Сотворение ОЛИМПа

Перси Джексон. 18 августа. Он устал. От непрекращающегося давления со всех сторон и постоянного непонимания. В школе требовали закрыть прошлые долги и забросить развлечения, Титаны – непрестанного внимания, и чтобы он, наконец, сделал выбор (в их пользу, естественно) и решил, что ему важнее. Мама старалась поддерживать, но он видел, что ей итак приходилось тяжело, и его увлечение она никогда не разделяла, считая, что он просто пытается забыться, сбежать от трагедии, лишившей его настоящего шанса. Друзья всё время хотели вытянуть из серых будней, организуя всевозможные вечеринки и праздники и словно не замечая, как его душит сам воздух на всех этих мероприятиях. И ещё обижались, что мыслями он всё время витал где-то далеко. И даже его лучшие друзья были не способны что-либо сделать. Ему даже стало казаться, что он совсем потерял Рейчел, когда их отношения изменились в сторону романтики. А Гроувер не мог быть постоянно рядом, хотя и старался приезжать, как только выдавалась возможность. И вот, очередной вечер, которого он не желал. И никого рядом. Толпа подростков, многих из которых он узнавал лишь смутно, щедро рассыпалась на поздравления и похвалы вечеринке, к которой Джексон не имел ни малейшего отношения. Только дал повод. И он не сомневался, что если бы не его день рождения, нашлась бы иная причина: конец лета; день последней Волны; День коктейлей или топора; 500 лет со свадьбы Маргариты Валуа и Генриха Наваррского... Подростки вообще были теми ещё затейниками. Так что Перси не сомневался, что большинство из них пришло сюда ради самих себя, чтобы как следует оторваться. Насладиться выпивкой, танцами и играми. И никого даже не заботило, что именинник уже часа полтора прятался за занавеской и ни с кем не общался. Праздник же не прервался? Так продолжаем! Очередной взрыв хохота где-то неподалёку заставил Джексона прикрыть глаза и ещё сильнее сгорбиться. Хотел бы он оказаться как можно дальше от этого места, или хотя бы там, на берегу моря, сливавшегося с чёрным небом, всего в тридцати метрах от дома. Но был вынужден тоскливо смотреть в окно на накатывающие волны и не иметь ни единого шанса приблизиться к обожаемой стихии. В другой ситуации, он бы повёл себя иначе. Он обязательно бы веселился со всеми, чтобы выразить свою благодарность друзьям, которые организовали столь пышное торжество. Но сейчас у него было слишком много забот. В голове стоял туман из сумбурных мыслей, и праздничная программа никак туда не вписывалась. Вокруг него словно сгущались призраки, нашёптывая каждый на свой лад: "школа", "работа", " мама", "сражайся с титанами", "семья", "должен учиться", "смирись", "Рейчел", "будущее", "спасайся, беги!" Но разве кого-то из здесь присутствующих волновало его желание побыть в одиночестве и разобраться с собственной жизнью? Его обнаружили, вытащили в самый центр огромного зала, осыпая цветными конфетти. А брюнет лишь старался найти в себе мощные светлые эмоции, чтобы улыбка стала максимально искренней. Как бы то ни было, здесь и сейчас он мог себе позволить немного расслабиться. *** 12 сентября. Уже ничего нельзя было изменить. Он отказался от школы ради того, чтобы уделить всё своё время Титанам, чтобы больше тренироваться с ними, сосредоточиться на подготовке к матчам. Он впервые жизни повздорил с мамой, жил отдельно от семьи, чувствуя, словно лишился её поддержки. Он отдалялся от друзей. Всё ради Олимпа. Ради того, чтобы в этом году привести команду к заветной цели. К чемпионству. И он ни о чём не жалел. Просто не мог себе позволить, игра требовала полной самоотдачи, и сожалениям места не было. Матчи шли своим ходом. Они набрали чудовищный импульс, уверенно возглавляли турнирную таблицу, уже предчувствуя на языке привкус долгожданной победы. В прошлом году в одно время с матчами полуфинала и финала в школе заканчивался учебный год: наступил период экзаменов, сдачи хвостов, отработки; и Перси не мог полностью посвятить себя битвам. Именно этот фактор среди Титанов считался той самой причиной, по которой они проиграли; став всего лишь вторыми. И теперь Джексон готов был вести команду за собой, отринув всю свою жизнь. Но разве они достигли какого-либо прорыва за эти пару недель? Они и раньше были сильны, и каких-то кардинальных изменений из-за него одного в силе Титанов не проявилось. Они просто набрали мощный стабильный импульс и пробивали себе дорогу на вершину. Так действительно ли вся вина за прошлогоднюю неудачу лежала на плечах Перси? Он никогда так не считал. Но как капитан обязан был взять на себя эту ответственность, должен был стать стержнем обновленной команды и с честью вести её вперёд, к победам. 13 сентября. Он был сонным и вялым после нервной ночи, которые часто атаковали его после матчей, не разлепляя глаз, загрузил новостной канал на ноутбуке, готовясь пересматривать вчерашние игры для дальнейшего анализа. Когда утро начиналось после полудня, оно всегда было особенно приятным и не предвещало никаких проблем. Но сайт встретил его информационной бомбой, заставив сердце перестать биться. Афина Парфенос присоединился к команде Demigods. Его старый друг, старый враг. Можно легко делать вид, что человека не существует, когда ты не видишь его ежедневно. Когда он живёт в одной реальности, а ты в другой, и вы никак не пересекаетесь. Но даже так Перси чувствовал отголоски его присутствия, словно тень за спиной, которая становилась более плотной и осязаемой, когда он мельком замечал какие-нибудь игровые новости, на подобие нового рекорда, первого прохождения, доминирования наёмника на локации, похищении им самого элитного босса у всех остальных домов... Парфенос остался в игре, в своих владениях. А он, Перси, вместе с Кроносом пришёл в профессиональный киберспорт. Тогда это казалось минутной блажью. Попытка взять свою жизнь под контроль. Ему было неловко рядом с Полом и мамой, которые были настоящей семьёй, и он просто не привык сидеть всё свободное время дома и видеть их счастье. Предложение Титанов сначала не рассматривалось всерьёз и несколько месяцев «пылилось в углу», но после случившегося с Парфеносом, он не мог больше находиться в игре. И всё так сложилось. Он решил попробовать. Контракт на три месяца, стремительное внедрение в команду, и каждая свободная минута вместе с новыми товарищами. Только бы не вспоминать, что осталось у него за спиной. В итоге... победа в Чемпионате мира в этом же году, статус лучшего новичка, награда самого ценного игрока, общественное признание. Искренняя улыбка, счастливые друзья рядом, гордые, что он смог подняться с колен, пусть и в таком не тривиальном виде спорта; открытие пекарни мамы; новая цель в жизни - профессиональный Олимп. Потеря пульса каждый раз, когда он слышал о Парфеносе, когда просто видел картинки игрового мира, куда ему больше не было пути. И теперь... теперь Парфенос здесь. У Джексона не было ни малейших сомнений в том, тот ли человек оперирует этим аккаунтом, что и раньше. Конечно. Что бы ни произошло в самом конце их общения, он достаточно знал этого человека, его упрямство, его целеустремлённость, его идеализм. Нет, он не отдаст своего персонажа ни за какие блага. А значит, очень скоро состоится их новая встреча. Спустя