Упавшая Звезда

Синие горы. Патрульный крейсер «Конкордия». Декабрь 1267       — Начертание соответствует схеме, — неторопливо вышагивая по испещрённой десятками и сотнями мелких символов шершавой металлической палубе, подвела итог Йеннифэр. В последний раз сверившись с полудюжиной исписанных листов непривычно белой бумаги, женщина удовлетворённо кивнула.       — Конечно, соответствует, — фыркнул инженер Ли Фрай, последние полчаса с недовольным видом подпиравший подготовленный транспортный челнок типа «Барибал». — Мисс Дженнифер, с ваших же... записей, — он явно хотел сказать иное слово, но в последний момент удержался, — копию сняли, в лазерный гравёр загрузили, масштабировали и выжгли. Если у вас никаких ошибок нет, то и здесь быть не может.       — Эх, покрытие только всё попортили, — ворчал какой-то матрос, как раз сворачивая то самое устройство, благодаря которому огромный больше десятка саженей ритуальный круг удалось создать всего за десяток минут! Мало того, ещё и с поразительной точностью.       — Ты, Купер, оборачивайся почаще, — хохотнул его напарник, — не то раскроется эта пентакля и вылезет из неё тентакля, а ты к ней жопой.       — На верхней палубе чертить «схему 2», — на всякий случай напомнила старшему инженеру чародейка, проигнорировав болтовню матросов. Впрочем, теперь она была почти полностью уверена, что федералы не напортачат. — Место, которое подбирали вчера — утверждено?       — Да, без изменений всё, — пожал плечами мужчина, погрозив кулаком младшим по званию. — Сейчас гравёр переместят, настроят и минут через тридцать-сорок будет готово. Дело только за вами останется. Сегодня успеем? Мне вахты проинструктировать надо, техников выделить…       — Трисс уже отправилась за кристаллами в места Силы. Первый челнок переместим сегодня вечером, — сложив листы и убрав в небольшую герметичную сумку, где уже хранился выданный ранее планшет, женщина закинула ремень за плечо и тряхнула волосами цвета воронова крыла. Она явно собиралась сказать что-то ещё, однако её отвлекла негромкая трель входящего вызова с упомянутого планшета.       Пришельцы могли общаться между собой через специальные устройства на любом расстоянии — это она знала с самого первого дня, однако внутри корабля и до полулиги вокруг него большинство из них делало это благодаря имплантам. Дальше охвата некой «корабельной сети» не хватало. Недавно иноземцам наконец надоело всякий раз отправлять к ним с Трисс посыльного для любого мало-мальски важного разговора и им дали доступ к внутрикорабельной связи через планшеты, объяснив, как ими пользоваться. Вытащив из кармашка небольшой наушник, женщина вставила его в ухо и коснулась сенсора.       — Я слушаю, — по привычке кивнула она, лишь после поймав себя на мысли, что собеседник всё равно её не видит.       — Левин на связи, — представился старший помощник капитана. — Доброго вам дня, мисс Дженнифер. Кэп просит подойти в переговорную, как освободитесь.       — Уже освободилась, ждите, — чародейка отключила связь и, вернув наушник на место, обернулась к Ли Фраю. — Капитан хочет меня видеть. Вы знаете, что делать. Постарайтесь не допустить ошибок.       — Не допустим, не сомневайтесь, мисс. Уж не сложнее печати наносхем.       Проходя по неизменно-белым, сделанным по одному общему подобию коридорам корабля, Йеннифэр не смогла сдержать бледной, усталой, но всё равно предвкушающей улыбки. Расчёты по коррекции для ритуалов компрессии и декомпрессии не дались ей просто — пришлось работать четверо суток напролёт, время от времени стимулируя себя магией, кофе и энергетиками, принесёнными по такому случаю пришельцами. Они тоже были заинтересованы вытащить на белый свет свои летательные аппараты как можно скорее. За минувшие дни переданные федералами кристаллы, размещённые в местах Силы в долине Каэр Морхена уже должны были наполниться достаточным количеством энергии первостихий, чтобы хватило переместить хотя бы один челнок. По крайней мере, так рассчитывала сама чародейка. Сказать точнее получится лишь лично осмотрев каждый из них.       