Жизнь под залог

      — Подъем! — крикнул мужчина, а еще через секунду Елизавету окатили ледяной водой из ведра. Взвизгнув, девушка вскочила на ноги и выругалась. День был в самом разгаре. Быстро пробежавшись взглядом по местности, брюнетка поняла, что события минувшего дня — не сон, это явь. По телу пробежали предательские мурашки, и отнюдь не от холодной жидкости, которой ее облили, а от страха, зарождавшегося глубоко внутри. Все-таки инстинкт самосохранения — страшная сила. Руки и ноги уже не были связаны. Видимо, похитители не боялись, что кто-то постарается сбежать, и через мгновение Вета поняла — почему. Пока Романова продумывала план побега и была погружена в свои мысли, одна из девушек, незаметно начала пятиться назад и, выждав момент, когда все отвлекутся, развернулась и рванула куда глаза глядят.       — Остановись! Немедленно! — раздался голос рядом с Елизаветой. Молодой человек говорил на английском, как и все те, кто обращался к ней до этого.       — Тебе все равно не убежать! Последнее предупреждение — и если ты не одумаешься, то будет открыт огонь на поражение! Один… — добавил он.       «Что? Он явно шутит», — удивилась брюнетка и решила, что ей послышалось. Но как только мужчина досчитал до трех, раздался оглушительный выстрел, а через долю секунды пуля достигла цели. Бежавшая блондинка рухнула на землю и больше не вставала. Рядом послышались визги, крики, практически все подскочили со своих мест и захотели куда-либо бежать, но их остановил предупреждающий выстрел в воздух.       — Заткнулись все! — рявкнул похититель чужих жизней.       — Если еще одно слово, звук, писк с вашей стороны, а тем более — попытка бегства, то отправитесь за ней, — договорив, он брезгливо указал на труп, который оттаскивали куда-то в сторону.       После того, как началась паника, Вета рухнула на колени и закрыла рот руками. Она была душевно обессилена: вначале этот сон, затем — смерть. Да, Романова не знала ту бедняжку, но от этого не становилось легче. По ее щекам покатились разгоряченные слезы. Была ли она слаба? Нет, в жизни девушка редко давала волю эмоциям. Тогда в чем же дело? А как бы Вы чувствовали себя, оказавшись далеко от дома, да и еще в том месте, где происходят такие беспорядки?! Так же и брюнетка не понимала, как можно забирать чужую жизнь? Душу? Разве тот человек — Бог, чтобы распоряжаться чьей-то судьбой? Мы все смертны, у каждого свое предназначение, каждый уйдет в положенный ему срок, это Елизавета знала, как «Отче Наш». Разве время для той блондинки пришло? Нет, она не заслужила этого, тем более такой кончины.       — Всем встать! — вернувшись, скомандовал убийца.       Рывком все поднялись и стали ждать продолжения. Вета быстро вытерла слезы, чтобы никто не видел ее душевных переживаний, и встала с остальными. Все были так заняты спасением собственных шкур, что никто и не обращал внимания на других, близстоящих людей.       — Когда вы все отошли от снотворного, позвольте представиться и объяснить для чего вы тут. Я Эйдан, фамилию Вам знать не обязательно. Сюда вы прибыли для определенной миссии, заключающейся в выживании. Убей или будь убитым, — увидев недоумение на лицах подростков, которые стали переглядываться, пытаясь понять, серьезно ли он, похититель довольно улыбнулся. — Но не все сразу. Для начала вас обучат драться, держать оружие в руках и пользоваться им. Ваши учителя дадут вам все! Остальное зависит только от вас: сильный победит и выживет, а слабый — умрет.       Никто из ребят не вымолвил ни слова, каждый пытался переработать полученную информацию, понять, что происходит. Многие из них надеялись, что это шутка или страшный сон, но, к сожалению, это не было ни тем, ни другим.       — Подготовка будет длиться не один месяц. Первый бой будет проходить на арене, предположительно должно было быть шесть пар, но так как блондиночка пыталась бежать, — фыркнул убийца, видимо, вспомнив о погибшей. — Теперь кому-то из вас не хватает пары, но я не расстраиваюсь: неизвестно, все ли продержатся до первого боя.       В его голосе не было ни капли сострадания, будто речь шла о погоде или других обычных вещах. Ему было плевать на подростков, на то, что они испытывают. Он даже не удосужился сбавить темп, когда бегло произносил фразы на английском. Эйдан, конечно же, понимал, что здесь не все знают чужой язык, а идеально так вообще единицы, но это была не его проблема.       — Так вот, потом пары выйдут на арену и будут биться до последней капли крови. Никому мы жизнь не подарим, слабаки нам не нужны. Потом останется четыре человека, может, пять, и последний бой будет с вашими учителями. Если продержитесь на арене больше пятнадцати минут, останетесь живы, а если нет — сами понимаете… В конечном итоге кто выживет, а кто умрет — я не знаю. Повторяю, все зависит только от вас.       Закончив свою тираду с довольной улыбкой Чеширского кота, мужчина окинул ребят взглядом в последний раз и развернулся, бросив на прощание лишь:       — Инструкторы поделят вас и объяснят, что к чему. Завтра будет первая тренировка. Удачи. Хотя… знаете, что? К черту.       Романова слушала этого отвратительного человека с замиранием сердца, а через мгновение заговорили другие.       — Ты! — указал на нее парень лет двадцати пяти — двадцати восьми. Медлить девушка не стала и подошла к молодому человеку. Встав рядом, она стала ждать, что же будет дальше. После, незнакомец указал еще на нескольких ребят, и у них получилась своего рода команда. В двух группах было по четыре человека, а в одной только три.       — Так, сейчас я покажу вам ваш новый дом, оглашу кратко правила, хотя… Эйдан все вроде бы объяснил, а разжевывать я не намерен, даже не надейтесь. Расскажу о расписании, о наказаниях, в общем, обо всем остальном, и оставлю вас. В первый день мы вам дадим оклематься после снотворного, а потом обучение — и только оно. Вы сюда не отдыхать приехали, — подытожил он.       «Ученики» спорить не стали и отправились вслед за ним. Пришли они к бунгало средних размеров. Войдя внутрь, Елизавета заметила, что этот домик состоял из двух комнат, а в помещение было четыре кровати, столько же тумбочек, огромный шкаф, ширма, за которой можно переодеться, и даже зеркало. Второй комнатой, скорее всего, был туалет. Честно? Девушка не ожидала, что здесь будет настолько уютно. Из окон просачивался солнечный свет, который скользил по мебели и лицам людей. Если бы они не были заложниками, и их не использовали в своих корыстных целях, Вета была бы не против отдохнуть в таком райском месте. Ее мысли прервал их куратор.       — Так, — протянул он, — это ваш дом на ближайшее время. А теперь, кратко о главном: меня зовут Адам Чендлер, и я — спасательный круг, который даст все, чтобы вы смогли выжить. Начнем? Подъем будет в шесть утра, минут тридцать на сборы: так много времени, потому что ванная одна, а вас — четверо. Тренировки будут целый день. Легкая разминка, зарядка, которая длится всего минут пятнадцать от силы, затем стрельба из лука и пистолета. Перерыв в девять на завтрак, тридцать минут едите, потом небольшой отдых, проводите это время или на территории нашего лагеря, — последнее слово настолько сильно резануло слух Романовой, что та чуть не выдержала и не наговорила лишнего, но вовремя вспомнила, где находится, а главное — с кем, — Или в бунгало. Так вот, потом обучение боевым искусствам. Затем фехтование, обед, сон, подъем, полдник. Вечерняя пробежка, ужин, отбой. Свободного времени у вас не будет: час-два от силы, да и поверьте, первое время, Вы будете настолько уставшими, что о своих делах и думать не станете, — закончил парень.       