Два полюса власти

      (Альд)       Поездка в Дъёрн не задалась с самого начала и продолжала «радовать» меня тяжёлыми новостями.       Настроение было отвратительным. Хотелось всё ломать, бить морды, плевать кому, просто чтобы выплеснуть накипевшее раздражения, от того, что я не могу повлиять на ситуацию, а она становится всё более паршивой!       К моему огромному разочарованию в местной таверне было практически пусто, за исключением нескольких женщин и одного старика.       Можно было бы провести спарринг с Агейром, но это совершенно не то, чего хотелось. Ещё был Бъёрн с ребятами... Я скосил глаза в сторону крупной фигуры капитана копья. Он хмуро ждал свой заказ стоя рядом со мной у барной стойки.       — Вот, — суетливый молодой трактирщик поставил перед нами три кружки. — Лучшие блюда сейчас подадут на ваш стол! Всё за счёт заведения!       Я поморщился. Дъёрн очень маленький городок, естественно о том, кто пожаловал в единственный трактир известно всем от хозяина заведения до последней побирушки.       Посуда сверкала чистотой, разносчицы были приветливы сверх меры, трактирщик лебезил и постоянно кланялся, вызывая лишь неприязнь. Мне во дворце эти заискивания безмерно надоели. А ведь в детстве я считал, что так и должно быть, я лучше всех, умею всё, а эти недостойные, пусть радуются, когда такой замечательный я уделяю им своё внимание. Лет до восьми так считал. Пока не подслушал разговор двух напудренных сплетниц, сводившийся к тому, что на деле я бастард, потому Инглейв и не интересуется как там его сын. А настоящий принц умер ещё во младенчестве...       Именно тогда я впервые сбежал на рынок, поменявшись одеждой с одним мальчишкой служившим во дворце. Светловолосым и близким ко мне по комплекции. Похожи мы не были. Поэтому обман должен был раскрыться быстро, но... Оказалось, что я сыграл кому-то на руку, вот и пришлось жить на рынке, пока не придумаю как вернуться обратно.       Над ребёнком в дешёвой поношенной одежде, кричащему, что он и есть Его Высочество Альд, перед которым все должны падать ниц и целовать ему пятки, все только смеялись. Мне не верил никто. Никто кроме другого мальчишки, беспризорника, воровавшего с лотка хлеб и ночующего в заброшенной конюшне за городскими стенами. Он и показал мне изнанку жизни, то что за яркими красками пиров и приёмов не желает видеть император.       Вот здесь и выяснилось, насколько я слаб, избалован, абсолютно бесполезен, потому что не умею ничего!       От стола раздался взрыв хохота, и я оглянулся на Лейва, развлекавшего Регина и Кёлльсвана. Дракон сидел с настолько кислой миной, что это вызвало улыбку. Именно его присутствие позволяло мне достойно держаться, не поддаваясь эмоциям.       Когда мы с ним в сопровождении пары воинов барона Вестейна спускались к городу по основному тракту, наткнулись на десятку Бъёрна, возвращавшуюся в Итвейр с телегой накрытой плотным полотном.       — Кёлльсван, смотри, это же Бъёрн! Это моё копьё! — я, обрадованный встречей, сначала не придал значения хмурому настроению воинов. — Вы уже нашли Эгиля?       Бъёрн остановил лошадь, жестом прося остальных сделать то же самое и спешился. Я последовал его примеру.       — Нашли, но уже не живого, — он указал на телегу, а меня словно окунули в ледяную воду.       — Наткнулись на его труп практически возле форта, куда он должен был приехать. Регин нашёл.       — Я просто увидел, что там вороны кружат над камнем. Подошёл проверить, а это не камень а лошадь мёртвую снегом замело... с всадником... — вмешался в разговор парень, но под хмурым взглядом Бъёрна смутился и быстро замолчал.       — Убили из арбалета, выстрелом в спину, но это не ограбление. Все его вещи целы. При нём была ещё эта записка, — Бъёрн вытащил из-за пазухи и протянул мне сложенный вдвое лист пергамента.       Не знаю, что я надеялся увидеть, может надпись что это всё шутка, или указание кто враг и где его искать, но развернув лист столкнулся с текстом завещания.       Эгиль прощался со всеми, писал, что не оправдал доверие Императора и просил не устраивать для него торжественного погребального костра, вместо этого тихо похоронить его в семейном склепе в Итвейре. Один из саркофагов там до сих пор пуст...       Я со злостью ударил рукой в борт телеги, пытаясь проглотить вставший в горле ком. Я ударил ещё раз. Хотелось сбить костяшки пальцев в кровь, физической болью заглушая боль душевную. Может мы с Эгилем не всегда ладили, но он был отличным учителем. Он помогал там, где мог. И я надеялся на его вмешательство и сейчас, но он уже не сможет мне ничем помочь. Он мёртв.       — Альд, — тихий голос, остановил руку в замахе. Звякнули звенья цепи, ладони легли на плечо в молчаливой поддержке. — Здесь ты уже ничего не изменишь, но ты можешь выяснить кто за этим стоит. Возможно его смерть связана с покушениями на тебя.       Гнев, горячивший голову смыло прохладной волной чужого спокойствия. Я встретился взглядом с жёлтыми глазами дракона. Эгиль мёртв, но мне уже не так и нужны его советы. Со мной рядом теперь другой маг, пусть он и не человек. Мы вдвоём точно выясним причину гибели учителя. Сейчас, видя уверенность Кёлльсвана я в этом не сомневался.       — Я надеялся, что он сможет снять с тебя оковы, — вздохнул я, накрывая его руку своей ладонью.       — Дней через десять, я сниму их сам, — хищно оскалился Кёльс. — я их сломал.       — Я подозревал, — улыбнулся я в ответ, обрадованный его доверием.       Он признался сам. То, что он колдует мне сообщили сразу после его стычки с Нортом на кухне, но спрашивать об оковах я не стал, понимая, что Кёлльсван попытается избежать этой темы. Именно его магия спасла жизнь мне и отряду Скёльда. Я упорно закрывал глаза на применение им магии, несмотря на оковы, которые вроде как должны полностью лишать его способности колдовать. Специально запрещал себе даже задумываться об этом. И наградой мне стала его честность. Я подхватил две кружки с барной стойки и вернулся к столу.       — Твой компот, — поставил кружку перед драконом. От алкоголя Кёльс наотрез отказался и Регин его на удивление поддержал.       Так что провожать душу Эгиля на Серую Дорогу пивом будем втроём — Бъёрн, Лейв и я.       Остальных ребят пришлось отправить помогать с расчисткой шахты. Уцелевшие воины Скёльда всё ещё залечивали раны после боя с кадаврами и этим утром вместо них нас сопровождали воины барона Вестейна. Даже таскавшиеся за Кёльсом надсмотрщики остались в Дъёрне.       — И всё же твои рассуждения не верны, посмотри на текст, — Кёльсван ткнул своим длинным худым пальцем в лежащий перед ним лист с завещанием Эгиля, явно продолжая диалог, начало которого я пропустил. — Человек это написавший был готов к смерти. Более того, он точно знал, что, потеряв свою должность будет убит, а значит причина не в его статусе или деньгах. Сам ведь утверждаешь, что это не ограбление.       — Если причина не деньги и не его приближённость к Императору, тогда что? — насупился Регин.       — Информация, — торжествующе усмехнулся Кёльс.       — Альд, эти двое потеряны для нашего общества. Их поглотила идея расследования, — нажаловался вечно не унывающий Лейв, на своих собеседников. И я вспомнил, что хотел с ним поговорить один на один, нуждаясь в его так сказать «консультации».       