Вырванные страницы

Ненадолго Джим все-таки отключился. На полчаса или час, не больше, если верить внутренним часам. Во рту снова стояла мерзкая сухость. Опустошив оставленный заботливым доктором стакан с водой, Джим прислушался к своему организму и остался вполне доволен: если не брать в расчет эту тяжелую, примитивную повязку из гипса да легкой слабости, в целом он был в порядке. В смысле готов к новым подвигам и их последствиям. Особенно к последствиям. Одно из которых – и, вообще-то, самое главное – стояло, привалившись к стене, прямо напротив открывшего дверь Джима. - Ну что, - как ни в чем не бывало, спросил Хан, - идем? - Куда? – не понял Джим, застигнутый врасплох. - К твоим людям, - кивнул Хан на пару тапок рядом с дверью. В недоверчивом молчании Джим поспешно обулся. В этой больнице было вполне тепло, но бетонный пол оставался бетонным полом, и даже после нескольких шагов по палате у него свело ступни от холода. Дискомфортно было и в больничной робе из тонкого хлопка, но нормальной одежды Хан не прихватил. Отклеившись от стены, он направился по широкому коридору к соседней палате, так что вопрос Джим задал его спине: - Как ты понял? - Что ты, наплевав на свое состояние и рекомендации Шай, пойдешь искать своих людей? – уточнил Хан, сомкнув пальцы на ручке двери. Четко очерченные губы сложились в широкую улыбку: – Я бы сделал то же самое. Распахнув дверь, он остался стоять на пороге, пропустив Джима впереди себя. Близость к этому человеку нервировала, пусть Джим и осознавал, что имеет дело с Ханом, ничем пока не заслужившим такое отношение. Но он его заслужит. Внутри было все до отвращения идентично его собственной палате. Вот разве что постоялец другой. Половина лица пациента была скрыта бинтами, но Джим сразу узнал своего навигатора. - Чехов. - Русский? – с долей удивления спросил Хан у него за спиной. - Что с ним? – Джим подошел к койке Павла, заметил планшетку с бумагами, такую же, как была у доктора Труман, и быстро просмотрел. Как он и думал, это была медкарта. Сотрясение головного мозга средней тяжести, повреждения мягких тканей лица, перелом бедренной кости правой ноги. Сжав планшетку в руке, Джим снова перевел взгляд на спящего Чехова. Злость на себя душила. - Кирк, - негромко окликнул Хан от двери, - нам пора. Стиснув зубы, чтобы не сорваться в ответ, Джим заставил себя вернуть планшетку на место и покинуть палату. В гробовом молчании он ходил из палаты в палату, читал диагнозы и не меньше пары минут стоял у каждой койки, всматриваясь в лица своих людей. Почти у всех было сотрясение мозга. Скотти отделался вывихом плеча, переломами ребер и проколом легкого. Ухуре пришлось делать экстренную операцию – у нее были серьезно повреждены селезенка и печень. Сулу и Боунз практически не пострадали – средней тяжести сотрясение и не представляющие угрозы гематомы. Наконец, остался только Спок. - Шай голову сломала, пытаясь разобраться в физиологии вашего остроухого друга, - поведал Хан Кирку, ведя его к последней, отдаленной от остальных палате. – Гемоцианин вместо гемоглобина, сердце на месте печени… Просто потрясающе. Кто он? - Вулканец. - «Вулканец», - повторил Хан, пробуя слово на вкус. – Инопланетянин? Джим молча кивнул, не вдаваясь в детали. - Потрясающе, - снова выдохнул Хан со странной для Джима восторженной, почти детской улыбкой. Тот, другой Хан, так не умел. Джим поймал себя на мысли, что пялится на аугмента. Моргнув, он сам открыл дверь в палату Спока. Вулканец, конечно же, спал. Руки, лежавшие поверх тонкого покрывала, были в нескольких местах перевязаны. На лице и шее зелеными мазками рассыпались мелкие порезы и синяки. Джим взял медкарту, пролистнул, быстро пробегая глазами по тексту. Споку досталось больше всех. Переломы, повреждения внутренних органов, большая кровопотеря. Ко всему прочему еще и нечеловеческая физиология, к которой местные доктора не знали толком, как подступиться. Джим вспомнил, как в какой-то момент Спок смог добраться до Ухуры и обхватить ее, принимая все удары на себя. - Почему здесь никого нет? – спросил он, позволив себе отвлечься. За те полчаса, что они с Ханом переходили от одной палаты к другой, им не встретилась ни одна живая душа, никто из персонала. Даже если за окном глубокая ночь, должны были быть хотя бы дежурные