Девяносто девять дорог

- Гарри, - обратился ко мне Дамблдор. – Позволь представить тебе нашего нового преподавателя по зельям – Горация Слизнорта. - Очень приятно, - пожал я пухлую руку нового профессора. – А со старым что? - Я удовлетворил запрос профессора Снейпа, и с этого года он будет преподавать защиту от темных сил, как и хотел, - мило улыбнулся Альбус. - А Рэм? – опешил я. – То есть профессор Люпин, - быстро исправился, видя нахмуренный лоб директора. - Профессор Люпин подал в отставку по семейным обстоятельствам, - загадочно улыбнулся он. – Опережая твой вопрос – профессор Амбридж была отозвана министерством – мистеру Фаджу очень не хватает своей помощницы. Мисс Тонкс с этого года получила повышение в аврорате и не может больше преподавать – не хватает времени. Так что вот: профессор Слизнорт заменит на посту профессора Снейпа, а профессор Снейп – всех остальных. Снейп – универсальное средство двенадцать в одном: способен заменить трех преподавателей, фабрику по производству зелий, средство для чистки котлов и промывки мозгов нерадивых студентов, а также является незаменимым запугивателем, шпионом и плохим примером для тысяч неокрепших умов. *применять с осторожностью; **возможны побочные эффекты в виде зуда в заднице от жалящего проклятья, тошноты от отмывания вонючих котлов и ощущение себя тупицей с уровнем IQ= -150 баллов; ***в случае передозировки рекомендуем самоустраниться на безопасное расстояние или обратиться к колдомедику за успокоительной настойкой. - Должен сказать, - вклинился Слизнорт в поток моих неуместных мыслей, - я очень рад, что смогу обучать вас, мистер Поттер! К сожалению, я не смог поприсутствовать на слете зельеваров этим летом, но был наслышан о произведенном вами фуроре. Надеюсь увидеть, как ваш талант засверкает на моих уроках зельеварения. - О, непременно, профессор, - обворожительно улыбнулся я. – Хоть у меня и бывают неудачи, в основном я чудо как хорош в зельеделии. Снейп в моей голове уничижительно фыркнул. - Не сомневаюсь, - поддакнул Слизнорт. – А еще вот, - он протянул мне пергамент лилового цвета, перевязанный ленточкой, - так как вы не ехали поездом, пользуясь случаем, вручаю приглашение на мой званый вечер. Многие называют наши сборы клубом «Слизней». Должен заметить презабавнейшее название! – хохотнул он. - Не знаю, будет ли время, - сразу же попытался отбрехаться я, небрежно запихивая сверток в карман. У меня куча дел, мэн! Какие-то тухлые вечеринки мне не по статусу. - Что вы, что вы! – махнул он рукой. – Вы обязаны посетить мою вечеринку, у меня столько интересных историй о ваших родителях, и даже есть фотографии! - В таком случае, обязательно постараюсь быть, - еще раз пожав его руку, почти пообещал я. – Но мне уже пора бежать! - Ах, молодость! – воскликнул Слизнорт мне в спину, - Вечно спешащая молодость… Конечно спешащая! У меня в комнате, между прочим, вываривается противозачаточное зелье – я, можно сказать, берегу любовь от несчастных случаев! Вот чего мне точно не хватало, так это такого пристального внимания этого старого паука. А, судя по довольной ухмылке Дамблдора, Слизнорт здесь исключительно из-за того, чтобы пополнить свою коллекцию знаменитых учеников мною, и бегать по замку от него я буду как заправский спринтер. Хотя, чего это я буду бегать? Хоть мне и придется потратить несколько часов на посещение данного мероприятия, я смогу наладить контакт с многообещающими личностями Хогвартса, а на рождественской вечеринке даже с некоторыми знаменитостями. Но будут ли у меня эти свободные два часа?.. *-* Десятки воплощений — великих и никчемных, привели меня к одной простой мысли: ничто не вечно. Все в этом мире зыбко и обречено на изменения. Либо на забытье. Хорошие, добротные заклинания вытесняются новыми, улучшенными заклятиями, ведь что бы ни утверждали волшебники – раньше не было лучше, раньше просто было по-другому. Да, заклинания порой использовали другие, замысловатые, необычные, но со временем ритм жизни ускорился и монументальные заклинания, читаемые минуты, а то и часы напролет, подкрепленные порой пентаграммами и ритуалами, а то и многодневными постами, уступили место мобильным и коротким формам. Некоторые заклинания просто изжили себя из-за возможности использовать их только в определенные дни или при определенных условиях: будь то затмение, новолуние или метеоритный дождь. Проще использовать то, что нуждается в одном условии – наличие волшебной палочки. При необходимости современные волшебники построят замок не хуже Хогвартса, а то может и лучше – с центральным отоплением, лифтами, бассейном и застекленными окнами в коридорах, чтобы во время дождя или снегопада студенты не ломали в них руки и ноги. Так же как старые заклинания уступают новым, знаменитые семьи хиреют и угасают, уступая место новой крови: семейные древа, выведенные предками-селекционерами, сплетаются с дикими порослями, образуя новые плоды – некоторые при этом выигрывают, другие проигрывают или полостью перерождаются. Мир меняется ежесекундно — для кого-то плавно и незаметно, для кого-то слишком стремительно, чтобы успеть среагировать. И ты либо подстраиваешься под новый ритм, либо тебя сметает на обочину жизни поток