Найденный

      После Рождества жизнь в мэноре протекает довольно-таки спокойно, лишь Дамблдор, иногда упорствуя в попытке вернуть мальчика Дурслям, наведывался, но всё безуспешно. Он не смог даже ступить на обширную территорию поместья из-за тех артефактов, что Люциус приобрёл в Лютном Переулке, памятуя о довольно неприятном опыте во время одного из давних визитов директора.       На дворе уже май, а это значит, что у юноши по имени Брутус скоро День Рождения и ему исполниться одиннадцать лет. И он получит долгожданное письмо и, вполне возможно, не из одной школы. Только вот упрямая Нарцисса поставила мужа перед фактом, что Брут, как и Драко, поступит в Хогвартс. И супруга сиятельного лорда не желает слушать никаких аргументов. Люциусу остаётся только смириться, ведь он уже пробовал отправить старшего сына в Дурмстранг, но леди Малфой устроила скандал: школа на севере, там холодно, муж-тиран и деспот, решивший заморозить бедного ребенка! И как итог — сей ребёнок обучается именно в Хогвартсе.       Вот двенадцатое мая, День Рождения считается по праву самым важным днём в году для любого ребёнка.       На улице уже появляются первые лучики весеннего солнца, они все норовят пробиться в комнату именинника сквозь тяжёлые шторы, которые закрывают все окна, создавая в помещении полумрак даже в такое солнечное утро.       Это первый День Рождения Брутуса в кругу тех, кто его любит и оберегает, да что там, он даже Лестрейнджей пригласил, — родственники ведь…       Первой поздравить сына приходит Нарцисса. Конечно, она ожидает, что едва войдя в комнату, будет сбита с ног ураганом по имени Брут. Поэтому открывает дверь и решает немного подождать, но реакции, которой опасается мать именинника, не последовало. Слегка озадаченная, заходит в комнату и наблюдает, что там нет признаков активности, а имеется лишь сонное тело, которое не желает пробуждаться самостоятельно. И инициативу в свои руки берёт леди Малфой: — Брутус, вставай! — радостно начинает женщина, аккуратно тряся за плечо сына. Но в ответ получает только возмущённое бурчание, которое едва можно разобрать: «аг… я, вст.аю.» — Брут, ты так всё на свете проспишь! Ты забыл, что у тебя сегодня День Рождения? — - еле слышно произносит Нарцисса над ухом мальчика, дабы понять: спит он или нет. Поначалу никакой ответной реакции не следует, лишь прядь волос из прически матери, которая словно перышко, нежно касается лица сына, заставляют того невольно улыбнуться. Тогда женщина вновь задаёт свой вопрос, также шёпотом, но уже чуть-чуть громче: — Солнышко, ты собираешься проспать свой праздник? — в ответ всё таже тишина, которая сопровождается наигранным посапыванием. — Что же, тогда я вынуждена действовать решительно! — деловитым голосом вещает мать и, присев рядом со «спящим» сыном, аккуратно подсовывает руки под одеяло и… начинает щекотать. Не по-малфоевски, возможно, подумаете вы? Ну и пусть, ведь они семья, а в семье можно иногда снять маску истинного аристократа и просто позабавиться.       Спустя полминуты «пытки», Брут, наконец, не выдерживает и кое-как освободившись, отбрасывает одеяло, а после заключает в крепкие объятия мать. Ну, как заключает: он просто опрокидывает её на спину и осторожно, но крепко обвивает своими руками тонкую женскую шею. Словно опасается, что может потерять самого любимого во всём мире человека навсегда, если отпустит. А сейчас, обнимая мать, он искренне счастлив.       