На выходе из лифта её уже поджидал с дымящейся кружкой кофе старший помощник — Феликс Левин. Не слишком высокий, особенно на фоне других пришельцев, плотный мужчина с гладко выбритой головой и закрученными длинными усиками улыбнулся, приветственно отсалютовав ей кружкой.       — Жаль, что пришлось отвлечь вас, но дело срочное. Времени не так много, — он зашагал вперёд, приглашая её следовать за собой.       — Даже срочнее перемещения челнока?       — В каком-то смысле, — вздохнул мужчина, входя в гостеприимно разъехавшиеся в стороны двери совещательного зала. — Наши оппоненты дали о себе знать.       — На орбите?       — Да, именно они, — ответил вместо старшего помощника капитан Носов, расположившийся во главе большого, овального стола. — Оптические станции и пассивные сканеры засекли повышенную активность пиратского корабля над нашим полушарием. Они вошли в верхние слои атмосферы.       — Разве их не наблюдали и раньше? — чародейка догадывалась, что в этот раз случилось нечто неординарное, однако по словам федералов их противник и прежде минимум пару раз заходил в атмосферу.       — Ранее они спускались на незначительное время — не более четырёх часов. Сбрасывали накопившуюся статику и пополняли запасы воздуха, полагаю. Их корабль не предназначен для посадки на планеты подобные этой, — словно вторя словам мужчины, на одной из белых стен появились изображения — записи, снятые через невероятно мощные телескопы, на порядки превосходившие своим совершенством всё, что было доступно чародеям и астрономам их мира.       — Они сбрасывают… свои челноки? — Йеннифэр присела за стол напротив капитана. Старший помощник тоже разместился в соседнем кресле. Больше в помещении никого не оказалось.       — Не только. Ещё рассылают оставшиеся истребители по разным векторам, но все в пределах атмосферы. И всё это над нашим полушарием. Они что-то ищут…       — Или собираются мигрировать на планету, как и мы, — без особой радости усмехнулся Левин.       — Такое тоже возможно, — неопределённо качнул головой Носов, — челноки явно доставляют что-то на поверхность, но совершенно точно — в разные места. Пытайся они организовать наземную базу - их курсы бы совпадали.       — Группы высадки, разведывательные партии, — согласно кивнул старший помощник. — И всё это чертовски близко к нам. Если экстраполировать их курсы и траектории, то основная активность пиратов идёт вдоль побережья и в центре материка, южнее реки, называемой вами Яруга и гор Амелл.       — Южнее лишь территории Нильфгаарда, а в центре континента пустыня и дикие земли — там нет государств, — прокомментировала чародейка, давно уже видевшая снимки и записи своей планеты. Скорее всего, она вообще была первым человеком этого мира, узнавшим о существовании ещё целых трёх материков на их планете. Однако столь несвоевременная активность космических пиратов где-то там, на юге, где должна была находиться Цири ей совсем не нравилась.       — Теперь только вопрос времени, когда они обнаружат нас. Горы вокруг усложняют задачу, но это уже вопрос статистики при таком количестве полётов.       — Всё больше убеждаюсь, что дождаться их отбытия с орбиты не выйдет. Подозреваю, они теперь такие же пленники этой планеты, как и мы, — Носов, сложив руки в замок, оперся на стол. — Больше медлить нельзя — нам требуется запустить аварийный спутник, и чтобы он не был сбит ещё до выхода на орбиту, нам потребуется ваша помощь.       — Чары невидимости, о которых мы беседовали не так давно, — сразу же догадалась, о чём пойдёт речь Йеннифэр. — В прошлый раз вы упоминали размеры объекта, на которые их нужно наложить — это и есть тот самый спутник?       — Спутник с носителем, да. Уже на геостационарной орбите они разделятся — носитель наберёт вторую космическую скорость и уйдёт с орбиты планеты, имитируя передачу сигнала, а спутник останется на ней, продолжая цикличную передачу.       — Ваши враги способны засечь саму передачу?       — Сложно сказать, — вздохнув, капитан пожал плечами. — Зависит от их оборудования. Передача будет вестись через гиперпространство — для этого и нужно вывести спутник на орбиту. При передаче с поверхности, гравитация планеты внесёт слишком большие помехи в сигнал. При связи в пределах солнечной системы это ещё терпимо, но на межзвездной дистанции это сделает сигнал нечитаемым.       — Рауди гарантирует, что им потребуется не меньше трёх-четырёх часов на выяснение источника сигнала. В худшем случае, — поспешил заметить Феликс. — В лучшем — они и вовсе не смогут его засечь. Как максимум — уловят слабые волновые искажения гиперпространства, но их легко спутать с блуждающим эхо пульсаров. В конце концов, у них эскортник, переделанный из транспорта, а не навороченный корабль РЭБ.       — Однако они совершенно точно засекут спутник, если его можно будет увидеть, — пусть чародейка много не поняла из слов капитана и его старшего помощника, однако общий смысл всё равно был ясен. А остальное ей никто не помешает изучить после через планшет, обратившись к библиотеке «Конкордии».       — Именно так. Не стоит давать им лишний шанс нашего обнаружения. По самым скромным подсчётам, мы уничтожили не меньше двух тысяч их товарищей-отморозков. Вряд ли они довольны таким итогом.       — Мне нужен доступ к спутнику. Возможно, понадобится и ещё один кристалл, наполненный энергией первостихий — его нужно будет вложить внутрь устройства. Мне неизвестно, как быстро развеются чары без подпитки в такой дали от интерсекций планеты. Лучше перестраховаться. Также мне нужно время на некоторые расчёты, но это после осмотра.       — Никаких проблем, — наконец довольно улыбнулся Носов, — Достанем всё, что в наших силах. Сейчас это наивысший приоритет. Иначе челноки нам могут просто не понадобиться…       — Жаль, что нельзя наложить эти чары на всю долину, — кисло выдавил Левин.       — Можно, — не согласилась Йеннифэр и, уловив в его тёмных глазах вспыхнувший интерес, тут же разбила надежду. — При наличии в достатке таких замечательных кристаллов-накопителей, как у вас — всего-то пара-тройка лет работы.       — Аппетит приходит во время еды, да, Феликс? Пока удовлетворимся невидимостью в световом и радиоспектре для одного спутника, — хмыкнул капитан, с иронией покосившись на своего подчинённого. Старший помощник молча вскинул руки в притворной капитуляции.

***

      Орбита третьей планеты (Мистерия) неизвестной системы (Фортун Волатил). Эскортный носитель «Дейв Боумен». +173 стандартных суток после боя на орбите.       — Будет здоровый малыш, всё в порядке, — с усталой улыбкой проговорила доктор с нашивками лейтенанта флотской медицинской службы. — Тебе стоит поменьше волноваться, Иви. Чем меньше стресса — тем лучше для ребёнка. Я напишу Кирку, чтобы освободил тебя от вахт…       — Нет! — лейтенант Кэндис протестующе вскинула руку. — Серьёзно, не нужно, док!       — Иви, с твоим сроком тебе нужно меньше думать о службе и больше… — женщина умолкла, поймав умоляющий взгляд девушки. — Хорошо, неделя и ни днём больше. Через семь дней снимаю тебя с вахт и это — не обсуждается.       — Спасибо, Дэнни! — облегчённо выдохнула Иветта, осторожно покидая анатомическое кресло универсального диагноста.       — Как назовёшь — решила? — внося какие-то записи в компьютер, что-то быстро набирая на голографической клавиатуре, спросила Даниэлла.       — Уилл, Уильям — в честь мужа, — девушка резко помрачнела. — Я пойду, Дэнни.       — Конечно, Иви. И не забывай про режим.       Махнув на прощанье рукой, будущая мать коснулась панели управления дверью и покинула медблок. Пройдя по коридору и завернув за угол, она оказалась на обзорной палубе где и замерла, бездумно вглядываясь в притягательную голубизну планеты под ними. Девушка медленно подошла к борту и застыла, словно размышляя о чём-то. Невидяще глядя в голубую даль, она, казалось, не замечала ни проплывающих облаков, ни очертаний материков… Прислонившись лбом к прозрачному пластику и зажмурившись, Иви с силой сжала кулаки и протяжно выдохнула, успокаиваясь, беря разбушевавшиеся эмоции под контроль. И всё равно мысли об оставленном любимом, вернуться к которому она теперь сможет лишь чудом, продолжали подтачивать её, отзываясь тягучей болью в груди. Успокаивало… нет, примиряло хотя бы отчасти лишь понимание того, что она носит в себе его часть, его продолжение — их будущего сына. Она постаралась отрешиться от болезненных