Бъёрн сразу сообщил, что некто из воинов под его началом даже самой красивой женщине предпочтёт симпатичного парня, боясь, что это может стать проблемой. Я, прекрасно зная о ком идёт речь, тогда отмахнулся, сказав, что со своими любовными делами Лейв разберётся сам и это не моё дело, пока не мешает его военному мастерству. А мастер меча и кулака он отменный!       Лейв заслужил своё место в десятке лучших своим трудом, честно отработав свою часть заключённой со мной ещё в детстве сделки. Теперь мало кто мог признать в этом светловолосом воине рыночного воришку и беспризорника.       — Но не думаешь же ты, что его убили по приказу императора? — возмутился Регин.       — А почему нет? — задал встречный вопрос Кёльс.       Его вопрос заставил задуматься и меня. Действительно, а почему нет?       — Считаешь, Инглейв испугался за свою задницу, боясь, что всплывёт информация о старых грехах, испортив его сиятельный облик?       — Альд, будь поосторожнее в словах. Я беспокоюсь, твой не сдержанный язык — причина большей части наших неприятностей, — Бёрн поставив на стол свою кружку, тяжело опустился на свободный стул.       — Это ведь Вы! Я узнала Вас! — звонкий женский голос, заставил приосанится, дабы встретить с подобающей принцу серьёзностью, спешащую в сторону нашего стола миловидную женщину, с удивлением обнаружив, что её взгляд, устремлён на дракона.       Кёлльсван, растерянно на меня посмотрел, похоже совершенно не представляя, как ему реагировать на подобное приветствие.       — П...простите, — неожиданно бухнулась она на колени, встретившись со мной взглядом, и тут же угнулась, смотря в выметенный и вымытый до блеска деревянный пол.       Одета она была в самое простое, дешёвое, коричневое зимнее платье, белый передник и чепчик. Покрасневшие, обветренные по самые локти руки выдавали в ней местную посудомойщицу.       — Всё в порядке, я не сержусь, можешь встать. Похоже ты обозналась.       — Нет, простите, просто... Я просто хотела поблагодарить за лечение. Я бы никогда не ошиблась, мистер Кёлльсван совсем не изменился за прошедшие десять лет.       — Слепая девочка из Блоддрагон? — вдруг неуверенно произнёс Кёльс, всматриваясь в девушку.       — Да, — мягко улыбаясь подняла голову сидящая на полу молодая женщина, устремив на Кёлльсвана взгляд ясных голубых глаз.       — Простите меня ещё раз. Спасибо что дали мне возможность видеть, Вам и той вашей рыжей спутнице. Поблагодарите и её тоже от меня.       Закончила она уже вновь смотря исключительно в пол, а потому не видела, как после её слов побледнело лицо дракона. Зато это видел я.       — Ты уже всё ему сказала. Теперь иди, — голос прозвучал жёстче, чем хотелось бы, но сдерживать закипавшее внутри раздражение, оказалось выше моих сил.       Я тут из кожи вон лезу, чтобы хоть иногда видеть на лице Кёлльсвана улыбку, а не это пришибленное выражение, а тут появляется какая-то девица из прошлого и всё портит.       Успел заметить брошенный в мою сторону недовольный взгляд Бёрна, растерянный — Регина и удивлённый Лейва, зато эту благодарную как ветром сдуло.       — Кёльс?       — Всё в порядке, — выдохнул он, проведя ладонями по лицу. — Это прошлое. А у нас сейчас есть дела поважнее.       — Забудь, мы будем разбираться с ними, по мере их поступления, — улыбнулся я.       — И нас похоронит под завалами начатых, но так и не разрешённых проблем, — проворчал дракон.       — Ну раз уж ты поднял тему похорон, то давайте проводим душу Эгиля Агвидсона на Серую Дорогу. Почтив память о нём, пожелаем лёгкого и короткого пути, — я поднял свою кружку и остальные молча меня поддержали. Мирного тебе посмертия, учитель.