Девяносто девять дорог

В прошлой главе вы прочитали о том, как Гарри и Ко перекрасили половину студентов и профессоров, как образовался "Слизендор" и как всей школой студенты пытались вытравить Амбридж, доведя ее до анафилактического шока. А еще появились слухи об удивительно умных змеях. Еще Гарри поговорил с Гермионой о маховиках времени и многомерности бытия. Слизендорцы подискутировали о возможности призыва меча Гриффиндора в случае опасности, потому что некоторые из них повстречались в школе со стайкой враждебно настроенных змей. А еще Гермиона обиделась на Грегори, потому что тот дал в глаз Малфою, проверяя теорию призыва легендарного меча, а крайней оказалась вновь она, потому что Снейп козёл. Ой! То есть, предвзят! И да, не "Снейп", а "Профессор Снейп!" В общем, снова здравствуйте! Желаю приятного чтения! P.S: И ПБ, да, была бы кстати. Потому что автор - распиздяй. Ой! То есть, был не слишком внимателен на уроках русского языка в школе! И вообще, часто прогуливал! Вот) *-* После Рождества ко мне косяками повалили профессора — кто с просьбами, кто с предложениями. Женщины же и вовсе отличились. Я стоял посреди учительской, в то время как профессора Макгонагалл, Синистра, Бабблинг, Трюк, Стебль, Вектор, Бербидж и Трелони расположились в креслах с чашечками чая. У окна стоял пустой столик на две персоны, увенчанный пергаментом, чернильницей и пером. Первой меня умыкнула Роланда — все же реакцию спорт развивает отменную. — Значит так, Поттер! — отгородившись чарами тишины, начала она. — У меня еще месяц назад закончились тампоны… Не буду описывать все, что мне пришлось выслушать и записать, скажу лишь, что потребности у профессоров не простые, а порой и крайне странные. Я взял заказы на кучу приблуд и продуктов. Некоторые даже запросили алкоголь в промышленных масштабах — у кое-кого намечалась вечеринка в связи с юбилеем. Так же после рождественских каникул у многих из преподавателей скопилось много ненужных им подарков, от которых они желали избавиться и при этом не остаться в накладе, а мне теперь придется все это кому-то продать. Судя по тому, что в основном среди отданных на реализацию товаров были сладости, наши дамы поголовно сидят на диетах. Или опасаются, что обиженные студенты натолкают туда какую-то незапланированную начинку. *-* После этого случая на меня началась откровенная охота: то ли дело близилось к весне, то ли это сезонное обострение, но я побывал во всех гостиных сначала в окружении прелестниц, вошедших в прекрасную пору юношества, а затем в окружении плотного облака тестостерона. Всем поголовно нужны были зелья от прыщей, косметика, а в особенности тональный крем, крутые маггловские джинсы, сигареты Мальборо и даже пара флаконов амортенции. Некоторые семикурсники втихаря купили несколько пачек презервативов, а один из них заказал фильдеперсовое* не самое дешевое шампанское и флакон французских духов от Коко. Либо он хочет кого-то уломать, либо у него серьезные намерения. Кстати, та самая амортенция снова оказалась у меня — сначала в шоколадных конфетах, которые мне подарила Ромильда Вейн, а затем в бутылке сливочного пива, когда мы всей дружной оравой слизендорцев сидели в Трех метлах. Это был только первый звоночек, после начался целый колокольный концерт и приходилось порой мне прятаться в самых неожиданных местах, особенно после того, как я завез в школу партию духов с феромонами от компании Erox. После покупки много хорошеньких, и не очень, девушек пытались пройти поближе ко мне, садились в библиотеке на соседнее место, пытались сесть рядом на уроках. А однажды со мной случилось крайне странное пробуждение. Проснулся я от того, что кто-то или что-то щекотало мой нос. Когда я кое-как приоткрыл глаза, то обнаружил над собой девушку, вроде как с шестого курса. Пуффендуй, судя по галстуку, что слегка прикрывал ее обнаженную грудь. — Доброе утро, — слегка нараспев прошептала она. — Как спалось? — Прекрасно, — сипло ответил я и взял с тумбочки наручные часы, что совсем недавно мне подарил Сириус. — Планировал поспать еще как минимум часа два. — У меня есть прекрасная идея, — промурлыкала она, продолжая щекотать мою шею перышком. — Мы можем потратить эти два часа на что-то более интересное, чем сон, — закончила она и надула губки. — Может для начала познакомимся? — я приподнялся над подушкой и принял полу сидячее положение. Девица резво меня оседлала. Трусиков на ней не было тоже. — Офелия Полкс с шестого курса. Но ты вряд ли меня знаешь. — От чего же, — я нежно очертил контуры ее груди, а затем и сосков, вызвав тем самым прерывистый вздох. — Профессор Флитвик тебя очень хвалил, говорил, что ты запросто сможешь стать разрушителем проклятий, когда закончишь седьмой курс. Скажу по-секрету, что ты можешь даже получить от него рекомендацию в Гринготтс, правда за рекомендацию придется отдать около тридцати процентов годового жалования. Можешь и так попытаться пройти собеседование, но с рекомендацией тебя возьмут безоговорочно. Только учти, что в первый год ты будешь получать совсем крохотное жалование — гоблины те еще скряги. Зато если в первый год тебя устроит их работа, они будут каждый месяц прибавлять около десяти-пятнадцати процентов от изначальной суммы плюс если тебе негде жить, банк оплатит комнату поближе к работе абсолютно безвозмездно. Ну и обязательные денежные премии минимум четыре в год. А так же питание — они всегда кормят своих работников обедами. Ну и за сверхурочные приплачивают очень прилично, так что работать с ними скорее выгодно, чем нет. Зато если вдруг обзаведешься семьей — придется поискать другую работу, потому что гоблины требуют большого внимания к своим делам. Вот если бы ты была мужчиной… У тебя не было бы такой шикарной груди, но зато и декретный отпуск бы не понадобился. — Да он говорил мне в прошлом году, что может поспособствовать трудоустройству, но я пока не уверена, что хочу идти работать, — она откинула назад свои шикарные, чуть волнистые блондинистые волосы, отдающие в рыжину, отчего ее грудь красиво всколыхнулась. — Возможно, я удачно выйду замуж за обеспеченного и еще ни с кем не помолвленного парня. Буду заниматься домом, вести хозяйство, принимать гостей, воспитывать детей и конечно же ублажать своего любимого мужа. Я могу все, Гарри: прекрасно готовлю, отлично разбираюсь в травах, сама варю необходимые для дома зелья. — Открою тебе страшный секрет: профессор Снейп считает тебя не такой тупоголовой, как большинство его учеников и сказал, что если ты вдруг захочешь продать мне или сдать на реализацию какие-то зелья, то можно смело брать. — А еще я начитана, знаю этикет, разбираюсь в моде и даже в политике. У меня были преподаватели по латыни, французскому, риторике, танцам, дуэльному мастерству, шахматам, стратегии и тактики, маггловедению, генеалогии, каллиграфии, фортепиано, пению и