Все дороги ведут домой

      Можно было бы назвать его коллажистом; генератором подборок случайных кадров. В своём роде это было искусство — точно так же, как искусством является строение снежинки или танец атомов в куске железа, или совершенный изгиб набегающей на берег волны.       Сила выхватывать картинки из самых разных источников — заблудших мыслей, снов, потайных уголков памяти — перемешивать их и транслировать обратно. Имело ли это смысл в том значении, в каком мы обычно применяем это слово к мыслящим существам? Вряд ли.       Больше всего это напоминало силу, которая заставляет грибницу расти по кругу, а птиц, выстроившись косяком, лететь на юг.       

__________________

             Холодная вода сделала своё дело: Карлу стало лучше. Рольф стащил с него одежду, заставил забраться в ванну и теперь поливал из душевой лейки; Карл, дрожа всем телом, уже сомневался, что имеет дело именно с Рольфом, а не с каким-нибудь средневековым инквизитором. Он моргнул. На месте Рольфа — в футболке Stardog Champ и чёрных шортах — стоял другой Рольф, в кожаном фартуке и необычной шапочке. И он совершенно точно собирался Карла убить — не из ненависти. Из любви. Из чувства долга перед Богом и церковью… Затем вода стала теплее — инквизиция сменила гнев на милость. Рольф снова стал Рольфом образца 1990-го года.       — Ч-ч-что потом? Же-е-лез-з-з-з-ная д-д-дева? — стуча зубами смог, наконец, выговорить Карл.       — Ага. Испанский сапожок.       Карл сидел в ванне, скукожившись, обхватив колени руками; его трясло. На ум пришёл тот далёкий, тысячи лет назад, день, когда он пришёл к Лэнсу из тумана.       — Рольф, хватит! Мне нормально уже… хватит, Рольфи! Что за пытки водой…       Рольф завернул краны. Присел рядом, опираясь о бортик. Протянул руку, убрал налипшие на лицо мокрые волосы, заглянул в глаза.       — Всё о’кей?       — Хрен всё о’кей, я только что блевал и галлюцинировал, а теперь сижу голый в ванне. Тебя кто учил так в чувство приводить?       Рольф слабо улыбнулся, пожал плечами:       — Импровизация. Но сработало же?       — Сработает ещё лучше, если дашь мне полотенце.       Рольф медленно поднялся.       — Вот. Бери. Погоди, не вставай резко. Дай помогу…       Карл, стараясь не потерять равновесия, встал на ноги. Какая-то особая ступень интимности — быть совершенно обнажённым перед лицом друга. Рольф и не думал отворачиваться. Даже не попытался сделать вид, что не заинтересован — как тогда. Эоны назад. Все эти шутки про серфинг и холодную воду. Он накинул большое полотенце на плечи Карла, быстро запахнул его, и, помедлив мгновение, решительно обнял товарища, сжав изо всех сил.       — Эй! — вскрикнул Карл. И понял, что на лицо лезет улыбка.       — «Железная дева», вариант от Роллинза… — Рольф приподнял Карла.       — Тебе надо срочно переквали… лифицироваться в отчаянного папашу… отпускай, сам выберусь…       Держась за Рольфа, он выбрался из ванны.       — Погоди… — Рольф снова прижал его к себе. И Карл подумал, что мог бы так стоять вечно.       — Мы никуда не пойдём? — уткнувшись в плечо друга, промурчал он, ощутив, как голос завибрировал где-то в горле.       — Никуда. Зачем? — Рольф, кажется, не собирался его отпускать, и только слегка изменял положение обнимающих рук.       — Могли бы принять ванну вместе, — пробормотал Карл, ощущая себя лёгким, маленьким и глупым.       — Я же тебе предлагал, а ты не захотел.       — Это всё Стэн…       Сквозняк ворвался из коридора. Кожа покрылась мурашками. Кто-то третий смотрел на них — извне. Карл обернулся. Неясное пятно мелькнуло в зеркале, но, может быть, это был остаток утренних глюков.       — Шшш, — прошептал Рольф, привлекая Карла к себе.       — Я не хочу возвращаться в комнату…— «Мне пять лет. Чёрт, мне снова пять лет…»       Рольф погладил Карла по мокрым волосам, улыбнувшись, натянул на них край полотенца и принялся сушить.       — Ну вот что ты творишь… — Карл больше не чувствовал себя маленьким. Он чувствовал себя старым и усталым. Прожитые жизни наваливались на плечи своим грузом.       — Не знаю, — тихо ответил Рольф и, наклонившись, поцеловал Карла в губы. Помнит ли Рольф, сколько раз они уже встречались? Сколько раз убивали друг друга?       — Мм, я же только что блевал…       — Плевать, — голос у Рольфа дрогнул. — Мне плевать, что это было… что случилось, я просто… хотел тебя поцеловать.       Карл замер. Пристальное внимание. Не дружелюбное, как прежде, но — словно бы оценивающее. Ревнивое?.. Губы Рольфа прикасались к его губам, объятия сжимались всё крепче, как будто он боялся, что без этого Карл упадёт.       «К чёрту, — Карл быстро чмокнул Рольфа в ответ. — Почему я веду себя как малолетняя школьница?» Ему не нравилось это внимание. Это внимание было неприятным.       — Рольф, уйдём отсюда. Только не в комнату. Только не на тот чёртов матрас…       — Почему? — Рольф слегка отстранился, внимательно посмотрел в глаза. — Ах, точно… там же ещё убрать надо…       Карла передёрнуло.       — Может, я сам?..       — Ничего ты не «сам»… это или я повар хреновый или… не знаю… Стэн тебе ничего не давал?       — Нет.       — С него бы сталось… — Рольф снова стиснул Карла. — Чёрт, я знаю, что это глупо. Веду себя как идиот… не хочу тебя отпускать. Как будто если я отпущу, то ты исчезнешь. Не хочу терять тебя, Карл. Не хочу.       — Ты меня не потеряешь, обещаю, — улыбнулся Карл. — Просто давай уже переберёмся куда-нибудь и… есть хочется, если честно.       Рольф расхохотался в голос.       — С тобой только продукты переводить. Без обид. Идём! — он безо всякого предупреждения подхватил Карла на руки и вынес его из ванной.              В коридоре Карл всё же отбился.       Они смеялись, боролись в шутку, заполняя своими голосами пустоту коридора, распугивая светлые пока что тени. Карл знал, что это ненадолго. В его голове словно тикали часы, отсчитывающие время. Рука, сжимающая секундомер, готовая опуститься на кнопку «стоп», уже виделась где-то. Огромная рука за облаками.              

