Другой герой

      Каникулы для Гарри начались с прополки клумб и стрижки газона. Впрочем, это было не так уж и плохо, так как Поттеру нравилось работать на свежем воздухе. Копаясь в цветнике, он с легкой довольной улыбкой вспоминал, как не позволил дяде запереть его вещи в чулане: он просто напомнил, что вещами, которые были куплены не за счёт семьи Дурслей, Вернон не имеет права распоряжаться, а также добавил, что в случае чего в дом могут нагрянуть волшебники. Последний аргумент, естественно, подействовал лучше первого. — Гарри! — раздался визгливый голос Петунии. Слизеринец нахмурился: тётка звала его по имени только в том случае, когда в дом приходил незнакомец.       Поттер не успел убрать садовый инвентарь, как перед ним появился представительный мужчина лет пятидесяти в сером костюме и с первой проседью в тёмно-каштановых волосах. — Вот он, — поджав губы, произнесла миссис Дурсль, небрежно махнув в сторону племянника, чьи руки были испачканы землёй. — Вы когда поговорите, то дайте мне знать, — она вновь кинула на племянника презрительный взгляд и удалилась. — Добрый день, мистер Поттер, — степенно проговорил гость. Гарри подозрительно на него посмотрел и хрипло спросил. — Простите, мы знакомы? — В какой-то степени, — слегка улыбнулся мужчина. — Я Николас Фламель, — представился он, заметив недоуменный взгляд слизеринца. Поттер несколько удивленно глянул на него. — Вы несколько поражены. Я прав? — Правы, — нехотя проговорил Поттер, подозрительно глядя на человека, который представился именем известного алхимика. — Впрочем, если учесть, что вы изобрели, то удивляться мне не стоило, — уже спокойно проговорил слизеринец и, не боясь показаться бестактным, задал главный для себя вопрос. — Так зачем же вы пришли сюда? — Я хотел вас поблагодарить за то, что вы предупредили меня о том, что Философскому камню может угрожать опасность, — спокойно ответил Фламель, продолжая внимательно изучать собеседника. — Не за что, — пожал плечами Гарри, скрывая смущение. — И что вы хотите получить в качестве награды, мистер Поттер? — вкрадчиво спросил Николас.       Гарри не сумел скрыть своего удивление и широко распахнутыми глазами посмотрел на Николаса: он не ожидал подобного предложения. Но Поттер бы не был слизеринцем, если бы не воспользовался предоставленной возможностью. — Мистер Фламель, мне неудобно вас просить о чём-либо, — медленно проговорил Поттер, тщательно подбирая слова, — но дело в том, что ещё до начала экзаменов директор Дамблдор вызвал меня к себе в кабинет и дал недвусмысленно понять, что за мной наблюдают, и что в случае, если я отправлюсь к кому-то из своих друзей, то… — Гарри многозначительно замолчал.       Фламель нахмурился. Он видел, что мальчик не врёт, и догадывался, что у Альбуса на этого ребёнка были какие-то планы. И причём в эти планы он как-то умудрился вмешать и его, Николаса. — Что же, я помогу вам, мистер Поттер.

***

      Через несколько дней после прихода Фламеля Гарри наблюдал интересную картину: странно одетые люди, которые явно что-то сделали для того, чтобы не обратить на себя внимание маглов, отлавливали любимцев миссис Фигг, которые оказались полукнизллами. Выяснилось, она не имела лицензии на содержание подобных животных. Подобный документ обычно выдавался министерством или прилагался при покупке, но так как женщина являлась сквибом… В общем, кошек изъяли, обязали выплатить штраф и насильно переселили на другой конец Великобритании. Все эти события произошли за два дня. Гарри же, пока соответствующие люди разбирались со старой кошатницей, решил воспользоваться суматохой и встретиться с Ритой Скитер.       Июльское солнце палило нещадно. Но Гарри это не сильно волновало. Он добрался до «Дырявого котла» магловским способом и вошёл паб, где царила страшная духота. Накинув мантию и надвинув капюшон почти до носа, слизеринец подошёл к бармену и спросил у него насчёт журналистки. Тот охотно проводил его в небольшую, несколько ветхую комнатку, и, прежде чем уйти, кинул на слизеринца сочувствующий взгляд. — Добрый день, мистер Поттер, — проговорила одетая в яркую мантию светловолосая женщина с довольно массивной челюстью. — Добрый день, мисс Скитер, — чуть хриплым от волнения голосом произнёс Поттер, усаживаясь в кресло, которое стояло напротив журналистки. — Давайте сразу уточним и обговорим детали. — Хорошо, — настроилась на деловой лад волшебница. — Насколько я помню, в письме мы договорились на сорок галлеонов, — быстро сказала она. Гарри согласно кивнул и добавил. — А также я должен ознакомиться с написанным, прежде чем статья пойдет в печать.       Женщина понятливо кивнула, уже предвкушая сенсацию. — Приступим? — с улыбкой спросила она, доставая блокнот и Прытко-Пишущее перо. Поттер согласно кивнул.       Почти каждый вопрос Риты требовал откровенного ответа, и поэтому Поттеру, не привыкшему к подобному, приходилось пересиливать себя. Скитер, видимо, заметила некоторую нервозность и напряженность собеседника, и потому старалась говорить как можно мягче и непринужденнее. И Гарри был за это ей благодарен. — Так, а теперь ваши воспоминания, — проговорила она, доставая из своей сумочки Омут памяти и небольшой стеклянный флакон. Гарри недоуменно на неё посмотрел. — Ваши воспоминания будут являться доказательством, — пояснила Рита. Слизеринец кивнул. — Что надо делать?