Ребята стояли, как вкопанные. Никто не смел нарушить гробовое молчание, повисшее в комнате.       — Всем все понятно? — не выдержал тот, а в ответ подростки лишь кивнули. — Значит так, ваши вещи в шкафу, у каждого отдельная полка, зубные щетки тоже поделите. В общем, разберетесь сами. Только не подеритесь, молю, — наигранно попросил Чендлер.       — А теперь о правилах. Сбежать не получится. Пуля в голову — и отправитесь к праотцам, я серьезно. Это остров, ребятки, бежать некуда. Да и поверьте, от нас не спрячешься, мы отправимся за вами даже в Ад. Значит так, после отбоя никто не должен выходить из своих бунгало. Огрызаться, доказывать свои права даже не думайте, всем плевать. Слушать вас никто не станет, только кинут на пару дней в карцер. Назовем так, но учтите, это хуже тюрьмы. Наказания будут как моральные, так и физические, так что держите свое мнение при себе или засуньте его в одно место. Повторяюсь: здесь не райский уголок, нянчиться никто не будет. Ну, пожалуй, на этом все. Располагайтесь, — закончил брюнет и вышел из их нового места обитания, не попрощавшись.       Прошло минут пять-десять, прежде чем команда очнулась и стала двигаться. Все было как в замедленной съемке, первой пришла в себя Елизавета. Девушка вышла вперед и прочистила горло.       — Ам… Ребят, я понимаю, что сейчас не лучшее время… для знакомства, но мы все в одной лодке. Значит… — Вета запиналась, путалась и говорила не связано. Еще бы, ведь у нее в голове творился такой сумбур. — В общем, я думаю, нам нужно знать имена друг друга и какие-либо сведения, ведь мы действительно застряли тут. Вряд ли это ужасный сон, и через пять минут мы очнемся, — наконец-таки Романова собралась с мыслями и сказала все, как есть.       — Александра Третьякова, — представилась девушка ее возраста и сделала шаг вперед. — Сейчас обитаю в Украине, родилась в России, переехала в возрасте двух лет. Мне семнадцать лет, вроде бы все, — пожала плечами она и села на кровать, опустив голову так, что кудряшки закрывали ее детское, но милое личико.       — Я — Лукас Мюллер, родом из Германии, мне девятнадцать лет, — начал близстоящий парень и тут же закончил, разведя руки в стороны.       — Меня зовут Елизавета Романова, я русская, скоро стукнет восемнадцать. Но не думаю, что тут мы будем отмечать мое совершеннолетние, — горько улыбнувшись, представилась Вета.       — Закончу нашу маленькую эстафету, пожалуй, я, — усмехнулся четвертый из них. — Зовут меня Кристофер Уэйнрайт, и мне двадцать один. Похоже, я тут самый старший. Родом из США, а именно — Нью-Йорка, конец.       Когда парень закончил, брюнетка решила повнимательнее рассмотреть своих соседей. Троица будто не замечала ее, каждый вновь был занят своими размышлениями. Александра, была очень хорошенькой, рост ее едва ли превышал метр шестьдесят. Ее волосы были чуть ниже груди, а цвет глаз напоминал оттенок неба. Голубые и добрые, они будто смотрели прямо в душу. Лукас Мюллер был тоже невысок, худощав. Его внешность отталкивала, нежели притягивала. И последний персонаж — Кристофер Уэйнрайт. Отличное телосложение, голливудская улыбка во все тридцать два зуба, рост около метр девяносто… Благодаря выше перечисленному, он напоминал мальчика, сошедшего с обложки журнала. Видок у всех был не из лучших, каждый был помят, а глаза выдавали ужасную усталость, боль, страх, ужас, переживания, доброту и надежду. Во взгляде каждого можно было увидеть целую гамму чувств и даже борьбу с самим собой.       Остаток вечера никто не проронил ни слова, даже кровати заняли чисто по инерции и безо всяких дележек, всем было не до этого. Романова не стала раздеваться, снимать покрывало с постели, а завалилась на свое «ложе» в чем была. И стоило положить голову на подушку, как брюнетка провалилась в мир волшебства и сказок.