Or you're nothing

***

 — Какого дьявола ты творишь?  — Себастьян, поспокойней, пожалуйста.  — Ты испортил отношения с единственным, кто тебя поддерживал в этой стране. А если он тебя сдаст? — Моран закипал от безответственности своего босса.  — Он ничего не сделает. Билл не особо обидчив, — ответил Джим, не отрывая взгляда от документов на столе.  — Ну да, может он и не обиделся на то, что ты сжег его хату и увел его секретаршу из-за очередной идиотской прихоти, но не уверен, что он не обратил внимание на то, что во время переговоров ты никого не воспринимал всерьёз, а потом сказав «Надо бы нам расторгнуть наше партнерство», просто взял и ушел! — Себ не понимал что с ним происходит. Он помнил Джеймса совершенно другим. Он всегда был сдержан в делах. Относился к бизнесу серьезно. Именно поэтому он стал чертовым королем.  — Я понимаю, твоей сети в Лондоне пришел конец, тебе приходится бежать, но когда на тебя влияло подобное?  — Мне. Плевать. На всё. Это. — по словам проговорил тот, встав из-за стола и приблизившись к напарнику.  — Да? А на что тебе не плевать? Или вернее - на кого?  — Что ты имеешь в виду? — пытаясь сдерживаться, задал вопрос, на который абсолютно не хотел знать ответ.  — Твоего кудрявого дружка. Ты потерял былую бдительность из-за него! — Морана невероятно выводило, что он этого не признавал, а может и не видел.  — Заткнись. Он заурядный, а это значит, что он ничто для меня. Если честно, он меня очень разочаровал. — Джеймс перевёл свой ледяной взгляд на Морана и вернулся к документам. На несколько мгновений повисло молчание. Себастьян хотел что-то добавить, но развернулся и ушел, хлопнув дверью.

***

      Очнувшись в темной комнате и не чувствуя своих конечностей, люди обычно впадают в панику. Что и случилось с девушкой, которая была настолько растеряна, что даже не могла вспомнить свое имя.       Ощущение чего-то вязкого и липкого по всему тело приводит в чувства. Пробуждает осознание того, что весь этот кошмар — реальность. Когда она наконец совладала со своими частями тела, она поняла что они туго привязаны веревками. Глаза слиплись, но через некоторое время их удалось открыть. Тьма стала ещё гуще, что давало волю безобразным фантазиям, которые в состоянии подобного шока было тяжело контролировать. Она слышала как выстукивает неровный ритм её сердце. Она не знала, где она и кто она, и сколько уже здесь сидит, но судя по тому, как ныли её конечности, которые схватила бы судорога при малейшем движении, довольно долго.       Ей начинали мерещиться силуэты в кромешной тьме, она будто слышала голоса. По её щеке стекла слеза. Вскоре этот поток было не остановить, ведь она поняла что ей пришел конец. Что эти голоса лишь плод её воспаленного воображения. Её не покидало ощущение, что в комнате ещё кто-то есть. Она буквально чувствовала на себе пристальное наблюдение, и она не выдержала:  — Помогите! — закричала она.       Вдруг она снова услышала шаги. Она заревела еще больше от того, что не понимает где реальность, а где галлюцинации. Видимо, её чем-то накачали.  — Тише, тише, — прозвучало где-то над ней. — Я не причиню тебе вреда, — на что она дернулась. — Правильно, это ложь. Но пора бы нам уже поговорить, Ханна.  — Я не понимаю что происходит. Где я? — срывающимся голосом спросила девушка. После чего она почувствовала холодное прикосновение стали к щеке.  — Я не люблю, когда мне врут, перейдем к сути. — он провел длинную полосу по её лицу. Кровь медленно стекала вниз, проходя густыми струйками по шее, впитываясь в одежду.  — Ты ведь недавно работаешь у моего приятеля? Что заставило такую амбициозную девушку выбрать такую профессию? — его слова были насквозь пропитаны сарказмом. — У тебя такой аристократичный цвет кожи, может ты англичанка? — она дрожала он каждого прикосновения лезвия. — И почему они посылают таких неопытных? — произнес он обиженно. — Ну ничего, я покажу нашему снеговичку насколько он меня недооценивает, — она была готова поклясться, что можно услышать, как он ухмыляется.  — Я работаю в разведке уже три года, просто не часто встретишь таких наглых кретинов, — она выплюнула кровь.  — О, милая. У тебя просто закончился срок годности. Майки увидел, что ты больше ни на что не годишься, и отправил тебя на верную смерть.  — Ну так, как долго ты занимала пост секретаря?  — Не волнуйся, тебе уже не уйти, — столько злобы было в этой фразе. Она такая жалкая, действительно обидно, что Майки подослал это ему. Но показательное выступление никто не отменял. От этой мысли в его глазах снова заплясал огонь.  — Билли в деле?  — Мм, а кто это? — она не собиралась раскалываться. Так быстро.  — Тебе решать, как он умрет. Кстати, ты ведь так и не дослушала мою историю, — потянул Джеймс.  — Она ещё тогда мне надоела, — она вскрикнула, так как кожу на её плече разрезали.  — Кажется, там были какие-то артерии, не советую слишком много двигаться. — Кровь хлынула и уже образовала небольшую лужицу на полу, тем самым испачкав туфли от Вествуд.  — Так вот, в итоге Кенни вообразил себя бесстрашным рыцарем, начал присваивать чужие заслуги. Представь, даже заставил других воинов засомневаться в авторитете короля, — он активно жестикулировал во время рассказа своей сказки, — И потом, он пришел с армией к моему замку, намереваясь забрать мою власть. И вдруг, — он сделал торжественную паузу, предвещающую мрак, — на стенах дворца внезапно повисло три тела. Когда предатель подошел поближе, то увидел повешенных. Это была его семья, тебе может показаться банальным, но увы, эти людишки так примитивны, позволяют себе заводить подобные слабости, а потом ныряют с головой в бой, считая себя непобедимыми, — во время этой реплики он приблизился к ней и подставил ладонь к лицу, будто рассказывал самый заветный секрет. Но потом опять вжился в роль рассказчика. — Жена, сын и его самый верный воин. Он упал на колени, он был разбит. Но все же отчаянно приказал своей армии идти в наступление, ожидая верности общему делу. Но увы, — он напустил сочувствующий вид, — они все разом, привели его ко мне. Его предали, потому что он был недостойным, он позволил себе завести слабость, которой любой может воспользоваться. Не только страх управляет людьми, у каждого есть болевая точка, Хана Семил Дортман. — Он так сладко проговорил её имя. Она подняла напуганный взгляд и кровь смешалась со слезами.  — Не трогай их, прошу, я все скажу. Уэтер ничего не знал, меня послали под прикрытием месяц назад, — она говорила очень быстро, с такой надежной.  — Молодец, дорогуша, можешь ведь, когда хочешь, — он снова улыбнулся и провел пальцем по её окровавленной щеке, после чего облизал его. — Кстати, я убил всех их. Я не прощаю измен.  — Не трогай нас, я ничего не скажу, я исчезну из твоей жизни, — она вопила и брыкалась изо всех сил.  — В этом я не сомневаюсь, — довольно протянул Джеймс, после чего её вывели двое безымянных.

