I have a cold heart (can you warm me up?)

"Чимин, это же, блять, опасно". "Я тебя прошу, хен. Я знаю, что делаю". "Если ты ебнешься, я не буду оплачивать твои больничные счета". "Ты мои глаза, хен. Если я ебнусь, это будет твоя головная боль". "На самом деле, голова будет болеть у тебя". "Хен, просто закройся и скажи, могу ли я идти". Юнги вздохнул. "Можешь пройти еще пару шагов". Чимин поблагодарил его и продолжил медленно спускаться с холма. Тэхен с Намджуном шли по обе стороны от него на всякий случай. Юнги закатил глаза и посмотрел на Чонгука, младший висел на чиминовом плече. Чиминова гениальная идея насчет того, как спустить Чонгука с холма, состояла из перетаскивания его на плечах с Тэхеном и Намджуном по бокам – для страховки – и Юнги, показывающим ему путь спереди. Ему загораживали вид чонгуковы ноги (у Чонгука классные ноги, Чимин был немного зол на себя за то, что не заметил этого раньше). Это, правда, было дурацкой идеей, которая могла привести к травмированию Чимина, и еще большего – Чонгука, но, как бы то ни было, они продолжали путь. В защиту Юнги следует сказать, что он пытался отговорить Чимина. Младший просто становился слишком упертым, когда дело касалось Чонгука. Кстати о Чонгуке: "Ребенок, ты как?" Чонгук поднял голову, насколько это было возможно в его положении, и одарил Юнги пустым взглядом. Если бы он мог выражать эмоции, он бы смотрел на хена точно так же. "Бывало и лучше". "Потерпи". Чимин похлопал Чонгука по попе (которая у него тоже весьма неплохая, как тот заметил). "Все хорошо, Гуки, мы почти на месте!" "Чимин, хочешь, я его понесу?" – спросил Сокджин с тревогой в голосе. Чимин только улыбнулся. "Я в порядке, хен!" Сокджин глянул на него, вздохнул и повернулся обратно. Чимин не врал, он был в порядке. Его руки побаливали, а спина ныла, как сука, но он был в порядке! И он сделает все, чтобы Чонгук тоже был. Честно говоря, ему просто приятнее знать, что Чонгука несет он, а не кто-то из его друзей. Он безусловно доверяет каждому, но собственничество относительно Чонгука пересилило даже это доверие. Он хотел быть тем, кто обеспечит Чонгуку безопасность. Он знал, что это глупо, но его нельзя было сейчас трогать. "Чимин, камень!" Ладно, может, чуть-чуть. Он споткнулся, Тэхен быстро выступил вперед, чтобы поймать его и восстановить баланс. Чимин качнулся еще пару раз перед тем, как окончательно твердо встал на ноги. "Спасибо, Тэ". Младший улыбнулся ему и отошел в сторону. "Ох… Чимин…" "А?" – спросил Чимин, пытаясь посмотрел на Юнги. Тихое шмыганье донеслось до чиминовых ушей, и брюнет застыл. "Мне кажется, ты… слегка его пережал". Чимин задержал дыхание. "О боже, Гуки, ты в порядке?! Малыш, мне так жаль, я не хотел причинить тебе боль!" "Я же говорил, что это плохая идея," – пробурчал Юнги. Он наклонился, чтобы посмотреть в лицо Чонгуку. Он зажмурился от боли, по щекам текли слезы; он точно видал дни получше. "Ты как, ребенок? Хочешь, мы вернем тебя обратно?" Чонгук тут же отрицательно замотал головой. Он открыл глаза и посмотрел на старшего. "Н-Нет, мы почти дошли. Просто давайте б-быстрее, пожалуйста". Юнги вздохнул, но все равно кивнул. Раз уж Чонгук хотел продолжать путь несмотря на боль, то они продолжат идти. "Чимин, еще пара шагов свободны". После минут двадцати такого спуска, еще нескольких камней и болезненных всхлипов от Чонгука, они наконец спустились к машинам. Сокджин отключил сигнализацию у своей машины и открыл