тех, кто стремится процветать. Я дал своим соратникам достаточно времени, чтобы определиться с тем, чего они ждут от жизни и на какую сторону перейдут. Не все слизендорцы захотели остаться в клубе, к моему сожалению: сестры Гринграсс, обсудив ситуацию с родителями, пришли к выводу, что, как и в прошлый раз, не поведутся на сладкие речи и продолжат придерживаться нейтралитета. Нотт так же остался при своем мнении, не признался, использовал ли зелье, как и планов на будущее не раскрыл. Тео, пожалуй, принадлежал к тому редкому типу людей, которых было трудно «читать», ведь они отлично владели как мимикой, так и непроизвольными движениями тела. Немного раздражало, что я, проживший много лет, человек, имеющий колоссальный опыт общения, не мог понять по поведению подростка, что тот задумал. Чуть позже я пришел к выводу что, если учитывать тот факт, что его папаша пожиратель и спонсор Волда, они либо будут так же, как и Гринграссы придерживаться нейтралитета, либо присоединятся к моей оппозиции. Либо ее создадут. Блейз тоже не обрадовал, заявив, что после окончания Хогвартса скорее всего переедет в Европу. Если не навсегда, то очень надолго и завоевание власти в его планы не входит, хотя ему было с нами весело. От дружбы со мной не отказывается, но становиться последователем не желает и на помощь в захвате власти я могу не рассчитывать. Также Забини предупредил, что если я посмею использовать разные трюки и грязные приемы, чтобы перетянуть его на свою сторону, то найду в его лице, в частности, и всех его родственников в общем, непримиримого врага, обладающего изворотливостью и творческим подходом к истреблению провинившихся и неугодных. Офелия так же покинула наши стройные ряды, отказавшись от блестящей политической карьеры, которую я для нее спланировал (однажды летом выдался скучный денек, и я подумал – а почему бы и нет?). Вместо этого она решила продолжить самообразование и после окончания Хогвартса выйти замуж. Судя по дошедшим до меня сплетням, ее новым объектом охоты стал Маклагген. Учитывая, что умом он не блещет, а гормоны толкают на опрометчивые поступки, стоит ожидать приглашения на свадьбу в скором времени. Крэбб и Гойл сказали, что в любом случае будут на моей стороне, ибо Грегори опостылела идеология его семьи, он желает избавить ее от закостенелых взглядов, что разрушают как мировоззрение юных волшебников, так и взращивают их неспособность к решению проблем методами логики и творческого подхода, заставляя придерживаться всех заветов предков, в том числе и устаревших. Похоже в ближайшем времени в коттедже Гойлов появится современная ванная комната с так необходимым Грегори «фаянсовым другом». А если Гермиона перестанет тупить, то и маглорожденная невестка. Видит Грэг себя никем иным, как специалистом по связям с общественностью как волшебного мира, так и маггловского правительства. Винсент в свою очередь желал бы несколько видоизменить источники дохода своего рода, и, если я буду не против, возглавить отдел по сбору, обработке и группировке разного рода информации, представлению ее широкой общественности, а также хранению и архивированию. В общем, Винс желает стать журналистом и главным редактором газет и журналов. Министром информации, в общем. Панси Паркинсон поведала мне, что ее многое не устраивает в британском магическом мире, его негламурность и отсталость от той же Франции. Она готова избавить меня от таких муторных дел, как обустройство магических поселений, разрешения на открытия торговых точек или их продление, сертификация товаров и услуг, забота о своевременном ремонте ветхих зданий… В общем со всем, что связано с градостроительством и торговлей. Остальные члены команды просто явились на сбор слизендорцев как обычно и не выразили каких-то особых уверений, что они на моей стороне. Они просто были здесь, и они были готовы. Они были моими людьми. Судя по их взглядам, обращённым ко мне, они и не думали, что есть кандидат получше, и что они уже давно выбрали своего лидера. Расслабленную и неформальную атмосферу нашего собрания прервал Невилл, спросивший меня о том, что мы теперь должны делать, чтобы захватить власть. Гермиона было заикнулась о том, что это была шутка, но была перебита мной и заверена в серьезности намерений. - Гарри! - Возмутилась она. – Как ты себе это представляешь? Мы же просто школьники, никто из нас не разбирается в тонкостях политики и волшебного права. Никто из присутствующих, кроме тебя, не обладает ни достаточной популярностью, ни весом в обществе! - Ты права, - склонив голову и пряча улыбку, согласился я. – Но ты забыла вставить в свой поток аргумент слово «пока». Мы просто школьники, пока (!) не разбирающиеся в тонкостях политики и волшебного права! И у всех присутствующих, пока что (!) нет ни достаточной популярности, ни веса в обществе. Но, к счастью, у каждого из нас есть источники для заполнения пустоты. Да, нам всем придется потрудиться и взять себя в руки, пожертвовать ради нашей цели ленью, праздностью и начать интересоваться не только тем, кто победил на очередном чемпионате по квиддичу, но и тем, как люди становятся политиками и обретают власть. Как зарабатывают много денег. Как становятся