сколько? Год? Два? Четыре..? Возможно, они оба достаточно созрели, чтобы обсудить всё. Разобраться в прошлом, и перешагнуть через взаимные обиды? Или лишь принести друг другу ещё больше боли… Удивительный приступ ностальгии пробудил в нём странную тоску. Казалось бы, он стал профессиональным игроком, но вместе с тем, совсем перестал бывать в самом Олимпе. Его персонаж появлялся в игре лишь когда необходимо было прокачать его, если повышался максимальный уровень игры или выходили дополнительные квесты на способности. И то, в большинстве случаев этим занимались специальные сотрудники его клуба, освобождая его от этой "повинности" и давая дополнительный выходной. Обычно так поступали во всех командах, но брюнету подобная тактика не слишком импонировала. Он предпочел бы прокачиваться сам, чтобы лучше изучить новые возможности; но не считал необходимым идти против руководства из-за мелочи, которая могла бы его обеспокоить. А так он полностью избегал столкновения со старым знакомым. Но вместе с тем уже начал забывал красоту того мира, то, что он любил всем сердцем; то, что вытащило его из тьмы. Ему ужасно захотелось развеяться. Вновь увидеть те чарующие просторы, окунуться в воспоминания... Ему хотелось немного развеяться. Он хотел зайти в игру, но представив на мгновение, какой ажиотаж вызовет появление на просторах Олимпа Кроноса... от ужаса сводило зубы. Толпы фанатов, как его самого так и его врагов, устроят на него настоящую охоту, преследуя повсюду и не давая ступить ни шагу. А ему хотелось насладиться просторами потрясающего красочного мира. Можно было создать нового персонажа, но затраты времени на деревню новичков и прокачку тоже выглядели непривлекательными; он хотел бродить по тихим и одиноким местам, а значит персонаж должен быть достаточно сильным, чтобы выжить... Но ведь когда он начал играть в Олимп у него было несколько аккаунтов, он пробовал разные пути развития, прежде чем Кронос получил уникальные способности и стал новой звездой, и, кажется, не все герои давно утрачены. Он резко подорвался с места, приступая к обыску своей комнаты. Лишь через полчаса его поиски увенчались успехом и в одной из коробок на шкафу он обнаружил несколько запылившихся карт. Но найденные полубоги оказались все в пределах двадцатого уровня, что совсем не соответствовало его запросам. И лишь тогда он достал со дна совсем иную карту. Её он знал гораздо лучше. Она была особенной. Его самый первый персонаж. Которого они создавали вместе с Гроувером. Перси тогда совсем не горел желанием сидеть за компьютером, просто Андервуд перепробовал все средства, чтобы помочь другу, но брюнет не проявил ни малейшего интереса ни к чему. И тогда раздосадованный Гроувер предложил поиграть с ним. Джексон не ожидал от очередной затеи приятеля хоть какого-то эффекта. Но неожиданно он влюбился в игру. И именно Under the Sea открыл для него этот мир и вытащил его из его личной бездны; благодаря ему он смог восстановиться. Лишь позже появился Кронос. И теперь Перси держал в руках эту старую карту, пытаясь вспомнить, когда последний раз проверял её...тоже четыре года назад? Наверное, его уже давно исключили из гильдии, а устаревшее снаряжение может вызвать лишь смех, но уровень по тем временам был максимальным, а значит и сейчас ему хватит. Горько усмехнувшись и сжав кулаки, чтобы усмирить дрожащие ладони, он загрузил карту. И на несколько дней пропал. Ускоренная прокачка, обновление снаряжения, усиление, изучение новых возможностей. И неприятное происшествие, которое подарило ему нового друга. Ему даже подумалось, что всё не случайно. Не зря он выбрал этого персонажа, не зря его с позором выгнали из гильдии, обвинив в том, чего он не совершал. Главное, что так он познакомился с Квинтусом. И ему казалось, что он действительно обрел кое-что гораздо более важное. Возвращение в Олимп спустя столько времени, и сразу, словно новое начало, новый друг. Возможно, Джексон был слишком доверчив или легко привязывался или просто слишком надеялся найти кого-то, кто протянет ему руку и по-настоящему поможет, но он так не считал; его интуиция дала осечку лишь единожды на его памяти - с Парфеносом. И больше никогда не ошибалась. И сейчас она подсказывала ему, что этот человек вошёл в его жизнь вовсе не на один момент. *** Он пришёл задолго до оговоренного времени встречи и терпеливо ждал. Минута за минутой. Час за часом. Целую. Проклятую. Вечность. И никто так и не пришёл. Может, и не собирался..? Может, это он уже записал Квинтуса в хорошие приятели, а тот на самом деле лишь использовал случайно подвернувшегося под руку Перси, чтобы украсть Молнии Зевса? Может, это он и был заказчиком, но столкнувшись с незнакомцем, решил притвориться и разыграть ту сцену, чтобы ещё и не расплачиваться с исполнителями? Джексону оставалось лишь гадать. Но он определенно был очень, ОЧЕНЬ, разочарован. И зол. Он редко бывал в таком бешенстве, всё же обладал совсем иным характером. Но в этот раз совершенно не мог себя сдержать. Он как наивный мальчишка снова уже с надеждой потянулся к человеку, а тот спокойно его отверг. Перси правда очень, ОЧЕНЬ, ненавидел людей, способных на подобную подлость. И поэтому в матче на следующий день он просто растерзал вражескую команду. Он буквально разрывал врага на куски, и представлял на месте каждого из них Квинтуса, обида на которого очень, ОЧЕНЬ, сильно тревожила его сердце. И лишь после его немного отпустило. По крайне мере, хоть кто-то в этой ситуации остался доволен. Титаны были в полном восторге от его впечатляющего выступления. Но брюнет прекрасно слышал, как за его спиной обсуждали, насколько это связано с появлением Парфеноса и попыткой Кроноса доказать свою силу, напугать давнего соперника, продемонстрировать своё доминирующее положение? Перси старался этого не замечать. Главное, руководство одобрительно отнеслось к его эскападе. Хоть в этот раз обошлось без придирок. А на следующий день обнаружил извинения от Квинтуса. И снова...поверил. *** Конечно, ничего хорошего он не должен был ожидать. Его жизнь продолжала копировать самые крутые американские горки и за малейшим просветом солнца обязательно должна была рухнуть на дно. Вот и теперь. Не успело эхо его победы стихнуть, как пришли очередные проблемы. Глава клуба объявил о том, что журналисты проявили особый интерес к последнему матчу брюнета, и несколько крупных новостных изданий хотели бы получить у него интервью. Поэтому был анонимно проведён небольшой конкурс, в результате которого выявлены несколько кандидатов на роль Кроноса. Конечно, только для медиа и широкой публики. Перси продолжит выступать в матчах, а кто-нибудь из идеально подходящих на эту роль молодых мужчин станет его фальшивым лицом. Пиар-компании, печать фото, автографы, сувениры с изображением этого человека, сколько выгоды можно извлечь из капитана Титанов, если его не нужно будет держать в тени! Конечно, Джексон имел право побеседовать с каждым и выбрать самого подходящего, с кем ему предстоит работать бок о бок в уже обозримом будущем. Как будто подобный поворот событий вообще мог его устроить. Уж точно не сейчас, когда...