Шанс все исправить. Книги.

      - Что может быть лучше вечера пятницы? – воскликнул Блэк, плюхаясь на диван. – Целых два свободных дня впереди.       - Ну не совсем свободных, - сказал Ремус, - полдня мы здесь проведем.       - Зато можно поспать!       - Сегодня кстати уже первое октября, - вздохнул Лунатик, - через неделю полнолуние.       - Следующие выходные потеряем? – спросил Джеймс.       - Субботу наверное точно, извините, - покаялся парень.       - Ничего не поделаешь, жаль конечно… Давайте начнем, - сказала Лили. – Глава 9. СТРАХИ МИССИС УИЗЛИ.       (Мистер Уизли проводил Гарри домой. На Гриммо все вздохнули с облегчением, узнав, что Гарри оправдали, а кое кто и сплясал.)        В последующие дни Гарри волей-неволей заметил, что один из обитателей дома двенадцать на площади Гриммо не преисполнен веселья по поводу его скорого возвращения в Хогвартс. Узнав, что Гарри оправдали, Сириус, конечно, постарался изобразить радость: крепко-крепко стиснул ему руку, сиял улыбкой, как все остальные. Вскоре, однако, он сделался угрюмей и нелюдимей прежнего, еще меньше со всеми разговаривал, даже с Гарри, и все больше времени проводил взаперти с Клювокрылом в комнате своей матери.       - Что это с тобой? – удивился Джеймс.       - Со мной все окей дружище! А ЕМУ видимо скучно без дела, - поддел Сириус.       - Он не хочет, чтобы Гарри уезжал, - предположил Ремус.       - Тогда он настоящий эгоист! – воскликнула Лили.       (Гарри поделился переживаниями с друзьями и Гермиона объяснила ему поведение Сириуса.)       - Да она прям психолог! – хмыкнул Блэк, немного обиженно.       - Все правильно она говорит, - встала на защиту Лили, - вместо того, чтобы страдать, лучше бы старался все оставшееся время с крестником проводить. Заперся и жалеет себя. Как был баламутом, так и остался! Кому было бы лучше, если бы Гарри исключили? Только Сириусу. Говорю же эгоист!       - Ты сейчас и меня обозвала?! – возмутился Сириус. – Почему я баламут?       - А что, разве нет? Вся ваша шайка -такие. Когда все спокойно вам обязательно надо где-нибудь подгадить, скучно вам, видите ли!       - Ой, а ты такая вся правильная! – обиделся Бродяга.       Чем ближе был конец каникул, тем больше Гарри мечтал о Хогвартсе. Подарком будет сама возможность покинуть этот пыльный затхлый дом, где половину шкафов и буфетов еще даже не отпирали, где из темных углов в тебя частенько летят хриплые оскорбления Кикимера. В присутствии Сириуса, впрочем, Гарри старался об этом не говорить. Жизнь в штаб-квартире организации, созданной для борьбы с Волан-де-Мортом, оказалась вовсе не такой интересной и волнующей, как можно было предположить.       - Ну и как он тогда жить там собирался? – спросил Сириус. – Раздразнил душу мужику, а теперь быстрее бы сбежать, – ему стало даже обидно за того себя. – Сириусу между прочим тоже не интересно и не волнующе. Его никуда не пускают, сидит как в клетке снова, с той лишь разницей, что дементоров нет.       (В последний день каникул пришли письма из школы. Рона назначили старостой, что повергло в шок его братьев близнецов, которые были уверены, что старостой должен быть Гарри.)       - Нельзя так издеваться над родным братом! – нахмурилась Лили. – Неужели они не понимают, что от таких слов ему неприятно?       - Но они правы, Эванс! Какой из него староста?! Он ленивая задница! Что он может, кроме своих шахмат? – воскликнул Блэк. – Вон, Ремус у нас умный, почти такой же зубрилка, как Грэйнджер… Кстати не сомневаюсь у кого будет значок девочек… А Рон же безответственный!       - А вы что шибко ответственные? – разозлилась Лили.       - Так я и не староста, Эванс, - сказал Сириус, снисходительно, будто с маленьким ребенком говорит, - и Джим тоже, между прочим. А оценки у нас получше всяко. И другие парни с их курса, наверное, тоже не хуже учатся.       - Может близнецы, в каком-то смысле, правы? – сказал Ремус. – В том смысле, что на Гарри столько навалилось всего. Может быть, поэтому значок достался не ему.       - Директора вообще в этой книге не поймешь, - пожал плечами Джеймс. – Правда, почему не кто-то из других трех парней. Ну просто я тоже считаю, что Рон не будет хорошим старостой, только не злись, Лили.       - Да я не говорю, что его кандидатура хороша, - ответила девушка, - меня задело, как реагируют братья. Они же семья!       Рон, который не сказал пока что ни слова, посмотрел на значок секунду-другую и протянул его Гарри, точно просил подтвердить его подлинность. Гарри взял значок. Там стояло большое «С» поверх гриффиндорского льва. Точно такой же значок он увидел на груди у Перси в самый первый свой день в школе «Хогвартс». Дверь со стуком распахнулась. В комнату ворвалась Гермиона — щеки пылают, волосы развеваются. В руке она держала конверт. — Вы... вы получили уже?.. Она увидела в руке у Гарри значок и вскрикнула.       — Я знала, знала! — восторженно объявила она и взмахнула своим письмом. — Я тоже, Гарри, я тоже!       — Нет, нет, — быстро проговорил Гарри и сунул значок Рону. — Это Рон, а не я.       — Что — это?       — Рон староста, а не я, — объяснил Гарри.       — Рон? — спросила Гермиона, да так и осталась с открытым ртом. — Но... Вы уверены? Я хотела сказать...       Она покраснела.       Сириус расхохотался.       - Мерлииин! Аж глаза заслезились! Вы только посмотрите, даже лучшая подруга в шоке! «Вы уверены?» - надо же такое ляпнуть!– он вытер глаза рукавом. - Кстати я был прав – она староста!       (Зато от миссис Уизли поздравлений Рону досталось сразу за всех и подарочек пообещали.)       - Денег ни на что не хватает, а ему метлу подавай! – сказал Северус, ядовито. – Тупица! Неужели совсем ничего не понимает? Зачем метла, если ты даже не играешь в квиддич. Родителям потом на что жить?       - Вы смотрите, Снейп завелся! – съязвил Сириус. – Тему денег при нем не поднимать!       - Но он прав! – сказала Лили. – Метла дорогое удовольствие, а они и так плохо живут, пусть даже детей в доме меньше стало.       - Видимо поэтому и не отказала, - сказал Джеймс, - Перси одевать уже не надо, вот деньги и экономятся. Но я не говорю, что он прав! – поспешил добавить парень.       Гарри медленно подошел к своей кровати, лег на бок и невидящим взглядом уставился на нижнюю часть шкафа. Он начисто забыл, что на пятом курсе назначают старост. Его так тревожила возможность исключения, что он ни разу не подумал про значки и про то, кто их получит. Но если бы он вспомнил? Если бы подумал? Чего бы он ожидал?       Им овладело то же ощущение несправедливости, что и при первом появлении в доме Сириуса. «Я, безусловно, сделал больше, — с негодованием подумал Гарри. — Я сделал больше, чем любой из них!» — Но, может быть, — раздался честный голосок у него внутри, —может быть, Дамблдор назначает людей старостами не за то, что они то и дело ввязываются в опасные приключения» Может быть, ему важны другие качества... У Рона, наверно, есть что-то, чего у тебя нет» Гарри открыл глаза и, глядя в промежутки между пальцами на ножки шкафа, напоминавшие когтистые лапы, вспомнил слова Фреда: «Никто в здравом уме не способен сделать Рона старостой». Гарри фыркнул. Но спустя секунду ему стало тошно от самого себя. Рон ведь не просил у Дамблдора значок старосты. Его вины тут нет. И что же — теперь он, Гарри, лучший друг Рона, станет дуться из-за того, что не получил значка? Ржать вместе с близнецами у Рона за спиной? Портить Рону, который впервые в жизни в чем-то его превзошел, все удовольствие?       - Вы только посмотрите, какая внутренняя борьба! – рассмеялся Сириус. – Дружба дружбой, а он понимает, что Рону до старосты, как пешком отсюда до Лондона.       - Но дружба победила! – назидательно подняла палец Лили и сама тут же рассмеялась.        Тут Гарри опять услышал шаги Рона по лестнице. Он встал, поправил очки и еще до того, как Рон вприпрыжку вбежал в комнату, изобразил на лице улыбку.       — Слушай, Рон... Ты молодчина.       Лицо Рона вытянулось.       — У меня и в мыслях не было, что это могу быть я! — сказал он, качая головой. — Я думал, что это будешь ты!       — Да нет, от меня слишком много хлопот, — повторил Гарри слова Фреда.       — Да, — сказал Рон, — да, наверно... Ну что, будем чемоданы собирать?       - Молодец, Гарри! – умилилась Лили.       - А знаете, что мне пришло в голову?! – сказал вдруг Джеймс. – Если бы Гарри получил значок, не треснула бы их дружба? Он и так ведь на пике славы, а еще и это бы…       - Возможно, - сказал Ремус, - но мы не можем тут ничего утверждать, одни предположения. Если смотреть с этой стороны, то Рону и правда тяжело. Знаменитый, богатый, победитель турнира… Если бы они с Гермионой стали старостами, а он бы остался не у дел… даже не хочу представлять если честно!       На кухне миссис Уизли повесила над заставленным всякой снедью столом алое полотнище с надписью: ПОЗДРАВЛЯЕМ НОВЫХ СТАРОСТ- РОНА И ГЕРМИОНУ! За все каникулы Гарри ни разу не видел ее в таком приподнятом настроении.       — А я вот никогда не была старостой, — весело сказала Тонкс у Гарри за спиной, когда все двинулись к столу положить себе на тарелки еды. — Декан моего факультета сказал, что у меня нет кое-каких необходимых качеств.       — Каких именно? — спросила Джинни, выбирая печеную картофелину.       — Тех, какие нужны, чтобы самой хорошо себя вести, — объяснила Тонкс.       — А ты, Сириус? — спросила Джинни.       Сириус, стоявший рядом с Гарри, издал свой обычный лающий смешок.       — Никому в голову не могло прийти назначить меня старостой. Я только и знал, что на пару с Джеймсом сидел после уроков наказанный. Вот Люпин — другое дело, он был паинькой и ходил со значком.       — Дамблдор, видимо, надеялся, что я смогу хорошо повлиять на моих закадычных дружков, — сказал Люпин. — Вряд ли нужно добавлять, что я потерпел в этом полный провал.       У Гарри отлегло от сердца. Его отец тоже не был старостой. Вдруг он почувствовал, что может получать удовольствие от ужина. Он наполнил свою тарелку, испытывая удвоенное расположение ко всем, кто был в кухне.       - Гарри так важно быть похожим на отца… – сказала Лили задумчиво.       - Ты так говоришь, будто в этом есть что-то плохое, - немного обиженно заметил Джеймс.       - Знаешь, Поттер, ты не пример для подражания! По крайней мере, сейчас. От ваших шуток весело только вам и части недалеких учеников Хогвартса. И то что Люпин не может на вас повлиять тоже не повод для гордости. – девушка поджала губы, ожидая оправданий, но Джеймс промолчал. Он не стремился ссориться с Лили и уже немного представлял, что нужно сделать, чтобы она перестала считать его отвратительным.       Поверх общей болтовни до него донесся густой бас Кингсли Бруствера.       — Почему Дамблдор не назначил старостой Поттера? — спросил Кингсли.       — На то наверняка были причины, — ответил Люпин.       — Этим он показал бы, что верит в него. Я бы поступил именно так, — настаивал Кингсли. — Особенно в то время, когда «Пророк» то и дело прохаживается на его счет...       Гарри не стал оглядываться. Он не хотел, чтобы Люпин или Кингсли знали, что он их слышал. Не чувствуя ни малейшего голода, он пошел вслед за Наземникусом к столу. Удовольствие от праздника исчезло так же быстро, как возникло. Больше всего ему хотелось быть наверху, в постели.       - Ну вот, а он только перестал переживать! – расстроилась Лили.       - С этой стороны мы на это не смотрели, правда ребята? – хмыкнул Сириус. – Получается как-то… неприятненько, в общем…       (Видимо Грюм тоже понял настроение Гарри, потому что отвел в сторону и показал ему фото Ордена Феникса, первого состава.)       — Это я, — сказал Грюм, показывая на себя пальцем, вчем не было никакой нужды. Грюм на снимке узнавался безошибочно — только волосы были чуть темней, и нос был еще цел. — Рядом со мной Дамблдор, по другую сторону Дедалус Дингл... А это Марлин Маккиннон, ее убили через две недели, ее и всю ее семью. Это Фрэнк и Алиса Долгопупсы...       