Ошибки прошлого

      Приняв душ после пляжа, Виктория устроилась на диване в гостиной, наслаждаясь освежающим холодным домашним лимонадом. Николь плюхнулась рядом и, ловко выхватив у неё стакан, сделала из него внушительный глоток. — Ты специально взяла мой? — наигранно хмурясь, Виктория указала на второй стакан с лимонадом на столике. — Ага, — без капли смущения отозвалась Николь. — У меня кое-что есть для тебя, точнее, кое-какой сюрприз.       Серые глаза Виктории на мгновение стали серьёзными. — Сюрприз значит… — повторила она, весело дёрнув бровью. — И что же это?       Николь не сводила с неё глаз, стараясь угадать реакцию Виктории на то, что она задумала. — Твои родители не знали о наших отношениях до того, как ты ушла от меня, — начала она, погружаясь в тёмные бездны серых глаз, полные ожидания.       Виктория задумчиво почесала ключицу, бросив невинный взгляд на Николь, и изобразила виноватую улыбку. — Я не говорила им, потому что не знала, как они отреагируют на наши отношения. Я всегда считала своих родителей очень консервативными. Но после нашего расставания я была слишком подавлена, чтобы что-то скрывать от них. Мне было всё равно, кто и как отреагирует. — При воспоминании об этом сердце Виктории забилось сильнее. Она подлила себе из кувшина лимонад и приложила холодный стакан к лицу, растворяясь в обезоруживающем взгляде синих глаз. — А вообще, они сами давно обо всём догадались. Как это произошло, не знаю до сих пор. — Хорошо, что они знают. Будет проще.       Воспоминания о прошлом рассеялись, и Виктория, улыбнувшись, шутливо хлопнула Николь по животу. — Проще будет — что?       Николь выжидающе посмотрела на неё и мягко обхватила её за запястья. — Учитывая наши чувства и серьёзность наших отношений, неправильно, что я ни с кем не знакома из твоей семьи. — Она осторожно подбирала слова, чтобы не задеть чувства Виктории, не нарушить её личное пространство. — Только подумай, я много где побывала, но ни разу не была в городе, в котором ты жила. Кроме того, это очень красивый город, и я хочу его увидеть. — Виктория собиралась возразить, но Николь не позволила ей, прикоснувшись пальцем к её губам. — Погоди, если ты не согласна, не спеши обрушивать на меня критику по поводу моей затеи. Со своей стороны, я очень этого хочу, но, конечно, если ты посчитаешь, что я слишком тороплюсь, я готова подождать.       Николь потянулась к своей сумке, достала оттуда авиабилеты и протянула их Виктории. Та недоверчиво развернула их, читая информацию о рейсе. — Билеты на двоих до Москвы? А потом до… Санкт-Петербурга… — Сердце в груди будто подпрыгнуло. — Боже мой, серьёзно?! Когда ты их купила?       По реакции Виктории было сложно определить, возмущена она, поражена или рада. Николь немного растерялась. — Несколько дней назад.       Виктория моргнула. — И ты молчала! — Покачав головой, она сделала неопределённый жест рукой. — У тебя уже есть виза? — Ну да. Я обо всем позаботилась.       Виктория ошеломлённо посмотрела на неё. Удивление в серых глаз сменилось восхищением. Она взглянула на дату вылета, и на её губах заиграла непроизвольная улыбка. — То есть, мы летим в отпуск? — Да, наверное, можно и так сказать… — Николь кивнула, и улыбка Виктории стала шире. — Я люблю тебя! — Виктория втянула Николь в свои объятия и поцеловала её в уголок губ. — Для меня эта поездка будет не только волнующей, но и очень значимой. И я вовсе не считаю, что ты торопишься. Мне приятно, Николь, что ты хочешь познакомиться с моей семьёй.       Она снова посмотрела на дату в билетах. — Двадцать четвёртого июля? Так это… послезавтра. Уже послезавтра!       Николь коснулась её лица. — У тебя достаточно времени, чтобы успеть собраться.       Сияя, как ярмарочная звезда, Виктория взглянула на Николь, переполненная эмоциями. — Дай мне минуту, чтобы осознать это. Боже мой, мы полетим в Петербург! Я покажу тебе там всё — самые интересные и романтичные места.       