воспоминаний, страхов и переживаний — лучше всего в этом помогала служба, работа, любая, даже самая простая. Оттого она так и цеплялась за эти вахты, даже несмотря на своё положение. Неожиданно для самой себя, девушка вновь принялась вглядываться в далёкие красоты этого нежданного оазиса посреди бескрайнего мёртвого космоса. Как было бы хорошо однажды спуститься на поверхность вместе с группой высадки, пройтись ногами по высокой траве, дотронуться до мягкой листвы, ощутить кожей солоноватый морской бриз… Так близко и так далеко, кажется, будто стоит просто захотеть, стоит лишь протянуть руку и всё это — твоё, но это была лишь иллюзия. Иви прекрасно знала, что никто не отпустит её вниз, до родов - уж точно. Да и потом — далеко не факт, учитывая, что творится на корабле и с коммандером Кирком в последние месяцы. Девушка совсем невесело усмехнулась — клетка для всего экипажа, иллюзия нормальности, благополучия… Как и это обзорное панорамное «окно» перед ней. Она хорошо знала устройство эскортного носителя и прекрасно понимала, что за прозрачным, до самого пола, панорамным окном-экраном на самом деле скрывается ещё целых пять метров технических помещений, труб, магистралей, баков и глухой внешней обшивки.       Мимо, о чём-то негромко переговариваясь, прошла примечательная компания: космопех в лёгком бронескафе, малознакомый энсин медицинской службы с «Дин Альта», и Ниенна с Иегласиль — пара гостей «Боумена». Или вернее сказать — гостий? Эльфийки, захваченные на поверхности разведывательной группой несколько месяцев назад, чувствовали себя вполне неплохо и выглядели соответствующе, о чём-то бойко, взахлёб болтая с энсином на странной смеси англика и своей родной Старшей речи.       Безусловно, эльфийки произвели на борту настоящий фурор… К тому времени, благодаря дистанционным наблюдениям, наличие разумной жизни на планете, представленной ужасно-архаичной человеческой цивилизацией, уже не было ни для кого секретом. Как не являлось секретом и существование неких околочеловеческих видов, словно сошедших со страниц древних сказок докосмической эры. Вопрос о том, как такое возможно, оставался по-прежнему открытым и едва ли на него им суждено ответить. Однако, одно дело наблюдать за жизнью местной цивилизации в мощную корабельную оптику или отсматривать записи групп высадки, изредка совершавших вылазки на планету, и совсем другое — контакт. По сути, это ведь можно назвать полноценным Первым контактом с иной, внеземной разумной жизнью! Событие само по себе не рядовое, а знаковое — за всю историю межзвёздных полётов людям довелось обнаружить в своём спиральном рукаве лишь пару разумных видов! И едва ли они походили на людей, а тут такое разнообразие и одновременно пугающая, не объяснимая ничем и никем схожесть.       Первое время серьёзной преградой для общения стал язык и… откровенный страх нечеловеческих девушек перед ними. Оттого изучать их организмы медикам «Боумена» приходилось, предварительно усыпив эльфиек. Иви не вдавалась в результаты этих обследований, знала лишь, что строение тела, за исключением формы ушей и некоторых различий в устройстве челюсти и зубов, почти не отличалось от человеческого. Кажется, что-то связанное с отсутствием клыков. Ещё у них немного отличалась толщина костей в меньшую сторону, однако это было в целом сопоставимо с показателями людей, выросших в условиях пониженной гравитации. Зато кровь, как и у людей делилась на группы — у обеих эльфиек они оказались разными. Увы, провести частичную расшифровку генома из-за отсутствия на корабле подходящего оборудования и специалистов было просто невозможно. Так что раскрытие секрета долгой жизни и вечной молодости, присущей этому человеческому виду, оставалось где-то далеко-далеко за горами. Правда, Ниенна и Иегласиль, по собственному признанию, оказались весьма молоды даже по человеческим меркам, не говоря уже о народе Aen Seidhe — обеим не было и сорока. Выглядели они при этом едва ли старше двадцати и это при крайне скудном доселе образе жизни. Там, внизу, они отнюдь не купались в роскоши, живя в нищей эльфийской общине за стенами одного из человеческих городов.       