Два полюса власти

      (Кёлльсван)       Меня переиграли. Я, словно муха, так качественно и с размаху вляпавшаяся в паучью сеть, что не может даже слабо трепыхаться, надеясь выбраться из западни. Слишком поздно распознал расставленную ловушку. Когда осознал, с чем именно я имею дело, то предпринимать что-то уже не имело смысла. Не стоит даже надеяться выстоять против ТАКОГО противника. Промедли Ястреб с ударом ещё секунду и Эгиль просто переломил мне магическим импульсом шейные позвонки. Глупая отсрочка неизбежной смерти.       Перед глазами всё плыло. Шея болела. Чужая, клокочущая энергия угрожающе давила.       Совершенно не зная, что делать, не видя смысла в выстраивании планов о том, как отсюда выбраться, я старался быть как можно незаметнее, вместе с тем осознавая, что это тоже бесполезно. Лич ориентируется больше на ауры и магию, чем на видимые объекты. Он постоянно «смотрит» именно магическим зрением, заменяющим у подобной нежити обычное восприятие, значит я для него самое яркое пятно — лёгкая цель.       Надежда остаться в живых таяла с каждым хриплым вдохом. Наверное, в такие моменты жертве должно быть страшно, но страха как такового я не ощущал, только холодная пустота, от осознания приближения неизбежного — живым из этого склепа не выйдет никто.       Горько было от осознания собственной недальновидности. Всё так просто! Всё это время за покушениями стоял не живой маг, а агрессивно настроенный дух. Ему и тело нужно лишь для разворачивания своих магических каналов. Корить себя за то, что не стал рассматривать подобный вариант, отметя его как наименее вероятный, было поздно.       Ведь предполагал же, что за покушениями на Альда может стоять не человек, а нечто иное! В нынешнем состоянии Эгиль может управлять хоть целой армией нежити и клепать любое число непозволительно энергоёмких для живого мага големов. Лич не чувствует боли. Для него не существует откатов, а убивая и поглощая чужую жизнь он восстанавливает свой и без того не малый магический резерв, ещё и с запасом.       Плохо. Мы совсем были не готовы к подобной встрече...       Что мы имеем: Мою магию блокируют оковы, но и без них лич легко задавит меня голой магической силой. Каналы Эгиля ещё при жизни были куда шире моих. У принца нет защиты, только обычная зимняя одежда, а она для лича не преграда. Он способен убить Альда просто рукой, укрепив магией собственные кости. Ястреб хорошо защищён. На его броне сложное зачарование, гасящее часть магических ударов, но он временно занят созданными из крыс кадаврами, слишком мелкими и юркими для него. Змей не носит шлем, следовательно, его голова — очевидная мишень. Расклад сильно не в нашу пользу...       Щелчок арбалета, выстрел, привлекающий внимание. лич пронёсся мимо меня, только слегка коснувшись ужасающей магической силой, но не тронув, чему я тихо порадовался где-то глубоко внутри. Серый Страж закричал, Альда отшвырнуло магическим щитом Эгиля. Спешить на помощь стрелку уже поздно, судя по угасающей ауре Змей мёртв. Да и что бы я мог сделать?       Я отступил как можно дальше, вжимаясь спиной в стену склепа, сильнее стискивая в руке отрубленную кисть нежити, сохранившую способность двигаться. Нельзя, допустить её возвращения владельцу. Эгилю ничего не стоит срастить магией обратно свои кости и мёртвую плоть, возвращая целостность структуре магических каналов. Не отруби Ястреб этому существу именно атакующую руку, от нас бы уже осталась одна пыль.       Хорошо, что лич не чувствует где сейчас его потерянная рука. Пытаясь не задохнуться, я смог временно обездвижить душащую меня конечность нежити, применив к ней простые «Искры», чем пережёг часть магических каналов, отрезая от владельца, но уже сейчас кисть вполне бодро шевелила пальцами, постепенно восстанавливаясь. Хотелось приложить её «Печатью Льда», но я боялся привлечь этим к себе внимание Эгиля, сосредоточившегося сейчас на принце.       