При взгляде на Алису Долгопупс живот Гарри, где и так было не слишком уютно, свело судорогой. Хотя он ни разу ее не видел, он очень хорошо знал это круглое приветливое лицо: ее сын Невилл был ее копией.       —А это Эммелина Вэнс, ты ее знаешь... Это, разумеется, Люпин... Бенджи Фенвик, ему тоже досталось, мы кусочки только потом отыскали... Посторонитесь-ка чуть-чуть, — попросил он, ткнув в карточку пальцем, и фигурки на первом плане сдвинулись одни вправо, другие влево, сделав лучше видимыми тех, кто сидел дальше. — Это Эдгар Боунс, брат Амелии Боунс, его они тоже прикончили вместе с семьей, выдающийся был волшебник... Стерджис Подмор — батюшки, какой молодой он здесь... Карадок Дирборн, исчез через полгода, тело мы так и не нашли... Хагрид — этот, конечно, какой был, такой и остался... Элфиас Дож, ты его видел, я и забыл, что он тогда носил эту дурацкую шляпу. Гидеон Пруэтт... чтобы расправиться с ним и с его братом Фабианом, понадобилось пять Пожирателей смерти, братья погибли как герои... Двигайтесь, двигайтесь... Фигурки еще раз перегруппировались, и вперед вышли теперь самые задние. — Аберфорт, брат Дамблдора, — это был единственный раз, когда я его видел, странный тип... Это Доркас Медоуз, Волан-де-Морт убил ее лично... Сириус — он еще не отрастил тогда длинные волосы... Ну, и... вот, я думаю, кто тебя заинтересует! У Гарри перевернулось сердце. Сияя улыбками, на него смотрели отец и мать. Между ними сидел малорослый человечек с водянистыми глазками, в котором Гарри мгновенно узнал Хвоста — того, кто выдал Волан-де-Морту их местонахождение и тем самым способствовал их гибели.       - Сколько народу погибло! – судорожно вздохнула Лили.       - Зато мы теперь знаем, кто и как, - сказал Сириус, - и можно попробовать предотвратить, предупредить.       - Ну Маккиннонов и Боунсов допустим и правда можно как-то обезопасить, - растрепал волосы Джеймс, - под фиделиус, как нас, а Пруэтты? Информации-то, в общем, нет, во время сражения погибли, а какого? И то, представьте, что к вам придут и скажут: «Вашу семью всю убьют»…       - Смотря кто скажет, конечно… - хмыкнул Блэк.       - По большому счету, все, кто будет активно противостоять Пожирателям, в опасности, - сказал Ремус, - но у кого есть семьи – вдвойне.       - Эх, надо будет очень тщательно разработать план действий, - вздохнул Джеймс.       (Вот только Гарри это фото совсем не добавило настроения. Ему было неприятно. Он поспешил сбежать.)       Гарри быстро, чтобы никто не успел окликнуть, пересек кухню, выскользнул за дверь и поднялся в коридор. Он не понимал, почему это так его потрясло: он и раньше видел снимки родителей, а Хвоста встречал живьем... Но разве можно вот так, с бухты-барахты, когда он совсем не готов... «Такое никому не может понравиться», — думал он в сердцах.       - Почему? – удивился Питер.       - Что почему? – переспросил Сириус, грубовато.       - Почему никому не должно понравиться, я бы,например, хотел посмотреть это фото. Это же память.       - Грюм в слишком грубой форме все преподнес, - сказал Ремус, - к таким подробностям о смертях тех людей он видимо не был готов.       И потом, увидеть их в окружении всех прочих радостных лиц... Бенджи Фенвик, от которого остались только кусочки, героически погибший Гидеон Пруэтт, Долгопупсы, которых мучениями довели до сумасшествия... Все весело машут с фотографии и будут махать вечно, не ведая, какая судьба их ждет. Если Грюм находит это интересным — на здоровье, но ему, Гарри, это тяжело...       - Какие мы, оказывается, нежные, - хмыкнул Снейп.       - Заткнись, Снейп, - шикнул Блэк.       - И не подумаю! Петтигрю прав, ничего такого я в этом не вижу, - пожал плечами слизеринец.       Лили нахмурилась, она не знала, какие чувства вызывает у нее все описанное. Возможно, на месте Гарри тоже бы расстроилась, но сейчас ей хотелось бы взглянуть на фото, посмотреть какие они все стали.       