Сказки хозяина Черной Башни

      Они спустились по гулкой винтовой лестнице вниз, за дубовой дверью их ждала ночная прохлада. Павшие воины исчезли, о недавней битве напоминали лишь обломки стрел. Черные камни поглощали тихое мерцание их стальных наконечников, причиной которому была то ли луна, то ли желание мага. Свечение привлекало светлячков, да так, что под воткнувшимся меж двумя большими плитами мечом при желании можно было читать. “И под луной мне нет покоя”, — пробормотал маг. Рыцарь же с упоением дышал влажным ночным воздухом. Некоторое время две фигуры стояли молча, тишину снова прервал волшебник: — Ты вроде бы был возмущен, что тебя перебили? — Да… — Бьёрн с трудом вернулся обратно на землю — Ох уж мне эти легкомысленные рыцари…       Тогда была такая же ночь, только мы не могли оценить ее красоту. Мы пробирались сквозь нее, стараясь не греметь оружием. Десять человек шли останавливать армию злобных недругов. Нас провожали как в последний путь, Сигвард недобро смотрел на меня одним глазом — другой заплыл — и после долгого молчания пообещал прикончить меня, если я вернусь живым. Еще в казарме мы обсудили план действий, но всем было ясно: все изменится, когда мы прибудем на место.       Луна ощерилась с небес острым полумесяцем, освещая недружелюбный лес мертвенным светом. В чаще стояла такая тишина, что казалось, можно слышать биение сердец своих товарищей по оружию. Даже свирепствовавший доселе северный ветер послушно замолк с наступлением ночи. Десятка храбрых воинов продвигалась через заросли, стараясь не шуметь. — Стой! — Бьёрн поднял руку. Все остальные замерли. Юный стражник жестом указал всем рассеяться. Зашуршал подлесок, дважды тихо звякнула сталь, и отряд словно растворился в зеленой гуще. — Ты видишь их? — обратился к Бьёрну его напарник. — Нет. Но чую. Слышишь эту вонь? — Мы угодили к выгребной яме, да? — Нет, мы вышли к штабу. Вот он, на поляне. Видишь, сталь отражает лунный свет? Готовятся, зелёные. — И каков план? — с надеждой в голосе спросил Фридди. — Ты же знаешь, что нужно делать? — Только в теории, — Бьёрн почесал затылок. — В общем и целом, мы тут для диверсии. Нужно… Нужно разбить линии снабжения и командные пункты. — То есть ты хочешь сказать, что тебе как командиру предложили импровизировать?! — Не то что бы полностью… — Бьёрн замялся. — Фридхельм, иди на левый фланг. — А что там делать? Мы просто ждем! — Вот и жди где-нибудь в другом месте, не мешай мне составлять тактику, — с этими словами Бьёрн Тис, командир диверсионной группы, достал карту местности, которая едва читалась в лунном свете, и принялся внимательно ее изучать. Командир судорожно соображал, абсолютно не зная, что же предпринять. Оставалась лишь надежда на то, что ребята-разведчики принесут ценные сведения. Ну, или хотя бы просто вернутся в целости. Вдруг чуть впереди раздался шелест листьев. — Кто идет? — раздался сдавленный шепот. — Царская гвардия, — последовал отклик. — Фаренгар, вы целы! — Бьёрн обрадовался. — Каково положение? — Карту мне, — пересохшим горлом просипел разведчик. — Командир, это просто верная смерть. — Отставить эмоции, Фар. Давай по делу. — Здесь, здесь и здесь большие скопления сил противника, — грязным пальцем он оставлял на карте след, словно куском угля. — Судя по кострам, становища нескольких отрядов. Ко всему прочему, в овраге здесь и на холмике вот тут есть пара секретов: по два-три бойца без доспехов. Часовые меняются каждые сорок минут, пути отхода караульных примерно запомнил. — Узнали, где находится их штаб? — Мой командир, это орки, — мрачно ответил Фаренгар. — Есть некоторое подобие командного пункта, как раз между кострами. Большой шатер, оттуда постоянно выходят посыльные с депешами. Подобраться незаметно вряд ли получится. — Около нас есть караулка или что-то вроде того, где сидели бы их часовые? — Нет, к сожалению. Но я понял, чего ты хочешь, — разведчик оскалил зубы. — Отхожее место имеется совсем рядышком. Там можно незаметно подобраться сзади, огреть чем-нибудь по голове и раздобыть пару-другую доспехов. — Отлично, только… — Бьёрн сказал в спины уходящих парней. — Убивайте уже после… впрочем, неважно.       