арфе, — это она прошептала практически мне в губы. — То есть, ты хочешь сказать, что при всем при этом ты страстно желаешь стать домохозяйкой и утирать сопли детям? — внимательно глядя ей в глаза, спросил я. — А какие у меня еще варианты? — в удивлении она вскинула бровь. — Милая, я прямо теряюсь, — я не менее искренне удивился в ответ. — Как на счет политической карьеры? — Да уж, с моей внешностью меня возьмут только в секретутки — буду чай подавать и просто давать, — ехидно ответила Офелия. — Домоправительница? В Англии эта профессия пользуется спросом. Попутно можно заняться научной работой. — Уж лучше я буду заниматься своим домом, чем чужим. А наука меня не интересует. — А как насчет журналистики? — Это все не мое, Гарри, — она нежно погладила мое лицо. — Но я уверена, что со мной тебе будет хорошо и комфортно на протяжении многих и многих лет, потому как семейную психологию я изучала тоже. — Офелия, дорогая, у меня закончились аргументы. К сожалению! — Поттер! Ты вообще охамел! — в дверях нарисовался хмурый Драко. — Какого черта ты приволок в спальню эту девку? — Он ее не приводил, — послышался из-за полога голос Винса. — Она сама пришла в комнату полчаса назад, разделась и забралась в его койку. И, судя по запаху, на ней те самые «любовные» духи. — Да кто это вообще? — продолжал возмущаться Драко. — Как она к нам попала? Откуда пароль?! — Это Офелия Полкс, — продолжал вещать Винсент. — С шестого курса пуффендуя. Чистокровная семья, седьмое поколение. Состоит в дальнем родстве с Маклагенами, Розье и Крэббами. Пароль случайно я сболтнул. Простите! — Мне, пожалуй, пора, — немного смутилась Офелия. — Малфой, отвернись, морда рыжая, — вежливо попросил я Драко. — Пусть девушка оденется. — Что?! Я не рыжий! — возмутился он, но, тем не менее, соизволил отвернуться. — Рассказывай сказки! — подал голос Гойл. — Твои веснушки сияли, как рыжие звезды, пока ты их зельем не вывел. — А, так вот от кого анонимный заказ был! — с удовольствием протянул я, хотя прекрасно понял, кто его у меня заказал. — Ох, милый, да ты весь красный, как свежесваренный лобстер, — проходя мимо Драко, отметила Офелия. — Не твое дело, девка бесстыжая! — вдогонку ей крикнул Драко. — Эй, поосторожнее со словами, — угрожающе предупредил Крэбб. — Это все же моя родственница. Старшая дочь двоюродного дяди, — это уже мне. — Он вдовец, но недавно снова женился. Мачеха родила наследника, а Офелию теперь пичкает знаниями, чтобы побыстрее и поудачнее спихнуть замуж. Она очень умная и веселая. Но я честно не знал, что она на тебя глаз положила. — Фигура тоже хорошая, — сказал Грегори. — Бедра широкие — легко может родить троих детей. Моей бабке бы она понравилась. Правда я предпочитаю хрупких девушек. А так — мечта! Мы все немного помолчали. Каждый думал о своем. — Седьмое поколение, говоришь? — задумчиво спросил Драко. — А ты зачем заходил? — спросил я. — Поттер, ты что, издеваешься? — всплеснул руками Драко. — У нас собрание слизендора! Дамблдор, если ты не забыл, удовлетворил наше коллективное прошение и вчера выделил помещение под гостиную на четвертом этаже. А там еще ничего не благоустроено! И еще надо успеть на кухню зайти — у Паттил день рождения. Я вообще не понимаю твоей привычки отсыпаться до обеда — надо просто ложиться раньше! — Драко. Десять утра. Суббота. Ты все еще жив и цел лишь потому, что не ты меня разбудил! — гаркнул я и запустил в него подушкой. Мелкий гаденыш успел увернуться и крикнул напоследок, что ждет нас в гостиной через десять минут. Толкотня в ванной комнате была невообразимая! «Гостиной» оказалась небольшая комнатка три на четыре: камин в половину стены, а напротив потертый диван, два кресла и столик. Всех нас она, увы, вместить не могла. Поэтому, благодаря моей инженерной мысли и нескольким часам разбора старой мебели на доски, мы получили половинку второго этажа, где разместили те самые кресла и столик, а нижний ярус оформили в восточном стиле — с помощью магии девчонки сшили множество подушек из найденных мною старых вещей в выручайке. Правда пришлось выпросить у домовиков старых подушек, чтобы извлечь наполнитель. Все свое богатство мы раскидали вокруг низкого круглого столика, искусно трансфигурированного Офелией, нашей новой слизендоркой. Близнецы вырезали на нем руны, которые должны были оттянуть эффект обратной трансформации на пару месяцев, пояснив, что так делают у них дома. Джинни явственно покраснела. Офелию дружно нарекли моей девушкой. Джинни явственно позеленела. На собрании Гермиона представила свой новый продукт для связи — фальшивый галлеон. — Это нужно, чтобы в случае опасности позвать на помощь. Поднесите его ко рту и скажите короткую фразу, которая поместится на ребре. Я не рекомендую вам использовать ее для шуток и прочих неважных вещей, потому что их очень тяжело зачаровать, а отослать сообщение можно ограниченное количество раз. Не больше трех, я думаю. Потом придется зачаровывать их заново, причем все вместе. У Гарри галлеон настоящий и он может отослать сообщений намного больше. — А нельзя всем зачаровать настоящие галлеоны, чтобы можно было с их помощью общаться? — спросил один из близнецов. — Нет, к сожалению, — надменно произнесла Гермиона. — Мне и так пришлось модифицировать протеевы чары, чтобы фальшивые галлеоны не только могли принимать послания, но и отправлять их. К тому же я считаю это лишним — они предназначены для безопасности, а не для развлечения. — А почему Гарри достался тот, с которого можно много отсылать? — спросил другой близнец. — Потому что он староста! — округлила глаза Гермиона. — Ты тоже староста, — вступил в диспут Теодор Нотт. — Гарри еще и глава нашей тайной организации, — как само собой разумеющееся, добавила Гермиона. — А у нас есть тайная организация? — пискнула Лаванда Браун. — Мы называемся «Бойцовский клуб», — закатил глаза Малфой. — В прошлом году, когда проходил турнир, мы, чемпионы Хогвартса, объединились в группу, чтобы подготовиться к заданиям и тренировать заклинания, если будет необходимость. Стали собираться в ванной старост. Правда Уизли притащил братца, а Гарри и вовсе три человека, да еще и девчонку! Гермиона одарила Малфоя злым взглядом. — Носите свой галлеон всегда при себе, желательно в кармане брюк, или поближе к телу, потому что он нагреется, когда вам придет сообщение, — продолжила инструктировать Гермиона. — А что это за чары такие? — спросила Падма. — Я что-то не припомню их в учебнике. — Это уровень ЖАБА, — ответила обычно молчаливая Дафна Гринграсс. — К тому же они не входят в программу и рекомендованы к самостоятельному изучению. Большинство волшебников такими чарами не владеют, потому что они очень специфичны. Я поднес монету к губам и шепнул в нее. Остальные никак не отреагировали, просто продолжали вертеть монету в руках. — Гермиона, — обратился я к приспешнице. — Кажется она не