Боги, Альд, что ты несёшь?! Услышав слова Его Высочества, я мог только покачать головой. Мага невозможно превратить в подобное чудовище, без его на то согласия! Это сложнейший ритуал часть которого готовит сам маг, избравший для себя такой путь приобретения бессмертия.       Лич расхохотался... Значит ещё сохранил отголоски былых, свойственных живым людям эмоций. Вопрос Альда, показал насколько принц не сведущ в истории второй эпохи, когда маги всеми способами стремились увеличить собственную силу, считая превращение себя в нежить с сохранённым сознанием, способом не хуже прочих. Неясно чем принц так помешал Эгилю, но сейчас у Альда нет против него и шанса. Ни у кого нет. Похоже, Его Высочество исчерпал чашу своего везения.       Серьёзно навредить личу мне не по силам, его ответного удара я не переживу, нет смысла лезть между ним и принцем. Ситуацию спас Ястреб, на которого и я и Эгиль не обращали внимания, посчитав временно выведенным из боя. Серый Страж как-то избавился от впившихся в лицо крыс, сумел быстро встать, и разбежавшись, врезался бронёй нагрудника в тело ожившего мертвеца, просто сметя его.       Укреплённые магией кости весят ровно столько же, сколько обычные, а в массе тренированному латнику лич явно проигрывал.       Пользуясь тем, что занятому новым противником мертвецу не до меня, поспешил проскользнуть в коридор, где приложил «Печатью Льда» дёргающуюся руку лича, и отшвырнул этот неприятный трофей в ближайший тёмный проём.       Небольшой магический всплеск может немного отвлечь Эгиля, но я был не уверен, что Альд и Ястреб смогут этим как-то воспользоваться.       Собственная рука от применённых чар начала болеть, а браслет потеплел, не желая пропускать бо́льший магический поток, чем уже имеющийся тоненький ручей.       Не хочется здесь умирать, оставив после себя только незавершённые теоретические наработки. Рядом с Альдом был реальный шанс вернуться к начатым ещё в Долине исследованиям... Даже оковы с себя снять не успел, а ведь ещё немного и смог бы применять «Всполох», а это на шаг ближе к взлому второго ограничительного браслета.       Понять бы, чем Эгиль запечатал дверь в склеп, может смогу её открыть. Нужно успеть добежать до выхода, пока лич занят Ястребом и Альдом. Может это последние секунды их жизни...       Нога поскользнулась на чём-то чавкающем и влажном, но перестраивать зрение в обычный спектр и присматриваться я не стал. Сильно пахло кровью, оставляя на языке металлический привкус.       В коридоре источники света отсутствовали только для обычных людей, магическое же восприятие позволяло видеть светящиеся голубым энергетические линии, пронизывающие стены склепа. Плохо, что я не проверил, что это за магические нити ветвятся на стенах, полу и потолке, списав их на остаточные следы со временем рассеявшегося древнего плетения чар. Весь ужас заключался в том, что эти линии имели тот же цвет, что и магические каналы Эгиля, а значит это его магия, растянутая будто полотно, укрывает здесь всё. Просто его тело и связанные с ним магические структуры уже не способны вместить тот объём энергии, которым уже сейчас располагает этот лич. Когда я это понял, то остановился.       Отсюда не выйти. Ловушка захлопнута и открыть её мне не по силам. Если отбросить условности, то все мы у Эгиля уже в желудке, вернее у той ненасытной энергетической сущности, которой он стал. Тело ему нужно только как проводник, направляющий магию через нужные точки преломлений, для сотворения структур, выводящих заклинание во вне.       Но почему Серебряный Орден не засёк появление столь серьёзной угрозы? Это ведь основное предназначение этих вечных наблюдателей: держать под контролем подобные магические эксперименты, несущее столь существенную опасность нынешнему порядку, а также проверять иные всплески и отголоски второй эпохи.       Потому что они не видят изменений! Эгиль всё просчитал! Только сейчас я смог в целом осознать всю масштабность замысла бывшего придворного мага. Очень наглый, но продуманный план! Роль принца в нём пока оставалась загадкой, но в целом я понял, чем Эгиль руководствовался.       