Постепенно, благодаря стараниям психологов, удалось наладить контакт и даже начать кое-какой обмен информацией, одновременно с обучением языку. Спустя месяц эльфийки бегло общались на англике, а экипаж корабля получил в своё распоряжение сразу две базы данных по языкам, названия которых можно было перевести, как «Старшая речь» и «Всеобщий язык». Когда карантин кончился, девушкам даже разрешили общаться с иными членами экипажа, вне исследовавшей их ранее спешно сформированной «группы контакта». Недавно коммандер Кирк и вовсе расщедрился, разрешив им свободно перемещаться по жилой палубе, вне боевых постов, складов и прочих жизненно-важных корабельных систем. Без присмотра их, конечно, никто не оставлял — корабельный виртуальный интеллект круглосуточно наблюдал за ними через камеры и вживлённые в тело микрокапсулы-контроллеры. Теперь невольных пленниц можно было регулярно застать в кают-компании или зале для рекреации за общением с кем-нибудь из свободных от несения вахт матросов и офицеров. Кое-кто даже пытался приударить за ними в меру своих возможностей — как парни, так и некоторые девушки. Эльфиек последнее изрядно удивило, но ещё больше, по их словам, удивляло то, что никто не пытался взять их силой. Иветта случайно присутствовала при том разговоре: тогда сам Эл-Си с возмущением сказал, что они астронавты и солдаты, а не насильники… Иегласиль тогда с болью отвела взгляд и мрачно ответила, что у них солдаты и насильники — это почти одно и тоже. К счастью, лейтенант-коммандер, не желая портить вечер, умело перевёл тему на праздники народа Aen Seidhe, а Иви нашла для себя очередное объяснение тому, почему сами эльфийки не рвались домой на родину, предпочтя такой свободе золотую клетку в холодных, чёрных небесах.       Однако две девушки были не единственными, кого доставило со своей разведывательной миссии отделение мастер-сержанта Хаксли в тот раз. Третьим невольным «гостем» оказался нелюдимый, бородатый мужчина-человек неопределённо возраста и рода занятий. По докладам десантников, он возглавлял толпу тех, кто собирался повесить Иегласиль с Ниенной за бродяжничество, воровство и сочувствие местным экстремистам. Звали его Вроффи и он оказался настоящим религиозным фанатиком, постоянно твердившим всякую чушь про «великое солнце», в котором всё рождается, умирает и которое воздаст всем по делам их.       «Обычный митраистский культ, каких и на Земле хватало», — заметил после одного из допросов лейтенант-коммандер, он же Эл-Си, он же капитан «Боумена» — Тимиш Эберхартер, прозванный собственным экипажем «всезнайкой» за поистине гигантский кругозор, далеко за пределами требуемого военному астронавту и командиру корабля. К сожалению, многого узнать от фанатика, замкнувшегося в своей вере, не удалось — лишь некоторое количество материала для формирования базы данных по всеобщему языку и некоему «нильфгаардскому языку», который на поверку, после перекрёстных сравнений, оказался диалектом старшей речи. Сам Вроффи, как позже стало ясно, был отнюдь не жрецом местного варианта бога Митры, а кем-то вроде бродячего проповедника-пилигрима, однако весьма успешного, раз сумел устроить расправу недовольного люда над парой эльфиек. Именно расправу, так как по законам Империи Нильфгаард и её провинции Гесо, где всё случилось, никаких прав на это у него не было. Ныне же, в отличие от тех, с кем он так жаждал расправиться, упёртый фанатик обитал в корабельном карцере. Его подумывали вернуть обратно на планету во время одной из следующих разведывательных миссий, но коммандер Кирк медлил, опасаясь, что он слишком много узнал и может использовать это во вред арканзасцам. Хотя, как по мнению Иви, этот фанатичный дурак не представлял бы для них опасности, даже выкинь они его перед прямо городом, где обитали главы его культа. Ему просто никто не поверит, сочтя сумасшедшим. И окажутся недалеки от истины — с головой у этого типа явно была беда.       — Иви! — внезапно окликнул её знакомый голос, выводя из размышлений об ироничных поворотах судеб их невольных гостей. Обернувшись, девушка заметила неподалёку лишь недавно помянутого в мыслях Эл-Си. — Здравствуй, как ты, как малыш? — мужчина с тёмными кругами под глазами, устало улыбнулся, кивнув на её живот.       — Привет, Тимиш, спасибо за беспокойство. Дэнни сказала, что всё в порядке и дала целых две недели, прежде чем упечь к себе.       — Даниэлла Кардосо? Старший корабельный доктор нашего горячо любимого «Боумена», обратившая весь медицинский отсек в одну свою сплошную вотчину, где даже я не первый после Бога? — скептически хмыкнул командир эскортного носителя. — И целых две недели?       — Ладно, попытаться-то стоило, — разочарованно выдохнула лейтенант Кэндис. — Неделю она мне дала.       — Открою секрет, — деланно понизив голос и наклонившись поближе, проговорил Эберхартер, — неделя — всё равно больше, чем предполагал и Кирк, и я. Мы-то думали тебя уже завтра, после вахты, хе-хе, «закроют».       — Самые старшие офицеры корабля и спорят, когда же наконец упекут в одиночку бедную, беременную женщину, — закатив глаза, протянула Иви. — Боже, куда катится мир…       — Я буду носить тебе цветочки. Попрошу Хаксли набрать… — с самым торжественным видом произнёс Эл-Си, но в последний момент не выдержал и засмеялся. Девушка тоже не смогла сдержать радостной улыбки. Охватившие её грусть и хандра отступали.       — Не забудь напомнить Леонарду, чтобы больше не тянул на корабль всех встречных эльфиек. Он же десантник, а не интендант! Увидел бесхозную эльфийку — задавил в себе жадность и положил обратно. Вдруг она уже чья-то? Смех «капитана-всезнайки» перешёл в хохот. Он вообще умел хорошо смеяться: громко, красиво, заразительно… Вытерев пальцами проступившие слёзы, мужчина, наконец, выдохнул и проговорил:       — Ох, десантники в своей сути — истинные мародёры. И давай скажем ему спасибо, что он приволок на борт двух красавиц из сказки… а не свору бородатых коротышек. Тоже из сказки, но другой. Уф, на самом деле — я тебя намеренно искал. Надо кое-что обсудить, — посерьёзневший Тимиш мотнул головой на боковой коридор, ведущий к операционным. — Составишь мне компанию?       — Конечно, — вмиг стерев с лица улыбку, кивнула Иви, предположив, что речь пойдёт о чём-то важном.       Чего она предположить не могла, так это компании, в которой будет проходить разговор. Стоило Эберхартеру коснуться своим браслетом-коммуникатором панели замка, как та бесшумно отъехала в сторону, открывая вид на, к счастью, бездействующую операционную, которую Эл-Си отчего-то решил избрать местом для совещания. Помимо них двоих внутри уже находился тот самый «любитель эльфиек», мастер-сержант Хаксли, старший помощник капитана, лейтенант Эдвардс, навигатор Дэвис, второй мастер-сержант Борд и командир эскадрильи сублейтенант Ясир. Довольно внушительная компания, отчего-то собравшаяся в пустой операционной, а не в кают-компании или брифинг-зале. За спиной пискнула дверь, возвещая о запирании замка. Это добавило нехороших подозрений в разум девушки.       — Мы… я не хотел тебя привлекать до последнего, Иви, — заговорил прошедший мимо неё капитан «Боумена», — и в иных обстоятельствах не беспокоил бы и сейчас, но ситуация очень скверная. Говно ситуация, уж если говорить прямо. И без тебя нам, боюсь, будет сложно.       — О чём вы, лейтенант-коммандер? — недоумённо оглядела молчавших людей Кэндис.       — Кирк. Он… чёрт, в мыслях это звучит куда проще… Он сходит с ума.       — Сэр, что вы… — девушка недоверчиво нахмурилась, собираясь дать отповедь Эберхартеру, но так и не произнесла ни слова. Потому что невольно принялась припоминать все странности в поведении и решениях коммандера Кирка за последние недели и даже месяцы.       — Вижу, вижу — ты тоже многое подметила, — вздохнул старший помощник. — Тебя же не посвящали в настоящую цель последней череды высадок на планету?       — Нет. Я думала, подыскивают места, где бы мы… где бы мы смогли прижиться, когда оставаться на орбите станет невозможно.       — Это далеко не основная цель, — совсем не весело покачал головой Эл-Си. — До недавнего времени об этом знали лишь я, Эдвардс и командиры десантных групп. А потом я для себя решил — к чёрту, хватит этого дерьма, его и так вокруг навалом. И, как оказалось, не у меня одного такое мнение.       — Да о чём вы говорите?! Что за загадки!       — Прости, — извиняюще выставил перед собой ладони Тимиш. — Кирк совсем тронулся с этим своим железным мячиком. Помнишь же этот шарик, с которым он не расстаётся? Не можешь не помнить, я уверен. Раньше это казалось просто безобидным бзиком, пока он не начал болтать с ней, пока никто не видит. Сам не поверил, пока записи камер не увидел. А последние месяца полтора он требует искать там, внизу, какую-то долбанную стену.       — «Металлическая, большая, вы её сразу узнаете и затрепещете», — хрипло проговорил сохранявший доселе молчание Хаксли. — За ней, типа, «разгадка всему», «венец всему» и чуть ли не дивный новый мир, мать его.       — Коммандер крайне навязчиво утверждает, что оказались мы здесь не просто так, а, чтобы исполнить некое предназначение — едва ли не божественную волю, — спокойно произнёс Эдвардс.       — В последнее время он часто говорит, что наше нахождение здесь — воля судьбы, — девушка припомнила прогрессирующие странности в поведении коммандера, — согласна, он ведёт себя очень странно в последнее время. Кажется, он стал раздражителен, вспыхивает по каждому поводу и параноидален… Но я думала это от всей нашей ситуации, из-за его ответственности.       — Он пока старается держать себя в руках, а свои «откровения» - за зубами при общении с большинством экипажа. И лишь вопрос времени, когда это приведёт к печальным последствиям, — Эл-Си вытащил из кармана планшет и, пару раз щёлкнув по экрану, протянул его Иви, — вот, чтобы у тебя не было сомнений — кое-какие записи бесед с ним. Изучи.       Кэндис принялась быстро просматривать короткие записи с камер наблюдения и даже личных регистраторов, где, однако, неизменно присутствовал коммандер Кирк. И с каждым новым роликом уверенность в правдивости слов Эл-Си и всех собравшихся здесь офицеров крепла. Коммандер Кирк… Чарли, явно был не в себе, пусть и очень удачно скрывал это от всего остального экипажа. Добили её записи непринуждённого «общения» Чарльза с тем странным шаром… о тонкостях приготовления пастушьего пирога.       — Это… у меня нет слов, он невменяем. Его нужно срочно отстранить от командования!       — И мы считаем так же, однако есть одна проблема, — приняв обратно планшет, Эберхартер постучал себя пальцем по виску, — у Кирка в голове стоит имплант — какая-то экспериментальная разработка для фактически мысленного управления системами корабля. Бог его знает, может он и дал какой-то сбой, что у Чарли крыша едет — с такими штуковинами, слышал, в госпитале обследования раз в полгода проходить нужно. Но это только вишенки — Кирк старший офицер и исполняет обязанности командира эскадры «Тета». На «Боумене» формально мой приказ — решающий, однако у Чарли есть приоритетный доступ к некоторым аварийным протоколам уровня корабль-эскадра.       — Мы не сможем незаметно отключить протоколы уровня эскадры, например, «бунт» или «измена», — старший помощник сел прямо на операционный стол скрестив руки на груди, — Однако можем изменить часть корабельных протоколов, которые задействуются виртуальным интеллектом при поступлении подобных сигналов уровня эскадры.       — Да, экстренные контрабордажные протоколы. В течение вахты завтра тебе придётся в первую очередь внести коррективы и в нужный момент загрузить их в общем потоке информационного обмена систем, чтобы Кирк не смог ими воспользоваться, если что-то в нашем плане пойдёт не так. Я своим капитанским ключом сразу же подтвержу их. Если всё сделаем быстро и правильно — у Чарли не останется времени устроить откат и загрузить бэкап — его сигналы просто не пройдут, так как виртуальный интеллект воспримет их, как попытку кибератаки и не пропустит.       — Иви, Кирку ничего не угрожает — мы лишь хотим обезопасить и его и весь экипаж. После отстранения положим его в бокс и дадим медикам нормально разобраться в его состоянии. Ты - лучший специалист по кибервойне из всех, кого я знаю. Если кто и сможет это сделать быстро и незаметно — только ты, — принялся убеждать Ясир. Но ей были не нужны ничьи слова убеждения. Она всё решила для себя.       — Я готова — не нужно лишних слов. Что именно я должна внести?