Два полюса власти

      (Альд)              Я несколько раз пнул дверь, проверяя смогу ли её вышибить.       Нет. Крепкое дерево на стальных петлях не поддалось. На окне прутья, да и само окно слишком маленькое... От собственной никчёмности руки опускались и физически, и метафорически...       Почему я ничего не могу сделать?! Я просто хотел защитить его от Инглейва, почему снова он спасает меня?! Кёльс, ты идиот! Почему я такой бесполезный... Я упёрся лбом в дверь глотая разочарование.              Надо подумать, должен быть способ выбраться отсюда и найти Кёлльсвана. Куда Инглейв его повёз?              Зимняя карета тихо и плавно скользит по дороге в Дъёрн. Забавно наблюдать за драконом, лёжа на его коленях. Так парни обычно к нравящейся девчонке укладываются, но Кёлльсван явно не уловил этой шутки. Я сначала подумал, что он просто делает вид, что не понял, чтобы меня игнорировать, но он легко поддерживал беседу и против использования мной его колен в качестве подушки особо не возражал, значит в самом деле не понял шуточного намёка. Это казалось милым. Понять бы ещё, что делать с моим собственным влечением к нему... Особенно физическим...       — Это и есть "Крыло ворона"?       Тихий вопрос, после которого он раз за разом тёр шею, будто его душил невидимый ошейник.       — Кёльс?       Он будто вынырнул из омута мыслей. В его взгляде мелькнула растерянность и глубоко затаившийся тщательно скрываемый страх.       — Ничего, просто я подумал, что не хотел бы там оказаться.       Его губы тронула неуверенная улыбка.              Хъярл! Он же не просто так это тогда сказал! Нужно догнать Инглейва!       Плохо становилось от одной мысли о том, что могу увидеть Кёльса лежащим на грязном полу, в камере того безумца, что по-звериному перегрыз себе запястья.              — Откройте! Откройте дверь! — я бил что есть силы по прочному дереву.              Дверь не поддавалась. На мой крик никто не ответил.              — По правилам поединка я выиграл! Боги на моей стороне! Я же выиграл...              С раздражением последний раз стукнув кулаком в дверь, устало привалился к ней спиной и съехал вниз, приседая на корточки. Ладони скользнули по ногам, пальцы зацепили ремень крепления на бедре — специальный чехол для зелий. Так и не снял его... Даже во время боя.              Я осторожно расстегнул чехол, проверяя колбы. Оба флакона остались целы.       Только Вилберн Персиваль знал, что это за зелья. Я хотел подстраховаться, думал, если получу тяжёлое ранение, то врач сможет помочь, а это зелье, приготовленное Кёлльсваном, даст ему больше времени. А вышло, что на Серую Дорогу ушёл Персиваль... Он так много лет служил роду Грифининов, при этом отец лишь поморщился, когда понял, что Феникс так просто лишил жизни придворного лекаря...              Инглейв всегда был таким? Стал таким? Мне казалось я достаточно хорошо его знаю, но... те же «чистильщики», устранившие по его приказу целые рода, после начавшихся на меня покушений... Хотя именно это позволило защитить меня и укрепило его власть.       Неужели он осознанно отдал приказ казнить меня? Всегда ли отец был настолько жесток или это Феникс повлиял на его разум? Я едва не лишился сегодня головы...              Агмунд Крот сразу после моего поединка затерялся где-то в толпе, Серые Стражи не стали вмешиваться... Только Вилберн Персиваль попытался остановить Инглейва и поплатился за это своей жизнью. Он и Кёлльсван, с которым я не знаю, что сейчас происходит, которому никак не могу помочь!              Давящее ощущение одиночества, ненужности, накатило волной. Инглейв отказался от меня, я больше не принц, я никто...              Я вытащил один из флаконов с зельем.       Внутри красной жидкости таинственно мерцали золотые искорки. Погладил пальцами толстый прозрачный хрусталь флакона. Как же хочется увидеть Кёльса, прикоснуться к нему, вдохнуть чуть горьковатый запах его волос.              Чей-то силуэт мелькнул за решёткой окна, загораживая тусклый свет.       Бдзынь — лязгнула упавшая на каменный пол большая кочерга, обёрнутая куском пергамента... Зачем мне кочерга?              — Эй ты, что ты там делаешь! — раздался чей-то грозный окрик на улице.              — Да я на кухню просто иду! — прозвучал возмущённый ответ, очень знакомым голосом.       Рауд!              Я быстро встал, вложил флакон с зельем в чехол и пнул кочергу в угол, где лежала рассыпанная тонким слоем солома. Мальчишка точно что-то придумал, понять бы ещё что!              Кто-то из гвардейцев подошёл осмотреть решётку. Мне были видны только ноги в высоких сапогах и поножах. Из окна посыпался снег. Но гвардеец быстро отошёл, видимо не обнаружив ничего, по его мнению, опасного.              