Парфенос так близко. Всё вылилось в очередную слишком неприятную сцену. Брюнет прекрасно понимал, что будучи несовершеннолетним, ему не следовало показываться на глаза публике и лишний раз провоцировать как игровую компанию, так и широкую общественность. И так же он знал, сколько прибыли приносят все остальные члены команды своим участием во всех инициативах клуба. Конечно, персонаж Перси позволял зарабатывать не меньше, и от того руководство сходило с ума, представляя, как можно было бы удвоить доход, используя и Кроноса, и его оператора. Однако Джексона совершенно не волновали планы начальства обогатиться за его счёт и, как следствие, принимать участие в их очередной авантюре и позволять какому-то незнакомцу играть роль владельца короля титанов он не собирался. Даже если из-за его сопротивления начинался скандал, эхо от которого, наверняка, достигло даже подвала и всех соседний зданий. И конечно, этого совершенно не мог упустить его заместитель, игравший Гиперионом. Он получил свой аккаунт по наследству, гордился этим достижением безмерно и откровенно ненавидел тот факт, что вынужден был подчиняться какому-то мальчишке. Поэтому Перси даже не удивился, когда на его пути вырос мужчина с удовлетворенным блеском в глазах и широченной ядовитой ухмылкой. Но брюнет искренне ненавидел каждую их стычку, после которых у него всегда оставался неприятный осадок. Каждый раз он ощущал себя так, словно извалялся в грязи и отчаянно жаждал принять ванну. И после выматывающего разговора с начальством предпочел бы избежать этой встречи; но когда владелец Титана Света отступал, не получив свою порцию удовольствия от унижения других...? Джексон не спешил, добирался домой долгой дорогой, и погода словно страдала вместе с ним. А в квартире его ждал сюрприз. Посреди разрухи и хаоса Рейчел сидела прямо на полу в коридоре, поджав губы и скрестив руки, всем своим видом выражая недовольство. - Ты ещё дома? - вырвалось у него. - Что значит "ещё дома"? Не ожидал, да? - тут же сверкнули малахитовой зеленью её глаза. - Вы же с подругами в кафе собирались, - натягивая маску спокойного и удовлетворенного жизнью человека, мягко заговорил Джексон, приваливаясь плечом к дверному косяку, - закончить плакат от вашей художественной группы, разве нет? - Идти куда-то в такой ливень? - фыркнула девушка и брезгливо встряхнулась, - но тебя такое вряд ли беспокоит, верно? Чтобы разминуться со мной ты мог бы часами бродить под ливнем! Или в бурю! И даже в ураган! - Рейч, что случилось? - поёжился брюнет, отчаянно желая снова оказаться где-нибудь на берегу моря. Уж точно дело не в его задержке; может, кто-то из компании его подруги сбежал в другую группу, прихватив готовые идеи? - Случилось?! Ничего! Я просто знаю, во сколько у вас закончилась тренировка, но прошла уже уйма времени, и вот, ты только явился! Специально задержался, надеясь точно избежать встречи со мной? Лицо Перси вытянулось. Определенно, случилось что-то более серьёзное. Звонил мистер Дэр? - Рейч, успокойся, пожалуйста. Сама же потом будешь жалеть о сказанном в пылу. - О чём? О том, что из-за глупой игры ты плевать хотел и на меня и на своих друзей, поэтому стараешься не встречаться со мной? Что ты всего лишь бесполезный мальчишка, который сдался на милость судьбы и уже никогда ничего в этой жизни не достигнет? Что ты погнался за иллюзиями и прибылью, поддавшись сладким речам Титанов, и уже никогда не сможешь вернуться к себе прежнему, стать нормальным и получить прощение мамочки, которой ты не достоин! Сколько бы ты не отдал Олимпу, ты никогда этого не заслужишь и не вернёшь прошлое…ой..! - всхлипнула Дэр, когда Перси поспешно прикрыл глаза, чтобы спрятать за веками злость и раздирающую его сердце боль, и стукнул кулаком по стене. - Я… Извини… я не хотела… - Хватит, - прервал он лепетания своей девушки, борясь с желанием нагрубить в ответ. Он должен сдержаться. Она просто…обижена. И уже жалеет о сказанном. А он всегда знал, что как прежде уже никогда не будет. - Перси, милый, мне так жаль! Всё так навалилось! Сэмми предала нас, сказала учителю, что мы втерлись к ней в доверие и украли проект её группы, хотя на самом деле так поступила она! Но ей поверили, нас наказали, даже родителей поставили в известность; вот отец и позвонил… и я… вспылила… и свои картины, вот… - она обвела руками разрушенные вещи вокруг себя, но Джексон уже мыслями был слишком далеко. - Пойду, проветрюсь, - еле слышно пробормотал он, уже разворачиваясь. А в спину ему летели слова рыжеволосой девушки. Но он не вслушивался. Она уже сказала достаточно. Так он оказался под ливнем. Но главное, что в итоге всё снова наладилось – он пришёл в себя, даже смог откровенно поговорить с Рейчел. И смог вернуть её дружбу. И теперь даже дышалось намного легче. *** 26 сентября Очередной матч с прекрасным результатом, когда Титаны набрали 9 баллов, упустив лишь одно в индивидуальном сражении. Обычная ситуация, ведь они никогда не проигрывали командную битву, и всегда получали 8-9 баллов, с неплохим отрывом от соперника. Все были довольны. Пока не увидели новости. Каждый канал, связанный с компьютерным миром, посчитал себя обязанным уделить внимание шокирующему выступлению полубогов. Чёртов максимум. Единственный погибший – и тот пожертвовал собой. И Перси бы смог это принять, он, просто стиснув зубы, стал бы готовиться ещё больше к следующей игре. Но несколько слов комментатора вмешались в его планы. «Даже если они не встретятся лично, определённо ещё одной попыткой выяснить, кто лучше, станет квест 30 сентября!» Не встретятся лично? Лучшие из лучших? Перси здраво оценивал возможности их обоих и понимал, что вряд ли найдётся ещё кто-либо, кто сможет одолеть одного из них, а значит, если они оба станут проходить квест, рано или поздно их встреча состоится. И на него давили так, что он не смог избежать прохождения. Титаны продолжали жить по обычному графику, все, кроме него. Нынешний владелец Гипериона довольно скалился ему, Келли провожала унизительными взглядами, люди ждали, когда же он оступится. И если он не докажет здесь и сейчас, что по-прежнему лучший, иного шанса ему не дадут. Никогда. Да, избежать участия всё же не удалось. Как и положено, за миг до старта квеста «Золотое руно», Кронос появился онлайн. 