Не пройти мимо

      Андрей проснулся ранним утром. Первые солнечные лучи едва проникали в комнату сквозь дымку тумана. Он посмотрел на спящую девушку, которую крепко обнимал, прижимая к себе. Из его груди вырвался вздох облегчения. «Это не было сном, — улыбаясь, подумал он, — мы действительно занимались…». Даже мысленно он споткнулся на этом слове. То, что он вчера пережил, не вязалось со словом секс. С другими — да, но только не с ней.       Катя зашевелилась, и Андрей выпустил её из своих объятий. Повернувшись на спину, она продолжала спать. — На спине спят короли… — не удержавшись от улыбки, тихо прошептал он, вспомнив старинную пословицу.       Её полуоткрытый рот и показавшаяся из-под лёгкого покрывала грудь притягивали его взгляд. Андрей почувствовал, как его тело стало наливаться тяжестью. «Господи, как же я её хочу! Безумно!» — промелькнула шальная мысль. Убрав непослушный локон с её щеки, он нежно и легко, как пушинка, коснулся её губ.       Катя почувствовала слабое, странное ощущение, как будто бабочка касается её своим крылом. Последовавший затем чувственный поцелуй заставил затрепетать её сердце, но показался чересчур реальным для сна, и она нехотя разлепила веки. Вместо улыбающихся серых глаз цвета лондонского туманного утра, она наткнулась на полыхающий страстью взгляд знакомого незнакомца. Неясными обрывками в памяти стали всплывать моменты вчерашнего вечера. Растерянно глядя на мужчину, Катя лихорадочно соображала, что же предпринять. «Дожили, Пушкарёва! Придумай же что-нибудь, не лежи как идиотка!» — ругала она себя, пытаясь подтянуть покрывало повыше, но на ум ничего не приходило. — Привет, — не отрывая взгляда, незнакомец нежно провёл рукой по её щеке, осторожно коснулся подушечками пальцев припухлых губ, — ты — волшебница, знаешь об этом? Этой ночью, с тобой, я испытал неземное наслаждение.       Катя чувствовала, как её тело откликается на каждое его прикосновение, а порочные шоколадные глаза заставляют её замереть, останавливая дыхание. «Очнись, Пушкарева! Тебе явно отвели роль кролика!» — пульсировала мысль где-то в потаённых уголках сознания.       Андрея поразил непонимающе — растерянный взгляд девушки. Она явно не его ожидала увидеть в постели. Он чувствовал, как она борется с собой. Видимо, ей не чужды были морально-этические принципы, пытающиеся взять верх над телесным наслаждением.       «Мне кажется, что они под кайфом» — как наяву услышал он голос Германа. «Как следствие — искаженное представление о реальности и фрагментарная потеря памяти» — моментально сообразил Андрей. Ему надо было оставить её в покое. «Но я не хочу быть чёртовым джентльменом» — билось в мозгу, когда он с хриплым стоном привлёк её к себе.       Его губы были горячими и настойчивыми, а поцелуй — трепетным и нежным. Вскоре нежная чувственность уступила место страсти. Катя никогда не предполагала, что поцелуй может так сводить с ума. У неё кружилась голова, и каждой клеточкой своего тела она тянулась к нему. Пришлось признать — ей хочется испытать то «неземное наслаждение», о котором ранее говорил незнакомец. Эта пугающе — навязчивая мысль пыталась завладеть её сознанием. Но дух противоречия вкупе с Пушкарёвским характером победил, и она предприняла попытку освободиться.       Андрей, оторвавшись от губ девушки, ослабил объятия. Очень редко просил он женщин об услуге — обычно и без просьб получал желаемое. И к отказам тоже не привык. — Ты хочешь, чтоб я остановился, — поинтересовался он, стараясь не показать, насколько его волнует её ответ. — Нет! — вырвалось прежде, чем Катя успела подумать. — Маленькая моя! — прошептал он, отбрасывая покрывало и пускаясь в путешествие по её телу, — ты только моя! Никуда я тебя не отпущу.       Больше не было никаких слов, только бесконечное количество поцелуев и прикосновения нежных рук, будоражащих кровь.       «Я веду себя безрассудно», — безразлично подумала Катя, отдавшись чувственному наслаждению, которое ей мог подарить только этот мужчина.       Несколько минут они лежали, не шевелясь, оглушенные и ошеломлённые, пытаясь выровнять сбившееся дыхание.       Катя плавно спускалась в реальность, чувствуя, как блаженство стихает до умиротворения. «И что дальше, — мысленно иронизировала она над собой, — поблагодарить и удалиться…». — Мне надо… выйти, — преодолевая неловкость от сложившейся ситуации, тихо проговорила она.       Видя её смущение, Андрей очаровательно улыбнулся и, подняв с пола свою рубашку, протянул ей. — Первая дверь направо, — произнёс он, беря её за руку, — и не задерживайся, я буду скучать.       Внимательный взгляд его шоколадных глаз был мягким и тёплым. Неуверенно улыбнувшись, Катя кивнула и, быстро набросив на обнажённое тело его рубашку, вышла из комнаты.       Чувство удовлетворения и необыкновенной лёгкости охватило Андрея. Больше всего на свете ему сейчас хотелось держать в объятиях эту девушку, подарившую ему сказочные минуты близости. Его влекло к ней необычное сочетание неискушенности и страсти. Отсутствие опыта компенсировалось необыкновенной чувственностью. Он не любил загадывать вперёд, но точно знал, что хотел бы наслаждаться близостью с незнакомкой до тех пор, пока не пресытиться. А в том, что, в конце концов, она ему надоест, Андрей не сомневался. Ведь так было со всеми его многочисленными любовницами. Он даже мысли не допускал, что ей может не понравиться отведённая им роль.       Скрутив волосы в тугой узел на затылке, Катя ступила под тёплые струи воды, наслаждаясь тем, как она стекает по телу. Думать ни о чём не хотелось, но лихорадочные мысли настойчиво лезли в голову. Она не знала, радоваться или огорчаться тому, что её первый сексуальный опыт оказался таким невероятным, во всех смыслах этого слова. Перед глазами, сменяя друг друга, проплывали картины их недавней близости. То, как она страстно отзывалась на его ласки, выгибалась ему навстречу, цеплялась за него, словно утопающий за соломинку, смущало её, заставляя заливаться краской лицо. «Отнесись ко всему с юмором, ведь, по сути, исправить уже ничего нельзя» — вспомнила Катя когда-то сказанные Романом слова. — Ромка… — прошептала она, застыв от потрясения, — как мне в глаза то ему теперь смотреть.       «Почему он меня не искал? Или, наоборот, нашёл в чужих объятиях?» — возникали логичные вопросы, на которые она не знала ответа. Катя была уверена в одном — ей надо срочно уехать. Уехать именно сейчас, пока все спят. Так у неё появится время обдумать сложившуюся ситуацию.       Она намеренно долго не выходила из ванной комнаты, ожидая и молясь, чтоб её знакомый незнакомец заснул. Вот уже второй раз она попадает в нереальную, глупейшую ситуацию из-за него. Взгляд его тёмных глаз, волшебное прикосновение рук парализовывали её волю, она теряла контроль над собой и совершала не свойственные ей поступки.       Решив, что уже пора, она крадучись вошла в комнату. Окинув взглядом обстановку, задумчиво покачала головой. «Это не он ко мне, это я залезла к нему в постель» — промелькнувшая мысль вызвала саркастическую усмешку на её лице.       Быстро собрав разбросанную по полу одежду, Катя с облегчением вздохнула, увидев свой телефон, валяющийся рядом с шортами. Одевшись, позволила себе несколько секунд полюбоваться на своего первого мужчину.       Он так и заснул обнаженным, поленившись поднять покрывало. «Великолепный образчик мужской красоты» — подумала она, рассматривая его фигуру, пока не зацепилась взглядом за мужское достоинство. Внизу живота сладко заныло, краска стыда залила лицо. Набросив покрывало на его бёдра и беззвучно, одними губами, прошептав: «Прощай!», Катя покинула его комнату.       