Выкопав из-под соломы кочергу, я развернул заляпанный жирными пятнами пергамент, на котором кроме списка продуктов, был сделан углем немного смазавшийся рисунок двери, с подсунутой под неё кочергой и рядом рисунок дверных петель.       Ну конечно! Молодец Рауд, ещё бы читать и писать научился, цены бы тебе не было! Но, стоит признать, рисует этот паршивец прекрасно. Вполне мог бы в ученики к художникам пойти, если бы захотел.              За дверью по-прежнему было тихо. Значит меня никто не охраняет. А если на кого-то наткнусь, у меня есть тяжеленная кочерга, в качестве весомого аргумента. Насколько я понял, страже вредить мне запрещено, а вот мне им — нет!              Вбив ногой в узкую щель под дверью конец кочерги, я использовал подарочек Рауда в качестве рычага, надавив всем весом. Дерево трещало, но не очень поддавалось моим усилиям, но я смог её приподнять! Ещё немного, ещё... Есть!              Дверь снялась с петель, и я поспешил придержать её, чтобы не выдать себя грохотом.       Стражи за дверью не оказалось или их кто-то отвлёк, но до ступней, ведущих прочь из подвала я добежал быстро никого по пути не встретив. А вот у самой лестницы меня ждал сюрприз в виде мирно спавшей крепким волшебным сном охраны...              — Не наверх! Сюда!              Я от неожиданности подпрыгнул, выставив вперёд кочергу, как единственное оружие, услышав голос из-под лестницы.              — Это я.              — Чайка! — выдохнул я, узнав Серого Стража.              — Скорее, ваше копьё отвлекает гвардейцев на главной площади. Вам нужно бежать, я выведу к конюшням, там мы возьмём лошадей.              — Мы?              Чайка нажав вдавил один из камней каменной кладки и с тихим шорохом под лестницей открылась замаскированная потайная дверь, скрывавшая узкий проход, из которого тянуло холодом и воняло сыростью.              — Я поеду с вами. Инглейв с Фениксом и вашим магом направился в Крыло ворона. Кот собирает Серых Стражей готовых вас поддержать. Среди гвардейцев пока нет единого мнения, на счёт вашего поединка, некоторые считают, что Инглейв нарушил правила, позволив вмешаться в бой Фениксу, другие, что это вы применили заклинание, начав проигрывать...              — Да откуда бы я взял заклинание!? Это не я убил Вилберна Персиваля... Я видел вспышку магии ударившую его в грудь, видел, как Феникс шевелил пальцами перед этим. Уверен, он и меня хотел убить так же.              Такое недоверие ко мне больно задевало. Это же нелепо!       Чайка махнул рукой, показывая, чтобы я следовал за ним и нырнул в темноту тайного хода.              — Но вы живы.              — Кёлльсван сделал для меня амулет, защищающий от магии.              — Агмунд Крот занят тем, что пытается разобраться что именно случилось в тронном зале, но вашу сторону принять пока не готов... Многие утверждают, что видели, как вас закрыл собой грифон, сотканный из золотого света и это знак от богов, другие, что это всё ложь.              Серый Страж уверенно шагал впереди. Ход был узкий, на стенах тускло мерцала светящаяся плесень, даря скудное освещение. Света едва хватало, чтобы не спотыкаться и различать впереди спину и светлые волосы Чайки.              Про грифона мне нечего было ответить. Сам я его не видел, только успел услышать обрывки разговоров... Понятия не имею, что это могло быть.              — Чайка, спасибо что помогаешь.              — Я поклялся Вам в верности, — Серый Страж усмехнулся. — Только на мне нет никаких магических клятв.              — Нет?              Но Кёлльсван же связывал Чайку клятвой, чтобы он не завёл меня в ловушку.              — Он сумел убедить и меня и Вас, неправда ли? У меня есть знакомая... Сильное колдовство ей не доступно, но она может видеть магические клятвы и проклятия. Мне хотелось знать, чем грозит нарушение данной Вам клятвы... Но оказалось, что на мне ничего нет.              Значит у Чайки есть знакомая предсказательница... А Кёлльсван не стал связывать его клятвой... или не смог. На нём же оковы, он как-то говорил, что большинство сильных заклинаний не может применить. Тогда могу ли я верить Чайке? Почему он взялся помогать мне?              — Ваш маг не связал меня клятвой, хоть и заставил дать её... Но Кота он всё равно спас. Для Стража напарник это и друг, брат и семья. Я не привык оставаться в долгу, — вдруг продолжил Чайка, отвечая на мой не высказанный вопрос, словно услышав мысли.              — Так ты не мне хочешь помочь, а Кёльсу?              — Вам двоим, мне нравятся новые условия для Серых Стражей, и я надеюсь вы выполните своё обещание, я хочу уйти со службы, основать свой род, иметь настоящую семью. Мы пришли, осторожнее.              