***

             В комнате с Ганешей Рольф, превозмогая отвращение (хотя, в общем, не в первый уже раз) убрал неприятную лужицу, бывшую ещё совсем недавно оладьями и чёрным кофе. Почему подобные вещи происходят именно тогда, когда ты — чистый после ванны? Выкинул комок газет в мусорное ведро, вымыл руки, захватил карлов рюкзак и отнёс его в гостиную. Карл, до сих пор в полотенце, вышел из кухни.       — Вот, твои вещи.       — Спасибо!       — Хотя я бы предпочёл видеть тебя без них.       Карл настороженно обернулся.       — Это ты так говоришь или просто…       — Это я так говорю, — оборвал его Рольф. — Никаких привидений и демонов. Мои слова, я отвечаю. Ладно, забей. Ты мне обещал какую-то жуткую историю.       — Ах. Да. — Карл помрачнел, рассеянно перебирая немногочисленную одежду. Наконец, выудил обрезанные джинсы и натянул их прямо на голое тело. Вместе с джинсами выпал и раскрылся бумажник. Полароидная карточка с девушкой в джинсовке отлетела на добрый метр. Рольф быстро поднял её.       — Твоя девушка? Ты, вроде, что-то…       — Это Клэр, — спокойно сказал Карл, забирая фотографию. — Мы с ней встречались. Познакомились в восемьдесят седьмом. Но по-настоящему начали встречаться только в прошлом году. Она умерла. В конце декабря. Передозировка. Я знал, что она временами… но не думал… меня не было рядом, когда… — Карл уставился в пространство. Он ровным голосом произносил свои откровения, в то время как пальцы крутили и мяли карточку независимо от слов — и, наконец, разорвали картонную рамку, как раз на месте «ХХХ». Словно очнувшись, Карл с удивлением посмотрел на дело своих рук. А потом яростно смял фотографию и отбросил её в угол. — Я хотел сбежать от всего этого. Постоянно видел её во сне. Потом переехал сюда — эти сны прекратились…       — Чёрт…       — Обычная реакция труса…       — Ты не трус!       — Да ну, — усмехнулся Карл. Потом поднял голову и посмотрел Рольфу прямо в глаза. — Если я не трус, то почему продолжаю бежать? Я ведь собирался уже всё бросить, вернуться в Сан-Диего… испугался первых же трудностей…       — Но ты ведь не уехал…       — Я серьёзно собирался. Бросить Rubber Jam. Тебя. Рольф, ты обо мне слишком хорошо думаешь… — Карл нахмурился, тряхнул волосами. — Если я не трус…то какого чёрта лысого я позволил этому Рэйвенвуду забрать Стэна? Почему поверил ему?..       — Что? Забрать? Погоди. Давай с самого начала.       Они опустились на голый пол, друг напротив друга.              