Нарциссе же сие действие не по нраву, и, пытаясь выбраться из цепких «объятий», громко причитает: — Брутус! Вы ведёте себя некультурно по отношению к леди! Вы мне всё платье помяли! Джентльмены так не поступают! — она пытается говорить серьёзно, но вот смех сына заставляет рассмеяться и её. — Извините, миледи! — мальчик соскакивает с постели и пытается исполнить что-то вроде реверанса, который больше смахивает на нелепое приседание, от этого двое ещё пуще прежнего заливаются смехом. — Брут, тебе пора одеваться, — говорит уже успокоившаяся Нарцисса, но вот её чадо вовсе не собирается умолкать. — Но ведь это День Рождения, почему я не могу спуститься прямо так? — интересуется веселый именинник, искренне не понимая, зачем вся эта показуха в виде дорогих нарядов и прилизанных, как у старшего брата, волос. — Ты не можешь выйти к гостям неодетым, — разъясняет женщина, — подумай, что случится с Беллатрисой, если она увидит тебя в таком виде? — Не знаю, — коротко отвечает юноша и скрывается за дверью ванной комнаты. Нарцисса тем временем решает сама подобрать наряд сыну, всё-таки будет много почтенных гостей и их чад. Не хочется, чтобы Брутуса выставили полным дураком, у которого абсолютно нет вкуса. Для Малфоев это недопустимо.       Пока Брутус заканчивает с водными процедурами, его мать уже выбрала наряд для сына. Всё светлых тонов: рубашка, брюки, туфли, галстук — белое, а вот жилет — изумрудный, с золотистыми вставками.       Увидев все эти вещи, в которые ему надлежит облачиться, лицо именинника искажается отвращением. Миссис Малфой, заметив резкую перемену настроения у сына, тут же интересуется: — Дорогой, тебе что-то не нравится? — Нет, всё, всё нравится, пожалуй, — расстраивается Брут, — он уже привык к тёмным тонам, а вот светлые для него что-то вроде экзотики. — Тебя не устраивают тона в одежде? — спрашивает Нарцисса, и не дожидаясь ответа, продолжает:  — Сегодня светлый праздник, а в такой день не принято носить мрачные цвета, даже Лестрейнджи пришли в более или менее светлой одежде. — Правда? — недоверчиво глядя на мать, спрашивает Брут. Он потрясён, что сами Лестрейнджи, как их ещё называют «помазанники Сатаны», надели что-то не чёрное? Это кажется бредом, но вот только леди Малфой никогда не обманывала его и не собирается этого делать впредь. Брут знает это, а потому, всецело ей доверяет, как и отцу. — Разумеется, — подтверждает свои слова Нарцисса, кивая головой для большей убедительности, — когда соберёшься, выходи в сад, мы будем ждать там, — сообщает она. И чмокнув в щечку ошарашенного сына, покидает комнату.

***

      В саду, где должен проводиться праздник, присутствуют все приглашённые гости. Детям, которых Брутус видит впервые, можно дать от восьми до десяти лет. Взрослые оживлённо беседует, но как только замечают виновника торжества, тут же начинают одаривать его добрыми улыбками и поздравлять с одиннадцатилетием.       В большой беседке уже накрыт стол, а рядом, на отдельном столике, сложены подарки, количество которых может посоперничать с численностью подарков Дадли. А если учесть, что почти все коробки большие, то его кузен вообще дар речи мог потерять от зависти. Что там кузен, Брут сам глаза распахивает так, что становится похожим на сову. На очень удивленную сову. — Брутус, ты не хочешь посмотреть, что мы тебе подарили? — загадочно спрашивает, подошедший сзади Люциус, — он в предвкушении: как отреагирует его сын, когда найдёт и откроет его подарок. — Да! — вскрикивает мальчик, так громко, что и сам того не ожидает. А потом, с огоньком в глазах и диким энтузиазмом, мчится прямиком к куче ярких коробок.       Брут в своих белоснежных брюках резко опускается на коленки, чтобы было удобнее искать заветную коробку; Нарцисса, наблюдавшая за ним, уже хочет было дать лёгкий подзатыльник сыну за такое поведение, но вовремя себя останавливает: у ребенка все-таки праздник. Не стоит портить такой день.       