Впереди показался тупик, вернее мне так сначала показалось. Но затем я смог различить в темноте деревянную приставную лестницу.       Лестница вела к люку в потолке. Чайка забрался вверх, осторожно приподняв крышку люка. В щель проник тёплый желтоватый свет.              — Там никого нет, идём! — выглянув в щель сообщил Серый Страж.              Он быстро выбрался наверх. Я, сжимая в руке кочергу, полез следом. Хорошая кочерга, большая, тяжёлая. От главного кухонного камина, наверное. Рауд, паршивец, мог бы хоть кинжал какой вместе с этой железякой мне кинуть!       Оказалось, тайный ход вёл прямиком к конюшне и открывался в небольшом закутке за стогами с сеном.              — А я всё думал, для какой козы построили это недостойло...— тихо прокомментировал я, сообразив в каком именно месте конюшни мы выбрались из люка.              — Да это старый подземный ход из дворца, его решили не убирать, но о нём известно только Серым Стражам.              Вдруг дверь конюшни открылась и на пороге показался Рауд, ведущий в поводу моего Приза!       Теперь мне не нужно седлать коня, он уже осёдлан!              Я кинулся к Рауду, но путь мне резко преградило лезвие клинка, возникшее у самого горла, сверкнув в свете магических фонариков, освещавших конюшню. Я даже кочергу занести не успел, чтобы отразить неожиданную угрозу.              — Не спешите, Ваше Высочество, — раздался спокойный голос Агейра.              Наёмник так тихо и неподвижно стоял в конюшне за одним из широких опорных столбов, что ни я ни Чайка его не заметили.       Рауд замер. Я услышал, как Серый Страж извлекает из ножен свой клинок.              — Я не враг, — Агейр опустил меч. — Спешка сейчас плохой помощник. На воротах приказом Инглейва заменили стражу, они ждут попытки побега.              — Хочешь сказать мне нужен другой конь? — понял я намёк Агейра.              — Лошадь. Моя. И мой плащ. Стража знает, что я не останусь в городе, раз Инглейв вернулся. Попробуем запутать охрану. Пусть думают, что я это ты и наоборот.              Агейр снял с плеч свой дорожный плащ и протянул мне.       Я быстро отстегнул золотую фибулу и снял свой короткий парадный плащ, а затем и приметный нагрудник доспеха.              — Возьмите мой меч, я обойдусь кинжалом и арбалетом, — Чайка отстегнул от пояса свои ножны с клинком.              Поблагодарив Серого Стража кивком, я закрепил меч на поясе и сразу почувствовал себя увереннее.              — Чайка, не стой, седлай лошадь, поедешь с Агейром! Так будет правдоподобнее, — быстро принял решение я. — Рауд к двери, предупредишь если кто-то будет идти. Держи тебе в качестве оружия.              Я передал мальчишке кочергу, вызвав этим широкую улыбку на его веснушчатой физиономии.       Поножи, нарукавники, наколенники, весь парадный доспех передал Агейру, себе оставив только кольчугу, пояс и ремень с зельями. Накинул на плечи серый дорожный плащ наёмника.              — Ты веришь, что я не нарушал правил поединка? — поинтересовался я у наёмника, ставшего мне хорошим наставником по фехтованию и, пожалуй, другом.              — Мне всё равно.              — Тогда почему помогаешь?              Агейр усмехнулся и молча продолжил подгонять ремни парадного доспеха. Значит не ответит.       Наёмник, накинул на голову глубокий капюшон плаща и вывел из стойла осёдланную Плясунью. Я тоже накинул капюшон. Надеюсь у нас получится, и я смогу беспрепятственно покинуть город.       Вздохнув, Агейр протянул мне руку явно прощаясь. Я ответил рукопожатием, но наёмник сжал мою руку удерживая.              — Ты как-то спросил про бой двадцатилетней давности между Инглейвом и мной. Это было зимой, я поскользнулся, что позволило твоему отцу победить. Я признал поражение и уехал. Тогда в городской страже служил один мой давний друг. От него я узнал, что весь наш поединок прошёл под прицелом арбалетчиков. Инглейв собирался не допустить чтобы в живых остался кто-то владеющий мечом лучше него. В тот день проигрыш спас мне жизнь. Будь осторожнее парень.              Агейр отпустил мою ладонь и запрыгнул в седло, разворачивая Приза к выходу из конюшни.              — Вперёд, герой, и не смей загонять мою лошадь! Вернёшь Плясунью в целости и сохранности!              Белая кобыла отнеслась ко мне настороженно, недовольно зафыркала, попыталась заупрямится, стоило мне сесть в седло. Видно не очень по нраву ей знакомство со мной, но Агейр шлёпнул её ладонью по крупу, и кобыла сорвалась с места. Рауд едва успел распахнуть передо мной двери.              Я пришпорил кобылу и придерживая капюшон пригнулся к седлу. Держись Кёльс, ради тебя я готов убить и Феникса и Инглейва, подло, в спину, но я больше ни за что не проиграю!       

      ***