачки наблюдали, клыки скалились. Он взмыл выше. Шея у хвостороги удлинилась, голова поднялась, как у змеи по велению заклинателя. Гарри взлетел еще метра на два, дракониха издала вопль отчаяния. Он муха, которую она жаждет прихлопнуть. Хвост ударил еще раз, но Гарри вне досягаемости. Стрельнула огнем, он увернулся... дракониха широко раскрыла пасть. — Давай, давай, — дразнил Гарри, то приближаясь, то отлетая. — Я здесь. Схвати меня. Лови! Вот так... И дракониха не выдержала, расправила черные крылья размером с небольшой самолет. Гарри среагировал мгновенно. Не успела дракониха понять, в чем дело, куда делся враг, а он уж стремглав мчался вниз к гнезду яиц, незащищенному когтистыми лапами. Оторвав руку от «Молнии», схватил золотое яйцо и на огромной скорости взмыл вверх. Он пролетал над трибунами, держа в здоровой руке тяжелое яйцо. Казалось, кто-то включил звук. Впервые Гарри услышал шум зрителей. Они неистовствовали, как ирландские болельщики на Чемпионате мира. - Потрясающе! – закричал Сириус. – Твой сын просто потрясающе летает Джим! Ты должен им гордиться! И он гордился, неимоверно гордился. На лице была сумасшедшая улыбка. Он справился, он молодец! А Лили просто тихо плакала от радости и облегчения. (Гарри отвели к мадам Помфри, чтобы она обработала его рану. В палатку пришла Гермиона, а за ней шел Рон.) — Гарри, ты был великолепен! — зазвенел голос Гермионы. Видно, она очень нервничала, на щеках — следы от ногтей. — Потрясающе, Гарри! Честное слово! Но Гарри смотрел на Рона, который был очень бледен и таращился на Гарри, как на призрак. — Гарри, — на редкость серьезно сказал он, — кто бы ни положил твое имя в Кубок, я понял: он хочет тебя убить! Словно и не было этих последних недель. Как будто Гарри встретил Рона впервые после того, как его объявили чемпионом. — Додумался? — холодно ответил он. — Долго же до тебя доходило. Гермиона нервно переминалась, поглядывая то на одного, то на другого. Рон открыл рот, подыскивая слова. Гарри знал, что тот готов повиниться, но... разве это так важно? — Все в порядке, Рон, — опередил он друга. — Забудем, и все. — Нет, как я мог... — Забудем! — повторил Гарри. Рон нервно улыбнулся, и Гарри улыбнулся в ответ. - Серьезно? – разозлился Джеймс. – Забудем и все? Вот так просто? – он зло стукнул кулаком по подлокотнику кресла. - Твой сын сама доброта и благородство, - хмыкнул Сириус, - весь в родителей. - Да я бы ни за что так просто не простил бы! – возмутился Джеймс. - Да ладно? – ухмыльнулся Бродяга, кивнув на Петтигрю. - Это не тот случай, Бродяга… - Конечно, всего-то подставил под аваду… - Сириус! – повысил голос Джеймс. – ОН ЭТОГО ЕЩЕ НЕ СДЕЛАЛ! А Уизли сделал, и до последнего ходил обижался и не верил его словам. - Это он от Лили всепрощение унаследовал, - улыбнулся Ремус, - на самом деле я понимаю, почему он так легко простил. Он всю жизнь был один и этот единственный друг очень важен для него. Я ведь до Хогвартса тоже был один… - Хватит о плохом, давайте продолжим, - сказала Лили. (Ребята вышли из палатки и пошли к загону, чтобы посмотреть оценки) Гарри скосил глаза и увидел, как первая судья — мадам Максим — подняла в воздух палочку. Из нее выскочила длинная серебристая лента и нарисовала большую цифру восемь. Следующим был мистер Крауч. Он дал Гарри девять баллов. Дамблдор тоже очертил в воздухе девятку. Людо Бэгмен поставил все десять. Каркаров был последним. Помедлив, он взмахнул палочкой, и серебристая лента приняла очертания цифры четыре. — Четверка?! — заорал Рон. — Гнусный судьишка! Краму все десять выставил! - Конечно, как он может позволить Гарри перегнать по очкам своего чемпиона, - хмыкнул Сириус. - А я вот не пойму, что это Бэгмэн так Гарри симпатизирует? Помочь предлагает и балл высший выставляет, - удивился Джеймс. - Он же у вас знаменитость, - съязвил Северус. (Бэгмэн собрал чемпионов в палатке и объяснил, как подготовиться ко второму туру и когда он состоится.После чего Гарри вместе с Роном отправились в Замок). - Ну, вот и все, - сказал Ремус. - И на этой позитивной ноте пойдемте отдыхать, - весело сказал Сириус.