Отыскав нужную подарочную коробку, на которой красуется карточка с подписью «От отца любимому сыну», Брутус, не медля и секунды, начинает срывать голубую упаковочную бумагу. — Осторожнее, не повреди подарок, — замечает мужчина, улыбаясь и наблюдая за реакцией сына. — Угу, — мычит Брут, напрягается и, наконец, открывает непокорную коробку. Первым в глаза бросается серебряное кольцо, украшенное черным камнем; рядом лежит небольшой кинжал, рукоятка которого украшена таким же чёрным камнем, — видимо, эти два предмета составляют парный комплект. — Ого! Круто! — восхищается Брут, удивлённый отцовским подарком. — Этот перстень не простое украшение, сын! — Он окажет тебе особую услугу — определит зелья, яды и прочие примеси, поможет тебе на уроках зельеварения, — рассказывает о достоинствах старинного артефакта Люциус, — ну и, конечно, тебе будет просто необходимо проверять еду в школе, так как репутация профессора Дамблдора не внушает доверия, — все присутствующие согласно кивают. Судя по всему, Альбус и у них не пользуется уважением, а уж о доверии и говорить нечего. В этом вопросе гости полностью согласны с семейством Малфой. — А кинжал, кинжал, что он делает? — кажется, в глазах именинника сейчас вспыхнет огонь. — Кинжал, сын мой, носи всегда с собой, — задумчиво вещает отец, — я тебе потом расскажу, не при людях, — шепчет он, чтобы его мог услышать только мальчик. — Спасибо! — искренне благодарит именинник.       Брутус вновь начинает рыться в горе подарков. На этот раз он ищет сюрприз от матери. Находит тяжёлую и продолговатую коробку, обёрнутую в светло-зелёную бумагу. Около банта всё также присутствует небольшая открытка с подписью: «Любимому Бруту от мамы». Брут уже строит у себя в голове догадки насчёт подарка, но зачем гадать, если можно узнать. Мальчик аккуратно разрезает оберточную бумагу недавно подаренным кинжалом и обнаруживает деревянный ящик, украшенный позолоченным рисунком в виде золотого шарика с серебряными крылышками. Быстро разомкнув металлические защёлки, распахивает крышку и пару минут зависает над подарком, боясь дотронуться до него. Это та самая метла, которую ему обещала подарить мама, но после, недовольная их с Драко выходкой, передумала. Но вот сейчас он держит в руках эту метлу, с рукояткой из красного дерева, на которой золотом блестит надпись «Нимбус-2000». Бруту уже не терпится взмыть на ней в воздух, так, как он уже неоднократно летал на метле дяди Рудольфуса, который был рад обучить мальчика полётам. — Мама! Спасибо! Это же «Нимбус», я думал, мне его не видать! — радостно кричит мальчик, а на его лице уже расплывается широкая улыбка, которая даёт лицезреть все двадцать два зуба. — Можно, я полетаю? — вопрошающе смотрит Брут то на мать, то на отца. — А как же гости? Может нам пора сесть за стол? — предлагает Люциус. — А, ну да, конечно, — протягивает именинник, направляясь к столу, и при этом попутно чешет затылок, — отец, могу я сегодня сесть во главе стола? — Конечно, сегодня ты тут главный, — озадаченно отвечает мужчина, — Драко бы и спрашивать не стал.       Все уже расселись за столом, и с места поднимается мистер Малфой, собираясь произнести поздравительную речь: — Брутус, сегодня, в твой одиннадцатый день рождения, я лишь хочу пожелать тебе терпения, так как всё остальное у тебя есть! За Брутуса! За нашего сына! — гордо произносит блондин и поднимает свой бокал. «За Брутуса!» — тут же повторяют гости и поспешно опустошают свои кубки.       Официальная часть торжества длится недолго, так как юные участники, не отличающиеся усидчивостью, жаждут развлекаться.       