работает. — Ах да, совсем забыла! — встрепенулась Гермиона. — Прикоснитесь к ней палочкой, чтобы активировать, после этого монета сможет отсылать сообщения. Я прикоснулся кончиком палочки к ребру монеты и шепнул: «Недоучки». — Эй! — взвилась Парватти. — Мы всего лишь на четвертом курсе! — Вот я и говорю… — я снова шепнул в монету. «Бегом в библиотеку, недоучки!» В общем-то жизнь шла своим чередом: гостиная постепенно наполнялась милыми безделушками, журналами и развлекательным чтивом. Я ради эксперимента завез партию комиксов и в Хогвартсе неожиданно образовался клуб любителей этого жанра, причем на восемьдесят процентов он состоял из «чистокровных снобов», коими эти мальчишки пока что еще не являлись. Бешеной популярностью пользовалась «Алая ведьма» и неожиданно для себя семикурсница с гриффиндора Ванда Макдуггал стала секс-символом школы. Во-первых: она была очень похожа на персонажа, а во-вторых: была ее тезкой и парням начисто снесло от нее крышу. После того, как пара старшекурсников поинтересовалась у меня почему за Вандой стайками ходят сопляки и о чем-то шепчутся, я показал им комикс и у Ванды начался новый виток обожательства. А у меня прибавилось заказов на разношерстные подарки, которые те дарили своему идолу. Девчонки тоже не остались равнодушными к занимательному чтиву с картинками, но своим объектом обожания избрали женщину-кошку. Никогда еще трансфигурация не пользовалась такой бешеной популярностью! *-* — Ребята, я хочу с вами! — когда мы дружной слизерино-гриффиндорской гурьбой покидали вотчину мадам Стебель, дорогу мне и моим приспешникам пеградил заметно подросший Невилл Долгопупс. — Мы идем в замок, Невилл, — я приветливо улыбнулся гриффиндорцу. — Если желаешь, мы составим тебе компанию, тем более, что у нас совместная трансфигурация через двадцать минут. — Я не о том, — Невилл нервно облизнул губы. — Я тоже хочу стать слизендорцем! — Зачем тебе это? — ребята окружили Невилла кольцом, пока я вел беседу. — Я хочу научиться сражаться! — храбро задрав подбородок, ответил он. — Но мы не учимся сражаться, — усмехнулся я. — Кстати, а почему мы этого не делаем? — спросил Забини. — Я был бы не против выучить что-то новое и интересное. Мне до тошноты надоело учить дурацкие заклинания, которые вряд ли когда-либо пригодятся в жизни. — Если ты не забыл, Блейз, наша гостиная размером с прихожую и там не то, что учится сражаться, даже в плюй камни не поиграешь — настолько мало места. — У меня на примете есть одно место, — встрял Невилл. — Я недавно нашел одну комнату. Я как раз размышлял о том, что мне понадобится уединенное место, чтобы тренироваться в заклинаниях и никого не покалечить, и увидел неприметную дверь, открыл ее и обнаружил просторный дуэльный зал со множеством манекенов для отработки заклятий! Если возьмете меня в свою группу, я покажу вам эту комнату. — Слизеринский подход, мой гриффиндорский друг, — я хлопнул его по плечу. — Идет! После уроков покажешь что ты там откопал. Но учти, что если это не правда, то ты об этом горько пожалеешь — я просто возьму и нажалуюсь близнецам Уизли, а уж они устроят тебе веселенькую жизнь! После того, как закончились уроки, я собрал всех слизендорцев в коридоре третьего этажа и Невилл повел нас в таинственный дуэльный зал. Мы пришли на восьмой этаж, но стена, на которой Невилл недавно нашел дверь, оказалась девственно чистой. — Она была здесь! Я клянусь! — Невилл шарил рукой по стене, пытаясь отыскать следы двери. Ребята начали над ним подшучивать, отчего парня заметно подтрясывало. Он метался из угла в угол, повторяя «Ну где же она, где?». И будто в ответ на его молитвы в стене проступили контуры двери. Невилл обалдело уставился на дверь, которой пару минут назад не было и в помине и не веря своему счастью, открыл ее. Внутри оказалось действительно много места и даже присутствовали манекены. Гермиона, естественно, просветила всех о том, что это «Выручай-комната» и рассказала об ее свойствах. В общем, пока я разучивал с ребятами простенький «Экспелиармус», Гермиона собрала все галлеоны и корпела над горой золота, как кощей — Невиллу, как новоиспеченному слизендорцу тоже полагался свой фальшивый галлеон. *-* Приснопамятный, но казалось бы ничего не значащий, недавний разговор с Гермионой о многомерности бытия заставил меня задуматься то ли и там ли я ищу. Поэтому, долго не думая, я ворвался в гостиную когтеврана вслед за Луной и воскликнул: — Окей, гугл, что такое параллельные миры? Все, кто находился в гостиной, а их было немало, начали недоуменно переглядываться. — А что такое «гугель»? — любопытно спросила какая-то первогодка. — Это очень большое число, — ответил кудрявый парень, не отрываясь от написания эссе. — Оно тебе пригодится, если начнешь пересчитывать звезды на небе или песчинки на пляже. — Поттер, ты что, головой ударился? — заботливо спросил Корнер. — Ну почему же, Майкл, это любопытная теория, над которой трудятся лучшие умы как магглов, так и магов, — ответил все тот же кудрявый парень. — Параллельные вселенные или как их еще называют «мультивселенная» — одна из основных идей теории струн и суперструн. Если кратко — они предполагают, что у нашей реальности есть некие подреальности разительно отличающиеся, точно такие же или отличающиеся совсем незначительно. К сожалению практические эксперименты пока невозможны, как следствие, и доказательств существования мультивселенной не были представлены. Некоторые высказываются в пользу ненаучности данной теории. — Ты забыл упомянуть, Кевин, что американский маг и исследователь Дэвид Льюис, выдвинул теорию Модального реализма, утверждая, что возможные миры — одно из средств интерпретации вероятности и гипотетических суждений. И что любой возможный мир реализуется, поскольку возможность и действительность — два дополнительных свойства одного и того же мира. Соответственно, что является возможностью, а что действительностью, зависит от мира, в котором находится наблюдатель. — Дорогая моя Аманда, — упомянутый кудрявый Кевин поднял свои глаза на только что высказавшуюся девушку. — То, что ты сейчас тут наговорила, скорее философские размышления, чем наука. Рассуждения, кои высказывает американский маг, никак не связаны с исследованием вселенной и скорее является беллетристикой для глупеньких прелестниц, чем серьезным научным трудом. — Мой дед, если ты не знаешь, серьезный ученый. Он занимается исследованием теории магии и у нас дома часто гостят его коллеги, так что в большинстве вопросов я отлично разбираюсь! — сверкнула глазами Аманда. — А мой отец физик-теоретик, космолог и астрофизик Кембриджского университета, — не без гордости заявил Кевин. — Так что я ничуть не хуже разбираюсь в вопросах бытия! — Ладно, с вами все ясно, — нахмурился я и обвел взглядом присутствующих. — Окей, гугл, следующая ссылка! — В эзотерической космологии существует