30 сентября. Они стояли напротив друг друга. Несомненно, он понимал, что они рано или поздно должны будут встретиться. Но трансляция на телевизоре показывала, что он сильно опережал своего заклятого врага, так что надеялся оттянуть эту встречу. Например, чтобы, как в не самых лучших фильмах, когда главный герой встречает злейшего соперника лишь в самом финале, так и он мог бы столкнуться с Парфеносом, лишь уже захватив руно. Но нет. Они стояли напротив друг друга. Он. И тот, кого он обязан был одолеть в этой схватке, чтобы сохранить репутацию непобедимого Кроноса, сохранить ауру сильнейшего игрока, лицо капитана лучшей команды, своё положение в этой команде, в конце концов. Его долбаное имя должно красоваться в строке «Победитель квеста». Иначе Гиперион с Келли на пару разрушат до основания его и так пошатнувший статус. Руководство использует это поражение, чтобы надавить на него и заставить принять их условия, и тогда на публике появится мужчина, который будет с улыбкой говорить, что он играет Кроносом. А Перси останется в тени. И потеряет то, что уже смог отвоевать. Он знал всё это. Но глядя на своего заклятого врага, не понимал, как его одолеть. Знакомое лицо и чужие одежды. Афина в сияющих доспехах, словно сошедшая в этот мир Богиня правосудия и мести, а не мудрости и справедливой войны. Он не представлял, какие характеристики у её снаряжения, ничего подобного он ни разу не видел, и потому продолжал смотреть, зная, что навечно запечатлеет этот момент в памяти. Его потрясало до глубины души, словно пустышка, образ в компьютерной игре мог передавать энергетику хозяина, столь же яростную, могущественную, целеустремлённую. И кто бы ни вышел победителем из этого противостояния, после столь чудовищной битвы, до финала добраться будет гораздо сложнее, слишком затратным и выматывающим будет бой. Но могли ли они попытаться его избежать? Оставалось совершенно невозможное… Попробовать выйти из ситуации с наименьшими потерями для имиджа. И как следствие наладить контакт. А значит, придётся общаться. И он сделал первый шаг, предложив перейти в диалог и обменяться сообщениями. Chronos: «c?» *** Он не представлял, что можно сделать с таким количеством средств. Мама бы, скорее всего, лишь горько вздохнула и поджала губы, чтобы сдержать эмоции, если бы он завалился домой с подарками или напрямую предложил деньги. Они уже не нуждались, как когда-то в его детстве. У мамы была пекарня, работа, прекрасный дом, в покупку которого брюнет в своё время внёс большой вклад, а ещё был Пол. И вряд ли будет нормальным скупить сестрёнке целый магазин игрушек. И ещё новую гардеробную в придачу. Поэтому он проявил инициативу. И позвонил Джейсону, с которым познакомился, кажется, в начале лета. Он знал, что его сестра находилась в клинике, но не имел ни малейшего представления о её состоянии. Просто знал, что Грейс трудится круглыми сутками, чтобы её лечить. Благодаря этому они и сблизились - Перси тоже помнил, какого это, отдавать всего себя ради близких, хотя сам ты даже ещё не имеешь права официально работать. Джексону в своё время повезло больше - он был многообещающим спортсменом, и побед на крупных стартах было достаточно, чтобы прокормить семью. Блондину же требовалось гораздо больше. Но теперь, благодаря подружке Грейса, он увидел всё собственными глазами, побывав в частной клинике. И хотя обычно Джейсон роптал, ворчал и отказывался брать у друга какие-либо средства, в этот раз почему-то долго молчал. А затем хрипло, с дрожью в голосе стал благодарить. И даже оговорил чётко, сколько ему нужно; сколько хватит на дорогостоящую операцию. И брюнет, не считая себя вправе, не стал спрашивать, каким образом блондину вообще удалось собрать оставшуюся сумму. Самым важным для Перси было то, что он смог по-настоящему помочь. И это казалось особенно ценным. *** 3 октября. Пожалуй, это была не просто встреча, а судьбоносное знакомство с ниспосланным ему ангелом, весьма воинственным и опасным, но мудрым и светлым. И даже если сама Аннабет не согласилась бы с подобной характеристикой, он уже чувствовал, что его новая знакомая – эта изящная и смертоносная блондинка – всего лишь солнце. Способное как осветить и согреть, так и обжечь, если пересечь черту. И может, не следовало думать о подобном при полёте в Канаду, а вместо этого сосредоточиться на том, чтобы настроиться к грядущему матчу, но Джексон никак не мог забыть её взгляд. А что касается игры…главное, что он успел вовремя. А гораздо позже, чтобы не слышать недовольное ворчание остальных членов команды и восхваление комментатором проклятого Парфеноса, он открыл игру от лица Under the Sea. И какие-то неуловимые отголоски где-то на дне души побудили его написать на прощание лирическое: «береги себя, мудрый братишка. И пусть сон укрепит тебя, и ты не перестанешь рассуждать мудро». И конечно, после такого, он неделю стеснялся общаться с Квинтусом, стараясь не пересекаться и больше внимания уделяя тренировкам. *** 11 октября. Он, в общем-то, понимал, что каждый раз после матчей не спроста дистанцируется от Титанов, погружаясь то в игру, то в вечеринки, то мчась на прогулки с малознакомыми людьми. Он чувствовал растущее напряжение в команде и давление со стороны руководства клуба, потому и пытался вырвать хоть глоток свежего воздуха. И всё же его нынешнюю встречу нельзя было сравнивать с его обычным выбором. Ведь если говорить откровенно, Перси не просто так хотел пообщаться с ясноглазой Аннабет. Ему были интересны её чертежи и разработки, увиденные ненароком в офисе Александра Гера. Он хотел знать, разрабатывала ли она когда-либо что-нибудь для Олимпа? Но даже если нет (в чём он крайне сомневался, так как эта онлайн игра была самой популярной на протяжении не одного года, и о ней знали даже те, кто совершенно ничего не понимал в обычных компьютерах), Джексон не сомневался, что смог бы заинтересовать блондинку с музыкальными пальцами и острым умом. И если бы она достаточно разобралась в механике Олимпа, кто знает, может, она бы нашла что-нибудь интересное для противостояния Парфеносу? Или хотя бы смогла дать описание тем абсолютно невероятным вещам, которые создавал этот гениальный человек. Однако девушка и без того была приятной собеседницей, так что он не стал торопить события, решив спокойно сблизиться и выстроить доверительные отношения. И лишь после задать все интересующие вопросы. А подходящая возможность ещё представится. *** 20 октября И почему его не удивляло очередное происшествие? Ведь его жизнь немного стабилизировалась, а значит, пришло время какому-нибудь мрачному потрясению. И ничего удивительного, что в момент, когда у них проходило собрание, на котором они проводили анализ игры полубогов в последних матчах, в тренировочную комнату ворвался один из менеджеров команды. С сенсационным, шокирующим, потрясающим всё до основания заявлением. Олимп закрывают. Но как бы сам Перси не был потрясен, он не допустил шума, жестко отрезав, что прежде они закончат анализ записи, а уже после каждый желающий сможет занять себя чем угодно. А именно, просмотром конференции или её повтором, если она закончится раньше. И вот, столь же оглушенный этой новостью, как и остальные, он возвращался в полном одиночестве в жилые комнаты. Если он сам предпочитал хотя бы какое-то время жить в городе, то многие члены его команды находились в клубе Титанов безвылазно. В том числе девушка, которая поджидала его около двери в свою спальню. Тамми, как и её основная наставница Келли, играла ребёнком Гекаты*, но совершенно не дотягивала до уровня профессионалов. И ни для кого не было секретом, что она с радостью бы удержалась в команде через чью-нибудь постель. До этого момента, Джексон искренне полагал, что в силу разницы в возрасте её основной целью станет Гиперион; или на крайний случай, Кой. В конце концов, её наставница также ненавидела брюнета и могла бы настроить девушку против него; хотя пока они общались весьма неплохо. Парень уже привык считать, что блондинка предпочитала перестраховаться и потому наладила с действующим капитаном Титанов приятельские отношения. И дальнейшего он не ожидал совершенно. - Закрытие Олимпа сильно выбивает, верно? – её голос грустным, так что он не смог пройти мимо. - Угум, - но поддерживать диалог был не настроен. - Что будешь