Держа в руках обувь, она быстро шла к лестнице. Взгляд остановился на знакомой двери, за которой должен был ночевать Роман. «Я пока не готова к разговору» — подумала Катя, спускаясь вниз и пересекая гостиную. Отметив краем глаза обнаженную пару на диване, усмехнулась, восхитившись отсутствию у людей комплексов. И в то же мгновение застыла от осознания увиденного. Отказываясь верить в очевидное, она медленно обернулась. На диване спал Роман в обнимку с длинноволосой брюнеткой, которая практически лежала на нём. Сбившееся покрывало сползло на пол, задержавшись лишь в переплетении ног. — Ты был прав, Ром, — грустно вздохнув, еле слышно произнесла Катя, — ночь действительно оказалась незабываемой, жаль, что не ты подарил мне эти ощущения.       Увиденное неприятно царапнуло по сердцу. Вопросов только прибавилось. Боясь оказаться уличенной в подглядывании, Катя покинула дом. Добравшись до садовых качелей, она набрала номер Зорькина. Трубку долго никто не брал. От отчаяния она чуть ли не до крови закусила губу. — Пушкарева! Ты на часы смотрела? Ещё и шести нет, — наконец услышала Катя недовольное ворчание друга. — Коль! — всхлипнула она, скорее от облегчения, — забери меня, пожалуйста. — Кать, что случилось? С тобой всё в порядке? — встревожился он. — Глупый вопрос, учитывая в какое время я тебе звоню, — печально усмехнулась Катя, — записывай адрес.       Коле хватило часа, чтобы добраться до места, указанного подругой. В раннее субботнее утро пробок на дорогах не было. Едва он подъехал, она быстро села в машину и в волнении произнесла: — Поехали отсюда, поскорее.       Какое-то время ехали молча. Искоса глядя на Катю, Коля отметил задумчиво-отрешенное выражение её лица. — Может, всё же расскажешь, что произошло, — нарушил он молчание. — Я переспала с мужчиной, — прошептала она с такой интонацией, словно доверила ему тайну государственной важности. — Всего — то, — усмехнулся он, — в твоём возрасте этим мало кого удивишь. — Ты не понимаешь! Я переспала с мужчиной, — взволнованно повторила Катя. — Да не волнуйся ты так. Переспала и переспала. Не с первым же встречным.       Она уставилась на друга, потом неуверенно кивнула головой. — Не понял. — Я переспала с первым встречным.       В потрясении Коля автоматически нажал на тормоз, машина резко остановилась, оба повисли на ремнях, не успев по-настоящему испугаться. В ту же секунду услышали злобный сигнал клаксона и мегабайты чисто русского лексикона. — Тебя не изнасиловали? — спросил он первое, что пришло на ум после её заявления.       Зная Катю, трудно было даже представить, чтобы она решилась на близость с совершенно чужим ей человеком. Он помнил их разговор незадолго до её встречи с Денисом. — Кать! Ты что, в монашки себя записала? Я понимаю — учёба. Но и на личную жизнь не мешало бы отвести время. — Я ведь не против, но не нашелся ещё тот самый, от встречи с которым ёкало бы сердце. А встречаться ради того, чтобы просто встречаться, по-моему, глупо. Лучше уж дождаться того, единственного, но зато — своего.       После печального опыта с однокурсником, Катя вообще стала сторониться парней. Коля даже обрадовался, когда на горизонте появился Роман. — Нет! — уверенно произнесла она, — со мной всё в порядке. — Ну, Пушкарева, ты даёшь! Давай, рассказывай всё по порядку.       По мере того, как Катя описывала вчерашний вечер, Коля всё больше хмурился. — Похоже, вам в выпивку что-то подмешали, — произнёс он после её рассказа, — не хочешь сдать кровь на анализ?       Она отрицательно покачала головой. — Я ни о чём не жалею. Это было …       Пока Катя подыскивала нужные слова, Коля удивился, как преобразилось её лицо. — Вот только давай без подробностей, — пробормотал он. — Дурак! — смутилась она, легко ударив его по плечу. — Ты вот что скажи мне, подруга. Вы хоть предохранялись или…       Катя отрицательно покачала головой. — Да уж! А вдруг… — Ничего не будет, — перебила она его. — Шанс забеременеть ничтожный, если ты об этом. — Об этом, — подтвердил он и, спохватившись, поинтересовался — А как же твой Ромео?       