медсестры. Если это вообще больница. - Мы находимся в закрытом крыле, - объяснил Хан, пожав плечами. – Доступ сюда ограничен. В первую очередь, кстати, из-за него. - Ты распорядился? - Я? – поднял Хан брови. – С чего бы? Центром заведует Шай. - Но главный-то все равно ты? – настаивая, повернул к нему голову Джим. Он помнил историю Евгенических войн. Хан Нуньен Сингх, диктатор, установивший абсолютную власть над всей Азией и большей частью стран Африки, был фактически правителем четверти Земли более десяти лет, пока армии нескольких крупных держав не объединились против агрессивного захватчика. - Это смотря в чем, - пожал Хан плечами, не подозревая, куда клонит Кирк. – С вами, ребята, буду работать я, раз уж вы мне буквально на голову свалились. Шай милостиво согласилась вас подлечить, но свою личность советую держать в секрете. Рано или поздно кто-нибудь в центре проболтается начальству, и сюда заявятся военные с проверкой. К этому времени вы вряд ли будете стоять на ногах, так что придется кое-что провернуть. И ты мне в этом поможешь. - Я? - Советую все как следует обдумать, прежде чем соглашаться, капитан, - прозвучал ровный голос у Джима за спиной. - Спок! – не поверил он своим ушам. Но Спок действительно пришел в себя, и выглядел он для полученных травм очень неплохо. – Как ты? Я думал, ты еще нескоро очнешься. - Я находился в состоянии, которое можно охарактеризовать как лечебный транс, - поведал вулканец. В его голосе Джим нет-нет да уловил самодовольные нотки. – Благодаря этому мое тело залечило наиболее тяжелые повреждения. - Да, тебе повезло больше, чем нам, - хмыкнул Джим. К нему стремительно возвращался оптимизм. О, и, кажется, зря он это так сказал. Спок переменился в лице – вернее, одеревенел. - Лейтенант… - Все живы, я лично проверил, - поспешил успокоить его Джим. – Но, боже, Спок, ты посмотри, куда нас занесло! Это тысяча девятьсот восемьдесят седьмой! И Спок посмотрел. На Хана. - Я вижу, капитан, - произнес он тихо. - Мы рады, что вы пришли в себя, мистер Спок, - подошел Хан ближе. – Ваше состояние беспокоило нас больше всего. - Вы сказали капитану, что наши личности стоит держать в тайне. - Да, потому что моему миру пришельцы из будущего только навредят. - Вашему миру? - Миру, в котором я живу, - пояснил Хан, но произнес это медленнее, взвешивая и оценивая поведение Спока, сравнивая его с реакцией Кирка. Было в них что-то почти враждебное к нему. Что, к слову, довольно странно, ведь Хан обычно у всех вызывал инстинктивное расположение. – Мистер Спок, мы с вами знакомы? - Едва ли это возможно. - Вот и ваш капитан сказал то же самое, - прищурился Хан с интересом. – Перефразирую свой вопрос: вы знаете, кто я такой? Глаза Спока потемнели, когда он ответил: - Хан Нуньен Сингх. - "Нуньен Сингх"? – моргнул Хан с искренним удивлением. - Вы отрицаете свое имя? - Мое имя Хан, но и только, - хмыкнул аугмент. – Нуньен Сингх – имя моего учителя. Впрочем, - прикинул он вслух, - ничего удивительного. За три века историю еще и не так могли переврать. Но приятно, что меня вообще упомянули. - Хотел бы я, чтобы ты был всего лишь страницей в истории, - поморщился Джим, и даже предостерегающее «капитан» от Спока не помогло. – Ты хотел знать, откуда во мне твоя кровь? Меня ею спасли после того, как ты обстрелял наш корабль и угробил половину Сан-Франциско. - О. - «О»?! – окончательно вскипел Джим. – И это все, что ты можешь мне сказать?! - А я что-то еще должен вам, капитан? – протянул Хан с бархатной улыбкой – уже не такой искренней, и далеко не такой приятной. – Все, что я знаю, это то, что ваш корабль возник из ниоткуда, вырубил своим излучением все приборы на моем F-15 и едва не затянул за собой в воздушную воронку. Я приземлился на свой страх и риск, предположив, что экипаж нуждается в медицинской помощи. Я нашел вас и вытащил. Мои люди доставили вас сюда, в безопасное место, чтобы спасти ваши жизни. Мы не собираемся использовать ни вас, ни ваши технологии, напротив, окажем всю возможную помощь, чтобы вы свалили к черту в свой двадцать третий век. Я вам об этом уже говорил. В благодарность вы бросаете мне абсурдные обвинения. Даже и не знаю, как еще мне реагировать. Может, подскажете? Долгие, томительные секунды Джим думал, что просто взорвется. Не выдержит и