теория тонких состояний сознания, которые выходят за рамки известной нам физической вселенной, в том числе астральный и ментальный планы. При изменённых состояниях сознания возможно восприятие других миров. Такие состояния достигаются с помощи медитаций, духовных практик или принятием некоторых психоактивных веществ, но иногда бывают спонтанными в обычной жизни. Например осознанные сновидения или гипноз, — несмело высказалась еще одна девушка примерно моего возраста. — Любопытная теория, — я потер подбородок. Завтра надо обязательно побриться! — Следующая ссылка! — Древние философы из магического мира предполагали, что описанные в мифах Рай, Ад, Олимп, Вальхалла — это примеры «альтернативных вселенных», отличающихся от привычного нам реального мира. И что паралле́льный мир — это мир, который существует одновременно с нашим, но в то же время независимо от него. Он может иметь различные размеры: от небольшой области в несколько метров до целой вселенной. И что в параллельном мире события происходят по-своему, — он может отличаться от нашей реальности как в отдельных деталях, так и кардинально, практически во всём. И что законы мироздания параллельного мира не обязательно аналогичны законам нашего мира, — в частности, они высказали теорию, что магия, и все ее проявления, появились именно в такой вселенной. Именно поэтому поборники чистоты волшебной крови высказываются против создания семей с магглами — якобы раз мы из разных миров, то попросту несовместимы и разбавление волшебства в крови приведет к истончению точек соприкосновений с параллельным, магическим, миром и однажды две наши вселенные просто больше никогда не пересекутся и магия уйдет из этого мира, — отбарабанила на одном дыхании Чжоу Чанг и мило улыбнулась. — Спасибо, Чжоу. Еще варианты? — я оглядел гостиную. — В наималейшей части материи существует целый мир творений, живых существ и душ. Любую часть материи можно представить наподобие сада, полного растений, и пруда, полного рыб. Но каждая ветка растения, каждая часть животного — это опять такой же сад, или такой же пруд. И хотя земля и воздух, находящиеся между растениями в саду, или вода — между рыбами в пруду не есть растение или рыба, но они все-таки опять заключают в себе рыб и растения, хотя в большинстве случаев последние бывают так малы, что неуловимы для нашего восприятия, — в своей обычной манере заявила Луна. — Так мой папа говорит. — Ах, Лейбниц! Ненавижу этого немца! — воскликнул Кевин. — Но должен признать, что с обывательской точки зрения его теории звучат убедительно и прекрасно описывают естественнонаучную картину мира. — Кевин, ты невыносим! — взбрыкнула Аманда. — Любая теория, пока она не доказана не может считаться верной или неверной, поэтому можно взять за основу предположение, что верны они все, но каждая в своей параллельной вселенной! Или они все неверны. — Ах, милая моя Аманда, — закатил глаза Кевин и стал апеллировать такими понятиями, которые я понять не мог в силу отсутствия необходимых знаний по теории физики, поэтому предпочел незаметно просочиться за дверь, пока внимание присутствующих было сосредоточенно на старшекурснике. Понял я лишь одно — я чего-то недопонимаю. И еще надо наведаться в гости к Луне Лавгуд и поговорить с ее несравненным папаней. И подтянуть физику. *-* Исследование теории мультивселенной не отпустило меня и я всерьез занялся этим вопросом, поручив моим приспешникам найти все, что удастся, в библиотеке Хогвартса. Лаванда каким-то образом выклянчила у профессора Стрекозы разрешение в запретную секцию, связав мою тему с возможностью более развернутых и достоверных гаданий, ведь если существует множество вселенных, значит они могут проникать в друг друга. Следовательно, время в них может течь по разному, а значит, что произошло в одной реальности, в другой еще только возможно. И как следствие, можно постараться подсмотреть какие-то интересующие тебя события, и применить выуженные знания на практике уже в своей вселенной, ведь если в другом мире существует еще одна Лаванда Браун, то она должна не слишком сильно отличаться от той, что сейчас находится в этой. Как следствие, предсказание может оказаться невероятно точным! В тот момент я по-другому взглянул на Лаванду — у нее была светлая голова не только снаружи, но и внутри. Так еще один не зашоренный книжными теориями взгляд, заставил меня по-новому взглянуть на мою проблему. Правда, вопросов у меня только прибавилось. *-* В общем, февраль выдался жарким, а день Святого Валентина еще долго будет сниться мне в кошмарах, потому как эти сраные сердечки со стразиками я выковыривал из самых неожиданных мест, а количество сладких подарков могло превратить меня в диабетика. Короче, бабы допекли и я отправился коротать время в брутальное мужицкое логово, и плакаться на нелегкую судьбу своему приемному сынку, которому, судя по пустынности уже не такой уж и тайной комнаты, до меня не было абсолютно никакого дела. Особых изменений за те пару месяцев, что я здесь не появлялся, мною замечено не было, разве что вонять стало сильнее. Это и понятно: Салли стал взрослее, можно сказать, что мы с ним практически одного возраста. Еще пара годков и он станет совсем взрослым и рассудительным. Возможно даже перестанет напоминать, что сильно меня любит и начнет требовать приключений повеселее, чем отлов нерасторопных акромантулов. Вдалеке послышался шорох и тихие шипящие голоса. Бывало, что василиски собирали вокруг себя змей, что-то вроде свиты, призванной оттенять его величие. Видимо и Салли решил, что компания ему не повредит. Через минуту со стороны лаза в запретный лес показался Салли: его гребни стали заметно больше и уже отчетливо напоминали корону, чешуя же стала сильнее отливать зеленцой. Хотя, возможно просто свет от факела так падал. Явился мой сыночек в окружении четырех довольно больших гадюк бурого и серо-коричнего цвета. Как только подружки Салли заметили меня, то сделали стойку и одна из них грозно зашипела: — Гарри Поттер. Вот мы и встретились вновь… И тут до меня дошло, что это скорее всего те самые милашки, что пугали сначала местных жителей, а затем и студентов Хогвартса. И отчего-то они сильно заинтересовались мной, скорее всего из-за того, что в них сидит кусочек души моего злейшего соперника и по совместительству темного лорда Британии. И, судя по настрою, они хотят меня убить. Здоровье волшебника вроде как намного лучше, чем у маггла, но укуса четырех гадюк мне, думаю, будет предостаточно. — Убьем его… — Укусим… — Отравим… В предвкушении они подползали все ближе, а мои заклятия на них, к сожалению, не действовали. В отчаянной попытке я пытался призвать шляпу и меч. Но феникс не летел, шляпа на моей голове не появлялась, а меч не спешил оказаться у меня в руке. Утешала мысль, что я хотя бы попытался, и что теперь я точно знаю, что наш эксперимент