Amor caecus

      Рейчел валялась в постели, поджав ноги. Боль в животе едва утихла, от чего она перестала кусать подушку и крепко жмуриться. А ведь Шрам с Хельсингом ее предупреждали - оладьи из зубной пасты до добра не доведут. В конце концов, там бор, а он жутко неполезен для организма. Черт, да Штайнер и сама все это знала - зачем тогда пошла на такой идиотский поступок? Как ребенок, честное слово. Именно в самый нужный момент надо отключить мозг и притвориться ни хрена не понимающей девчонкой. Ну, нельзя же так, Рей, нельзя! Вот тебе и вышло боком твое дурачество!       - Эй, Рейчел? С тобой все хорошо? - спросил заглянувший в комнату Эль. Бобам она ничего не сказала дабы избежать лишних волнений. В особенности от лидера и борца с нечистью. Иначе бы слушала бы занудные лекции о нормальном поведении. Да все она знает - просто ведет себя как ненормальная дура. Вся в папашу...       Но нет, Штайнер не похожа на него. Она не жестока и не готова ради науки жертвовать близкими и другими живыми существами. Она испытывает жалость и не понимает даже, как можно убить клона. Может, потому что гораздо лучше знает их всех? Да. Рей понимает, что они тоже живые и испытывают эмоции. Они тоже хотят жить. Хорошо жить, а не в страхе, что вскоре их ждет страшная смерть в экстремальных условиях. А они все еще медлят... Почему Шрам все еще не зовет их за собой к Диктору, а лишь изучает планы помещений BOBSOCа? Он испугался камер, которые Рей так и не удалось отключить? Да, да, теперь Диктор усилил систему охраны и отключить наблюдение стало почти невозможно. Но и что из этого?..       - Рейчел, ты меня слышишь? - повторил Эль, от чего та дернулась и приподнялась на локтях:       - Прости, я задумалась и пропустила мимо ушей!       - Эм... Флеш притащил апельсиновый сок! - глуповато улыбнулся тореадор. - Будешь?       - О, да-да! - оживилась девчонка и с резвостью горной козы выскочила за дверь. Она схватила Боба за рукав и поволокла вниз за собой.       На кухне расположилась весьма задушевная кампания. Джеймс о чем-то спорил с Перцем, Шизо наблюдал за ними странным взглядом кошачьих глаз, а Хельсинг пялился в окно и перебирал в руках четки. Казалось, что ему было глубоко плевать на происходящее вокруг и что он витает где-то в перистых облаках, проплывавших по розовато-оранжевому закатному небу.       - Ну, и чего вы не поделили? - спросила Рейчел и придвинула к себе пакет с соком.       - Просто этот придурок издевается над моей рукой! - гаркнул Джеймс, от чего Рей едва не выронила стакан, который только что достала из шкафа с посудой.       - Блин, можно подумать, ты не знаешь Перчика! - хмыкнула Штайнер, наблюдая, как красиво оранжевая жидкость наполняет стакан. - Вы, сладкая парочка, просто не можете без срача, как я посмотрю!       - Мы не сладкая парочка! - буркнул Заводной, выпучив глаза.       - Ну, блин, тогда неразлучники! - пожала плечами та. - В любом случае, вы прекрасно дополняете друг друга! Прекрасный дуэт! - мечтательно произнесла Рейчел и повернулась к Хельсингу: - Ты как думаешь, Хел? - друг не ответил. Ни один мускул его лица не дрогнул и он все так же непоколебимо смотрел на облака. Он всегда такой, если что-то его беспокоит или нервирует. - Ты меня слышишь, эй!? - девчонка помахала ладонью перед лицом парня и тот дернулся, уронив четки.       - Что... Чего? - спросил он, пытаясь нагнуться за предметом, но подруга его опередила - она подхватила четки одним мизинцем подала их Хельсингу.       - Тебя что-то тревожит? - спросила Рейчел немного тише, когда удостоверилась, что Перец и Джеймс снова увлеклись разборками, а Шизо устремил все свое внимание на этих "неразлучников".       - Не то чтобы тревожит... - протянул борец с нечистью. - Просто... Мы вот все сидим и ждем... Чего? Так мы и вовсе скоро забудем о революции! Почему Шрам нас не зовет в бой, я не понимаю!?       - Я тоже об этом думала, - нахмурилась Рей и сорвалась с места. - Я сейчас!       - Да без толку! - крикнул ей вслед Хельсинг. - Я уже пытался поговорить с ним!..       - А я попробую еще раз! - сказала та и вихрем влетела в кабинет Красного.       Тот явно не ожидал визита девчонки, которая с утра никуда не желала выползать из комнаты. Чего это она под вечер решила к нему заглянуть? Да еще и с такой решительной и забавной рожицей...       - Шрам, как это называется! - она подошла к столу и стукнула по нему ладонью.       - Стол! - пожал плечами Боб и с насмешкой посмотрел на Рейчел. Она была вовсе не в состоянии шутить:       - Паясничаем, да? - спросила она. - Так вот, пока ты здесь сидишь и что-то там раздумываешь, ребята от скуки уже на стенку лезут! Они уже забывают о том, зачем они здесь - забывают о предстоящей революции!       - Еще одна!.. - сказал Красный и закатил глаза. - Сначала Хел, теперь ты... Бобы еще не готовы для восстания! Шансы на успех невелики!..       - Они каждый день шастают в спортзал! - возмутилась Рей. - И ты говоришь - не готовы?       - Нас мало, Рей! - возражал парень. - А у Диктора в руках невероятная мощь. BOBSOC - его территория и там он чувствует себя как рыба в воде! Стоит попасть в симуляцию - и начнется такая задница, что... - он не договорил и махнул рукой. - В общем, о восстании пока говорить рановато.       Рейчел вздохнула и потерла пальцами переносицу. Она взглянула на Шрама, который остановился у окна, сложив руки на груди. Его лицо было залито закатным солнцем, а красные глаза сверкали в этом свете. Штайнер подошла к другу и, став рядом, тоже обхватила себя руками и посмотрела на плывущие по закатному небу облака. Свет лежал на полу комнаты и их лицах, как последний луч от догоравшего дня. Еще минуту Рей молчала, а потом вдруг набрала в легкие побольше воздуха и сказала:       - Конечно, правильно. Ты все еще пытаешься и надеешься найти выживших дабы пополнить наши ряды. Ты ответственно подходишь к подготовке восстания, учитываешь все мелочи... Это очень хорошо, так и нужно делать. Вот только... - она на секунду замолчала, опустив глаза, а потом вдохнула и тихо продолжила: - Только Бобы продолжают умирать. Диктор ставит эксперимент за экспериментом и в каждом из них участвует не один клон. И пока мы здесь думаем и готовимся, они страдают. Они живые и им больно, страшно... И мы не можем их спасти только потому что еще не готовы!..       Она умолкла и устремила взгляд в окно. Небо стало сиренево-синеватым, а облака все еще сохраняли золотистый отблеск от закатившегося куда-то за темные силуэты домов солнца. В комнате воцарился полумрак, однако от витавшего в воздухе раздумья ни один из находившихся в ней не заметил такого скудного освещения. Шрам повернул голову в сторону Рейчел и сказал:       - Ты права. Завтра же мы явимся на завод и освободим всех клонов, которые там остались. Хватит отсиживаться здесь и притворяться, что мы что-то делаем. Пора действовать.       Рей посмотрела на Красного и улыбнулась. Она была рада, что лидер считается с ее мнением и буквально лучилась от счастья. Наконец, революционеры выполнят свою миссию, и она - вместе с ними, плечом к плечу...       - Ты остаешься здесь! - неожиданно распорядился Шрам, от чего воздушные замки девчонки рухнули с слышимым только для нее одной грохотом. Что значит она останется здесь?       - Обломись! Я пойду вместе со всеми! - сказала Штайнер.       - Это опасно, как ты не понимаешь! - возражал ей парень, но та была непреклонна:       - Я тренировалась все это время с остальными! Я справлюсь!       - Я не пущу тебя!       - А я не спрашиваю - пустишь ты или нет! Я - одна из вас, забыл? Ты сам мне позволил вступить в ваши ряды!..       - Я говорил - в пределах разумного!..       - Черт, да разумный это предел, разумный! - воскликнула Рейчел.       - О разуме мне сейчас говорит человек, который отстаивал право на существование оладушков из зубной пасты?       - Ты мне что, всю жизнь будешь это припоминать? - нахмурилась она.       - Возможно... Короче, ты остаешься здесь! - отчеканил Шрам, на что Штайнер шумно втянула в себя воздух и выпалила:       - Значит так!.. Даже если ты запрешь меня на все замки и заколотишь окна, я найду лазейку и буду сражаться вместе с вами! Потому что я не собираюсь сидеть в этой пустой конуре и гадать - что вы и как вы! Я хочу действовать, а не сидеть здесь как амеба! Точка, восклицательный знак! - закончила она и начертила в воздухе палочку с точкой.       На улице уже совсем стемнело, однако в свете луны Красный смог разглядеть блестящие глаза Рей. Они сверкали решительностью, а непоколебимый взгляд буравил дыру в его глазницах. Боб понял - она не отступится и настоит на своем во что бы то ни стало. Парень вздохнул и, снисходительно мотнув головой, сказал:       - Упрямая ты дуреха!.. Ничего с тобой не сделать... - а потом, подумав, прибавил: - Но в таком случае ответь мне на вопрос!..       - Валяй! - сказала она без улыбки, однако по ее лицу было видно, что от счастья девчонку буквально распирает изнутри.       Шрам долго раздумывал над этим вопросом. Задавать ли его вообще? С недавних пор он волновал Боба все больше и больше, порой отвлекал от работы и мешал спать. Красный решил, что когда озвучит этот вопрос, то ему станет легче, даже если ответ ему не понравится... Он на секунду опустил взгляд, а потом снова посмотрел в глаза подруги и спросил:       - Между тобой и Хельсингом что-то есть?       Рейчел вылупилась на парня так, что ее глазные яблоки, казалось, вылезут за пределы черепа. Она почувствовала, как воздух затвердел в горле и застрял, как сухая хлебная крошка. Ей правда не кажется? Он это сказал? Точно?       - Да, есть, - ответила она и заметила, как друг напрягся. - Нежные братски-сестринские чувства! А к чему...       - Стой, правда? - приподнял брови Шрам и непроизвольно уголки рта его приподнялись в улыбке.       - Нет, блин, вру! - с сарказмом сплеснула руками Штайнер. - А с каких пор тебя вдруг волнует моя личная жизнь?       - С этих самых! - голос у парня был очень довольный, а вот девчонка бесилась от неизвестности. Что за странный вопрос? Хельсинг для нее - не более, чем брат, да и он никогда не рассматривал ее как девушку. У них была любовь другого рода, что, несомненно, радовало Рей. Она ведь так тихо и незаметно любит лидера революционеров. Такого, какой он есть - вредного и строгого, занудливого, придирчивого, чрезмерно серьезного и в данный момент самодовольного...       - Чудно! Спрашивает о странных вещах, потом не верит и еще раз переспрашивает... Ты когда спал последний раз? И чего ты лыбишься? - спросила она, заметив, как лицо Красного расплывается в улыбке.       