набросится на этого проклятого сукиного сына. Может, хотя бы этой версии он сможет накостылять. Буйная фантазия немедленно подкинула картинку, как он снова безуспешно отбивает кулаки об эту вежливую рожу. Джим смерил оценивающим взглядом свой гипс на руке, и как-то незаметно все внутри улеглось и остыло. - Черт, - почти рассмеялся он Хану в лицо, - а ты все так же выбешиваешь меня. - Мы действительно встречались в двадцать третьем веке? Как? Джим бросил взгляд на Спока, безмолвно спрашивая совета. Но не поздновато ли, капитан? - Насколько нам известно, вас пробудили из криосна, - сообщил вулканец. - И я был настолько в плохом настроении, что обстрелял ваш корабль и разнес полгорода? – поднял бровь Хан. – Неужели ваше будущее настолько… непривлекательное? - Вы… - начал Спок, но Джим, неожиданно для себя, ответил: - Твоя капсула попала к не самым достойным людям, имеющим власть. Они попытались использовать тебя, и тебе это не понравилось. - Ну, в это я могу поверить, - согласился Хан. – Полагаю, этими «не самыми достойными» были не вы? - Нет. - Что ж, тогда об остальном расспрошу как-нибудь в другой раз, - подвел Хан итог. – Если вы не против, нам стоит еще многое обсудить. - Согласен, - чуть выпрямился на своей койке Спок. – Где сейчас находится наш корабль? - Там же, куда он и упал – в Большой Песчаной пустыне. Крайне удачно для вас, кстати, - кивнул Хан Кирку. – Поблизости ни одного населенного пункта. Мы скрыли корабль маскирующими сетками, так что с высоты его тоже не обнаружить. - Ты сказал, что сюда могут в любой момент заявиться военные, - напомнил Джим. – Что это за место? Уж точно не простая больница. - До недавнего времени здесь располагалась военная база и научно-медицинский центр. Война закончилась, - пожал Хан плечами, - базу официально расформировали, центр оставили. Но он все равно спонсируется военными, так что Шай… доктор Труман, заведующая центром, не может отказать им в проверке. - И если они обнаружат нас… - То охотно выпотрошат из вас информацию о будущем, - спокойно подтвердил Хан опасения Кирка. – И вот поэтому ты, капитан, должен мне помочь. - Слушай, - не выдержал Джим, - ты можешь перестать, а? - Что? - Говорить «капитан» так. - Как «так»? - Так, - процедил Джим, - словно имеешь в виду что-то неприличное. Хан с интересом посмотрел в ответ. - С такой интонацией, - закатил глаза Джим, не находя иного слова, кроме как: – Сексуальной, - и тут же тряхнул головой: – А, поверить не могу, что я это сказал! - У меня сексуальный голос? – с еще большим интересом спросил Хан, переведя взгляд на Спока. - Вы сделали акцент на слове «капитан», это правда, - с расстановкой подтвердил замявшийся было Спок. – Но я едва ли могу судить, какую сексуальность капитан уловил в вашем голосе. - Я не это сказал! – возмутился Джим сразу и Ханом, и предателем Споком, чувствуя, как жар окрасил лицо. Хан на мгновение задумался, прокручивая в уме слова Кирка, и, веселясь, с легкой усмешкой перефразировал: - Значит, ты находишь сексуальной интонацию, с которой я произношу твое звание? Джим раскрыл рот, с шумом его закрыл и отмахнулся от нелепого разговора здоровой рукой: - Всё, забыли. Какая именно помощь от меня требуется? Не сводя с Кирка пристального взгляда, Хан ответил не сразу, словно смена темы оказалась для него слишком резкой. - Будем отталкиваться от худшего сценария, - качнув головой, рассудил он. – Троим членам вашего экипажа требуется медицинский уход. По прогнозам Шай – хотя бы дней пять. За это время военные вполне могут навестить центр. Это закрытый объект, посторонних здесь быть не должно. Но мы постараемся выдать вас за аугментов. Наши отряды постоянно выполняют сверхсекретные задания, - подчеркнуто ровно объяснил Хан, – так что рядовая проверка не имеет права допрашивать членов отряда. Но они вполне могут потребовать встречи с их командиром, - здесь Хан выразительно посмотрел на Кирка. – Моя ДНК в тебе поможет обмануть их, если они захотят удостовериться, что ты действительно аугмент. Документы для тебя уже делают. - Но не вызовет ли подозрений, что у капитана нет улучшенной регенерации тканей? – спросил Спок. Хан с легким удивлением качнул головой. - Нет, мы все разные. Хватает и тех, у кого возможности регенерации приближены к норме, что, впрочем, - тут же