Николь улыбнулась краешком губ и ласково погладила её бедро. — Очень этого жду.       Виктория перехватила её руки и, крепко держа их за запястья, поцеловала. От её поцелуя по телу разлилось ласковое тепло. Николь попыталась высвободить руки, чтобы обнять Викторию, но обнаружила, что воля к сопротивлению тает. — К тому же тебе нужно будет в ускоренном режиме обучить меня русскому языку, хотя бы самым распространённым выражениям. Я ведь ни слова не понимаю, кроме пары фраз. — Не переживай, я буду твоим переводчиком, — прошептала Виктория, не останавливаясь и продолжая её целовать. Она чувствовала жар её тела. — Ты готова рассмотреть мою кандидатуру на эту должность? — Ты припираешь меня к стенке. В таком возбуждённом состоянии я могу согласиться с чем угодно.       Виктория рассмеялась, уткнувшись в белокурые волосы Николь. Теперь единственное, что занимало её разум, было связано с предстоящей поездкой к её семье вместе с Николь, их общее будущее, в котором они по-настоящему вместе. — Между прочим, ты зря смеёшься! У меня отличное восприятие иностранных языков. Отец считал знания языков хорошим навыком. — Николь владела разговорным испанским и французским и была уверена, что освоит ещё один язык. — Не сомневайся, через некоторое время я овладею и русским. — Её голос звучал уверенно, она просто констатировала факт.       Светлые волосы выгодно оттеняли её прекрасное лицо, на котором смешались черты Джозефа и Глории. — Сколько рвения-то! — по-доброму поддразнила Виктория, не сводя с неё глаз. Она отстранилась и, смеясь, произнесла по-русски: — Ты такая милая, Николь, и только ты делаешь меня невероятно счастливой.       Николь, немного смутилась, вслушиваясь в незнакомую речь. — Прости, я ничего не поняла из сказанного. Но скоро я это исправлю.       Виктория снова засмеялась. — Я сказала: ты очень милая и делаешь меня невероятно счастливой. Очень счастливой. — Прозвучало так… возбуждающе… — Николь сверкнула глазами, вглядываясь в серую дымку её глаз. — Почему ты раньше ничего не говорила мне на своём языке? Это так заводит! — Запустив пальцы в тёмные волосы, Николь снова её поцеловала.       Виктория легонько оттолкнула её. — Откуда мне было знать, что тебя это будет так заводить, — с грудным стоном протянула она, поддаваясь настойчивым ласкам.       Николь привлекала Викторию обратно к себе. — Ещё как! Возможно, этот язык откроет во мне что-то новое. — Она ладонями обхватила её лицо и припала к её губам, после чего легко скользнула ниже, целуя нежную кожу. — Раз у тебя возник такой ненасытный интерес к моему родному языку, я, пожалуй, готова дать тебе первый урок прямо сейчас, — прошептала Виктория, встречаясь с её горячими губами. Она хотела её. Хотела прямо сейчас. В её голове не осталось места для беспокойства. По тому, как настойчиво скользили руки Николь по её телу и как жадно она целовала её, Виктория поняла, что тоже желает её немедленно. — Пожалуйста, скажи, что наш первый урок пройдёт в спальне? — не прерывая ласк, прошептала Николь ей на ухо. Ей хотелось, чтобы Виктория целовала её всюду, и сама хотела того же. Она чуть ли задыхалась от предвкушения. — Спальня — отличное место для обучения самым важным словам, которым я тебя сегодня научу.       Она помогла Виктории подняться с дивана и повела за собой к лестнице. Под её руками Виктория теряла остатки сдержанности. — Вот увидишь, я очень способная ученица. — Они осилили половину лестницы. — Не пропущу ни одного урока. Обещаю.       От этих слов Виктория невольно застонала в её объятиях. Её грудь тяжело вздымалась. — Почему-то я в этом ничуть не сомневаюсь. — Давай, скажи мне ещё что-нибудь.       Виктория хихикнула, не ослабляя объятий. Потом тихо произнесла ещё несколько фраз на своём родном языке и подвела Николь к двери их спальни.