***

             — Я думал, это я здесь главный параноик. — Рольф попробовал улыбнуться, но вышло неубедительно.       — Не знаю... — Карл опустил голову, длинные волосы скрыли лицо. Потом между прядями блеснул синий глаз: — Или мы оба летим с катушек, или всё это реально.       — А какие доказательства?       — Стэна-то нет.       — Может быть, я просто не заметил, как он ушёл…       — С тобой то же самое было у меня. Когда ты исчезал, и я думал, что ты ушёл. А потом ты оказывался… на кухне…       — Или сам находил тебя на чердаке. Наверное, ты прав…       — К тому же, я… понимаешь, я знаю, что Стэн здесь. Чувствую это…       — Я же говорил, ты у нас главный Дэнни-бой из «Сияния»…       — …и что кроме Стэна… — Карла пробрала дрожь. — Здесь ещё полно… других.       — Джимми?..       — Джимми… ох, чёрт… это же я его видел… — желудок дёрнулся, Карл обхватил себя руками. — Рольф, я видел Джимми. Перед тем, как потерять сознание… мы с ним, чёрт… он был трупом…       — Ты поэтому блевал?       — Ага...        — Да уж… чисто Кубрик…       — Не смешно.       — Я не говорю, что смешно… слушай, Карл. А может такое быть, что это именно дом так влияет на… ну, на то, что мы тут все… — Рольф понизил голос: — На секс?.. Потому что…       — Я поэтому и спрашивал тебя, твои ли это слова…       — Чёрт… Если так подумать, то я не знаю.       — А сам-то что чувствуешь? — Карлу вдруг стало не интересно. Как в тот первый вечер с Рольфом. Досужие домыслы, интеллектуальные построения, которые не объясняют ровным счётом ничего. Игра гормонов. Длительное одиночество и воздержание… Рольф задумался. Прикусил губу. А потом потянулся к Карлу и поцеловал его в щёку:       — Вот что я чувствую, — сказал он тихо.       — А я чувствую то же самое… и даже больше того, но безо всякого дома. — Карл опустил голову, вновь ощущая приливающую к щекам кровь. Рольф придвинулся ближе и обнял его. — Тяжко, наверное, иметь такого друга…       — Ты сегодня бредишь весь день. — Рольф ткнулся лбом в висок. — Ты мой лучший друг, Карл. И я за тебя готов… не знаю… что угодно… скажешь не выходить — будем сидеть тут… скажешь молчать — будем молчать… и не вернёмся в ту комнату, если скажешь… будем жить здесь… тут полно места… ты потрясающий, правда. Я не думал, не надеялся встретить кого-то такого, как ты.       — Я люблю тебя, — прошептал Карл тихо-тихо.       — Я тоже, — улыбнулся Рольф смущённо. Карл, чувствуя, что сердце вот-вот выскочит из груди, слегка повернулся и поцеловал Рольфа в губы. И это был Рольф. Только Рольф на этот раз. Продолжая целоваться — всё более страстно с каждым уходящим мгновением — они, в конце концов, повалились на пол, на жёсткий деревянный пол, Рольф снизу, Карл сверху.       — Оуууу! — взвыл Рольф, а Карл расхохотался:       — «Мужчины пожёстче»!       Они одновременно замолчали и посмотрели друг другу в глаза. Океан и электричество.       — Ты хочешь мне… ты можешь…        — Нет. — Карл, кажется, понял, что Рольф имеет в виду. Помотал головой — длинные волосы, растрепавшись, отгородили их от всего остального мира — лизнул Рольфа в губы. — Я хочу тебя всего, — прорычал он, ощущая, что голос исходит словно откуда-то из живота.       — Чёрт…       — Что такое? — Карл чувствовал себя уверенным и опасным. И чувствовал под собой рольфовский стояк.       — Мне кажется, на нас смотрят.       — Плевать, — прошептал Карл в самые губы, едва понимая, что сказал Рольф. — Я… хочу… любить тебя… — чередуя слова с поцелуями выдохнул он. — И я… хочу… тебя… всего… я хочу… я не могу больше…       Кажется, ему могло хватить одного только этого — лежать на Рольфе сверху, целовать его и чувствовать трение сквозь одежду. Карл едва сдерживался, чтобы не спустить себе прямо в шорты. С Рольфом было слишком хорошо. Намного лучше, чем даже в мечтах, где всё происходило как-то по-другому. По крайней мере, деревянного пола там точно не было. Одна часть Карла — звериная, едва подчиняющаяся головному мозгу — требовала «здесь и сейчас», другая — неубедительно вопила об изнасиловании и настаивала на согласии партнёра. Карл зажмурился, пытаясь собрать себя в кучу.       — Давай, — сказал, наконец, Рольф.       — Ты согласен? — Камень упал с плеч. Карл открыл глаза. Вот они — всполохи молний, близко-близко.       — Да.       — Чёрт, — Карл не знал, смеяться ему или плакать.       — Что такое? — улыбнулся Рольф.       — Презервативы кончились. У меня.       — Пойдём наверх. У меня ещё оставались. И там не так… жёстко…       В эту минуту все страхи вылетели из головы, и Карл кивнул. Если бы только можно было перенестись в спальню по волшебству… Но пришлось встать и помочь подняться Рольфу. Карл потянул его за собой, и они помчались наверх. Вслед за ними, пропадая в тех местах, где было больше света и становясь видимым там, где были тени, устремился туманный силуэт.              Они вбежали в комнату, и Карл, ещё не поняв, что происходит, резко остановился. Рольф со смехом налетел на него.       — Что та…       — Шшшш! — Карл сжал ладонь Рольфа в своей. — Погоди…       Он внимательно огляделся.       Что-то было не так, что-то менялось вокруг, как будто таинственный часовщик подкручивал часы. Карл глубоко вдохнул. И совершенно ясно почувствовал присутствие. Возбуждение спадало. Очень медленно он сел на матрас.       — Кажется… кажется, Рольф, ты был прав. На нас смотрят.       — Ни минуты интимности? — Рольф рассмеялся нервно, опустился рядом, покачивая головой. И вдруг закричал:       — К чёрту! Оставьте нас! Два параноика, — добавил он уже более спокойно. — Это Джимми? Стэн? Этот… Рэйвенвуд?..       Карл невесело улыбнулся:       — Сдаётся мне, пока мы здесь… мы никогда не будем одни.       — Неделю, ты сказал? — после паузы переспросил Рольф. Карл кивнул. — Неделю здесь? Вдвоём? Не шуметь? И даже сексом не заняться?.. А не пошли они все лесом…       — Ммм?       — Да насрать мне! — снова выкрикнул Рольф в пространство. Потом обернулся к Карлу, глаза мечут молнии:       — Или ты прямо сейчас меня трахаешь, или я…       — Что? — улыбнулся Карл, уже веселее. — Мне нравится эта постановка вопроса…       Рольф, так и не закончив фразу, схватил Карла за плечи и, притянув к себе, поцеловал так отчаянно, как будто от этого зависела его жизнь.