знаменитыми! - Но у нас же даже нет стратегии! – не сдавалась она. – У нас нет ничего, что бы мы могли предложить обществу. И мы не можем просто явиться на политическую арену и заявить, что хотим возглавить весь магический народ. Даже у темного лорда, развязавшего войну в качестве предвыборной компании, были свои обещания для последователей, хоть и не гуманные, многим они пришлись по душе, и у него появился свой электорат, и благодаря совокупности всех факторов он почти взял власть в свои руки! - Темный лорд, Гермиона, побеждал не потому, что его идеи и обещания были хороши, а политика идеальна. Он побеждал, потому что собрал вокруг себя сильнейших, богатейших и могущественнейших волшебников страны, которых не устраивала расстановка сил в их обществе. Все они были влиятельными и обладали властью над своей группой людей. У них были ресурсы, как человеческие, так и финансовые. Они преследовали не столько цели Волдеморта, сколько свои собственные. Политика, как и война, требует не только соратников, но и много, много, очень много денег, чтобы содержать своих сторонников, подкупать чиновников, нанимать разного рода специалистов, покупать информацию и продвигать свои идеи в мир. Или еще что-то в этом же роде. Те же плащи и маски им кто-то делал. Агрессивная политика Лорда быстро переросла в военные действия, но это не значит, что этого хотел только сам Волдеморт, этого хотели и его спонсоры, потому что, война многое дает тем, кому она выгодна. В мутной воде удобно ловить рыбку покрупнее. Кто-то хотел заработать, кто-то получить больше власти, кто-то истребить собственных врагов, захватить новые земли и тому подобное. Я не предлагаю развязывать войну, я предлагаю сделать так, чтобы волшебники сами попросили нас взять власть в свои руки, как просили Дамблдора стать верховным магом. Он ведь тоже не имел никаких политических постулатов, ничего никому не обещал. Он просто занимался наукой, писал статьи, работал с известными людьми, преподавал трансфигурацию, ну и победил Гриндевальда. Так что у меня есть все шансы с вашей помощью взойти на престол власти и распределить ее между моими друзьями – достойными этой власти волшебниками. А так как мои друзья не глуповатые обалдуи, а вполне приличные люди, то у нас есть все шансы, чтобы захватить власть, ведь у нас для этого есть практически все, что нужно, Гермиона, - я обвел рукой всех присутствующих. Взгляд моей приспешницы заметался по сторонам и наткнулся на наследников самых богатых семей, на лучших изобретателей своего времени, девушек, обладающих нестандартным и разносторонним мышлением, дочь владельца пусть и не серьезного, но журнала, вернулся ко мне – общепризнанному герою своего времени. Обмершими губами она произнесла: - Нет, ты не посмеешь... - Я уже посмел, Гермиона. Меня удивляет лишь то, что ты это поняла только сейчас. Ведь если хочешь изменить мир, начинать всегда нужно с себя. И для того, чтобы построить что-то новое и прекрасное, сначала нужно разрушить все старое и уродливое, не отвечающее требованиям современности. И раз общество избрало меня всенародным героем, я просто вынужден оправдать их ожидания или умереть. Впрочем, смерть в мои планы пока не входит, именно поэтому все мы здесь сегодня собрались. - Так ты что же, считаешь нас дурнями? – возмутился один из близнецов. – Так-то мы этим летом участвовали в весомом международном событии и даже имеем переписку с учеными из других стран! – вставил другой. - И после окончания обучения мы откроем свой бизнес! – сказали они хором. - Я не имела ввиду ничего такого! – воскликнула Гермиона. – Просто это все как-то неожиданно! - Грейнджер, - закатила глаза Панси. – Ты вроде умная, а такая дура! В книжки свои зарылась, и дальше собственного носа не видишь ничего. Гарри через раз нас всех называет своими приспешниками, постоянно участвует в общественной и политической жизни школы и страны, уже создал свою организацию, и, к тому же, является одним из самых знаменитых волшебников нашего времени. Если он после школы просто пойдет работать в Министерство магии на какую-нибудь жалкую должность, типа специалиста по учету магических животных, я его сама лично придушу. Такой шикарный старт не для этого нужен. - Так все же, возвращаясь к моему вопросу, - подал голос Невилл. – С чего нам начать? - Для начала, мы все должны окончить школу и показать себя среди сверстников самым наилучшим образом. Потому что никто не будет всерьез воспринимать волшебника, у которого еще молоко на губах не обсохло, да к тому же и в учёбе не блистал. Каждый из нас должен создать свой собственный фан клуб, стать примером для подражания. Юные умы гибки и приспособляемы. Дети и подростки легко идут на конфликт с устоявшейся системой, ради своего лидера, ради кумира. Подумайте в чем вы хороши и как можете это использовать, - обратился я к соратникам. – К примеру я – мальчик-который-выжил. Я известен и популярен как среди мальчиков, потому что сумел победить главного злодея своего времени и прослыл героем, как и среди девочек, потому что сумел победить главного злодея своего времени и отлично при этом выгляжу! Учитывая мою славу победителя темных магов и популярность «Бойцовского клуба», я планирую