Красота в глазах смотрящего (Eye of the Beholder)

— Все еще не верится, что я — дракон, — тихо шепчет Александр, сидя на диване. Магнус глубоко вздыхает и говорит: — Александр? — А? — О драконах обычно говорится исключительно в сказках нижнего мира, и это наш практически единственный источник информации, потому что… люди не очень рвались писать по ним исследования. Не знаю, возможно, они не подозревали об их существовании, или не хотели признавать перед врагом свою слабость. Может быть, по обеим причинам. Что касается меня, никому не говори, но я просто не достаточно старый, чтобы их застать. — Магнус нежно улыбается, когда Александр фыркает. Возможно, они так вместе смеются последний… — нет, Магнус не будет думать об этом. Не сейчас. Нужно закончить разговор: — Драконы пробуждаются в людях, когда на них долго применяется магия. Александр не кажется особо взволнованным: — Наверное, это логично, да? — спрашивает он. — Потому что моя семья всегда была против нижнемирцев. Возможно, вся эта ненависть идет из древности, чтобы мы держались подальше, и наши драконьи корни не пробудились от магии. Или кто-то не желал, чтобы драконы рождались, и манипулировал нашими предками. В конце концов, это не единственный случай, когда кто-то очаровательный завоевал члена моей семьи для своих личных целей. Магнус чувствует, что это был упрек в его сторону. Он и не знал, что Александр смотрит на их отношения под таким углом, хотя, наверное, он прав, ведь… и тут Магнус внезапно осознает, что Александр имел в виду не его, а своих родителей и Валентина. Вот черт! Он слишком нервничает, нужно уже перейти к сути разговора и покончить со всем этим. — Так вот, в сказках говорится, что драконы, — Магнус немного колеблется. — бессмертны. — Он нервно сглатывает, желая, чтобы у него сейчас было что-нибудь выпить, и продолжает. — Конечно, это не говорит о том, что их нельзя убить. Ты видишь где-то драконов? Очевидно, что нет. Магнусу необходимо продолжать болтать и нести всякую чушь, потому что Александр молчит с нечитаемым выражением лица, и такая тишина давит. — Как ты отреагировал? — внезапно спрашивает Алек. — Прости? Алек поворачивается к Магнусу и спрашивает: — Как ты отреагировал, когда узнал, что бессмертен? — Ну… — хмурится Магнус, пытаясь вспомнить. Это было так давно, он очень нервничает и Александр еще раз — всегда — умудряется его удивить, так что сейчас у Магнуса просто нет слов. Наконец, он собирается с мыслями: — Я думаю, я не сразу это осознал. У меня было множество других причин для волнения, и в те времена, бессмертие не было проблемой. Меня только что пытались убить. И все шансы были против меня, так что я не думал, что доживу до пятидесяти. Александр тянется, чтобы обнять его, и Магнус прижимается к нему. Он знает, что это Алека сейчас надо утешать, но полезно будет и рассказать о своем опыте: — К тому времени, когда бессмертие стало неопровержимой реальностью, у меня уже были бессмертные друзья. И эти друзья умирали или слишком рано, или слишком рано для меня, но я думаю, что обычно так и происходит. — Все понятно. — Александр целует Магнуса в щеку. — Александр? — Я тот, кто я есть, — пожимает тот плечами. — Если я завтра не увижу демона у Иззи за спиной, или если она умрет от старости — для меня все равно это будет слишком рано. И не важно, переживу ли я ее на несколько столетий или на несколько секунд. Сам бы я такой жизни не выбрал, но я тот, кто я есть. — Это все моя вина, — сознается Магнус. — Да нет, — говорит Александр, — вот если бы ты знал, в кого я превращусь, и все равно сделал это, вот тогда бы мы разговаривали по-другому. — Он поднимает руку, когда Магнус пытается заговорить. — Да и тогда с этим можно было бы поспорить. Что более жестоко: что ты не уважаешь мое решение остаться смертным, или что я заставляю тебя уважать его? Я думаю, оба варианта нам было бы тяжело перенести. Но что толку об этом рассуждать, если все произошло не так? Точно также, как не… — Алек глубоко вздыхает, — не заслуга твоего отца, что ты научился поджигать вещи, не твоя вина, что я стал бессмертным. Магнус закрывает глаза, но одна слеза все равно катится по щеке. — Справедливо, — отвечает он, задыхаясь от эмоций. Его захватывает печаль, но одновременно и радость, и он просто очень счастлив, что у него есть Александр. — Пообнимаемся? И еще до того, как Магнус заканчивает просьбу, Александр уже прижимает его к себе. *** — И, — драматично объявляет Магнус, — позвольте представить вам… дракона! Огромные крылья Александра распускаются у него за спиной. Они это обсуждали. Алек хотел обратиться полностью, потому что так драматичнее, и не слушал никаких доводов против, пока Магнус не сказал, что двухэтажному дракону просто не хватит места в комнате. Лица окружающих полны шока и трепета, и Магнус победно разворачивается к Алеку. Тот угрюмо скрещивает руки: так он выглядит более внушительно. Рафаэль сбоку тихонько роняет лицо в ладони. А Магнус? Он кланяется.