Катя с грустью на него посмотрела. — Утешился в объятиях другой Джульетты. — Переживаешь? — Не знаю… Сейчас не могу об этом думать. — Твой первый встречный, он вообще кто? Ты хоть имя его спросила?       Она опять отрицательно покачала головой. — Ну и дела…       Оказавшись в своей квартире, Катя поняла насколько устала, в большей степени эмоционально. Ей нужно было время, чтобы прийти в себя, свыкнуться с ситуацией, найти ответы на мучившие её вопросы. Ей никого не хотелось ни видеть, ни слышать. Прежде чем отключить телефон, она отправила Роману смс:       «Ром, я дома. Самочувствие не позволило мне задержаться на даче. Меня забрал Коля. Он считает, что в выпивку что-то подмешали. Созвонимся вечером».       Едва коснувшись головой подушки, она тут же уснула.       Андрей почувствовал, как чьи-то пальчики, скользнув по подбородку, переместились на его губы. Не открывая глаз, он поймал шалунью за руку и опрокинул на кровать. Уже готовые было сорваться слова: «маленькая моя, соскучилась», так и остались на губах. Уловив знакомый запах парфюма, и медленно открывая глаза, он знал, кого увидит. — Привет, — весело улыбнувшись, Кира подставила губы для поцелуя.        Пару секунд, борясь с разочарованием, Андрей пристально смотрел на невесту, затем, улыбнувшись, чмокнул и опять откинулся на подушки. — Фу, Жданов! Приветствие могло бы быть и погорячее, — состроила она недовольную гримасу, опираясь на его грудь. — Так его надо заслужить, — вполне серьёзно произнёс Андрей. — Вот как, — прикусив нижнюю губу, с интересом уставилась она на него, — что предпочитаешь: одну из сказок знаменитой Шахерезады, восточный массаж или эротический танец а-ля Ким Бессингер? — Всего лишь кофе, Кира, — вздохнув, проговорил он, — свари мне его, пока я приму душ. Я спущусь минут через пятнадцать. — И за что тебя только девки любят, — вставая, произнесла она, — ведь никакой романтики.       Дождавшись, когда за невестой закроется дверь, Андрей, откинув покрывало, встал. «Быстро же Кира сменила гнев на милость» — недовольно подумал он, натягивая плавки. Взгляд зацепился за какие-то круги на простыне, нарушающие общую картину. Опершись коленом на кровать, он уставился на два небольших, бурых пятна. Растерянность сменилась изумлением: «она была девственницей… невероятно». В памяти всплыли слова незнакомки «не надо, мы не должны». Усевшись на кровать, Андрей обхватил голову руками. Неуместное самодовольство и гордость от осознания того, что он стал первым её мужчиной, быстро сменилось паникой. Он настолько потерял голову, что забыл о предохранении. «Боже! Что я наделал!» — в смятении прошептал Андрей.       Приказав себе не отчаиваться раньше времени, он в спешке поменял постельное бельё, и принял душ. «Нам надо обязательно поговорить» — спускаясь по лестнице, решил он.       На кухне Андрей застал хмурого Романа, сосредоточенно рассматривающего остатки виски в бокале и Киру, разливающую по чашкам кофе. — Не рановато? — хлопнув друга по плечу, уселся за стол Андрей. — В самый раз, — буркнул тот.       Поставив перед друзьями две чашки свежесваренного ароматного напитка, Кира со словами: — Не буду мешать, — удалилась. — А где все? — сделав пару глотков, поинтересовался Андрей. — А тебе кто нужен? — бросил Роман на друга серьёзный взгляд. — Я мало с кем успел вчера пообщаться, так что… — пожал тот плечами. — Так это ты привёз Анжелику? — Я, — кивнул Андрей, — а что, не надо было? — Не надо… — горько усмехнулся Роман и одним махом допил содержимое бокала.       Вспомнив, что с другом должна была приехать его девушка, Андрей поинтересовался: — А где Катя? Когда ты уже нас познакомишь? — Катя… — невесело засмеялся Роман, — а Катя уехала, сегодня, рано утром. «Неужели…» — от мысли, пришедшей в голову, всё внутри Андрея похолодело. «Не стоит паниковать — убеждал он себя — сначала надо всё выяснить, а не строить предположений». — Давай, рассказывай, что у вас произошло. — У нас? — криво усмехнулся Роман, — В том то всё и дело, что у нас ничего не произошло.       