продолжать данную деятельность уже официально и поэтому зарегистрировал клуб у директора и отныне он легален. Куратором клуба будет профессор Флитвик, он же изучил и утвердил перечень защитных и атакующих заклинаний, которые я буду преподавать, а также расщедрился на мастер классы от него самого один раз в триместр и только для тех, у кого не будет проблем с учебой, а также дисциплинарных взысканий. Поэтому не нарывайтесь на неприятности. Если кто не знал, Филиус Флитвик в молодости был чемпион по магическим дуэлям и его уроки дорого стоят! Падма и Луна зааплодировали, выражая гордость за декана. - Я могу организовать клуб любителей ботаники, - предложил Невилл. – Нашей семье принадлежат теплицы, где выращивают растения на продажу. У меня есть несколько любопытных и редких экземпляров, а также редкие ботанические атласы. А еще я могу организовать туда экскурсию. - Отлично, - поддержал я Невилла. – Это хорошая перспективная деятельность! По натуре своей Невилл был спокойным и терпеливым человеком, стремящимся к крепкой дружбе и уважающий семейные ценности. Если он возьмется за какое-либо дело, то относится со всей ответственностью. К тому же я могу спихнуть на него добычу и продажу некоторых растений, тем самым влив сокурсника в разные круги общества. Он будет как любителем природы, так и можителем их достать и подарить за приличное вознаграждение. К тому же профессор Стебель выделяет грядки для студенческих экспериментов в своих теплицах, все растения остаются в руках экспериментатора, и он может как продать, так и использовать для собственных целей. От студента требуется только вести дневник и предоставить по окончании эксперимента небольшой отчет, эссе или доклад. А это уже намечается статья доходов для нашей организации. Через того же Робби можно обзавестись постоянной клиентурой, главное, очертить круг потребностей покупателей с хорошей платежеспособностью. Сестры Патил играют на ситаре и гармонии, а Лаванда пишет стихи и немного поет, поэтому они решили собрать клуб любителей музыки. Они хотят как набрать в группу студентов, играющих на других музыкальных инструментах, так подобрать несколько вокалистов, чтобы разнообразить репертуар. Девочки с энтузиазмом обсуждали, как будут выступать во время спортивных состязаний и на праздниках в Хогвартсе. Также они предложили устраивать благотворительные концерты в Хогсмите, посещать Мунго, поднимая настроение больным. Пока что они мелко мыслили, нацеливаясь на слишком узкий круг слушателей, но у них был я, а у меня был опыт. И я понимал, что, учитывая скудность волшебного мира в отношении музыкальных групп, пользоваться популярностью они точно будут. Потому что унылые светские вечеринки можно будет раскрасить не только оркестром классической музыки под управлением домового эльфа, панк-группой и единственной приличной вокалисткой Селестиной Уорлок, но и новой группой с необычным, к тому же весьма привлекательным внешне, составом. Даже если девочки будут не очень хорошими исполнителями, для разнообразия их все равно будут приглашать, пусть даже в качестве фрик-шоу, и своих слушателей они найдут. Танцевальные группы толстушек же приглашают… Помню, когда я в первый раз угодил в женщину, мне было жутко некомфортно и непривычно, но принимать свое тело как-то надо было, поэтому я принял волевое решение освоить женские премудрости, посредством наблюдения и переёма опыта у традиционных носителей. Была мысль стать пацанкой и дружить с парнями, но также я понимал, что не вольюсь в мужскую компанию как полноценный член, потому что члена как раз таки у меня нет. И это будет камнем преткновения. Именно поэтому, как и в каноне, я сдружился с сестрами Паттил и основал свою вокально-инструментальную группу «One love». Группа имела успех, но не только потому, что в ней участвовали три красивые девушки, но и потому что я использовал хиты моей современности. Группа помогла мне обрести уверенность в себе и выработать чувство стиля. А еще я мог отговариваться от свиданий тем, что у меня то концерт, то репетиция, то сочинительство текста. От «пора замуж» эти отговорки тоже отлично помогали, как и международные турне. В России я даже пел несколько песен на русском с ужасающим акцентом, чем восхитил русский народ до глубины души. Когда пик популярности прошел, мы втроем организовали свое агентство: искали таланты, записывали пластинки, организовывали выступления. Так как зачастую тексты были без волшебных вкраплений, мы снискали популярность и у магглов. А еще я продавал тексты песен и музыку, тем и жил до самой старости, так и не создав семью, в отличие от сестер Патил. Про меня писали в газетах, что я всю себя отдала искусству… Хорошая была жизнь! *-* Все прошедшее лето я посвятил копанию в архивах и чужих воспоминаниях. Мы на пару с Ритой не разгибали спины, изучая подшивки старых дел, налоговых документов и посещая родственников первых пожирателей или их самих в чертогах Азкабана (через подкупленных охранников, так как в официальном визите нам отказали) и тщательно рассматривали предоставленные редкие воспоминания. Оказалось, что журналистика — это не только балы и приемы, посещение интересных мероприятий, но и копание в