делать? Справиться с таким в одиночку очень сложно, верно? Хочется, чтобы кто-то был рядом и помог… - Тамми обхватила себя за плечи и задрожала, воплощая собой невинную напуганную лань. – Не представляю, что со мной будет дальше. - Не переживай, - Джексон просто был не способен оставаться неприступным, когда рядом так страдали, так что чуть приблизился и погладил сжавшуюся собеседницу по спине. – Всё наладится, слышишь? Всё будет хорошо, вот увидишь. - Спасибо, малек, - её голубые, как самое чистое небо в летний день, глаза наполнились нежным светом. И он смутился, опустив голову. – Если тебе нужна будет помощь, обращайся, ладно? Он отступил на шаг, планируя поскорее обогнуть красотку и добраться до своей комнаты. - Слышала, с принцесской вы, наконец, порвали? – заискивающе улыбнулась она, вновь преграждая путь. - Принцесской? А, ты про Рейчел? – догадался Перси. Вопрос достаточно обычный для любопытной девчонки, так что он честно признал, - ну да, мы остались друзьями. - И что дальше? – Тамми сложила руки под грудью, так что эта весьма выдающаяся часть её тела приподнялась, чуть не вываливаясь из глубокого выреза. Натянувшаяся ткань топика не намекала, а прямым текстом кричала о том, что в данный момент под одеждой девушки не хватало одного предмета, выполнявшего обычно в гардеробе женщин роль верхней части белья. - Кхм, что? – прокашлявшись, Джексон с трудом отвел взгляд в сторону. Что стало большой ошибкой, так как он не смог заметить приближения блондинки, пока она не замерла в паре дюймов от него, щекоча его шею тёплым дыханием и окутывая густым ароматом роз. Как они преодолели расстояние в несколько метров и оказались в её спальне, он не понял совершенно, в голове словно сгустился туман. Он как сквозь пелену чувствовал смелые поцелуи, дразнящие прикосновения, слышал шёпот, в котором угадывалось ласковое и одновременно раздражающее «мальчик». Темнота ещё больше обостряла инстинкты, заставляя действовать напористо. Но в тот момент, когда он понял, что с легкостью подхватил и посадил девушку на какой-то комод, прекрасно подходивший им по высоте, что-то в нём всё же щёлкнуло. И немного запоздало пришла в голову здравая мысль, что всё это совершенно не нормально для него. Он никогда не стремился к беспорядочным связям и не спал с девчонками, просто ради того чтобы переспать и получить удовольствие. Это всегда были серьёзные отношения. И даже если инициатором была девушка, он не должен поддаваться на её ласки и столь возбуждающие прикосновения. Он должен отступить. Должен быть джентльменом. - Чего ты, малек? – рассмеялась искусительница, так и сидя на комоде с приглашающе разведенными ногами, а затем потянулась и провела пальцем вниз по его груди и животу, обнажёнными распахнутой рубашкой, - я абсолютно уверена, что у такого красавчика уже было немало девушек! - Эй, мне вообще-то только 16! – совсем отрицать было бы глупо и нечестно, но он всё же не считал себя бабником, поэтому не готов был согласиться с таким заявлением. - Хаха! В твоём возрасте я… - Не сомневаюсь! – торопливо перебил он, - обойдёмся без подробностей! - Как скажешь, сладкий мальчик! – снова засмеялась Тамми, откинувшись на столешнице, так что Перси невольно скользнул заинтересованным взглядом, по изгибам её роскошного тела. Определенно, она знала себе цену. И умела пользоваться тем, чем наградила её природа. И тут же спохватился и поспешно отвернулся под удовлетворенный смешок красотки. Да уж, очевидно, что её ничуть не волновало, что Джексон был на два года её младше. Наверное, ей очень хотелось занять более крепкие позиции в команде. Отмахнувшись от таких некрасивых мыслей, брюнет резко отступил, развернулся и без спроса отправился к небольшой двери за его спиной. Брюнет воспользовался её ванной, умылся, прополоскал рот, собрался с силами, готовясь снова противостоять её чарам, чтобы покинуть пределы женской комнаты… Она так и ждала его, сидя на комоде и рассматривая свой маникюр. В распахнутой блузке и задранной юбке, открывающей вид на чёрные кружевные чулки… чудо как хороша. Так что у него снова перехватило дыхание. Глубокий аромат роз опять проник в его лёгкие, дурманя сознание… И в этот момент раздался спасительный звонок. - Д-да? – вернуть дар речи оказалось крайне сложно. Собравшись с силами, он отвёл взгляд, слепо всматриваясь в чёрную ночь за панорамным окном. - Привет, - раздался отдалённо знакомый девичий голос, - не против сейчас погулять? Я бы хотела встретиться. Брюнет перестал дышать, когда осознал, что ему звонил не кто иной, как его новая знакомая Чейз. Очаровательная и умная блондинка, с которой они могли бы стать очень хорошими друзьями… Чтобы дать себе мгновение на включение головы, он начал нести какую-то чушь, подтрунивая над старшей сестрой близнецов-сорванцов. - Слушай, мне теперь даже неловко называть тебя мудрой девочкой, ведь ты перепутала цифры на часах… - Я знаю, что сейчас ночь, - перебила Аннабет. Снова введя его в ступор. Он не знал, что ей отвечать. Он вообще чувствовал себя невероятно смущенным, разговаривая с серьёзной девушкой и при этом находясь в одной комнате с полуобнаженной искусительницей, с которой только что чуть не переспал. Кстати, стоило использовать эту возможность, чтобы покинуть опасную территорию. Виновато улыбнувшись понимающе молчавшей Тамми и кивнув ей на прощание, он начал медленно отступать к входной двери. - Неожиданно. - Откровенно говоря, мне очень нужен именно ты, расплескивающий во все стороны оптимизм, как бы хреново не было на душе на самом деле. Знаешь, подзарядиться радостными эмоциями, забыть о проблемах, почувствовать позитивные эманации, всё такое. - Нужна помощь? – мгновенно сосредоточился он, выскочив из чужой спальни и направляясь к автостоянке, - адрес сбросишь или всё ещё не доверяешь? Он, конечно, не слишком горел желанием ехать куда-либо в середине ночи, вместо заслуженного отдыха, но если кто-то нуждался в помощи, он никогда не проходил мимо. К тому же прогулка должна была отвлечь от мыслей о закрытии Олимпа. Поэтому весело переговариваясь с блондинкой, он уверенно шёл к машине своего отчима, фактически перешедшей в его руки. А уж когда девушка пообещала сварить ему кофе, он сделал вид, что поддался на уговоры и с радостью отправился на незапланированную прогулку. *** В другой ситуации он бы обязательно рассмеялся. Подумать только - его случайная знакомая, которая училась в его бывшей школе, в далёком детстве была лучшей подругой Гроувера, а кроме прочего приходилась старшей сестрой хорошо знакомым ему близнецам (ничего не забыл?), оказалась ещё и лучшей подругой Грейс. Той самой Грейс, чей брат Джейсон был другом самого Джексона, и сейчас сидел с потерянным видом около операционной. И именно из-за последнего брюнет и не смеялся. Он решил рассказать этим двоим позже, сейчас был слишком не подходящий момент. И он терпеливо ждал, пока хоть что-то прояснится. Но когда Чейз вышла из палаты, на ней не было лица. И Перси откровенно испугался. Сердце рухнуло куда-то в живот, заставив все внутренности сжаться; его язык совершенно не ворочался, он не мог сказать ни слова. Пока не коснулся блондинки, пытаясь удержать от столкновения со стеной. Ей нужна была помощь. И сейчас он должен