И вновь потянулись нескончаемые минуты ожидания. Далеко на востоке небо уже начало светлеть, над кронами деревьев поднималось зарево. Бьёрн отчаянно пытался найти себе занятие: то наизусть заучивал карту, то принимался проверять своих бойцов, что скрылись в подлеске по обе стороны от него. И вновь внезапно раздался треск веток и надсадные хрипы. Разведчики как всегда пришли незаметно. — Кто идет? — Царская гвардия с чиновниками, — ответил усталый голос. На небольшую поляну вышли двое разведчиков, еще двое волокли за собой две огромные орочьи туши. Один из зеленых уродов, видимо, был еще жив. — Раздевайте этих красавцев. А мне водички принесите. — Так, доспехи у нас есть, оружие тоже, — Бьёрн слегка расслабился. — Половина уже сделана. — А во второй половине что? — Фаренгар приподнялся на локтях. — Сейчас придумаю, Фар. Эй! Фридди! Иди сюда, — окликнул Бьёрн своего излишне болтливого товарища. — Да, командир? — Ты у нас тут вроде самый крупный, — Начал Бьёрн. — Так что… — Ну не-ет, — запротестовал боец. — Они же годами не моются! Я в это не полезу. — Будто ты лучше. Делай, что говорю, — отрезал командир и принялся напяливать на себя гигантские наплечники второго орка. — Власть определенно меняет людей, — спустя минуту глухо доносилось из-под груды доспехов. — Ничего, исправлюсь, — попытался усмехнуться Бьёрн, но вес стали не давал даже нормально вздохнуть. — Куда пойдем? — Фар, откуда вы их притащили? — Бьёрн тщетно попытался обернуться. — Две сотни шагов в том направлении. Увидишь нужник, он почти не скрыт, — давясь от смеха, ответил Фаренгар. — Ух, не провались только, командир. — Великолепно. Пошли, Фрид.       Спустя некоторое время мы таки нашли это место. Заблудиться было сложно, ведь нас вела проторенная двумя телами дорожка. Мы, как могли, пытались по пути замести следы, но сам понимаешь, когда собственных ног не видишь, сделать это весьма сложно. Пожалуй, это мое самое неприятное воспоминание. С тех пор я не ношу тяжелые доспехи. Уж не знаю, почему. То ли их запах теперь напоминает орочью вонь, то ли просто неуютно в стальной скорлупе, которая больше тебя. Так или иначе, мы все же вышли к нужному месту. И вот тут-то и начиналась самая сложная часть плана. — Что будем делать, командир? — раздался взволнованный гул из другого доспеха. — А если нас окликнут или погонят к своему отряду? — Просто рычи как можно более грозно. Либо посчитают злыми и не тронут, либо примут за идиотов и не станут связываться. Каждый шаг давался с невероятным трудом. Место, на котором обосновались орки, представляло из себя большую поляну, и бойцы изрядно взмокли, пока приблизились к шатру, где, по предположению Фаренгара, находился орочий командир. — Ур дро-наррг?! — окликнул их один из бойцов, одиноко сидящий около костерка. — Ра шаргул. — Куурга нави, — ответил Фридхельм, и солдат замолчал. — Откуда ты знаешь их язык? — громко прошептал Бьёрн, когда они отошли к пустующему костру. — На рынке у нас торговала одна женщина… Полуорк. Ну, от нее и запомнил. — И что это значит? — Не знаю… Но этими словами она отгоняла тех, кто пытался украсть помидоры с ее прилавка. — Неплохо, — Бьёрн попытался похлопать его по плечу, но не смог из-за веса наручей. — Так что будем делать? — Фридхельм поднял с земли зажаренную краюху хлеба. — Ты же явно что-то придумал. — Шатер видишь? — Ну, вижу. — Его надо сжечь. Уроним на него пару углей, а потом сломаем главную опору. Раз! — и орочий командир попался, будто воробей под тряпку. — Нас же заметят! — Не заметят, если мы будем первыми, кто поднимет тревогу, — Бьёрн хитро подмигнул своему товарищу, но тот не заметил — мешал шлем. — Тогда за дело, — и Фридхельм вытащил пылающую головешку из костра. — Нет-нет. Неси лопату. — Зачем? — Фридди изумился. — Этот костер мы развели в слишком неудобном месте. Думаю, стоит перенести поближе к товарищам, не находишь? Ну, а во время переноски иногда падают угли, так что смотри внимательно. — Я больше не буду стоять с тобой в спарринге. Ты страшный человек. — Знаю. Ну так что, где моя лопата? Не слишком то ты расторопен! — сказал Бьёрн и толкнул друга в грудь, издав страшный, по его мнению, рык.       