старых документах, десятки исписанных домыслами листов, общение с не совсем адекватными и чистыми на руку волшебниками, и даже уворачивание от проклятий и летающих фекалий. А все для того, чтобы в канун дня всех святых вышла скандальная книга моей не менее скандальной родственницы под названием «Полет смерти. Становление и падение Волдеморта. Кто виноват и что с этим делать?». Само собой, только одно название вызвало бурную реакцию сообщества, учитывая, что волшебники боялись даже мысленно произносить его имя. В книжных магазинах на витрину книгу выставляли, закрыв название кусочком пергамента с надписью: «Ворующий смерть. Восхождение темной силы. Во всем виноват Тот-Кого-Нельзя-Называть!». Перевранное название меня позабавило, сразу повеяло чем-то родным и привычным. Сколько фильмов обзавелись культовыми именами, вместо обычных серых названий с легкой руки креативистов-переводчиков и менеджеров по пиару. Эх, сейчас бы «Крепкого орешка» пересмотреть! В книге Рита подняла вопрос не только о том, кто такой этот самый злой и невоспитанный волшебник, но также важные вопросы об образовании, учете и просвещении волшебников не из магических семей, старых родах, медицине, реликвиях и связях с маггловским миром. Рита задавалась вопросом о том, почему старые рода не поддерживают слабых, нуждающихся в сильном покровителе, волшебников, тем самым оберегая их от ходьбы по кривой дорожке; почему амбициозных, ищущих славы, молодых людей не поддерживает министерство, предпочитая не выискивать многообещающие кадры, а потворствовать кумовству; почему агрессивных волшебников, требующих лидера, который направил бы их силы в нужное русло, никто не пытается уравновесить и социализировать. Ведь все наклонности волшебников проявляются еще в школе и не заметить их невозможно. Конечно, если учесть, что профессорам (и чиновникам) есть до детей какое-либо дело. Учитывая, что все волшебники проходят через школу-интернат, Рита недоумевала, почему всяческие неприятные инциденты не проверяются надлежащим образом, а нарушители вместо того, чтобы корректировать собственное поведение, лишаются баллов, стирают пыль с кубков и драят котлы. Рита не поленилась взять интервью даже у Плаксы Миртл, приведя ее как пример недопустимой халатности и недосмотра. Она во всех красках описала травлю бедняжки в школе и искусно сплела ее с печальным итогом, в котором оказался виноват сам Темный Лорд! Хоть доказательств и не было, но это мало кого волновало, а Риту – тем более! Тут же упоминалось, что, даже не проверив всех фактов, Рубеуса Хагрида обвинили во всех грехах, и он понес незаслуженное наказание. Взять у него интервью Рита не смогла, по причине упертости великана и его нездоровой преданности директору и нежелании его подставлять, просто красноречиво описала его грустные глаза при воспоминании о не самом приятном времени его жизни, а так же одиноко скатившейся слезе, когда она упомянула бедняжку Миртл. Досталось и лично Дамблдору, потому что Волдеморт за несколько лет до начала первой магической войны добирал в свои ряды магов, ранее поддерживающих режим Гриндевальда, с которым в юности дружил наш директор и (о, ужас!) разделял его взгляды! В доказательство приводилось фото молодого Гринни и Дамби так же было представлено письмо с подписью Альбуса и знаком Даров смерти – прямое доказательство тому, что взгляды двух друзей были устремлены в одну сторону. Рита сокрушалась о том, чему же может научить детей пример директора, раз он сам далеко не идеальный в прошлом человек. Пришлось пожертвовать репутацией Снейпа, и представить его широкой общественности как препода с нечистым прошлым и нетолерантными взглядами на общество, и при этом декана. Хоть его и оправдали во время судебных разбирательств над Пожирателями, Рита прошлась по его отвратительному характеру и отсутствию таланта к преподаванию. А также тому, что он не адаптирует свои уроки для магглорожденных и спрашивает с них так же, как с чистокровок и полукровок, при этом прекрасно зная, что подобающих знаний у них не может быть в силу происхождения и зазубривание учебника не панацея в понимании предмета. И что таким образом из стен Хогвартса вышли сотни озлобленных на чистокровных магов колдунов и волшебниц, которые могут начать мстить всему магическому сообществу. Отдельной главы удостоилась магическая судебная система: Рита во всех подробностях обсосала дело Сириуса. Посетовала на то, что расследование, даже с учетом военного времени, было проведено преступно халатно. Упоминался (земля ему бетоном) Питер Петтигрю, которого вместо Азкабана наградили медалью посмертно. И до сих пор не лишили его этого звания! Еще, так некстати для министерства магии, из-под стражи вновь сбежала Беллатрикс, притворившись, что сошла с ума: не ела, не реагировала на голоса, пускала слюну и ходила под себя. В министерстве было подумали, что ее случайно засосал дементор по недосмотру или прямому приказу кого-то из обиженных на нее пострадавших и отконвоировали ее в госпиталь при аврорате для детального анализа симптомов. Как только Беллу привели в кабинет, она сумела отобрать палочку у целителя, оглушила троих авроров и была такова. В общем, Рита не забыла никого, кто