быть сильным ради неё. Аннабет была невменяема. А затем разревелась в его объятьях. И он впервые почувствовал, что она - девушка. Не источник идей, потенциальный разработчик Титанов, обладательница острого ума и убийственного взгляда. Она лишь хрупкая девушка, которая была вынуждена полагаться лишь на себя, потому что рядом никогда не было человека, что забрал бы с её плеч ношу, вовсе ей не предназначавшуюся. Этот мир также был щедр для неё на оплеухи, от которых никто её не оберегал. И поэтому она спряталась и закрылась, чтобы защитить крупицы того доброго, что ещё осталось в ней от ребёнка, которому не дали насладиться детством. И он просто понадеялся, что его объятья дадут ей хотя бы на крошечную секунду покой и ощущение безопасности. Видят боги, ей нужно было хоть с кем-то ощущать безопасность. И быть хоть с кем-то хрупким созданием. *** 24 октября. Титаны проиграли бой Полубогам. Перси смотрел на застывшую на экране картинку и видел лишь Парфеноса. Как так получилось? Почему? Почему они должны сражаться друг с другом? И сражаться настолько яростно, вкладывая в битву все силы? И почему даже спустя столько лет этот человек способен переворачивать весь мир, даже когда ему приходится действовать на вражеской земле? Перси представить не мог, что этот проклятый персонаж поддержки, всего лишь тактик, а не воин, продержится против него так долго. Это единственное, что действительно смогло его удивить. Немного ранее Джексон спокойно продолжал сражаться, даже когда остался один. Как будто это имело значение? Они, конечно, не предполагали такого поворота и расклада сил, но карта оставалась их домашним полем. И помимо того, что оно ограничивало тактические возможности оператора Парфеноса, ущелье имело ещё парочку секретов. Поэтому Перси продолжал наносить мощные удары не столько по вражеским игрокам, сколько по земле. Но он грамотно всё разыграл. Создал впечатление, как будто даже позабыл о почти мёртвой Афине, бездумно дрался, попадался на мелкие уловки. И тогда ни у кого не возникло сомнений, что у него не было никакого плана, лишь сила. Он продолжал поддерживать подобную иллюзию, но не слишком старательно. Всё же на поле больше не было того, кто мог бы его раскусить. И когда край ущелья обрушился, никто не был к этому готов. Кроме него. И в итоге… Джексон проиграл. Чёртов целитель. Всё сражение тот соблюдал негласные правила и не использовал золотое руно, что брюнет вообще успел о нём забыть. Но в этот роковой момент именно эта деталь стала решающей. Лекарь полубогов выжил. А он, повелитель Титанов, погиб в собственной ловушке. И после, когда им открылась полная картина и воистину ужасающий контроль ситуации противника, никто и не вспомнил, сколько Перси совершил за этот матч. Гораздо проще было обвинять его. Он вступил в схватку и даже не смог устранить Парфеноса; он допустил, чтобы тот мог отправлять все эти сообщения и руководить действиями полубогов; он не спас своих партнеров; он не смог уничтожить вражескую команду; он даже так нелепо сдох под обвалом! Во всём виноват он. Только он один. И сидя в темноте, он просто бездумно пялился в окно. Возможно, будь он воспитан хоть чуточку иначе, он бы достал одну из бутылок алкоголя, которым его щедро снабжали поклонники, сотрудники Титанов и множество других лиц, не имеющих представления о возрасте Кроноса, не говоря уж о более тонких душевных материях. Но Перси хорошо мог представить укоряющий взгляд Салли, а потому продолжал слепо смотреть на мир за стеклом. И лишь когда в горле начинало першить нестерпимо, наливал себе сок. Он прекрасно понимал, почему происходило то, что происходило. Один раз поднявшись на вершину, теперь он должен был снова и снова, каждым своим действием, шагом, жестом доказывать, что он по-прежнему один из лучших. А Парфенос ставил под сомнение сами его навыки и значимость всей команды. Звук поворота замка не сразу привлёк его внимание. Лишь когда Тамми села на подлокотник дивана, задев его руку, Перси поднял голову. - Как ты сюда попала? - Стащила второй экземпляр ключей на пункте охраны, - помахала связкой ключей девушка, поднимаясь. Затем встала за его спиной, положила руки на плечи и наклонилась, шепча ему на ушко, - ай-ай-ай, бренди в таком возрасте, какой ты нехороший мальчик! Перси горько рассмеялся. - Бренди? Это яблочный сок, детка! – Джексон усмехнулся и поднял стакан к её лицу. - Пф! – она махнула ладонью, выбивая чашку, так что та отлетела в угол, разбрызгивая вокруг напиток, но никто не двинулся с места. - Значит, ты всё ещё слишком правильный, малек. Расслабься, - и она начала разминать его плечи и руки. - Тамми, стой, - ему совсем не хотелось шевелиться, так что отстраняться он не думал, но прекратить всё это было необходимо, - не трать время. - Заткнись, малек! – высокомерно фыркнула она, - не воображай лишнего, я просто сделаю тебе массаж, чтобы немного успокоить и помочь восстановиться. И было бы неплохо, если бы ты отодвинулся от спинки дивана, чтобы дать мне больше пространства. - Я…кажется, подхватил эту привычку у своего друга, - вырвался у него сдавленный смешок. Просьба девушки казалась ему излишней. Но вместе с тем волнующей. И хотя это было нелепо, но он ни с кем в этот вечер не спорил, поэтому послушался, наклоняясь. И совершенно не зря. - Какую? Воображать? - Угу..ммм…ты…очень хорошо справляешься, - он не мог подобрать нужных слов, чтобы выразить свои мысли, мелькающие где-то на периферии. - Спасибо, Малек, - мурлыкнула девушка, ненавязчиво подталкивая, чтобы он лёг на живот, после чего села на него верхом и с большим усердием приняла мять и гладить его спину и плечи, спуская мешающую рубашку всё ниже. – Стараюсь. - Ты… это не… то есть, - густой запах роз кружил голову, ещё больше затуманивая разум, но он всё же смог произнести то, что сейчас казалось важным, - это не просто мастерство массажиста. Ты действуешь иначе… ммм… ты профессионально занималась спортом? - О! А ты удивительно проницателен, - блондинка уже стягивала с него второй рукав, затем откинула ненужный предмет одежды куда-то в сторону, а затем снова склонилась, - художественная гимнастика. - Ну да, - приглушенно фыркнул брюнет, - это было очевидно. Поэтому вы с Келли были главными в школьной группе поддержки? - Келли рассказывала? - Уг..