И дело пошло! Фридхельм и Бьёрн аккуратно взяли угли из костра, будто перенося на новое место. Дважды вывалив содержимое лопат рядом с какой-то ложбинкой, они принялись переносить горящие ветки. Никто даже не заметил, как один из орков, споткнувшись, уронил несколько головешек прямо на шатер. — А теперь нам нужно к командиру. Слышал, нас зовут? — Бьёрн поднялся с бревна, оправляя кирасу. — А ты колышки от шатра не задень! Они здесь повсюду, — явно поняв замысел, ответил Фридхельм.       Два медлительных чурбана отправились нарезать круги вокруг шатра, спотыкаясь и запинаясь о каждый бугорок. А носки железных ботинок такие острые, ими, сам того не желая, можно обрезать тонкую веревку... Вдруг раздался легкий хлопок — лопнула одна из растяжек. За ней еще две… И вот уже весь шатер складывается, накрывая, словно плотное одеяло, все находящееся внутри. Мгновение спустя, видимо, от резкого потока воздуха, полог вспыхнул ярким пламенем, огонь стал быстро разгораться. — Шогар!! — заорал солдат у другого костра и побежал к лежащим у скамей лопатам, видимо, с целью забросать пламя землей. — Шогар!! — заорал Бьёрн, бросаясь к очагу пожара. Фридхельм последовал за ним. Вдвоем они начали храбро бороться со стихией, как бы невзначай подкидывая все новые и новые ветки прожорливому пламени и увеличивая масштабы бедствия, распинывая в разные стороны тлеющие угли. Лагерь зашевелился, орки бегали между палаток, носили к горящему шатру котлы с водой и ведра с песком. Во всей этой суматохе никто и не заметил, как те двое, что подняли тревогу, куда-то подевались. — Отлично! — переводя дух, просипел Фридхельм, стягивая с себя шлем. Бьёрн к тому времени уже полностью освободился от доспехов. — Что теперь? — А сейчас будет веселье. Смотри внимательно, — командир отстегнул от пояса сигнальный рог. — Помоги мне снять все это, нам нужно двигаться налегке, — попросил Фридхельм, явно смекнув, что сейчас придется много бегать. — Все? Брось эти сабатоны! — и Бьёрн затрубил. — Рванули!       Две тени, пригнувшись, бежали по окраине лагеря. Разумеется, никто не придал значения этой мелкой детали, ведь из чащи раздались голоса еще десяти рогов. Складывалось впечатление, будто стена деревьев скрывает многотысячное войско. В тот же миг над кронами взмыли десятки подожженных стрел. Пламя занималось на палатках, мешках, тюках, на всем, что могло гореть. Спустя минуту такого огненного налета тихая поляна напоминала кусочек Ада, так много было вокруг огня, дыма и злобно-напуганных криков.       Дежурный отряд орков метался от одного становища к другому, каждый раз ориентируясь на звук рожков, и каждый раз находя на месте складов с оружием и припасами зарево пожаров. Восемь разведчиков, пользуясь положением, бросались на отставших, оттаскивая их мертвые тела в чащу леса. Звон стали заглушал предсмертные хрипы. Зеленым великанам казалось, будто неуловимые тени мечутся между воинами, будто сотни призраков заполонили лагерь. Оборона была сломлена, ряды смешаны, организовать хоть какой-то порядок не удавалось. До утра длился ужас, да вот только не знали орки, что “призраки” исчезли, едва вспыхнул последний склад. Люди ушли спустя несколько минут боя, но дезориентированное войско само находило непобедимых врагов, впадая в еще больший ужас.       В общем, бой выдался крайне удачным, если бы не Йордмунд. Парня зацепил секирой ошалевший зелёный. Не насмерть, он был еще жив. Но ранение было столь тяжелым, что шансов выжить у парня попросту не оставалось. До сих пор он снится мне… Все еще кажется, будто можно было сберечь ему жизнь, еще немного поднажать — и мы бы успели добраться до лекаря. Тем не менее нас встретили как героев. Множество других подобных отрядов, начавших свои акции следующей ночью, почти не встречали сопротивления — видимо, слухи передаются очень быстро, и орки, будучи напуганными страшными байками о неуловимых воинах леса, предпочитали сразу выйти из боя, оставив припасы и оружие врагам. Так что.. Да, вот так я и стал рыцарем, а этот бой стал моим первым подвигом, коих было еще немалое количество. Возможно, я расскажу и о них.