Андрей поразился, с какой горечью его друг это произнёс, особенно выделив «ничего».       Поймав непонимающий взгляд Жданова, Роман продолжил. — Я проснулся, когда Герман пытался укрыть нас покрывалом. Оказалось, что сплю я в гостиной, обнажённым, да ещё и с Анжеликой. Пытаясь вспомнить, как такое могло произойти, я напрасно потратил время. Постепенно до меня дошло — приехал то я с Катей. Надеясь на то, что она спит и ничего не узнает, я поднялся в комнату, но там никого не оказалось. Не предполагая, где она может быть, я решил позвонить ей, но наткнулся на её смс. Вот — протянул он свой телефон Андрею. — Да, ситуация. А кто такой Коля? — возвращая мобильный, поинтересовался Жданов. — Друг. У Катюши практически нет подруг, но зато есть Коля, — в интонации, с которой были произнесены эти слова, угадывалась ревность. — Да дело даже не в этом! Чтобы выйти из дома, надо пройти через гостиную, понимаешь? Она могла видеть меня с Анжеликой на этом чертовом диване, — сокрушался Роман. — Что собираешься делать? — допивая кофе, поинтересовался Андрей.       Отставив пустой бокал в сторону, Малиновский просто пожал плечами. — Узнаю, кто тот шутник, решивший оторваться на полную катушку, голову оторву.       Рассказ Романа не помог Андрею. Таинственная Катя могла быть его незнакомкой. Одна мысль об этом приводила в ужас. Дорожа дружбой, они никогда не покушались на подруг друг друга. Не зная, как ещё выяснить пикантную для него ситуацию, Жданов решил пойти ва-банк. — Ты меня удивляешь. Сколько я тебя помню, ты никогда так долго не встречался ни с одной девушкой. Напрашивается вывод: либо она равнодушна к твоим чарам и ты так ничего и не добился, но отступать не собираешься; либо она ну о-о-очень хороша в постели. Что скажешь? — А ты как думаешь, — пронзительно-пристальный взгляд Романа остановился на Жданове. «Андрюха, как никогда близок к истине» — думал он, не отводя взгляда. Вот только почему он до сих пор с Катей, Малиновский задумываться не хотел. — Я думаю, что ты не склонен к длительному воздержанию. — Правильно думаешь, — цинично усмехнулся Роман.       Андрей испытал невероятное облегчение от слов друга. Ему стало смешно, что он мог предположить такое — Ромка и невинная девушка рядом. С кем бы она ни приехала, другие его не волновали.       Вечер, тянущийся бесконечно долго, плавно переходил в ночь. На черно-фиолетовом небе стали зажигаться одинокие звёзды, постепенно собирающиеся в созвездия. Лёгкий ветер, едва перебирая листву на деревьях, доносил до отдыхающих пряные ароматы вызревающих фруктов, смешанные с благоуханием цветочных клумб.       Наблюдая за всеми через бокал виски, Андрей тупо напивался. Даже алкоголь не смог избавить его от мыслей о незнакомке. «Околдовала она меня, что ли» — пьяно усмехаясь, думал он.       Им так и не пришлось поговорить. Она оказалась в числе тех гостей, которые покинули дачу до того, как Андрея разбудила Кира. «Ни имени, ни адреса, ни номера телефона», — сокрушался он. В данную минуту его тяготило общество друзей, и раздражали красноречивые взгляды невесты.       «Где ты, маленькая моя? Почему мы не вместе?» — бормотал Жданов себе под нос. — Андрюха, ну ты даёшь! — услышал он голос Малиновского, доносившийся как будто издалека. Затем его с двух сторон подхватили под руки, и повели к дому.       Влекущий взгляд карих глаз незнакомки всплыл перед мысленным взором Андрея прежде, чем он провалился в сон.       Войдя в комнату, Роман увидел Анжелику. Обнаженная, она лежала на боку, в соблазнительной позе, всем своим видом демонстрируя с какой целью пришла. — Анжелика, какими судьбами … — серьёзный и испытывающий взгляд, брошенный Романом на девушку, совсем не вязался с ироничным тоном и лёгкой улыбкой, затаившейся в уголках его губ. — Скрасить твоё одиночество, — произнесла она, вставая.       