когда-либо был разоблачен или просто неблагонадежен. Главным в этой книге было то, что Рита проехалась по всем волшебным семьям, которые так или иначе были замешаны в войне. Приводились в пример выписки из банка о переводе такими семьями кругленьких сумм на счета совершенно неизвестных и ничем не примечательных волшебников. Меня удивил тот факт, что гоблины на полном серьезе отправляют ежегодные архивы в министерство в отдел налогооблажения, не скрывая и не приуменьшая траты волшебников. Она нарыла записи свидетельских показаний по делам Пожирателей, приводила в пример домыслы родни этих свидетелей о причастности тех или иных лиц. В общем, умело перемежая факты и откровенное вранье, именуемое ей предположениями и умозаключениями, Рита замешала ядерный коктейль, который должен был взбудоражить всех: от домовых эльфов и домохозяек до министерских работников. Даже я, прочитав окончательный черновик книги, взялся за голову и долго думал о своем. На фоне всех поднятых Ритой вопросов Володя уже не выглядел таким ужасным чудовищем, каким все привыкли его считать. Ужасной выглядела вся система волшебного мира! Книги в продажу запустили в субботу ровно в десять часов утра. А все потому, что в восемь утра в подземельях Слизерина состоялись нелегальные торги за право купить первую книгу с подписью автора и узнать все среди первых. Приобрел ее какой-то семикурсник с когтеврана. Судя по всему, покупал он ее чисто из научного интереса, а не ради сплетен. Чтобы не лишать народа хлеба и зрелищ, после основного лота я толкнул несколько своих (и не только) вещей в качестве сувениров, а также пару пергаментов со собственно сочиненным стихом за подписью автора и билет на посещение Хогсмида в любое неурочное время через потайные ходы. Так как Рита предусмотрительно разместила анонс в газете, очереди перед магазинами выстроились еще в шесть утра, а почтовые совы сидели на низком старте в клетках с привязанными к лапам книгами. Сочиненная история конечно же наделала много шума. В школе случилась безобразная драка во время обеденного перерыва. Занятия были сорваны, госпиталь переполнен. Я получил от Снейпа в глаз… Вот от кого, а от него я такой подставы не ожидал: прямо во время общей драки, когда я оттаскивал Сьюзен Боунс от Невилла (Нев распинался о том, что министерство проводило отвратительные разбирательства и вообще мышей не ловит), Сев зарядил мне прямым в левый глаз. Я упал, а сверху меня придавило Невиллом, а кто-то еще и на руку наступил! Не удивлюсь, если это был тот же Северус. И это они еще не дочитали книгу до конца! И еще ее прочитали не все! *-* Стоя над котлом с зельем от синяков, я волком посматривал на Снейпа. Он тоже был не особо рад моему присутствию в лаборатории, но нам нужно было много зелья и еще вчера. Поэтому я был здесь, а Снейп не распускал руки и молчал. - Говорите уже, а не то я вам тоже в глаз залеплю! – не выдержал я. - Не смейте разговаривать со мной в таком тоне, Поттер! – прошипел он. – Вы и ваша семейка испортили мне последнюю неделю так, как сам Темный Лорд не смог бы! Его взгляд метнулся к потолку, под которым в красиво переливающихся пузырях летали кричалки: дрожа и слегка дымясь. Выглядело это красиво, почти как китайские фонарики. Навскидку штук двести-двести пятьдесят. В углу был свален ворох писем, отгороженный от греха подальше защитным куполом, как при варке особо ядовитых зелий с выделением галлюциногенных или токсичных испарений. - Из-за вас я не могу разобрать собственную почту, а мне, между прочим, пишут важные люди! У меня, если вы не в курсе, вовсю идут исследования и написания статей, - он кинул половник на стол и принялся закупоривать пузырьки с готовым зельем. - Я-то тут причем? – возмутился я. – Рита мне даже не родственница – она просто жена моего крёстного отца! В глазах Снейпа зажегся недобрый огонь. - Вы такой же наглый лгун, как и ваш папаша, - рассерженной гадюкой прошипел профессор. - Будто я не знаю, что вы таскались за ней все лето! – гаркнул он. – Вон из лаборатории! Его крик был настолько мощный, да к тому же подкрепленный магической составляющей, что меня как нашкодившего щенка за шиворот выбросило за дверь, а все пузыри с кричалками одномоментно взорвались, обрушив на голову Снейпа какофонию разъярённых голосов. - Эй, профессор, - я тормошил и шлепал по щекам Снейпа, пытаясь привести того в чувства. Видимо из-за того, что дверь за мной закрылась, отсекая звуки, профессор получил оглушение от такого шума, отраженного от стен, потерял сознание и все никак не хотел приходить в себя. Я гаденько усмехнулся, потрогал свой почти сошедший синяк (мне зелья почему-то не досталось) и с размаху отвесил Снейпу пощечину. - Просыпайся, Белоснежка! – ехидно сказал я, когда глаза Снейпа затрепетали. – Или тебя надо поцеловать? В общем, я получил снова в тот же глаз. Чего он такой обидчивый? Хорошо хоть на этот раз успел умыкнуть одну колбу с зельем для себя. *-* С завидной регулярностью стали проводить дуэли, и мне приходилось все чаще сдавать в аренду свои волшебные палочки - те, что с произнесением пароля возвращаются в шкатулку, потому что все чаще патрулирующие профессора чудесным образом оказывались именно в то