заднюю дверь, Чимин осторожно уложил младшего на задние сидения. Чонгук простонал от облегчения. Его нога все еще ужасно болела, но, как минимум, он теперь был в более удобном положении. Этот спуск был для него невероятно утомительным, несмотря на то, что он не был одним из носильщиков. В то же время Чимин лежал на холодном бетоне, его грудь тяжело поднималась и опускалась. Друзья окружили его, Тэхен, Хосок и Намджун смотрели на него с тревогой, а Юнги и Сокджин смотрели с их вечными "Я же говорил" на лице. Несмотря на это, Чимин улыбнулся и сказал, задыхаясь: "Г-Говорил же, ребят, ч-что все будет нормально". Дорога до квартиры Чимина казалась удивительно долгой, и Чимин был готов благодарить звезды за то, что жил на втором этаже. Большое количество ступенек могло стать проблемой. Он убедился в удобстве Чонгука, пока они с остальными поднимались к двери. Он был рад тому, что его соседи не вышли в тот момент, когда он тащил младшего, как мешок с картошкой. Он был не в том настроении для их вопросительных взглядов. Намджун открыл Чимину дверь своей копией ключа, и они принялись за работу. Чимин перенес Чонгука в свою комнату и аккуратно уложил на кровать. Хосок тут же начал хлопотать над его ногой, вытирая ее и перевязывая соответственно условиям спальни, а не больничной палаты. Это заняло около часа, и нога Чонгука была наконец перебинтована. Когда все закончилось, Чонгук вздохнул и утонул в чиминовой постели. Его веки потяжелели, а тело расслабилось, когда боль в ноге наконец стала выносимой. Он почувствовал прикосновение губ ко лбу, видимо чиминовых, ведь только он целовал его. Где-то рядом с его ухом послышалось тихим шепотом "спокойной ночи", и старший вышел из комнаты, когда Чонгук уже почти уснул. Он услышал тихий щелчок двери и отключился в ту же секунду, как лампочка. Чимин закрыл дверь в спальню и выдохнул. Он, пошатываясь, зашел в гостиную, где были остальные. Все в комнате стояли, переваривая дневные события. Чимин понимал их, это был долгий, долгий, день. "Так…" – начал Намджун, разрывая тишину, - "Он теперь может плакать?" Чимин поджал губы и кивнул. "Да… может". "Это здорово!" – сказал Тэхен. "Ты помог ему снова заплакать!" Брюнет опустил голову и уставился на деревянные половицы перед тем, как посмотрел на Юнги и сказал: "На самом деле, ему помог Юнги". Все обернулись на блондина, который только пожал плечами на такое внимание. "Это не так уж интересно, я просто обнял его, и… закончилось все его всхлипами на моем плече". "Это очень важно! Это значит, что Чимин не единственный, кто может разрушить проклятие!" – воскликнул Сокджин. Намджун шикнул на него, напомнив, что Чонгук спал в соседней комнате. Юнги повернулся к Чимину и его взгляд смягчился, когда он увидел, что младший пялится в пол грустными глазами. Чимин радовался мысли, что он избранный, единственный, кто мог "вылечить" Чонгука. Это заставляло его чувствовать себя особенным. А теперь… не только он перестал быть избранным, но и они все не знали, как помочь Чонгуку. Эмоции могло вызвать все, что угодно. Они не могли помочь Чонгуку избавиться от проклятия, не зная, что могло их спровоцировать. Возможно, что Чонгук вообще не вернет всех эмоций. Предупреждая чиминовы слезы, Юнги подошел к нему и обнял. Чимин придвинулся к нему и устроил голову у него на плече. "Все нормально, Чимин. Мы найдем способ помочь Чонгуку. И эй-" – Юнги отодвинулся, чтобы показать свою улыбку, - "Как