был обречен на провал — в момент страшной опасности меч Гриффиндора не в силах появиться в руке зовущего. Пусть даже зовущий некогда им владел. — Не трогайте его, — спокойно прошипел Салли. На мордах гадюк, казалось, на миг отразилось удивление. Та гадюка, что говорила первой, предприняла попытку укусить меня, но не смогла и вместо этого вцепилась в хвост своей соседке. Поднялся шум, гадюки сплелись в один большой клубок и нещадно кусали друг друга без разбора. Салли с умилением смотрел на творящийся бедлам, наклоняя голову то влево, то вправо. Когда он заметил, что я широко раскрытыми глазами смотрю то на него, то на змей, хмыкнул и сказал: — Не бойся, папа, они тебя не тронут. Они не могут ослушаться. Слова, сказанные мной для всех змей — закон. Даже для таких неправильных, полных плохой магии, как у мамы. Я разрешил им охотиться со мной на мелкую живность, ползать по замку и пугать учеников ради забавы, но вреда они никому не причинят, они просто хотят жить, как и все. — Очень дальновидно с твоей стороны, — похвалил я Салли. — Ты стал совсем взрослым. В порыве чувств Салли обвил меня в плотный кокон из колец и положил голову сверху. — Люблю… — нежно прошипел он. Дерущиеся змеи прекратили свои потуги убить друг друга и в изумлении уставились на Салли. — Любовь — это иллюзия, — прошипела та змея, из-за которой и началась эта возня. — Ее не существует, — подтвердила другая гадюка. — Это самообман, — философски заметила еще одна змейка и почти человеческим жестом потерла подбородок хвостом. — Существует только любовь к самому себе, — надменно высказалась последняя представительница семейства и свернулась плотным кольцом. — Итак, господа, — обратился я к змейкам. — Так кто же вы? Прежде, чем ответить, все четыре гадюки подползли поближе друг к другу, и хором выдали: — Мы лорд Волдеморт! — Может «Волан-де-Морт»? — переспросил я. — Что еще за «Волан»? — возмутилась одна. — Глупый человек! — возмутилась другая. — Не грубите, — предупреждающе зашипел Салли. — Это мой отец, вы должны слушаться его так же, как слушаетесь меня. — Да, повелитель, — хором отозвались гадюки. — Это так унизительно, — тихо прошипела самая бойкая гадюка. — Я так и знал, что вселиться в тело новорожденной гадюки — плохая идея! — Похоже, мы застряли в этих телах надолго, но наш час придет вновь и мы будем повелевать всем миром! Патетики в его словах было столько, что я почти в них поверил. Настоящий оратор! — А пока вам стоит подкрепиться, — бесцеремонно прервал трепетный момент Салли. — В замке все еще полно крыс — вперед на охоту! — Жестко ты с ними, — отметил я, смотря вслед уползающим змеям. Салли устало покачал головой и сказал: — Они порой бывают невыносимы: все подавай им кровавые расправы и ужасающие зрелища. Но они так напоминают мне мамулю, — умилительно добавил он в конце. — И что ты планируешь с ними делать? — спросил я василиска. Он удивленно глянул на меня сверху и сказал: — Воспитывать. Что же еще? И вот тут я понял, что Салли не только стал совсем взрослым, но и отрастил себе большие железные яйца, потому как воспитывать Лорда не брались даже в его глубоком детстве. И пусть перед ним сейчас не тот могучий садист и убийца, а четыре его укороченные и неполноценные версии, но сам факт! Лорд Волдеморт, державший волшебников в страхе и убивающий направо и налево магглов, теперь называет повелителем моего сынка и очищает от крыс школу, в которой учился. Как тут не поверить в великую силу любви, которая способна сделать из кровожадного хищника любящего сына, а из кровожадного диктатора послушного воспитанника. Мой малыш такой славный! В порыве чувств я прижался к упитанной тушке Салли, а он вновь «окольцевал» меня и устроил голову поверх моей. «Люблю» — прошептали мы в унисон. *-* Я прекрасно понимал, что лучше всего хранится тот секрет, что не раскрыт, и что требовать кого-либо хранить секрет, который и сам хранить не в силах, несправедливо, но терпеть больше сил не было, тем более что мои приспешники разрабатывали все новые и новые идеи и планы, которые были до волшебного неправдоподобными и по-магически самоуверенными. Короче, это был полный бред. А еще они будто с цепи сорвались — подавай им новые неизведанные знания и боевые заклинания! Я конечно же учил, прекрасно осознавая, что именно сейчас моя команда набирает свою огневую мощь, но все же у меня помимо них была целая куча дел, на которую мне оставалось все меньше времени. В качестве пищи для ума Гермиона давала новые полезные заклинания, которые пригодятся в повседневной жизни, но не изучаются на уроках, она даже лекции их заставляла писать, но пыл ребят не гас, а только разгорался все сильнее, ведь они искали способ, как обезопасить себя от страшной неизвестности, нависшей над ними. Поэтому одним прекрасным и облегчающим меня утром я произнес: — В общем, это Салли. Мои приспешники молчали, лишь тоненько-тоненько, на волне ультразвука, кто-то пищал. Готов поспорить на десять галлеонов, это Малфой. Позади что-то упало на пол. Готов поспорить на десять галлеонов — это Невилл. — Салли, это мои приспешники, — указал я на ребят и обернулся. На полу действительно валялся Долгопупс. — Привет Салли, — махнула рукой Луна. — Привет, сестренка! А это мои приспешники, — прошипел Салли и из-за его тучного тела выползли четыре гадюки. — Мерзкие детишки… — Разорвать… — Укусить… — Убить… — Это те чертовы змеи, — совершенно спокойно заявил Забини, стоя совершенно неподвижно. — И чертов меч не призывается, хотя опасность точно есть. Смертельная! — Возможно мы слишком глубоко под землей. Возможно у меча не слишком большой радиус призыва. Возможно опасности нет или она недостаточна, — выпалила Гермиона. — А может быть, мы просто недостойны? — предположила Лаванда мелко-мелко дрожа. — Ну уж я-то точно достоин! — пискнул Малфой. — Я чистокровный и богатый! К тому же я единственный наследник! — Твои предки, Драко, вторглись на эти земли в качестве завоевателей, возможно именно поэтому меч не придет к тебе никогда! И твои родители еще молоды — могут зачать нового наследника, — не без ехидства заметила Панси. — К тебе тоже точно не придет! — возмутился Малфой. — Это еще почему? — глаза Панси округлились в удивлении. — Потому что ты девчонка! — выпалил он и взмахнул руками. — Фу, Малфой, ты шовинист! — воскликнула Лаванда. За перепалкой все расслабились и перестали напоминать статуи в своих попытках не шевелиться, пока от Теодора не послышалось: — Ох ты ж, мать твою! Все снова замерли, а Малфой снова начал тоненько пищать, потому что по его ноге поднималась вверх одна из гадюк. — Ну почему всегда я? — пропищал он. — Хм, Малфой? Мой скользкий друг… — прошипел змей. — Что он сказал? — прошептал Драко. — Мне показалось, что я собственную фамилию услышал. — Он узнал тебя и сказал, что поедет жить к тебе, — «перевел» я. — Папа не