Довольный, что наконец рядом никого нет, Гарри на цыпочках прошел коридором и стал подниматься по лестнице мимо эльфийских голов. Но, приближаясь к площадке второго этажа, он услышал звуки. В гостиной кто-то рыдал.       (Это оказалась миссис Уизли. Она не смогла справиться со своим боггартом и видела всех своих детей и самого Гарри мертвыми, по очереди. На помощь пришел Люпин. Он уничтожил боггарта и успокоил Молли.)       Но Гарри, закрывая минут через десять за собой дверь спальни, все еще словно бы видел отца и мать, радостно улыбающихся ему с истрепанной старой фотографии, не знающих, что их жизням, как и жизням многих их товарищей, скоро придет конец. Вдобавок перед глазами то и дело вспыхивал образ боггарта, прикидывающегося трупом каждого из членов семьи Уизли по очереди. Он чувствовал себя намного старше, чем когда-либо, и ему трудно было поверить, что всего час назад его волновали магазин Фреда и Джорджа и назначение Рона старостой. - А вот сейчас тоже как-то не по себе стало, - сказала Лили, - совсем другими словами сказано, чем там, ранее, и сразу как будто мурашки по коже.       Девушка вздохнула и продолжила.       - Глава 10. ПОЛУМНА ЛАВГУД.       (Утром все в огромной спешке собирались на вокзал. Выяснилось, что Гарри будет сопровождать охрана, что ему совершенно не понравилось. Сириус, наплевав на запрет, тоже отправился с ними.)       - Надеюсь, что никто из Пожирателей не знает, что он анимаг! – сказал Ремус.       - Но он так счастлив! – вздохнула Лили.       На мгновение громадный черный пес встал на задние лапы и положил передние Гарри на плечи. Миссис Уизли, толкнув Гарри к двери вагона, прошипела:       — Ради всего святого, Сириус, веди себя как положено собаке!       - Ну вообще-то некоторые дрессированные собаки так умеют, - заметила Лили.       - Только вот до этого никто из окружения Поттера с собакой замечен не был, - сказал Северус, - поэтому это все, со стороны, выглядит, скорее всего, очень подозрительно.       — До свидания! — крикнул Гарри в открытое окно, когда поезд тронулся. Рон, Гермиона и Джинни, стоявшие рядом с ним, махали провожающим. Фигуры Тонкс, Люпина, Грюма, мистера и миссис Уизли быстро уплыли вбок, но черный пес, помахивая хвостом, вприпрыжку бежал и бежал рядом с окном. Нечетко видимые люди на платформе смеялись, глядя, как пес гонится за поездом. Потом поезд сделал поворот, и Сириус пропал из виду.       - Ну вот это точно типично собачье поведение, все, можно быть спокойными, - съязвил слизеринец.       (Рон и Гермиона ушли в вагон старост и Гарри с Джинни ушли искать купе одни.По дороге они встретили Невилла и вместе ввалились в купе, где сидела только одна девочка.)       — Привет, Полумна, — сказала Джинни. — Можно нам к тебе?       - Судя по названию – это про нее глава! – сказал Сириус. – Почему они называют ее полоумной? Вряд ли сумасшедшую бы приняли в школу.       - Треллони, по описанию, тоже не совсем здорова, но ее же взяли преподавать, - усмехнулся Джеймс.       - А я вообще особо опасен, - заметил Ремус.       Девочка, сидевшая у окна, подняла на них глаза. Светлые волосы, довольно грязные и спутанные, доходили ей до пояса. У нее были очень бледные брови и глаза навыкате, все время придававшие ей удивленный вид. Гарри мгновенно понял, почему Невилл не хотел заходить в это купе. Полумна была, похоже, слегка того. Волшебную палочку она засунула не куда-нибудь, а за левое ухо, на шее у нее висело ожерелье из пробок от сливочного пива, журнал, который она читала, был повернут вверх тормашками. Скользнув по Невиллу, ее глаза остановились на Гарри. Она кивнула.       - Колоритная барышня! – рассмеялся Сириус. – Ну немного того – это еще не совсем, так что ничего страшного.       - Конечно, - ухмыльнулся Снейп, - ты тоже немного того, но ничего же страшного.       - Р-р-р!       — Спасибо, — улыбнулась ей Джинни. Гарри и Невилл положили три чемодана и клетку с Буклей на багажную сетку и сели. Полумна смотрела на них поверх перевернутого журнала, который назывался «Придира». Изредка она моргала, но гораздо реже, чем нормальные люди. Она все таращилась и таращилась на Гарри, который сел напротив и теперь жалел об этом.       — Хорошо провела лето, Полумна? — спросила Джинни.       — Да, — потусторонним голосом ответила Полумна, не сводя глаз с Гарри. — Да, очень даже неплохо. А ты — Гарри Поттер, — добавила она.       — Я и сам об этом догадываюсь, — сказал Гарри.       Невилл хихикнул. Полумна перевела на него бледные глаза.       — А кто ты такой, я не знаю.       — Я никто, — быстро сказал Невилл.       — Неправда, — резко вмешалась Джинни. — Невилл Долгопупс — Полумна Лавгуд. Полумна на одном курсе со мной, но в Когтевране.       — Ума палата дороже злата, — сказала Полумна чуть нараспев. Подняв перевернутый журнал так высоко, что ее лица не стало видно, она замолчала.       - Она на Когтевране, значит умная?! – спросил Питер, неуверенно.       - Все гении немного сумасшедшие! – улыбнулась Лили.       (Невилл решил показать ребятам новое растение, которое ему подарили. Оказалось, что Мимбулус мимблетония отлично умеет за себя постоять, оно обрызгало всех вонючей зеленой жижей.)       В этот самый момент дверь купе отодвинулась.       — О... здравствуй, Гарри, — раздался взволнованный голос. — Я... не вовремя?       Свободной от Тревора рукой Гарри протер очки. Все еще улыбаясь, в двери стояла очень хорошенькая девочка с длинными блестящими черными волосами. Это была Чжоу Чанг — ловец из команды Когтеврана по квиддичу.       — Э... здравствуй, — бесцветным тоном сказал Гарри.       — М-м... — выдавила из себя Чжоу. — Я просто заглянула поздороваться... Всего хорошего... Изрядно покрасневшая, она захлопнула дверь. Гарри откинулся на спинку сиденья и издал стон. Он предпочел бы, чтобы Чжоу увидела его в центре великолепной компании, хохочущей до упаду от шутки, которую он только что отмочил. Вместо этого она увидела его с Невиллом Долгопупсом и Полумной Лавгуд, с жабой в руках и со Смердящим соком на лице и груди.       - Да уж подстава знатная! – хмыкнул Сириус.       - А что, Невилл уже считается неподходящей компанией? – нахмурилась Лили.       - Весь в папашу! – зло выплюнул Снейп. – Хочет выпендриться перед девчонкой и казаться куда круче, чем есть на самом деле!       - Девочкам нравятся крутые парни! – сказал Джеймс, зло сверкнув на Снейпа глазами.       - Девочкам нравятся нормальные парни, - припечатала Лили, - но ты прав, недалеким курицам, коих большинство, нравятся такие как ты! К счастью я не считаю себя такой и поэтому мне очень жаль, что он так подумал о Невилле.       - Чжоу Чанг учится на Когтевране, - заметил Ремус, улыбнувшись, - думаю она тоже не является недалекой курицей.       Ребята рассмеялись, Ремус немного разрядил обстановку.       Рон и Гермиона явились только через час.       — У пятикурсников на каждом факультете по двое старост, — сообщила, садясь, Гермиона. Вид у нее был страшно недовольный. — Мальчик и девочка. — Угадай теперь, кто староста Слизерина, — сказал Рон, не открывая глаз. — Малфой, — мгновенно отозвался Гарри, не сомневаясь, что оправдается худшее из его опасений. — Разумеется, — с горечью подтвердил Рон, запихивая в рот остаток лягушки и беря следующую. — И эта жуткая корова Пэнси Паркинсон, — язвительно скаала Гермиона. — Какая из нее староста, если она толстая и медлительная, как тролль, которому дали по башке... — А кто у Пуффендуя? — спросил Гарри. — Эрни Макмиллан и Ханна Аббот, — хрипло ответил Рон. — А у Когтеврана — Энтони Голдстейн и Падма Патил, — сказала Гермиона.       — Ты ходил с Падмой Патил на Святочный бал, — произнес чей-то голос.       Все повернулись к Полумне Лавгуд, которая, не мигая, смотрела на Рона поверх своего «Придиры». Он проглотил шоколад, который был у него во рту.       — Да, я знаю, что ходил, — сказал он с легким удивлением.       — Ей не очень понравилось, — поведала ему Полумна. — Она говорит, ты неважно с ней обошелся. Не стал с ней танцевать. Хотя для меня это было бы даже лучше, — добавила она глубокомысленно. — Не люблю танцы.       