Двигаясь с грацией пантеры и обещая нереальное наслаждение, Анжелика подошла к Роману и прижалась всем телом. Едва касаясь губами и кончиком языка его ушной раковины, она прошептала: — Почему ты медлишь? Тот Роман, которого я знала, был нетерпелив и пылок.       Их лёгкая интрижка закончилась с появлением Кати в его жизни. Она была другой, не похожей на предыдущих его подруг и так его заинтересовала, что он какое-то время был готов мириться с отсутствием близости в их отношениях. Никто бы не поверил, что у него почти три месяца не было женщин. Роман знал, что за время работы в «Зималетто» за ним закрепилась репутация этакого мачо, не способного ни на какие чувства, кроме плотских желаний, за которыми ничего не стоит. И до недавнего времени его это вполне устраивало.       Видя его задумчиво-отрешенный взгляд, Анжелика обняла Романа за шею и очертила кончиком языка контур его губ. — Сейчас не думать надо, а действовать. Ну же… — её руки забрались под его футболку. Замурлыкав, как кошка, и едва касаясь подушечками пальцев его тела, она начала нежно поглаживать Романа и легонько царапать его спину. — Твоя девушка ничего не узнает.       Анжелика умело его возбуждала, и Малиновский чувствовал, что теряет над собой контроль. «Хуже уже не будет, — подумал он, подхватывая её на руки, — не монах же я, в самом деле».       Катя собирала вещи, когда в дверь позвонили. Она так и не настроилась на разговор с Романом. Весь день, прокручивая в уме произошедшие накануне события, и пытаясь их анализировать, она перебирала возможные варианты их беседы. Всё казалось каким-то нелепым и бессмысленным. Ей категорически не хотелось пускаться в банальное выяснение отношений.       Первое, что увидела Катя, открывая дверь — это цветы, большой букет садовых ромашек, из-за которого показалось приветливо улыбающееся лицо Романа. Бросив сумку с её вещами на пол, он заключил её в объятия, осыпая бесчисленными нежными поцелуями. — Как самочувствие? — уткнувшись носом в её волосы, поинтересовался он. — Сносно, — отстранившись, Катя шагнула в сторону, приглашая Романа войти в квартиру.       Впервые оказавшись у Кати дома, он окинул удивлённым взглядом видимое ему пространство. В прихожей практически не было мебели, а на голых оштукатуренных стенах вместо вешалок торчало несколько гвоздей. — Вот, решила заняться ремонтом, — словно извиняясь, едва заметно улыбнулась она, — Чай или кофе — что ты будешь? — Не беспокойся, — беря её за руки и переплетая пальцы, произнёс Роман, — мне надо, то есть, я хотел… Нет, не то!       Пока Малиновский подбирал слова, Катя пыталась поймать его взгляд, но тщетно. Он старательно отводил глаза от её лица, как будто стыдился чего-то. Смятение и беспокойство, испытанные ею при виде Романа, исчезли, когда до Кати дошло, что её в чужих объятиях он не видел, да и видеть не мог. В тот вечер они оба стали заложниками чьей-то злой шутки. — Кать, — замолчав, он взглянул ей в глаза, словно решая, сказать или нет. — Ром, давай все разговоры отложим на потом, — быстро произнесла она, в попытке избежать неприятного для них разговора. — У меня не было времени сообщить тебе, что завтра с утра я уезжаю к родителям. Вернусь — поговорим.       Он тут же расслабился, овладел собой и, одарив её обворожительной улыбкой, поинтересовался: — Уезжаешь надолго? — До конца месяца. Приеду четвёртого сентября. — Понятно! Тебя проводить? — в его голосе промелькнули грустные нотки. — Не стоит, — отрицательно мотнула головой Катя, — поезд отправляется слишком рано, да и тебе на работу. Меня Коля проводит. — Коля, значит. Ну что ж, пусть будет Коля — скривив губы, насмешливо произнёс Роман, — тогда, пока! — Ром? — Всё в порядке! Я понимаю — тебе надо собраться, так что не буду мешать. Увидимся четвёртого вечером, как обычно.       Не став задерживаться, Малиновский быстро поцеловал Катю в щёку и покинул её квартиру. Оставив её в недоумении смотреть ему вслед.