Еще секунду Шрам смотрел на нее, а потом резко схватил за талию и, крепко прижав к себе, грубо впился в губы Рейчел. На них все еще распознавался вкус апельсинового сока, который он так любил... Однако та, к чьим губам он припал, как к целительному источнику, Боб любил намного больше. Да и разве уместно сравнение сока и этого необычного, чудаковатого существа с черными, как тьма, волосами и дикими карими глазами, взгляд которых порой был настолько колючим, что напоминал терновник?.. Штайнер несколько опешила от этого и вздрогнула от неожиданности. А потом, спустя секунду, поняла, что происходящее с ней - не сон. Она просто взялась руками за лицо Красного и неумело ответила на поцелуй. Да разве сам парень умел целоваться? Конечно, нет. Рей - первая и единственная, кого он полюбил. Он неуклюже сминал ее губы своими, грубо покусывая их. И ей это нравилось. Столько радости сегодня свалилось на нее, что девчонка считала, то ее вскоре разорвет от этого избытка. Но она этого не боится. Разве можно бояться, когда рядом тот, кого она любит? Рейчел чувствовала жар его тела, к которому была прижата, и силу рук Боба, которые слишком крепко сжимали ее талию. Было немного больно, но на это Штайнер не обращала внимания. Она считала, что не нужна Шраму - нескладная и некрасивая малолетка, которая уже долгое время треплет его железные нервы. Но сейчас она чувствовала, что все это долгое время... ошибалась. Ошибалась в своих мыслях и ощущениях.       Красный разорвал поцелуй от недостатка воздуха и прислонился лбом к ее лбу. Рваное дыхание опалило щеку и глаза их немного стыдливо встретились. Руки его немного дрожали, но парень все еще не ослаблял хватку. Он слишком долго решался на этот шаг, чтобы прямо сейчас выпустить из рук свою мечту.       - Ты это серьезно или просто захотелось? - прошептала Рейчел, когда дыхание почти пришло в норму.       - Серьезно, - сказал Шрам. - Я люблю тебя!       Именно это она и хотела услышать. Она грезила этими словами перед сном каждую ночь, как только умолкал голос Хельсинга. Штайнер даже иногда снилось нечто подобное... И вот теперь это свершилось. И самое главное - наяву.       - Я тоже... ну... люблю... - сказала Рейчел и на этот раз дыхание перехватило у Боба. Он уже догадался, когда девчонка ответила ему на поцелуй. Но услышав ее тихий и робкий голос, сбивчивый и самую малость хрипловатый, окончательно убедился в произошедшем. Оба сейчас считали, что попали в добрую детскую сказку. Взрослые люди в детской сказке... А взрослые ли? Ведут себя, вроде, соответственно... Но нет - дети. Самые маленькие в мире взрослые, как говорил Хельсинг.       - Пойдем! - нехотя оторвавшись от Рей, Шрам взял ее за руку и потащил вон из кабинета. - Надо оповестить ребят о том, что завтра мы выступаем!       - Да, конечно! - сказала та и последовала за ним.       Внизу Бобы несказанно оживились, узнав о революции, которая, наконец, состоится. Хотя, конечно, в душе каждый из них поскуливал от страха, как голодный щенок. Но жажда мести давала о себе знать - и клоны выражали полную готовность к выступлению.       Однако, увидев, как Красный с Рейчел держатся за руки, переплетя пальцы, Бобы тихо подавляли удивление и некий восторг.       - Смотри! - пихнул Эль Хельсинга в бок. - Ты тоже это видишь?       - Святые угодники, дошло до этих двоих придурков, наконец! - улыбнулся борец с нечистью. - Конечно, вижу!       - То есть они теперь что, сладкая парочка? - спросил Перец.       - Сладкая парочка у нас вы! - Хельсинг указал на него и Джеймса. - А это просто влюбленные придурки.       - Так, давай не будем об этом! - нахмурился Джеймс.       - А почему нет?.. - хихикнул Эль в кулак.       - Умолкните! - буркнул Перец и надулся, скрестив руки на груди.       Этой перебранки Рейчел и Шрам не замечали. Они уже сказали все, что им было нужно и теперь просто молча пялились друг на друга. Оба понимали, как глупо со стороны это выглядит, но почему-то решили не обращать на это внимания. Просто Рей и Боб были счастливы. Пока что счастливы...