Брут первым делом бежит к метле, берёт в руки и вопрошающе смотрит на родителей, ожидает разрешения. — Ладно, лети, — снисходительно машет рукой отец, понимая, что этого юношу уже никто и ничто не остановит. — Только осторожней! — наказывает Нарцисса, когда её чадо уже готовится взмыть ввысь. — Ага! — кричит напоследок мальчишка и резко отрывается от земли.       Наконец, он в воздухе, — только там он чувствует себя по-настоящему свободным. Брут летает над особняком, петляя между его шпилями, облетает башни, и всё это сопровождается диким криком, полным радости и счастья.       Защита Малфой-мэнора не позволяет ему взлететь к облакам, поэтому, набрав максимальную в данном случае высоту, он решает произвести на всех фурор. Долетев до той точки, где предположительно должны находиться гости, Брутус направляет рукоять метлы вниз и начинает «падение» — это один из трюков, чтобы привлечь к себе внимание и отвлечь от другого, да и сложного в исполнении ничего нет. Брут уже успел несколько раз его исполнить, но не при родителях, а теперь он вовсю может показать свои успехи в данном виде спорта.       Стремительно падая, Брут замечает очертания силуэтов, но большая скорость не даёт ему толком разглядеть их.       Взъерошенные волосы, развевающийся на ветру галстук и зелёные пятна от травы на коленях некогда ослепительно-белых брюк — вот это Брутус Малфой, который, выходя из своего пике, пролетает прямо над головами родителей, чуть ли не сбивая их с ног, а про себя, с широкой улыбкой на лице, думает: «У кого-то будут проблемы, хотя… они меня должны понять, о-о-о, да, должны!».       После приземления Брутус, изящно поклонившись, подходит к отцу, на удивление спокойному, и к побледневшей матери. Кому-то сейчас несдобровать… — Брутус, ты ополоумел! Разве, так можно? — набрасывается на сына Нарцисса, уводя того в дом, дабы избавиться от надоедливых взглядов гостей. Кто-то сочувственно смотрит на мальчика, кто-то, наоборот, сверлит его строгим взором. — Круто, да! — восторгается Брут сам собой. На эти слова он получает лёгкий подзатыльник. — Ай, ты чего? — вопрошает юноша, не понимая, за что получил по затылку, — даже папа не возмутился. — Твой отец не возмутился потому, что он такой же упрямый и напыщенный павлин, как ты! — аристократичная выдержка леди Малфой летит к чертям, и её голос срывается на крик, — теперь я начинаю сомневаться по поводу своего подарка! Ты меня разочаровал! — Но, мам, я же просто сделал трюк, это нормально. Я жив, здоров и стою сейчас перед тобой, — оправдывается Брут, стараясь сделать лицо, полное смирения и раскаяния в содеянном. — Замолчи и иди праздновать свой День Рождения, но вечером я тебе обещаю, будет очень серьёзный разговор! — Прости, — расстроенный Брут медленно бредёт к выходу, но перед тем как выйти, резко разворачивается и говорит те слова, что являются большой редкостью из уст любого сына: — Я люблю тебя, мама.

***

      На дворе уже глубокая ночь, разговор, которым грозилась Нарцисса, почему-то не состоялся. Целый вечер Брутус вымаливал прощение у матери за свой глупый поступок. Конечно, она не злилась на сына, но переволновалась знатно. Так что сыну будет полезно хорошо подумать и понять, куда может привести его опрометчивость.       В распахнутое окно залетает сова, к лапке которой привязана уменьшенная коробочка. Брут только успевает отвязать посылку, как та принимает свой обычный размер. Резко разорвав бумагу и открыв коробку, сначала читает письмо: «Используй это с умом, братик». Очевидно, посылка прибыла от Драко, а внутри лежат те самые вредилки, что они вдвоём купили перед Рождеством. Только вот отец их конфисковал, а сейчас они в распоряжении мальчика-который-хочет-веселиться…