одобрит, — зажмурился Драко, не желая видеть как наглая смертоносная змея располагается на его шее. — Я передам, что ты согласен, маленький пугливый пуффендуец, — гаденько усмехнулся я. — Успокойтесь, ребята, расслабьтесь, дышите! Салли вас не тронет, а его миньоны не тронут вас тоже. Ребята расслабились. — Если он не прикажет, — добавил я. Ребята напряглись. В общем, по моему скромному мнению, знакомство прошло успешно: Невилла привели в чувства, пересказали разговор, все вместе они потрогали шкуру василиска под тихие ругательства Драко Малфоя и уважительно попрощались со всеми жителями Уже не тайной комнаты. Однако для меня так и осталось загадкой, почему уходя, ребята низко кланялись Салли, пока не уперлись спиной в дверь. *-* Как сказал один умный человек: из песни слов не выкинешь, но можно выкинуть песню. А уж на освободившееся место можно вставить что угодно! Я в очередной раз рассматривал карту Мародеров, прикидывая каким путем лучше протащить ящик крепленого пива для семикурсников с когтеврана: они решились на эксперимент, связанный с влиянием алкоголя на восприятие действительности. Они планировали войти в измененное состояние, чтобы получить данные по многомерности бытия. Короче говоря, решили допиться до белочки. Я честно предупредил, что это не совсем научный способ, и что лучше повторить методики краснокожих: курить травы и входить в транс, сидя полуголыми в тесном душном помещении, тем более, что я с легкостью мог достать нужную курительную смесь. Но естествоиспытатели сказали, что решили начать с самого простого варианта и дальше повышать сложность, исходя из возможных материальных затрат. Так вот, возвращаясь к нашей песне: я с некоторым удивлением наблюдал как по коридорам Хогвартса двигается точка. Все бы ничего — таких точек в нашей школе пруд пруди и никого не удивить шатаниями нерадивых учеников после отбоя, но я все равно был удивлен. А все потому, что над точкой плыла изъеденная временем и как-будто заплесневелая табличка с именем, на которой, собственно, никакого имени не было! Это было странно, поэтому голос Гриффиндора вышел из долгой спячки, и потребовал немедленно действовать — якобы это отличное начало для шикарного приключения с кучей кишок и лужами крови. Мое живое воображение живо нарисовало воображаемую с ужасающими подробностями картину, навеянную воображаемыми словами давно умершего человека и я поежился. Это ж надо такое придумать, глядя на точку, блуждающую по карте! В общем, я глубоко подышал, собрался с мыслями, решительно стиснул зубы и никуда не пошел. А утром я обнаружил Винсента, сидящего рядом с моей кроватью на наколдованном табурете. Это я понял по тому, что никакого табурета у нас в комнате отродясь не водилось. Мой приспешник делает успехи в трансфигурации! Горжусь! Винсент молча протянул мне блюдце с кружкой чая и большую печеньку в льняной салфетке, подождал, пока я все это не спеша проглочу; подождал, пока Грегори наколдует с третьей попытки неказистый табурет и удобно устроится рядом; пропустил мимо ушей жалкое оправдание «Трансфигурация мне никогда не давалась, я больше по чарам», глубоко вздохнул и начал: — Два дня назад из Азкабана сбежала опасная преступница и Пожирательница смерти Белатриса Лестрейндж. Она убила одного из охранников, отобрала его палочку и смогла преодолеть защитный барьер тюрьмы. Авроры гнали ее от границы Северного моря почти двое суток и вчера ночью она проникла в нашу школу, воспользовавшись никому ранее неизвестным потайным ходом, ведущим от Визжащей хижины прямо к Дракучей иве, что на территории Хогвартса. Немного погодя, она проникла в школу, оглушила старика Филча и стала рыскать по замку в поисках жертвы. Авроры слышали, что она бубнила что-то про какого-то мальчишку, и все время повторяла: "Он в Хогвартсе". Поговаривают, что это она о тебе, Гарри, — перешел на шепот Винс и медленно откусил такое же печенье, какое приволок мне. Он внимательно смотрел на меня, ожидая реакции и тщательно жевал. Я приподнял бровь, поощряя дальнейшее словоблудие и реакция Винса не заставила себя ждать. — Самая дичь заключается в том, что по ее следу шли не только авроры, но и дементоры. Директор Дамблдор впустил одного в школу, чтобы тот нашел ее, но она будто сквозь землю провалилась! Поговаривают, что она не покинула школу, а бродит по подземельям, прячась в тенях и в любой момент может напасть. — Семь утра, Винсент. Откуда такие подробности? — присаживаясь на постели, поинтересовался я, отчаянно зевая. — Снейп заходил, передал инструкции и кричалку, скорее даже паническую шепталку, от моего отца. Кстати, на сегодня все уроки отменены, еду будут подавать в комнату, можно выходить в гостиную, но покидать ее пределы нельзя до особого распоряжения администрации. Снейп дал нам список заданий для самостоятельного изучения на сегодня. К счастью только теория. Взаперти мы просидели до самого вечера. Авроры, естественно, никого не нашли, хотя обшарили каждый закоулок школы, исключая Тайную комнату, которую Белатриса вряд ли смогла бы открыть, а если бы и смогла, то скорее всего уже вовсю переваривается в желудке Салли. Еще был вариант с Выручай-комнатой, но я не могу быть уверенным, что она ей откроется. Но также я не могу быть уверенным, что она ей не открылась. Голос Гриффиндора звучал набатом в моей голове: «Проверь!», «Проверь!», «Проверь!». На этот раз я был полностью с ним солидарен, но вначале от корки до корки проверил карту Мародеров, а уж потом пошел к выручайке. К счастью она открылась, а это значит, что в ней никого не было. Пришлось прислушаться еще и к паранойе, посидев в комнате минут двадцать и проверив карту еще раз. Затем настала очередь Тайной комнаты. Салли был рад мне, а так же новости, что Хогвартс в опасности и теперь он просто обязан, как верный страж, ночью выйти на охоту и проверить не только школу, но и всю территорию. А его верные миньоны помогут ему в этом. Также упоминания достоин тот факт, что Министерство в срочном порядке организовало вокруг Хогвартса кордон из дементоров, а внутри школы на каждом этаже теперь патрулировали авроры. У одного из них случилась истерика, когда он наткнулся на уползающего по своим делам Салли. Василиска молодой стажер обозвал «неведомой хренью» и, к счастью (для его же психического здоровья), видел только хвост. Грюм, вызванный в школу в качестве независимого эксперта, еще долго прохаживался по аврору цветастыми эпитетами, которые сводились к тому, что он мелкое ссыкло и без устали приводил в пример свою личную ученицу Нимфадору Тонкс, от чего та краснела не только щеками, но и волосами. За всеми этими будоражащими кровь событиями незаметно наступила весна, принеся вкусно пахнущий ветер и мерзкую сырую погоду. И ужасно злобного Маркуса Флинта. — Тренировка! Сейчас! — выпалил этот орангутанг и понесся к выходу прямо на метле, игнорируя школьные