время и в том месте, где должна была произойти магическая дуэль. Либо они вышли на «крысу», желающую выслужиться перед профессорами, либо я чего-то не понимаю. Умная часть волшебников использовала мое изобретение, другая решила не рисковать и вместо магической дуэли перешла на обыкновенный мордобой. Зелья от синяков в последнее время пользовались даже большим спросом, чем алкоголь и противозачаточные зелья, так что я временно примерил на себя роль аптекаря и почти поселился в выручающей всех подряд комнате. В заброшенном классе меня однажды спалил Снейп и очень обиделся. *-* Пока одни чинили друг над другом праведный суд, других занимали более тонкие и призрачные материи. От душещипательной истории Миртл Уоррен особо чувствительные дамы и редкие господа пришли в ужас и восторг одновременно и начали осаждать женский туалет, желая услышать историю из первых уст. Миртл от своей популярности была на седьмом небе от счастья и с упоением раз за разом рассказывала о том, как ее настигла смерть. Но, чтобы не потерять фанатов, рассказывала и о школьных сплетнях своего времени, и о том, что сумела подслушать за время пребывания в образе привидения. Причем о профессорах Миртл сплетничала с неменьшим удовольствием. Бешеная популярность одного из приведений возмутила остальных призрачных жителей Хогвартса, и, чтобы никому не было обидно, Миртл созвала гостей, чтобы они тоже могли рассказать историю своей смерти. Неожиданно такие вечера стали популярны среди многих студентов и постепенно они вплелись в общественную жизнь Хогвартса, как страшилки перед сном в летних лагерях. Только в туалете, вместо спальни, а вместо вожатого – настоящие привидения. Я от этого в восторг не пришел, потому что особо любопытные могут найти вход в Тайную комнату, а она моя! По крайней мере до окончания седьмого курса. Хотя, это теперь больше комната Салли. Я так, в гости прихожу. Дети так быстро растут и становятся самостоятельными. И отжимают жилплощадь… *-* В общей сложности, беспорядки в школе продолжались до конца ноября, пока особо буйные не выплеснули всю ярость, а особо обидчивые не перестали всех провоцировать. Так как Рита отныне Блэк, а каждая собака в Хогвартсе знает, что это жена моего крестного и я живу с ними в то время, когда не спасаю школу от какой-нибудь напасти или великолепных затей моего крестного, то живу с ними же, то часть претензий обиженных и ущемленных неизбежно желала получить ответы от меня. Я пытался отбрехаться, что все Блэки по натуре психи, а я вообще-то Поттер, но не получилось, еще и от Драко сглаз поймал. Поэтому ранним солнечным утречком сбежал к Хагриду. Помнится в одной из жизней, когда я был русалоидом, а наш лесничий был не лесничим вовсе, а именитым магозоологом своего времени, мы с ним крепко и беспробудно дружили. В той версии мира его не подставлял Том, ему не ломали палочку и не жил он как несчастная приживалка у опушки Запретного леса, а отучился как положено семь лет в Хогвартсе, написал кучу статей и книг по магозоологии и провел кучу семинаров в разных странах. Работал с Ньютом Скамандером, в последствии у них даже была выпущена одна книга на двоих. Интересная, между прочим. Дружба наша прервалась внезапно и по совершенно дурацкой причине: Хагрида сожрали гриндилоу. Это сейчас гриндилоу что-то типа своры собак, что выполняют роль домашних питомцев у русалоидов, тогда это были кровожадные стайные твари, которые не хуже пираний из дурацких ужастиков съедали человека за пару минут. Хагрид, не отличающийся инстинктом самосохранения даже в той версии, где получил отличное образование, полез в Черное озеро, чтобы изучить гигантского кальмара. Он делал это и раньше, однако, дерябнул перед погружением огденского, что значительно повысило количество тепла, выделяющегося в воду от огромного полувеликаньего тела, и снизило качество защитных заклинаний ими выпускаемого. И гриндилоу не утерпели, потому что Хагрид в тот момент был что шашлык на майские праздники для оголодавших картофелесажателей. В общем, остались от Хагрида рожки да ножки: волшебная палочка и кожаный ремень. Из кожаного ремня впоследствии я сделал первый ошейник для гриндилоу и посадил на него главаря их стаи. Сидел он потом на цепи у моего дома и тявкнуть в мою сторону не смел, потому что в отличие от других русалоидов у меня теперь была волшебная палочка и я умел делать больно. Мы сидели на самодельном мостике, что собственноручно возвёл Хагрид, и рыбачили. Озеро еще не успело замерзнуть, а мы не мерзли благодаря теплым пледам. Дополнительно Рубеус подогревался виски, а я согревающими чарами. Полноценной рыбалкой это было сложно назвать: русалоиды время от времени цепляли на крючки рыбу, а уж нашей задачей было успеть вовремя подсечь и не упустить добычу. Такую махинацию придумал Хагрид, потому что не знал, что еще попросить взамен на то, чтобы Норберт не заплывал в поселение русалоидов – уж очень они на этом настаивали. - Ушицу знаешь какую варю? У-ух, - разливался соловьем Хагрид, опрокидывая в себя очередную рюмку огденского. - Ты такую никогда не пробовал, меня отец варить научил еще в детстве, представляешь? Он такой ма-а-хонький был, как ты примерно, ел как птичка! Мы котелок