стой! – Перси дёрнулся и даже приподнялся на локтях, - около плеча не трогай. - Что? Почему? Тут как раз сильное уплотнение, видимо, спазм. - Нет, - вырвалось у него короткое и отрывистое. Но тут же его вынудили расслабиться, когда умелые руки воспользовались положением и скользнули ему по груди, а затем погладили живот, обводя напряжённые мышцы пресса. - Расслабься, малек, - шепнула ему на ухо блондинка, - я всё поняла. - Спасибо, - он снова послушно лёг, раздумывая, рассмотрела ли Тамми шрам или отступила просто потому, что оказалась достаточно понимающей? В любом случае, он хотел закрыть эту тему, - и почему же ты сейчас здесь? Спортивная гимнастика больше не прельщает? - Художественная, - недовольно проворчала девушка, сильнее надавив ему на поясницу, - хочешь послушать, почему пришлось порвать со спортом? - Если только ты желаешь поделиться этой, несомненно, душещипательной историей, - не стал настаивать Перси. - Ничего сверхъестественного. Случайность вкупе с наивностью. Региональный отбор, я шла второй с отставанием в жалкие сотые и с огромным отрывом от всех остальных, так что понимала, что даже если не смогу выиграть, путевка на чемпионат страны мне обеспечена. Переволновалась. Руки вспотели, я была растеряна и совсем забыла об этом. Поэтому перед стартом на заключительную дисциплину пальцы скользили, у меня ничего не получалось, и я боялась всё больше. Мой дорогой тренер предложил выход: небольшая успокоительная таблеточка, которая помимо уверенности придаст мне сил и ловкости. Я понимала, что это вряд ли законно, но готова была рисковать, настолько себя накрутила. Дальше неожиданная проверка на допинг из-за чьего-то доноса; дисквалификация, скандал, стресс. Я отказалась от тренера, а также почти от всех витаминов, лекарств, продуктов, которые составляли обычный рацион спортсмена. Я хотела доказать, что способна на всё сама. И зачастую тренировалась в неважном состоянии и без надлежащего присмотра. В итоге – страшное падение, травма, ногу собирали по кусочкам и вуаля! О спорте надо забыть навсегда. - Травма – это ещё не конец, - вяло возразил брюнет, расслабившись под её умелыми прикосновениями и приятным голосом. – Я видел, как вы с Келли разминаетесь в зале; ты в прекрасной форме. Нужно только перебороть страх и начать всё заново. - Я и начала, - Перси мог представить, как девушка пожала плечами, - вместе с Олимпом. Спасибо Келли, что продолжает меня учить. - Но это ведь не то. Ты проводишь в спортзале по четыре часа в день. Очевидно, что гимнастика значила и значит для тебя гораздо больше. - Может и так, - неожиданно блондинка приподнялась и передвинулась. В пределах видимости Перси появилась длинная нога, затянутая знакомым чёрным чулком, - только в моей ноге столько железа, что меня никогда не допустят до официальных соревнований. - Прости, - смутился Перси, прекрасно понимая, какого это. С такими вещами нельзя было бороться одним желанием и силой воли, и он мог ненароком сильно задеть чувства девушки, даже если она этого не показывала. - Всё в порядке, малек. Я уже смирилась. - Смирилась? – у него вырвался болезненный смешок, - может…тогда поделишься, как именно ты смогла это сделать..? Её руки застыли, а затем двинулись вверх по спине и накрыли шрам между плечом и лопаткой. - Ты..? – еле слышно спросила она одним коротким словом, сглотнула. - Ага, - безразлично откликнулся он. После чего оба замолчали; и ещё минут десять находились в тишине. И когда Тамми закончила массаж, встала, и они попрощались, как ни в чём не бывало, она вдруг развернулась, придержав закрывающуюся дверь и еле слышно прошептав одно единственное слово. «Соболезную». *** 31 октября. Как только очередной матч закончился, Перси в одиночестве помчался в аэропорт, чтобы успеть на самолёт, который вернёт его домой. Время было не слишком позднее, а зная своих друзей, он был уверен, что празднование Хэллоуина ещё долго не закончится. Ещё в небе он написал Гроуверу, чтобы узнать, как там их общая подруга. С его стороны было очень некрасиво пригласить её на вечеринку и самому не прийти. Но как оказалось, она так и не появилась. Тогда с коварной усмешкой Джексон набрал совсем другой номер. Следующей его целью стали близнецы. И несмотря на позднее время, братья мгновенно ответили и, долго не сопротивляясь, охотно сдали сестру и даже предоставили подробную карту, как добраться до их дома. В итоге, он всё же вытащил эту девчонку на Хэллоуин. И всё обернулось так, как ни он, ни она с её богатым воображением уж точно не предполагали. Он редко когда испытывал такую неловкость. Но в этот раз ситуация сложилась действительно…сложная. Он находил Воображалу симпатичной и интересной…подругой. Конечно. Несомненно, лишь подругой. Хорошим, близким другом, и никак иначе. А в итоге из-за глупой выходки Дрю мог потерять доверие Аннабет, которое только с таким трудом завоевал. В его окружении все всегда вели себя весьма раскованно, даже в последней школе, и он как-то не подумал, что для этой невозмутимой и воинственной Воображалы поцелуй может значить очень много. И учитывая её внешность, уж точно он даже не предполагал, что раньше никто с ней настолько не сближался. Хотя… она ведь всегда вела себя замкнуто, так что он мог бы догадаться, если бы посмотрел чуть дальше своего носа. И вообще, девчонки всё время заморачивались из-за…всего такого. Но в итоге… после бесконечных дней молчания и игнорирования он не выдержал и снова приехал к ней. Он абсолютно точно понимал, что если он не сможет как-нибудь её развеять и отвлечь от прошлой встречи, она может окончательно отдалиться от него. И по мимо того, что Гроувер с Чарли будут целую вечность промывать ему мозги, он сам будет скучать без её присутствия в его жизни. И он первый раз в жизни радовался встрече с потерявшейся собакой, ведь даже если Аннабет испугалась огромного зверя, она перестала сторониться его, Перси. И в конце концов достаточно оттаяла, чтобы он отчетливо понимал, что ещё не всё потеряно. *** 24 декабря. С каждый днём он чувствовал, что что-то необратимо менялось. В нём самом и в девушке, с которой он виделся слишком редко, но о которой столько думал… В них. Возможно, не занимай большую часть его жизни Олимп, эта связь накалилась бы гораздо ярче. А так, он предпочитал делать вид, что ничего не замечает. И лишь в этот вечер смог признаться себе в том, что именно с ними происходило. Очередная минута, секунда, мгновение усиливали так негаданно вспыхнувшую искру. И он ощущал каждой клеточкой тела, что между ним и Аннабет появилось напряжение. Не негативное, мешающее общению, а наоборот; что-то интригующее, отдающееся разрядом тока на кончиках пальцев. Понимание, поддержка, влечение... Немного большее…чем должно быть между друзьями. Но он не хотел рисковать, чтобы не потерять то, что есть. Он уже однажды обжегся с Рейчел, чуть не потеряв друга из-за попытки перевести отношения в иную плоскость. И точно знал, что предавший доверие Чейз, никогда не обретёт его снова. Романтика могла перечеркнуть их духовную близость, а он слишком привязался к блондинке с пронзительными глазами. Он просто боялся, что его Воображала может перестать ею быть. Зато она оказалась гораздо смелее. В этот раз она сама его поцеловала. Даже если это мгновение было ещё короче предыдущего их прикосновения. Оно было ещё более незабываемым. Наверное, он простоял бы как минимум до нового года без единого движения, чувствуя на губах её нежное и такое уверенное прикосновение, зажегшее в нём фейерверк чувств. Стоял бы, если бы не какие-то отголоски совести, которые упорно напоминали о проблемах близнецов. Джексон не мог оставить их без защиты. Даже если Аннабет привыкла защищать себя сама и полагалась только на свои способности; он всё же был рядом и готов был броситься ей на помощь по первому зову. Однако дальше вместо этого... он смотрел на её порхающие музыкальные пальцы. Сосредоточенное выражение лица. Прямую осанку. Жёстко поджатые губы. Безмолвно смотрел на экран, где её воин стирал в порошок противника, словно тот был неопытным щеночком, до этого ни разу не державшим мышку. И видел в этих движениях, в этой ярости совсем другого персонажа. Персонажа, которого он мог узнать по одной лишь тени; по шороху шагов; того, кто идеально дополнял его, когда они были на одной стороне, и кто беспощадно уничтожал его в иных случаях. Персонажа, одолевшего профессиональную команду, возглавляющую турнирную таблицу. Персонажа, семь раз убившего его самого несколько лет назад. А затем… чуть не упустив. С трудом догнав...