Нужно привлечь внимание Ордена. Альд упоминал, что их представитель входит в Совет, а значит и остальные наблюдатели должны быть в городе. Нужно что то, что заставит их немедленно прибыть...       Вторая эпоха, я разбирал и переводил тексты этого исторического периода, но какая схема будет рабочей в данных условиях? Достаточно подробно я помню только некоторые, призванные накапливать и сохранять магию ритуалы, чары для создания дополнительных резервов, ритуал для наращивания магической мощи, требующий кровавые жертвоприношения... Вот оно!       Быстрым наброском в голове складывался план, как выбраться отсюда живым.       В комнате с саркофагом, судя по отблеску света, ещё горел разведённый мной магический огонь. Лич намного сложнее кадавра в плане своей энергетической структуры и подобное пламя ему практически не вредит, но неприятно, как проявление чужой магии. Судя по лязгу, чередующимся звонким и глухим ударам Ястреб ещё не умер, следовательно, Эгиль пока занят.       Я зажёг на ладони «светлячка», моргнул пару раз, перестраивая зрение, чтобы не отвлекали светящиеся линии, пронизывающие камень. Найдя взглядом труп Змея, порадовался тёмному пятну, расползающемуся под ним. Кровь лучший магический проводник, доказано на собственном примере! Пусть я не знаю символов для полного ритуала поглощения, но я знаю акрийскую магическую вязь!       Макнул пальцы в кровь, растекающуюся по каменному полу смешиваясь с песком. Вывел на чуть шершавой каменной плите, первые буквы жреческого защитного катрена. Насколько помню, во вторую эпоху жрецы Моары неплохо справлялись с защитой своих пещер от высшей нежити, используя молитвы. Главный принцип, это записать стихотворные строки так, чтобы они образовали линии нужной магической конструкции.       Я знал только четыре катрена Кровавого Культа, но их можно повторять чередуя, главное изобразить полноценную защитную печать.       Акрийская вязь неплохо себя показала ещё в Дъёрне, когда, не имея возможности одновременно нагревать магией кубок и добавлять кровь, я просто вырезал на крышке комода маленькую «огненную петлю». Тексты, написанные Акрийской вязью, хорошо удерживают вкладываемую в них магию. Главное насыщать очень медленно, не увеличивая и не уменьшая поток энергии.       Вскрик и лязг. Волна ветра несильно толкнула в грудь, когда я заканчивал выводить на полу вторую строку третьего катрена. Отметил про себя, что Эгиль меня заметил, но сделанного уже хватает на вполне приличную защиту, значит я на верном пути и стоит продолжать не отвлекаясь.       Сложность письма акрийской вязью в том, что каждую последующую букву нужно начинать выводить от центра предыдущей, отчего символы частично наслаиваются друг на друга и сложно заметить допущенные ошибки, а магия такого уровня неточностей не прощает.       От вида раздавленного черепа Змея начинало подташнивать, поэтому я старался лишний раз не смотреть на голову трупа.       Пол пересекли две длинные строки жреческой молитвы. Следующие надписи легли на стены. Низкий потолок в коридоре склепа позволил продолжить надпись и на нём, завершая барьер. Ещё немного. Вывести на полу три длинные строки, так, чтобы они образовали вокруг меня достаточно большой квадрат. Готово! Слабенько, но больше медлить нельзя. Орден даже на такое должен явиться.       Я опустился на колени, касаясь, перепачканными в крови ладонями, плиты пола, слегка присыпанного песком.       Жрецы Моары для насыщения энергией своих катренов использовали медленно угасающую жизнь рабов, кровью которых они делали надписи. Я же для печати использовал собственную магию, сознательно заменяя собой жертву необходимую ритуалу. Печать сама потянет мою магию, практически тем же способом, как её дёрнула Сванхильда, взяв энергию для исцеления Кота. Только печать не человек, тянуть будет медленно, и останавливаться не станет, даже полностью иссушив жертву. Но со мной это будет работать иначе. Скорости восполнения моей магии должно хватить, чтобы бесконечно долго насыщать катрены, только сам прервать ритуал я не смогу... Цель всей затеи как раз в том, чтобы меня прервали.       Пора начинать.