минимум, мы уже пробудили две эмоции, правильно? Это лучше, чем ничего". Чимин усмехнулся, чувствуя благодарность хену за то, что тот помог ему увидеть светлую сторону. Счастье и агония; лучше, чем ничего. "Да, спасибо, хен". Юнги вернулся на свое место, а к Чимину подошел Тэхен и обнял его за плечи. Чимин ценил комфорт и благодарно принимал тепло, которое ему дарили друзья. "Ребят, не хотите провести ночь здесь? Я уверен, Гуки был бы рад проснуться в компании нас всех". "Ночевка?! Мы в деле!" – сказал Тэхен, зная, что Юнги не станет ругаться. "Мы тоже," – согласился Намджун, кивая в сторону Сокджина. "Мне кажется, неудобно будет просто оставить Чонгука после всего, что случилось сегодня". "Я тоже," – сказал Хосок. "Я знаю, что он в безопасности, но все равно кажется правильнее остаться с ним". "Конечно!" – улыбнулся Чимин, – "Но кому-то из вас придется спать на полу…" "Мы будем спать на полу в твоей комнате!" – заявил Тэхен. "Так мы будем рядом с Чонгуком всю ночь!" Юнги нахмурился. "Это звучит стремно". Младший возмущенно вдохнул и приложил руку к груди. "Я не стремный! Я хочу быть уверенным!" "Да, Чимин, пожалуйста, разреши нам спать на полу в твоей комнате, чтобы мы могли смотреть на спящего Чонгука". Тэхен шлепнул Юнги по руке и надулся. "Ты знаешь, что я не это имел в виду…" Несмотря на то, что Тэхен злился, он все равно позволил Юнги обнять себя за талию и поцеловать в щеку. Он все еще дулся, но розовеющие щеки выдавали Юнги, что младший на самом деле не злится. Юнги посчитал это милым и хихикнул. Чимин простонал и поднял руки. "Все, хватит уже, голубки. Как насчет того, чтобы я приготовил ужин, и после мы посмотрим фильм". "Можно одолжить твою одежду, я все еще вымокший из-за того шторма." – Сокджин потряс ногой, его ботинки, заполненные водой, издали соответствующий звук. Чимин кивнул. "Тэ как-то оставлял свою одежду, она в гостиной. Моя наверняка подойдет не всем. Если пойдете к шкафу в моей комнате, не разбудите Чонгука". Друзья последовали указаниям Чимина и разбрелись по комнатам: одни в гостиную, другие в чиминову комнату. Когда все переоделись, они сели за кимчи, приготовленное Чимином; Сокджин пожаловался, что сделал бы его лучше, если бы Чимин позвал его помочь, но кусочек кимчи, прилетевший ему прямо в лицо, быстро его заткнул. К тому времени за окном уже потемнело, Чимин поставил выбранный им фильм - "Тетрадь" (он аргументировал это тем, что все находились в его квартире, соответственно право выбора было у него). В середине фильма Чонгук вошел. Точнее, выпрыгнул. Он оперся на стену для поддержки, и допрыгал по коридору до гостиной. Чимин тут же оказался возле него и спросил, почему тот не в кровати. "Мне было одиноко…" – прошептал младший хриплым ото сна голосом. Чимин хихикнул. Он перекинул чонгукову руку через свои плечи и помог ему дойти до дивана. Он усадил младшего между своим местом и Сокджином, Тэхен улегся на Чимина, чтобы дотянуться до чонгуковой щеки и чмокнуть, и Хосок, сидевший на полу рядом с Юнги, пожимал чонгукову здоровую ногу. Намджун потянулся, чтобы взъерошить ему волосы, а Юнги уложил ему руку на бедро. Чимин позволил младшему уложить голову на его плечо. Чонгук почувствовал, как тепло разливается в груди, и улыбнулся. Чимин посмотрел вниз и улыбнулся в ответ на выражение лица младшего. Так, окруженный людьми, которые его любят, которые хотят для него только лучшего, он в безопасности. Он наконец-то в безопасности.