***

      Джеймс стоял на террасе многоэтажного здания. Это был 6 этаж и на улице было очень людно. Но никто из них не смотрел вверх. Они смотрели только себе под ноги, не замечая ничего вокруг. На стуле перед ним что-то зашевелилось.  — О, сладкая, ты уже очнулась, — пропел он самым милым голосом.  — Почему ты такая сволочь? — прохрипела она.  — Мир жесток, дорогая, нужно ему соответствовать, — уже немного серьезней.  — Как тебе вид, нравится? — после чего она посмотрела вниз и отшатнулась назад, из-за того что сидела на самом краю.  — Почему нельзя просто меня убить, чего ты хочешь? — ей уже было плевать на всё, она смирилась со смертью.  — Хочу выступить на бис. Даже немного грустно, мне уже понравился этот город, — скорчив печальную рожицу, разъяснил Мориарти.       Тут он взял резиновую веревку, прикрепленную где-то высоко, и надел на её шею петлю.  — Ну что же, прощай, Ханна, спасибо за развлечение, — он затянул веревку туже, — есть последние слова?  — Так как он тебя развлекал, уже никто не сможет, — отчаянно сказала та. Он резко достал нож и вскрыл ей живот, после чего толкнул стул ногой и она выпала из окна.       Ханна Дортман повисла на здании, несколько раз отпружинилась от натяжения веревки и её внутренности упали на асфальт, образовывая замысловатый рисунок, прямо перед взором толпы народу, которая уже во всю кричала и разбегалась в разные стороны.       Через несколько минут, из порочного здания вышел Мориарти, явно выделяясь из толпы. Вальяжной походкой он направился к машине, помахав рукой приближающейся полиции.

***

      Послышался телефонный звонок: — Слушаю, Моран. — Ты, конечно, сыграл отличную партию, но сейчас тебя найти как никогда просто, — немного обеспокоенно и с неким восхищением произнес полковник. Он был рад, что Мориарти не потерял хватку, а как всегда затеял свою игру.  — Предупреди Билла, и оставь кого-то наблюдать за ним, я ему не доверяю. А потом уезжай оттуда.  — Понял, где следующая остановка?  — Лучшее место для игры в прятки, у всех на виду, — с той же звериной ухмылкой сказал он. В его омутах опять началось смертельное танго.  — Что? Нет, Джеймс, мы не можем вернуться… — не успел договорить полковник, как Мориарти повесил трубку и отключил телефон.       Он отпил виски и посмотрел в окно самолета, в котором был лишь один пассажир.