наварим, он себе отольет две поварешки, а остальное – мне, - мечтательно улыбнулся Хагрид, приложив руку к животу. - Помню в последнюю весну перед тем, как он умер, мы в тот раз на реке Клайд рыбачили, таких лососей выловили, ух! Правда еще утопленник попался. Ушицы потом наварили… - С утопленником? – обалдело спросил я, выпучив глаза от удивления. - Ага… - мечтательно протянул он, а потом опомнившись, встрепенулся и пробасил: - Нет конечно, из лосося! Я, чего скрывать от друзей-то, не совсем человек, но не до такой же степени! Утопленник штаниной за отцовый крючок зацепился, батя сказал, что не к добру это. А зимой его и не стало. Вот оно как бывает, Гарри. Хагрид еще немного рассказал про процесс варки ухи, поведал, что лавровый лист у него домашний – в хижине в горшке растет небольшое дерево, а он с него сушит понемногу. Это дерево в их семье уже три поколения: его деду в юности подарил один маг из Греции. С тех пор его берегут и лелеют, добавляя его листья в блюда только по особым праздникам. А еще есть семейная примета: если листья начинают желтеть и отваливаться, значит беда придет в их дом. В тот год, когда его отец умер, от дерева одна макушка осталась – остальное осыпалось. - А в Черном озере лосось водится? – с надеждой спросил я. Если водится, засолю пару баночек. С гренками и сливочным сыром – самое то для завтрака. - Ты что, Гарри, какой лосось, - посмеялся Хагрид, - Окунь есть, угорь есть, лещ должен быть, сам мальков запускал, щука еще – из нее-то ушицу и будем варить, только надо еще хотя бы парочку поймать, с одной что толку? Жидня будет, а не уха… - А давай если лещ попадется, мы его на ольхе закоптим? – глотая слюну, предложил я Хагриду. - Зачем рыбу-то портить, - не понял Хагрид. – Лучше на вертеле над костром пожарим. - Да ты что, Хагрид! – возмутился я. – Копченый лещ на ольхе, да с пивом – пища богов! Ну и еще русалоиды знаешь, как любят копченого леща, - усмехнулся я, припоминая, как сам же Хагрид мне такие подарки таскал в обмен на жабросли. – А мы за леща можем у них жаброслями разжиться. - А зачем нам жабросли? – почесав бороду, спросил Хагрид. - Продадим, денег заработаем, - как само собой разумеющееся сказал я. - Да не, мне денег-то хватает, - пробасил он. - Денег много не бывает! – возразил я. – Заработаешь, шубу новую себе купишь. Из волка. Хочешь? - Из волка? – задумался Хагрид. – Откажусь, пожалуй. Я бы лучше зверушку какую бы прикупил. Забавненькую. - Так и зверушку можем! – я немного воспрял духом, нащупав интересующую Хагрида тему. – Только надо не запрещенную. - Эх, все-то у них там запрещено в этом Министерстве! – рыкнул полувеликан. – Сувают свои корявки с пальцами куда не следует, а потом называют животин опасными, потому что те им руки-то пооткусывали. А что они лезут-то, культяпками своими? Животных любить надо, с уважением, с лаской подходить, с угощением в конце-то концов, тогда и они к тебе ластиться будут. - Эй, мелкий, - привлек я внимание русалоида. Из-под воды на полголовы выглянул мальчонка и захлопал глазами – воздух их тут же начинал сушить. - Леща тащи! Глаза скрылись под водой и через минут пять я выудил леща с ладошку Хагрида. А Хагрид с мою ладошку. - Ты знаешь, где можно купить ольховые опилки? – спросил я Хагрида. - Зачем покупать? – удивился он, выпуская леща в кадушку. – У меня за хижиной пара ольховых чурбачков валяется я ее в ранозаживляющие мази добавляю для скотины хогвартской. Когда у нас на двоих набралось достаточно рыбы, мы отослали русалочьего пацаненка и расположились тут же на берегу реки. У Хагрида уже все было готово: сооружен костерок, поставлена тренога из толстых палок и подвешен котелок литров на десять, возле костра – два пенька вместо табуретов. Я хотел наколдовать воды, но Хагрид запретил, сказав, что воду надо брать из того же источника, где рыбу ловил – так его отец учил и он менять традицию не собирается. На мой скептический взгляд Хагрид ответил, что вода в озере чистая, а как закипит, так все микробы повымрут. Я не стал настаивать и вмешиваться в кулинарный процесс: вряд ли это будет хуже бедуинского чая с мочой верблюда. А фекалии гриндилоу и русалоидов все равно на дно оседают. Под наваристую уху Хагрид и мне налил рюмку-другую, сказав, что я уже большой, судя по виду и мне не повредит. Когда мы поели и правда очень вкусной ухи, выпили еще по паре рюмок, Хагрид дошел до той кондиции, когда человек благодушен, рад, очень любит людей вокруг и желает делиться секретами. - Пойдем, че покажу, - загадочно сверкнул он глазами бусинками и улыбнулся в бороду. Мы прошли вдоль берега озера в сторону хижины Хагрида, потом немного сместились ближе к воде в гущу зарослей. Хагрид немного развел в стороны ивовые ветки и моему взору представилась удивительная картина: среди камышей, лежа практически полностью в воде на нас смотрел Норберт. Перед его мордой, на песке в куче палых листьев, практически у кромки воды было разбросано порядка тридцати крупных яиц. Я как-то одномоментно протрезвел. - Норберт оказался Норбертой! – радостно прошептал Хагрид. Что ж, Гарри… Хотел ты отомстить гриндилоу – получи, распишись: получи люлей от профессоров, распишись в собственной некомпетентности.