правила и выкрики старост. Я бы мог прогулять, но уже через пару дней мы должны были играть с пуффендуем и данная игра решит, кто же выйдет в финал. Не плевать мне было лишь потому, что за пойманный снитч он обещал отвалить мне пятьдесят галлеонов сейчас и еще столько же в финальной игре. Все дело в том, что на финал придут представители сборной Англии, а Маркус мечтает попасть к ним на стажировку, ведь если у него не выйдет, придется идти младшим помощником в отдел к отцу. Флинт не уточнял, что за отдел и почему эта работа настолько дурацкая, что он готов выложить сотню золотых. Ну как, готов? Готов он был выложить лишь двадцать — судя по его ехидной морде он думал, что пацану моих лет эти деньги должны вскружить голову. Но я вынудил его «немного» доплатить. Наверное именно из-за этого он был сегодня настолько зол. Впрочем, уже через семь минут после начала тренировки я вложил в его руку пойманный снитч, и мог полюбоваться на новый уровень злости Маркуса. Флинт скомандовал «Еще раз» и уже через пять минут я снова вложил в его ладонь мокрый и скользкий снитч — дождь лил как из ведра и это позволяло мне замечать его лучше, чем при свете солнца. В третий раз я поймал его меньше чем за три и Флинт скрепя зубами оповестил меня о том, что я свободен. Обычно у ловца на отлов трех тренировочных мячей уходит порядка полутора-двух часов, но я не просто ловкий ловец, я ловкий ловец с огромным стажем ловли! Думаю, что не стоит упоминать тот факт, что пуффендуйцев мы низко нагнули и быстро поимели. Быстро, потому что уже через десять минут мне надоело висеть над полем под холодным дождем и чувствовать, как ледяной ветер заставляет мои яички скукоживаться. Так что я быстренько отыскал маленького верткого проказника и отловил его, закончив игру со счетом 160:0 в пользу Слизерина. На этот раз канон снова вывернулся и треснул меня, на сей раз руками дементора, который на всех парах несся за мной, пока я преследовал снитч, а когда резко затормозил, просто на всей скорости сбил меня с метлы. Дамблдор не сплоховал и подхватил заклинанием. К счастью, обошлось без тяжелых последствий, только метла вновь угодила в Дракучую иву, которую она поломала в щепки. Зато теперь этих мерзких тварей отогнали подальше от замка, как и должно быть по канону. И если сильно повезет, мне не придется участвовать в финале. За игру я конечно же получил обещанные деньги, которые тут же спустил на ингредиенты для зелий — «Оборотное зелье Поттера» требовало серьезной доработки. К счастью все, чего мне недоставало, произрастало в местных теплицах, а животные ингредиенты я добыл еще в начале года, благодаря связям Робби и доброте душевной милашки Хагрида. Данный проект оказался муторным и затратным, но, если все получится так, как я задумал, это принесет мне либо мировую известность, либо пожизненное заключение в Азкабане. Но, возможно, я и вовсе оставлю свое изобретение в тайне. Я еще не решил. Апрель дал мне короткую передышку и повторное знакомство с одним неоднозначным человеком. Мы сидели на прекрасной абсолютно круглой кухне и смаковали рябиновый чай. Такую отвратительную гадость я уже пил, и с уверенностью могу сказать, что отдам ему твердое второе место среди самых отвратительных чаев, что я когда-либо пробовал. Даже учитывая тот факт, что однажды мне пришлось пить чай с добавлением верблюжьей мочи в одном волшебном племени бедуинов. Сложно было отказаться, когда это их племенная гордость, а на поясе у каждого так по-маггловски висит острая сабля. «Пей» — говорили они, «Очень полезно для магический силы». «Пей» — говорил я сам себе в тот момент, «Очень полезно от внезапной смерти через отрубание головы». «Пей» — говорил я сам себе в данный момент, «Иначе тебя очень вежливо отошлют восвояси». Еще более отвратительный чай я пил на этой же кухне, с этим же человеком, только в другом теле. Тогда меня звали Пандорой Лавгуд и это был мой первый день после рождения Луны. Роды, судя по всему прошли не слишком удачно, либо в восемьдесят первом году колдомедицина была не слишком высокого уровня, раз меня закинуло в это тело. Короче говоря, у меня был стресс (не удивительно, учитывая, что я переживал не самый удачный виток в череде своих попаданских жизней) и абсолютно не было молока. Тогда мой молодой (и сейчас я могу утверждать, что и весьма привлекательный) муж приготовил для меня чай из трех видов полыни — для поднятия настроения и удоев. Я только на третьем глотке понял, что во рту у меня не просто горько, а невыносимо горько. Настолько, что я не могу язык протащить и даже сделать глубокий вдох. Это отрезвило меня и вернуло в реальность. Порой мне казалось, что у этого человека вкусовые рецепторы отсутствуют в принципе. Но, что удивительно, молоко из меня полилось рекой, а в голове зародились новые новаторские идеи. Чай для прочистки мозгов. Сейчас он был бы очень кстати. Собственно, через девять лет эти самые новаторские мысли унесли меня на тот свет, вместе с половиной лавгудского дома. Было неприятно и весьма обидно — в тот момент мне казалось, что я как никогда близко подобрался к решению собственной загадки. Оказалось, что показалось. — Так что вас привело сюда, Гарри, — с удовольствием допив свой чай, спросил Ксенофилиус. — Видите ли, мистер Лавгуд, — я не стал смаковать осадок (самое вкусное по заверениям Ксено) и тоже поставил чашку на стол, — я заинтересовался многомерностью бытия и услышал из уст Луны потрясающий отрывок вашей фразы про то, что вся наша жизнь сад, полный рыб и деревьев. — Ах да, любопытная теория многомерной реальности, — протянул мистер Лавгуд, откинувшись на спинку стула. — На самом деле я небольшой эксперт в этой области. Вот моя жена — да, она посвятила этой теме всю свою жизнь. Собственно именно по этой причине ее и нет с нами. Никто не знает куда делась Пандора и часть нашего дома, но в нашей реальности их не нашли. Луна мало что помнит о тех событиях, но я могу предположить, что это было не слишком приятное зрелище для маленькой девочки. Меня, к сожалению, в тот момент дома не было. Насколько я помню со слов жены, все зависит от точки отсчета — исходный ли это мир или его отпечаток. Это трудно понять, потому как волшебники еще не научились разделять пласты реальности и отличать их друг от друга, но как говорила Пандора — чем дальше ты от исходной точки, тем больше странностей вокруг себя замечаешь. Так же она считала, что оттиски исходного мира не обязательно оборачивают его аккуратными пластами — они могут как пересекать его, так и находится на большом удалении, или даже проходить сквозь него, подобно пущенной стреле. Я много думал об этом и пришел к выводу, что Пандора каким-то образом изобрела заклинание, позволившее ей проникнуть в другое измерение. Кто знает, может однажды она вернется обратно в то же самое место, откуда пропала. Может к тому моменту