заметил он, - все равно не относится к капитану Кирку. - То есть? Хан повернул голову к Джиму. - По прогнозу Шай гипс тебе можно будет снять уже следующим вечером. Джим уставился на Хана. - Кость не срастается так быстро, - произнес он медленно. - Нет, - согласился аугмент, - не срастается. Джим приоткрыл рот, словно хотел что-то сказать, но так и не смог. С момента своего воскрешения он не получал никаких серьезных травм, чтобы теперь иметь довод для протеста. Возможно, зря он не ознакомился с результатами собственного обследования? - Вот вы где! – вдруг ворвалась в палату доктор Труман и свирепо надвинулась на Хана. – Я же просила тебя не тревожить… - Эльф очнулся! – поспешил Хан перевести ее внимание с себя на необычного пациента. – Знакомься. Это мистер Спок. Он вулканец. Шайенн остановилась, перевела взгляд на Спока и, вдруг резко крутанувшись, так засветила ногой Хану в грудь, что он отлетел и проскользил по полу до самой стены. - Ого, - присвистнул Джим тихо. На всякий случай. Шай опустила ногу и снова ее приподняла, уставившись сначала на босую ступню, а потом – на довольно ухмылявшегося собрата. - Отдай тапок, скотина. Скользящим движением Хан поднялся на ноги, баюкая в ладони чужую обувь. Если ему и было больно от удара подруги, он никак этого не показал. - Тапок отдай, говорю, - снова потребовала Шайенн. – Пол холодный. - Только если я сам надену его на твою прекрасную ножку, - поставил Хан условие с комично серьезным лицом. – В противном случае я буду хранить этот тапок как военный трофей. Хмыкнув, Шайенн вскинула босую ногу на уровень лица Хана, демонстрируя превосходные растяжку и координацию. Хан медленно приблизился. - Надевай, - повторила она свое требование. Ухмыльнувшись, Хан подался вперед, быстро провел пальцем по стопе, вызвав щекотку, еще быстрее вернул мокасин на законное место и тут же присел, уворачиваясь от нового удара уже другой ноги. - Проклятье, - хмуро одернула штанину Шай, более не пытаясь напасть. – И почему ты всегда быстрее? Хан улыбнулся ей, но поймал на себе сверлящий, пристально-оценивающий взгляд Спока и оставил веселый комментарий при себе. Поправив обувь на ноге, Шайенн вернулась к исполнению своих должностных обязанностей: она расспросила Спока о самочувствии, уточнила массу нюансов о его физиологии, проверила швы на руке, где был открытый перелом, и на животе после многоплановой операции, где она буквально собрала вулканца по частям. - А вы, - повернулась она к Джиму, сверкая глазами, - немедленно возвращайтесь к себе в палату. И если снова узнаю, что вы бродите без моего ведома, я привяжу вас к кровати! - Понял, - быстро вскинул здоровую руку Джим и состроил крайне виноватую мину с трогательно застенчивой, извиняющейся улыбкой. – Простите. Я не хотел, чтобы вы беспокоились. Шайенн выгнула бровь, перевела взгляд на Хана и закатила глаза. - Два сапога пара, - вздохнула она, направившись к двери. – Паяцы. Заметив, что за ней никто не спешит покинуть палату, женщина выразительно сверкнула глазами, и Хан с Джимом немедленно поспешили на выход. Уже после того, как Джима вернули обратно на его койку, Хан проводил подругу к ее кабинету. По дороге он поделился с ней некоторыми соображениями по поводу пришельцев, подтвердив свое первоначальное впечатление, что экипаж «Энтерпрайз» в лице пока лишь капитана Кирка и мистера Спока достаточно разумны и осторожны, чтобы не натворить дел, которыми подставят и себя, и своих спасителей. - Полагаюсь в этом на тебя, - кивнула Шайенн. – В конце концов, ты наш Хан. - Перестань, - поморщился аугмент. – Я больше не лидер. Быть ведущим инженером в создании первого космического корабля для путешествия меж звезд меня вполне устраивает. - Ты просто помешался на своих звездах. Мастер Сингх никогда не смирится с этим. Он готовил тебя для другого. Какое-то время они шли в молчании, пока Хан вдруг не спросил: - Шай, у меня сексуальный голос? - Что, прости? - Капитан Кирк, - лукаво улыбнулся Хан, - посчитал, что некоторые мои интонации при обращении к нему слишком сексуальны. Вспоминая, как капитан забавно тряс головой и краснел при этом, он не сразу заметил, что Шай смотрит на него с вытянутым выражением лица. - Что? - Прекращай ломать мне психику. Пожалуйста. - Но это чистая правда! - Ничего не хочу слышать!