***

      Гарри с нетерпением ждал тридцать первое июля отнюдь не из-за своего дня рождения. Дело в том, что в номере за это число должна была выйти статья Риты Скитер. Правда, это ожидание омрачалось одним событием: к Дурслям должны были прибыть какие-то гости, которых не поставили в известность о том, что в доме проживает два ребенка, а не один.       Утром, в день своего рождения, слизеринец с восхищением прочитал статью Скитер. Как она отвесила пинка и Дамблдору, и Фаджу, и всем, кому только можно! Это же уметь надо! А как эта женщина преподнесла его слова! Поттер был в неописуемом восторге.       А вот магическому сообществу было не до восторгов. Скитер не только отвесила всем знатного пинка, но и предоставила в своей статье доказательства слов Мальчика-Который-Выжил. О! Общественность была в ярости. Дамблдора и Министерство магии стали осаждать совы, которые приносили не только обычные письма, но громовещатели. А директора ещё чуть не линчевали Нарцисса Малфой, Андромеда Тонкс и Римус Люпин прямо в его кабинете. Помешали им это сделать Макгонагалл и Снейп, которых Альбус сумел убедить в том, что в статье написана ложь.       Дамблдору и Фаджу не всех удалось убедить в том, что в статье написана неправда, и потому обыватели разделились на два лагеря: на тех, кто поддерживал их, и на тех, кто придерживался мнения Нарциссы, Андромеды и Римуса. В своё время они добивались опеки над мальчиком или хотя бы права навещать его, но… Тонксам дали недвусмысленно понять, что может что-то случиться с их ребенком. Малфоям напомнили о том, кого они поддерживали, а Люпину — о том, кем он является.       После статьи Гарри получил письма от друзей с требованием подтвердить или опровергнуть написанное в газете. Поттер подтвердил и добавил, что ничьё сочувствие ему не нужно.       Наступил август. К этому времени слизеринец выполнил всё заданное на лето и мог спокойно по мере возможностей заниматься своими делами.       Гарри сгребал скошенную траву и периодически поглядывал на небо, которое постепенно затягивали тучи, скрывая за собой палящие лучи солнца. Но вдруг он заметил, что в их сторону направляется Нарцисса Малфой с двумя незнакомцами. Сначала Поттер подумал, что перегрелся, но по мере их приближения слизеринец уверился в том, что в его сторону шла мать Драко, видеть которую в магловском платье было странно и непривычно. — Добрый день, Гарри, — улыбнулась она. — Здравствуйте, миссис Малфой, — несколько напряжённо проговорил Поттер, подозрительно поглядывая на её спутников. — Позволь представить тебе мою сестру Андромеду Тонкс и Римуса Люпина. — Приятно познакомиться, — прохрипел он, заставив вздрогнуть Тонкс и Люпина. Да и по коже Нарциссы пробежали мурашки. — Гарри, с тобой всё в порядке? — нервно спросил Римус. — Да, — качнул головой Поттер, поняв, о чём говорит мужчина. — Это благодаря Вернону у меня такой голос. — Мы в курсе, — вздохнула Андромеда. — Ты рассказывал об этом в интервью. — Кто вы такие? — из дома буквально вылетел мистер Дурсль, чьё лицо было налито кровью от гнева. — Немедленно убирайтесь отсюда! А ты, мальчишка, не смей общ… — он смолк, заметив, что двое из трёх незнакомцев направили на него палочки. — Вы ведь понимаете, что мы сюда пришли не просто так? — прошипела Нарцисса. — Этот ребёнок рассказал нам всё о своей жизни, — она в упор посмотрела на резко побледневшего Дурсля. — К сожалению, мы не можем забрать его с собой. Но он может связаться с нами в случае чего, — женщина весьма многозначительно на него посмотрела. — Вы ведь понимаете, что мы ничего не делаем с вами, потому что не хотим проблем из-за какого-то мерзкого магла? Но если этот ребенок скажет… Вы меня поняли, мистер Дурсль?       Разгневанная хрупкая светловолосая женщина произвела на него неизгладимое впечатление. Её молчаливая спутница с таким презрением смотрела на него, что он почувствовал себя букашкой. А вот мужчина почему-то вызвал у Вернона наибольшие опасения. Мистер Дурсль едва заметно кивнул.