И она опять спряталась за журналом. Рон несколько секунд с отвисшей челюстью пялился на обложку, потом повернулся к Джинни, надеясь на какое-нибудь объяснение, но та, чтобы не расхохотаться, засунула в рот костяшки пальцев.       - Эм, - Сириус тоже подвис немного.       - Ты,наверное, сейчас выглядишь, как Рон, - рассмеялся Джеймс.       - Но она,правда, взрывает мозг, - встряхнул головой Сириус.       - Зато с ней не соскучишься, - продолжал веселиться Поттер.       - Да уж… Не даром в ее честь главу назвали.       (Оказалось, что старостам можно наказывать нарушителей и Рон в красках рассказывал, как бы он наказал Кребба и Гойла. Все рассмеялись, но больше всех веселилась Полумна.)       Все смотрели на смеющуюся Полумну, но Гарри, бросив взгляд на упавший журнал, заметил нечто такое, из-за чего не поленился наклониться за ним. Когда Полумна читала его перевернутым, трудно было разобрать, что изображено на обложке, но теперь Гарри понял: там красовалась не слишком умело выполненная карикатура на Корнелиуса Фаджа. Его можно было узнать только по светло-зеленому котелку. Одной рукой Фадж сжимал мешок с золотом, другой душил гоблина. Подпись гласила: Как далеко зайдет Фадж в стремлении присвоить банк «Гринготтс»? Чуть ниже — краткое содержание других статей в этом номере: Коррупция в Лиге квиддича: какими методами «Торнадос» берет верх? Раскрываются тайны древних рун. Сириус Блэк злодей или жертва?       — Можно взглянуть? — спросил Полумну заинтригованный Гарри. Она кивнула, по-прежнему глядя на Рона и давясь от хохота.       (Гарри прочитал статью про Сириуса и подумал, что это какая-то шутка, он прочитал также статью про Фаджа, а также, мельком, несколько других и понял, что это все чушь.)       — Что-нибудь интересное? — спросил Рон, когда Гарри закрыл журнал.       — Разумеется, ровно ничего, — язвительно сказала Гермиона, прежде чем Гарри успел ответить. — Всем известно, что этот журнал — макулатура.       — Прошу прощения, — вмешалась Полумна, чей голос вдруг перестал быть потусторонним. — Его редактор — мой отец.       - Вот так казус! – рассмеялся Блэк. – Теперь понятно, почему она немного того, у нее и отец тоже не совсем этого!       - Обидели девочку, - вздохнула Лили.       - Никто не знал, что это журнал ее отца, - сказал Джеймс.       В этот момент дверь купе открылась в третий раз. Гарри повернул голову. Он, конечно, этого ожидал; и все равно увидеть ухмыляющееся лицо Драко Малфоя между физиономиями его дружков Крэбба и Гойла — приятного мало.       — В чем дело? — недружелюбно спросил Гарри, не успел Малфой открыть рот.       — Повежливей, Поттер, иначе будешь наказан, — проговорил, растягивая слова, Малфой, чьи прилизанные светлые волосы и острый подбородок были точной копией отцовских. — Видишь ли, меня, в отличие от тебя, назначили старостой, и поэтому я, в отличие от тебя, имею право наказывать провинившихся.       — Может, и так, — отозвался Гарри, — но ты, в отличие от меня, гадина, поэтому вали отсюда и оставь нас в покое. Рон, Гермиона, Джинни и Невилл засмеялись. Малфой скривил губы.       — А скажи-ка мне, Поттер, каково это — быть на втором месте после Уизли? — спросил он.       — Заткнись, Малфой! — резко сказала ему Гермиона.       — Кажется, я затронул больное место, — язвительно усмехнулся Малфой. — Ты смотри у меня, Поттер! Я как пес, как пес буду вынюхивать, где ты что сделаешь не так.       — Пошел вон! — крикнула Гермиона, вскакивая. Хихикнув, Малфой бросил напоследок на Гарри зловредный взгляд и удалился в сопровождении неуклюже топающих Крэбба и Гойла. Гермиона со стуком захлопнула за ними дверь купе и повернулась к Гарри, который мигом понял, что она, как и он, увидела в словах Малфоя скрытый смысл и очень обеспокоена.       — Кинь-ка нам еще по лягушке, — сказал Рон. Он явно ничего не почувствовал. При Невилле и Полумне Гарри не мог свободно говорить. Еще раз обменявшись с Гермионой встревоженными взглядами, он стал смотреть в окно. До этой минуты он думал, что Сириус, отправившись на вокзал его провожать, всех позабавил, и только. И вдруг вылазка крестного отца представилась ему неосторожным, рискованным поступком... Гермиона была права... Не надо было Сириусу приходить. Что, если мистер Малфой заметил черного пса и сказал Драко? Что, если он сообразил: муж и жена Уизли, Люпин, Тонкс и Грюм знают, где Сириус прячется? Или все же то, что Малфой употребил слово «пес», — случайное совпадение?       - Гаденыш, вечно все портит! – выплюнул Сириус, зло. – Будет теперь пользоваться положением.       - Также, как и Рон! Но неужели они и правда знают про Сириуса?! - обеспокоилась Лили.       - Будем надеяться, что нет, - вздохнул Ремус.       (Наконец поезд прибыл, и ребята вышли из вагона. Почему-то первокурсников встречал не Хагрид, а профессор Граббли-Дерг, которая замещала его однажды.)       Гарри огляделся в поисках Рона и Гермионы, желая спросить у них, что они думают о новом появлении профессора Граббли-Дерг, но их рядом не было, так что он просто дал потоку вынести себя на обочину темной, мокрой от дождя дороги, которая шла мимо станции Хогсмид. На ней стояло около сотни безлошадных карет, которые всегда возили в замок учеников начиная со второго курса. Гарри повернулся было, чтобы найти наконец Рона и Гермиону, но тут же вновь перевел взгляд на кареты. Сегодня они не были безлошадными. Между оглоблями стояли существа, которых Гарри, если бы потребовалось подобрать для них имя, наверно, назвал бы лошадьми, хотя в них было и нечто от пресмыкающихся. Плоти — ровно никакой, только черная шкура, облегающая скелет, видимый до мельчайшей косточки. Головы как у драконов. Глаза белые, без зрачков, широко открытые. И вдобавок большие, растущие из холки черные кожистые крылья — ни дать ни взять крылья гигантских летучих мышей. Странно, зловеще выглядели во мраке эти существа, которые стояли совершенно неподвижно и беззвучно. Гарри не понимал, зачем вдруг понадобились эти жуткие лошади, — ведь кареты прекрасно могут двигаться сами.       - А что наши кареты возят фестралы? – удивился Сириус.       - Видимо да! – удивился Джеймс. – Никогда не задавался этим вопросом.       - Правильно, вам бы только шуточки шутить над всеми! – сказал Северус.       - А ты знал что ли? – спросил Блэк, раздраженно.       - Мне было интересно, от какого заклятья кареты едут сами, вот и выяснил! – ответил слизеринец, с толикой превосходства в голосе. – Их видят только те, кто видел смерть.       - Поэтому Гарри вдруг стал их видеть! – воскликнула Лили. – Седрик же умер на его глазах!       - А мы к счастью еще смертей не видели, - сказал Люпин.       - В Орден вступим – насмотримся, - проговорил Джеймс.       (Гарри, наконец, нашел друзей. Но выяснилось, что ни про Хагрида, ни про лошадей никто ничего не знает. А лошадей вообще никто не видит.)       — Не волнуйся, — произнес вдруг призрачный голос, когда Рон исчез в темной карете. — Ты не сходишь с ума, ничего такого. Я тоже их вижу.       — Видишь? — в страшном волнении переспросил Гарри, поворачиваясь к Полумне. В ее больших серебристых глазах он увидел отражения крылатых коней.       — Да, — сказала Полумна. — Вижу всякий раз, как сюда приезжаю. Они всегда везут эти кареты. Так что не беспокойся. Ты не больший псих, чем я.       Она слабо улыбнулась и забралась вслед за Роном в затхлый кузов экипажа. Не успокоившись до конца, Гарри полез туда же.       - Конечно, не успокоился! – хохотнул Сириус. – Ее же полоумной считают! Сейчас подумает, что тоже сошел с ума!       - Не смешно! – сказала Лили, строго. – Возможно, что-то случилось в их семье, из-за чего она стала такой! Тем более раз она видит фестралов!       - Конец? – спросил Снейп.       - Да, - ответила Лили, - хорошо, что впереди выходные, побольше прочитаем.       - Только выходные нам и помогают немного быстрее читать книги, - вздохнул Ремус. – Времени совершенно не хватает.       - Меньше для гадостей – больше для дела! – сказала девушка.