Он стоял и вновь, снова и снова, смотрел на неё. С её сверкающими грозовыми глазами, выбившимися из-под шарфа вьющимися светлыми волосами, совсем как у какой-нибудь принцессы… «В руках Парфеноса появилось огромное копье, не слушая никаких доводов, он сделал короткий бросок вперёд, пробив своим оружием его голову насквозь и забрав последние крупицы жизни… ситуация, пояснений которой он вряд ли теперь сможет получить когда-либо». «Там была вся команда полубогов, но он видел только Парфеноса, перед глазами стоял образ, как несколько лет назад Афина, презрев своё тонкое искусство, яростно наносит удары. И теперь Джексон не смог удержаться. Он сблизился с тем, с кем его сейчас постоянно сравнивали. И вступил в личную схватку; поражаясь жесткости и рвению этого человека, известного своим хладнокровием, планами и невозмутимостью». «Квинтус скользит в сторону, заталкивая Under the Sea в щель, а затем поворачивается и бесстрастно наблюдает за огромным взрывом, который уничтожает больше половины всех монстров, которых им удалось собрать в этом подземелье». В голове Перси мелькали сотни кадров, мощь, сила, неукротимый дух… и неукротимые светлые вьющиеся пряди. Хрупкие запястья. Неуверенная улыбка. Как всё это могло быть в одном человеке? Знал ли он её хоть немного? Кем она на самом деле была: принцессой, воином, гением, монстром? Ведьмой? «До встречи на поле боя». Он знал. Она была Афиной Парфенос. Всегда. *** 31 декабря. - Жаль, мы не встретились раньше. Он лишь безразлично пожал плечами, так что светловолосая головка качнулась. Он ни о чём не жалел. Он ненавидел себя. За эту ночь, за слабость, за глупость и злость. И за то, что на миг помечтал, чтобы на этом месте оказалась совсем другая златовласая принцесса. - Почему же? – но не красиво было показывать ни в чём не виновной девушке, насколько ему неприятна эта ситуация, так что он всё же постарался проявить интерес к её словам. - Ты слишком правильный. Таких рыцарей мало, - она приподнялась и посмотрела прямо в глаза, - будь я первой – ты бы никогда не забыл меня. - А ты бы этого хотела? - Два года – это ничто. Кто знает, к чему бы мы пришли через несколько лет…ты бы стал настоящим Аполлоном! И никакая разница в возрасте уже не имела бы значения, блондинка рассмеялась, потянулась, как сытая кошка. – Но твоя голова, не говоря уж о сердце, занята кем-то другим, более незабываемым, верно? А вот эта тема ему не нравилась совершенно. Он итак всячески корил себя и ругался мысленно, углубляться во всё это ещё больше ему совсем не хотелось. Поэтому он промолчал, чем они вообще часто занимались с Тамми, так что она никак не отреагировала на отсутствие ответа. Перси поднял свою одежду и избегал поворачиваться, пока полностью не привёл себя в приличный вид, словно упаковался в защитную броню. - Расслабься, малек, - расплылась в широкой улыбке красотка, демонстрируя белоснежные зубы, - я более чем удовлетворена! - Эм… ну… хорошо, - ещё больше занервничал он, всё больше понимая, насколько не комфортно ему в такой ситуации. И продолжая корить себя за то, что поддался. Девушка вновь рассмеялась и встала, не стесняясь своей наготы и веселясь, наблюдая за смущенным брюнетом. - Если что, у меня нет и не было никаких ожиданий, так что я просто отлично провела время. - Да, - выдохнул Перси, - я тоже. Да. - Но если вдруг, - уже натягивая платье, Тамми украдкой бросила на него хитрый взгляд, - тебе снова нужно будет расслабиться, - она подмигнула, - у тебя есть мой номер. - Не думаю что… - забормотал брюнет, а затем взял себя в руки и уверенно посмотрел на красотку, - это не тот способ, которым я обычно пользуюсь, чтобы утешиться. - Ну, конечно! – расхохоталась девушка, - и почему я не удивлена? Ты ведь правильный мальчик. И скорее начнёшь цитировать по памяти стихи, чем прыгать в койку к даме. И всё же… если понадобиться моя помощь, обращайся, - она приблизилась, окутывая его ароматом роз и ласково выдохнула, - хорошо, малек? - Меня зовут Перси. Он даже сам не понял, как эти весьма резкие слова сорвались с его губ. Тамми не подала вида, что её как-то задел его тон, но его всё-таки грызла совесть… пока девушка не улыбнулась ему, наполовину льстиво, наполовину извиняясь, и он не разглядел расчётливый блеск в её глазах. Да, такую, как она, резкими интонациями не смутишь. Можно было смело выставлять её за дверь и забыть о случившемся, как о не лучшем сне. *** Он провёл день с младшей сестрой, выполняя любой её каприз и выслушивая очередную историю из сериала под названием «мой детский садик». Этому сюжету позавидовала бы даже Санта-Барбара. А под вечер, проводив Эсси и поздравив с праздниками Пола, он ненадолго застыл рядом со своим домом. Там была мама. И она, наверняка, тоже сейчас смотрела на него из окна. Пусть ни один из них не мог сейчас приблизиться к другому, они оба знали, что ещё слишком рано. Что они лишь ещё больше ранят друг друга. Но он всё же пожелал ей Счастливого нового года и сказал, как сильно её любит. Даже если она не слышит, его мама поймёт. Как и всегда понимала. Теперь остался лишь один человек, которого он должен был поздравить. Даже несмотря на прошедшую неделю. Поэтому он шёл по улице и упорно набирал сообщение. Замерзшие пальцы промахивались, текст появлялся медленно и постоянно ему не нравился. Так что брюнет раз за разом всё стирал, нервничая и ругаясь себе под нос, что вовсе не обязан был этого делать, она ведь не звонила ему. Но раз за разом снова доставал мобильный, признаваясь самому себе, что банально трусил. Так же, как трусил всю эту проклятую неделю. Он стукнул кулаком подвернувшийся под руку фонарь, получив порцию мокрого и отрезвляющего снега за шиворот. Да что же, он совсем тряпка что ли?!? И он, наконец, набрал это злосчастное смс. Даже почти нажал «отправить» и вновь замер. В телефонной книге она всё ещё значилась как Воображала. И она совершенно не заслужила такого отношения, какого-то незначительного сообщения, словно он выполнял повинность, от которой хотел побыстрее отделаться. Аннабет достойна большего. Она…очень важна для него. Так что он обязан хотя бы сделать попытку и позвонить. А она взяла трубку. Хоть и после десятого гудка, когда звонок уже должен был отключиться. Но взяла. - Привет, - после затянувшегося молчания произнес парень, - это Рыбьи Мозги. В смысле не мозги, а человек. Перси. То есть, Перси Джексон. Э… Он про себя уже без остановки чертыхался и еле заставил себя замолчать, а на другом конце провода звучал яркий, звонкий смех, вызывавший у него смутные воспоминания о шуме морских волн, звоне колоколов и пении птиц на рассвете. - Здравствуй, Перси, - смех стих. Ему даже стало жаль. - Да, здравствуй, - пролепетал он и мысленно дал себе оплеуху. Что происходит? Какого Аида он ведёт себя, как влюбленный мальчишка перед девчонкой, которая ему нравится!? О. Чёрт. А ведь он именно такой мальчишка.