я буду дряхлым стариком или в этом доме будут жить мои правнуки, а для Пандоры пройдет пара часов или вовсе несколько минут. Или наоборот моя жена вернется дряхлой старухой, а для нас пройдет всего лет двадцать. Никто ведь не знает, как течет время в других версиях нашего мира. — А она вела летопись своих исследований? — аккуратно поинтересовался я. — Она не слишком любила записывать свои исследования, но все же кое-какие расчеты и мысли записывала. К сожалению я ничем не могу вас порадовать, Гарри — все ее записи забрали в Отдел Тайн. Могу лишь припомнить тот факт, что возможные точки схождения параллельных миров отмечены в нашей реальности памятными объектами, привнесенными, скорее всего из другой реальности: Стоунхендж, статуи моаи на Острове Пасхи, Египетские пирамиды, долина кувшинов в Лаосе, Мачу-Пикчу, гробницы в Эйвбери и конечно же Арка смерти. Так же Пандора считала, что есть люди, способные влиять на реальность, или притягивать другие версии реальности к нашей, проникать в них, менять. Она также считала, что именно такие люди создали, или закрепили в нашем мире из других реальностей, все эти удивительные объекты, и с их помощью в этот мир пришла магия. Так же она считала, что раньше люди были бессмертны, а когда появилась Арка, люди утратили вечную жизнь, но у них появилась возможность побывать в других мирах и реальностях. И именно так в наш мир пришла магия — сама по себе, или ее носители остались жить в нашей реальности, передав дар потомкам. Пандора мыслила нестандартно, это передалось и Полумне. Боюсь, мне не хватит слизендорцев, чтобы проверить все варианты. Я быстренько откланялся, отказавшись от «чудесного» супа из прошлогодней репы и молодых одуванчиков, на ходу попрощался с Луной и ушел камином в дом на Гриммо. Видимо вселенная решила выдать мне сразу несколько интересных событий за короткий срок, потому что переступив каминную решетку, и увидев Сириуса, мечущегося по всей гостиной, я понял, что случилось что-то эпохальное. Сверху раздался душераздирающий крик и фраза: — Чтоб тебе яйца судорогой свело, долбанный Блэк! Голос явно принадлежал Рите. Я еще немного понаблюдал за беготней Сириуса, за тем, как Шуршун оттягивает свои и без того длинные уши, а Кикимер спокойно и размеренно стирает пыль с рояля, открыл было рот, чтобы узнать что, собственно, происходит, как дом огласил крик ребенка. — О! — нарушил я молчание. — Теперь понятно, что здесь происходит. После моих слов замерший на мгновение Сириус отмер и рванул к лестнице. Видимо не терпелось узнать, кого произвела на свет его немолодая уже жена. Оказалось, что на свет появился Деймос Сириус Блэк. Голову его украшал пучок темных волос, а сам он был красный и сморщенный, как запеченное яблоко. Тем не менее он получал самые изысканные комплименты от Сириуса и Риты. И даже акушерка сказала, что он просто чудо, как хорош. Мне предложили подержать это сморщенное нечто и я конечно же согласился, покачал немного на руках, убедил новоиспеченных родителей, что он очень похож на них обоих, особенно когда тот начал орать и вернул в руки матери. Сириуса неожиданно прошиб холодный пот и он начал кричать о том, что срочно нужно записать его в школу, а еще открыть на его имя отдельный счет. А еще нужно переписать завещание! И, конечно же, устроить крестины, причем безотлагательно! Крестный в моем лице уже имелся и так как отказывать в таких случаях было не принято, новоиспеченные родители взяли с меня клятву, обязали заботиться о малыше в случае, если этого не смогут сделать лично они. После завершения обмена клятвами, Сириус с полными слез глазами рассказал, как четырнадцать лет назад он точно так же клялся перед Джеймсом и Лили. Как неожиданно для него прозвучала эта просьба и как трепетал он, беря меня на руки. Как мучился он, сидя в камере и как был счастлив снова обнять меня, такого умного и не по годам взрослого парня. А также о том, что теперь он наконец-то спокоен, потому что знает, что для Деймоса я смогу стать не просто крестным отцом и опекуном, но и лучшим другом, который научит его жить в нашем опасном, но таком прекрасном мире! Рита от его речей расчувствовалась и рыдала, как баньши. Оказывается, мать растила ее одна и она всегда мечтала, чтобы у нее был такой надежный и заботливый отец, как Сириус. Ну или на худой конец брат, потому что в школе ее шпыняли и обзывали выблядком, прознав, что мать Риты никогда не была замужем. Однако всем хватило ума признать, что при таких выдающихся магических способностях магглом, как утверждала ее мать, отец Риты быть никак не может. Именно поэтому она долго не могла выйти замуж — чистокровные мужчины боялись с ней связываться, потому что она могла быть им близкой родственницей, а полукровок и магглокровок она и сама обходила стороной, потому что ей нужен был рядом сильный и не бедствующий маг. Зато, избрав для себя путь честной и неподкупной журналистки, она с лихвой отыгралась во взрослой жизни на тех, кто испортил ей все детство. — Устроилась работать в «Ежедневный пророк», потому что у этой газетенки монополия на правду. Всему, что в ней пишут, верят, так что благодаря этому я проткнула своим острым пером не одну раздутую репутацию! — смахнув широким жестом слезы и смачно хлюпнув носом, завершила свой рассказ Рита, устраиваясь поудобнее в крепких объятиях Сириуса. Таких откровений от Риты не слышал никто и никогда, но сейчас я точно знал, что она не врет, а этот рассказ, словно гнойный нарыв вскрылся и очистил ее душу. И сейчас, глядя на эту сладкую парочку, я могу точно сказать, что Миранде быть, и может быть даже еще кому-то третьему и скорее всего уже в следующем году. — Чего уж я никак не могла ожидать, так это того, что выскочу замуж за мелкую козявку, чье распределение я смотрела на седьмом курсе, — довольно гнусаво сказала Рита. — Я до одури боялась твою сестру Белатрикс! Хорошо, что она практически не замечала меня, считая недостойной даже для косого взгляда, не то что слова. — О, моя матушка была бы «в восторге» от такой невестки, — хмыкнул Сириус. А я думаю, что она вся извертелась в гробу, глядя на то, во что превратился некогда великий род, чистокровность которого никто не смел поставить под сомнение. Конечно же крестному ничего не стоит «найти» настоящего отца Риты и попросить его признать незаконнорожденную дочь, только ни Сириусу (с его тягой противопоставлять себя нормам общественной морали), ни Рите (для которой мораль лишь средство манипуляции над теми, для кого это не пустой звук) это не нужно. _______________________________________ Фильдеперс, фильдеперсовый (молодёжный сленг) — нечто очень необычное, с вывертами, выдающееся. Используется исключительно из-за необычности звучания. Искажённое фильдепёрс (т) овый может означать: отличный, знатный, модный, богатый. Фильдеперс, фильдеперсовый (блатное) — нечто особенное.