Странная альфа

      Назойливый звонок. Бесит. Едва разлепляю веки, шарюсь рукой по тумбочке. Входящий вызов, неизвестный номер. Двенадцать ноль одна. Что за сука?!       — Да, блядь… — грубо бросаю, принимая вызов.       — С двадцатилетием, Жень… — низкий голос. Мгновенно просыпаюсь, присаживаюсь.       — Макар?       — Я хочу тебе пожелать всего… просто, чтобы ты была счастлива… — глухой выдох.       — Спасибо…       Молчим. Сердце бьется где-то в горле.       — Я приду?       — Макар, не надо.       Смешок, от которого все внутри обрывается.       — У меня для тебя подарок.       — Ничего не нужно…       — Ааа, понятно. У тебя там в кровати Вовочка или Максим?!       — Не надо, пожалуйста…       — Что не надо?!       — Спасибо, что поздравил. Пока Макар…       Сбрасываю вызов. Заношу номер в черный список, кладу телефон на тумбочку. Внутри просыпается злость. Укладываюсь на подушки.       Блядь! Обида разрастается внутри. Уж кто бы говорил! Не удивлюсь, если у него там какая-нибудь очередная Лиза лежит. Ревность и злость взрываются внутри. Сука!       Пытаюсь уснуть, но сон совсем не идет, злость бьется в голове.       Отличное начало, охуенное.                     Встречаю утро на кухне. Вот только солнца нет. Небо заволокли тучи, снег валит огромными хлопьями и уже не тает. Прихлебываю горький кофе из кружки, разглядываю проснувшийся город.       Телефон глухо вибрирует. Открываю сообщение. Огромное послание от Максима. Улыбаюсь. Любит он писать поэмы, не то что сухое «С днем рождения» от Вовы.       Отвечаю, ставлю смайлы.       Пара теплых сообщений от отца.       Звонок в дверь. Крупно вздрагиваю, сердце бьется в горле.       На ватных ногах иду к двери. Неужели он все-таки пришел? Распахиваю двери. Разочарованно выдыхаю — Кирилл.       — Привет, Жень. Это… с днем рождения тебя, — в последнее время мы мало с ним общались. И что он здесь забыл так рано?       — Спасибо, Кирилл… — натянуто улыбаюсь.       — Слушай, ты не злись. Макар тут тебе кое-что передал… — все внутри напрягается. Писк. Вздрагиваю. Достает из-за пазухи маленький рыжий комочек. — Рыжий притащил его часов в семь… это чудо орет не переставая, я не знаю, что с ним делать. Не силен в уходе за мелкими.       Протягиваю трясущиеся руки. Теплый комочек на ладонях, совсем крошечный. Писк, голубые глазенки оглядывают меня. Котенок…       — Я ему говорил, но этот идиот мне: «все остальное выкинет, а этого не сможет» — Кирилл выдыхает. Прижимаю хрупкое тельце к груди. Закусываю губу. Ну, ясное дело, что не выкину.       — Зайдешь?       — Да не, я поеду. Мне Нику встречать, если опоздаю, сама знаешь, что будет… — Кирилл отводит взгляд.       — Ну ладно, передавай от меня спасибо… Макару.       — Еще раз с днем рождения.       Альфа неловко улыбается, уходит. Закрываю двери.       Котенок пригрелся на груди, едва слышно мурчит.       Какой же маленький. Притащил, блин, не знает, что с ним делать. Я будто знаю, у меня и животных не было никогда.       Котенок поднимает морду, смотрит на меня. Изучаем друг друга взглядом. Боюсь пошевелиться, вдруг, снова орать начнет. Голубые глазки внимательно заглядывают в мое лицо. Усмехаюсь, до чего же похож на этого рыжего идиота. Подарил, блин, напоминание о себе… осторожно касаюсь пальцами спинки. Мурчит, трется мордой об руку.       — Ну и что с тобой делать? Ты вообще, мальчик или девочка?       Котенок вновь мяукает, карабкается по футболке, забирается на шею. Пищит. И что мне с ним делать, бляха?       Фотаю себя с котенком на плечах. Отправляю Максиму с сообщением: «Ты знаешь, что с этим делать?»       Куча словесного поноса от омеги в голосовых. Потираю виски.       «Ладно. Я все куплю, привезу тебе».       Отлично.       Медленно начинаю уборку, совсем скоро приедет Макс. Надо пиццу заказать. Готовка на кухне совсем не мое. Выдыхаю. А ведь я была готова постичь это адово искусство ради одного человека. Хмуро усмехаюсь.       Рыжее чудо ходит за мной по пятам, пищит. Пару раз дала ему молоко в блюдечке, едва прикоснулся. И что этому маленькому чудищу надо?!       Звонок в дверь. Котенок путается под ногами. Хватаю на руки. Открываю. На пороге стоит улыбающийся Вова.       — С днем рождения, красотка!       Натягиваю на лицо улыбку.       — Привет, заходи — скидывает обувь, проходит на кухню.       — О, ты живностью обзавелась?       — Не по своему желанию, Макар подарил… — альфа окидывает меня взглядом, усмехается.       — Слушай, у меня даже заварки нет, ты можешь за мелким присмотреть? Я сбегаю в магазин, а то притащили с самого утра, никуда выйти не могу.       — Ага…       Надеваю кроссовки, выскакиваю.       Магазин. Длинные стеллажи. Несусь обратно.       Вова сидит на кухне, котенок спит на его руках.       — Как ты это сделал? — вырывается у меня.       — У моей сестры трое котов, привык уже.       Улыбаюсь, ставлю торт на стол.       — Чай, кофе?       — Кофе с сахаром, без молока.       А Макар ненавидит кофе. Откидываю ненужную мысль.       Ставлю чайник, кручусь на кухне, режу торт. Вова расслабленно наблюдает за мной, поглаживает рыжий комочек.       — Сколько сахара? — не сводит с меня взгляда, молчит. — Вов?       — Три ложки, Жень… — глухо выдыхает, отворачивается.       Ставлю перед ним кружку кофе и тарелку с тортом.       — У меня для тебя подарок… — поднимает большой пакет с пола. — Это тебе…       — О, спасибо… — заглядываю в пакет. — Я посмотрю?       — Да, конечно.       Достаю квадратную коробку. Баскетбольный мяч.       Офигеть, спалдинг! Черно-оранжевый, как я и хотела.       — Откуда? Как… ох, черт… он же кучу денег стоит… — смущенно оглядываю альфу. — Блин… даже не знаю, смогу ли я…       — Жень, заткнись. Просто бери его. С тебя пара матчей 1 на 1 — Вова улыбается.       — Спасибо… — выдыхаю. Наклоняюсь, губы касаются горячей щеки. Крупно вздрагивает, неловко целует в ответ. Судорожный выдох.       Хватаю коробку. Мяч как влитой лежит в ладонях. Такой приятный на ощупь… пару раз ударяю об пол. Поднимаю вверх, подбрасываю.       — Бляяя, какой крутой!       Альфа глотает кофе, не сводит с меня взгляда. Пальцы привычно отстукивают неведомый мне ритм. Осторожно кладу мяч в коробку.       Звонок в дверь.       — А вот и Максим пришел — кидаюсь к двери, открываю.       Омега тут же подает мне пакеты.       — С днем рождения, Жень… — тянется, целует в щеку. — А где котеночек? Как он у тебя вообще оказался?       Внезапно замирает. Оглядываюсь. Вова стоит в проходе.       — Привет…       Макс кивает, отводит взгляд.       — Жень, я пойду, наверное, — Вова поднимает сумку с пола.       — Куда? Ты даже торт не попробовал…       — По делам надо, — альфа подает мне теплый комочек. Котенок тут же просыпается, пищит. Опускаю его на пол. Максим уходит на кухню. Странный какой-то.       Альфа накидывает куртку.       — Спасибо за крутой подарок — улыбаюсь.       — С днем рождения, красавица… — замирает, что-то еще хочет сказать, но молчит. Тяжелый вздох.       — Пока, — бросает.       Закрываю за ним двери. Странно они себя с Максимом ведут.       Захожу на кухню, омега стоит возле окна, всхлипывает.       — Макс? — прикасаюсь к напряженному плечику.       — Все хорошо, Жень…       Голос глухой, судорожно вздыхает.       — Что случилось? — разворачиваю омегу к себе. Глаза красные, шмыгает носом. — Что, блядь случилось?!       — Извини, Жень… — тянет носом, кривит губы. — Извини, что порчу праздник.       — Ты скажешь, блядь, или нет?!       — Мне Вова отказал… я не хотел… просто… — жалобно хныкает.       — Вот черт… — прижимаю омегу к себе, касаюсь губами макушки.       — Извини меня…       — Все в порядке… я не знала, что ты… блин, — глажу по темным волосам. Отодвигается. Заглядываю в зеленые глаза.       — Что-то совсем мне не везет, какой-то я непутевый…       — Хватит, слышишь?! Ты потрясающий, слышишь? Это мы непутевые, сам ведь видишь… Макс, ты такой добрый, милый, отзывчивый и очень, очень красивый. Ты еще найдешь себе альфу, мы не те люди просто.       Максим судорожно выдыхает, виновато улыбается.       — Извини, порчу тебе настроение…       — Ничего ты не портишь…       Слышу писк.       — А откуда у тебя котенок?       — Макар подарил…       — А… Расскажешь? — омега поднимает котенка на руки.       Рассказываю про Кирилла, про звонок Макара, показываю навороченный мяч. Кормим рыжика, Максим рассказывает про корм, лоток и прививки.       Вскоре привозят пиццу, Максим долго ругается на меня из-за нее. Готовим салаты, достаю бутылку рома, подаренную отцом.       Вечер проходит медленно и лениво. И все вроде хорошо, но грустно. Для полной идиллии не хватает сейчас лишь одного человека. Именно сегодня я хотела признаться Макару, что я омега.       Едва сдерживаю слезы. Максим замирает, обнимает за плечи, нежно шепчет.       Звон бокалов, алкоголь кружит голову. Аромат колы и рома дурманит.       Двадцатилетие с легкой апатией, печалью и горечью.                     Звонок. Открываю глаза, пытаюсь понять, что происходит. Взгляд падает на светящийся дисплей. Беру телефон, перед глазами все плывет. Снова неизвестный номер. Беру.       — Да…       — Алло, здравствуйте, вы Женя?       — Да, а что? Кто это?       — Мы тут закрываемся, а парень один никак не уходит. Не можем его в себя привести, пьяный очень. Ни адреса не можем от него добиться, только ваш номер называет и имя. На улице холодно, замерзнет в таком состоянии…       — Какой парень? — спросонья ничего не могу понять.       — Рыжий такой, высокий… заберите его, смена закончилась пятнадцать минут назад, а нам еще прибраться надо.       Внутри все замирает, мигом трезвею. Блядь!       — Назовите адрес, я сейчас приеду…       Вскакиваю, одеваюсь. Котенок просыпается, начинает пищать.       — Женя? — сонный голос Максима. — Ты куда?       — Спи, я скоро вернусь — омега выдыхает, кладет голову на подушку. Поднимаю котенка, кладу рядом с Максимом.       Одна я Макара не утащу. Набираю номер Кирилла, у него машина есть.       — Абонент временно не доступен или находится вне зоны действия сети…       Блядь.       Папы нет, Кирилл не отвечает. Вова?       Долго решаюсь, чтобы набрать номер.       Гудки.       — Да? — хриплый заспанный голос.       — Вов, извини, что разбудила…       — Женя?       — Мне только что из «Монако» звонили, Макар в хламину. Его забрать надо. Знаю, что наглею, но можешь мне помочь? Я одна не справлюсь…       Молчит.       — Вов, извини, если ты не можешь, ничего страшного…       — Назови еще раз название клуба.       — Монако.       — За тобой заехать?       — Нет, я поеду сразу туда.       — Ну и я тогда сразу туда…       Отключаюсь.       Набираю номер.       — Девушка, можно машину?                     Такси мчит меня по сумеречным улицам. Яркая вывеска, выхожу из машины.       Клуб встречает меня непривычной тишиной.       — Вы Женя? — ко мне подлетает молоденькая официантка-бета.       — Ага, где он?       Ведет меня к маленькому столику в глубине зала. Альфа полулежит на диванчике, голова откинута. Лицо бледное. Все сжимается внутри.       — Макар? — тихонько зову, трогаю за плечо. Глухо стонет, облизывает губы. Трясу, почти не реагирует. Прикасаюсь к бледным прохладным щекам. Едва приоткрывает глаза. Шевелится.       — Может кто-нибудь помочь на улицу его вывести?       Официантка кивает, приводит высокого альфу-охранника.       Все вместе поднимаем рыжего на ноги.       — Макар, очнись… — хлопаю по щекам. Рыжий дергается, покачивается, едва стоит на ногах. Надеваем на него куртку, ведем к выходу. Ступени даются с трудом.       Выходим на прохладный воздух.       Пара шагов. Вижу невдалеке скамейку. Альфа опирается на меня, едва передвигает ноги. Смахиваю снег. Падаю вместе с ним на скамейку. Выдыхаю. Макар глухо стонет.       — Женя…       Съезжает вниз. Хватаю, тяну на себя. Падает головой на мои колени. Тяжело дышит.       — Женяяяя…       Вздрагиваю. Густой аромат грейпфрута и смолы, впитавший пряность алкоголя. Утыкается лицом в мои колени, порывисто втягивает воздух. Замираю. Пару минут боюсь пошевелиться. Тишина.       Внезапно становится так спокойно. Но тупая боль, врывающаяся в легкие едва уловимым ароматом мандаринов, режет сердце.       Выдыхаю клубы пара. Холодно. Опускаю взгляд. Свет фонаря освещает бледное лицо. Как же давно я не видела его так близко… всматриваюсь в такие родные и такие чужие черты лица. Подрагивающие ресницы, искусанные тонкие губы. Его лицо похудело, заострилось. Мне больно. Все могло быть по-другому, и этот день мог быть другим.       Мои пальцы прикасаются к прохладной щеке. Глухой стон, прижимается ближе. Пальцы путаются в густых волосах. Как всегда, без шапки… никогда ее не носит. Обвожу контур губ, глажу по щекам. Как бы я хотела быть рядом. Просто рядом. Всегда. Не мучиться от этой тупой боли…       Нежность вытесняет боль, обиду. Вливается в сердце теплой волной. Нагибаюсь вперед, прижимаюсь губами к прохладной щеке, дышу его дыханием.       — Женя… — едва уловимый шепот. Оглядываю измученное лицо. Вновь прижимаюсь губами, трусь лицом о его щеку.       Несмотря ни на что люблю… не могу по-другому.       Ветер успокаивается. Тишина. И только хлопья снега летят, переливаются, оседают на одежде. Сдуваю снежинки с рыжих волос. Чувствую, что начинаю замерзать. Поднимаю высокий ворот на куртке альфы, застегиваю до конца. Почти не шевелится. Снимаю свой шарф, накрываю холодные уши. Взгляд падает на голые пальцы. И без перчаток.       Выдыхаю. Притягиваю руку, согреваю дыханием. Тру ледяные пальцы, подношу к губам.       Взгляд. Вздрагиваю, поднимаю голову.       Вова стоит, не сводит с нас взгляда. Смущенно опускаю глаза. Прохладные пальцы выскальзывают из рук.       Темноглазый громко выдыхает.       — Это ж надо было так нажраться… — голос глухой.       Киваю.       — Макар? — зову, слегка трясу за плечо.       — Давай, подниму его…       Вова подходит, хватает Макара за ворот куртки. Тянет. Рыжий приоткрывает глаза, что-то бессвязно бормочет. Помогаю, придерживаю под руку. Рыжий двигается тяжело, пошатывается.       Подходим к машине, таксист помогает открыть двери. Сажусь на сидение, подхватываю Макара. Вова захлопывает дверцу, идет вперед.       Едем молча, только изредка рыжий глухо стонет.       Лифт. Звонок. Дверь тут же распахивается.       — Ну слава богу… — Вика громко выдыхает, видя Макара. — Я тут с ума схожу. Свалил не понятно куда и даже телефон не взял…       Помогаю альфе. Комната Макара, укладываем на диван. Девушка приподнимает, тянет рукава черной куртки.       — Помочь?       — Я сама, Жень.       — Хорошо…       Разворачиваюсь.       — Жень, что между вами происходит?       Вздрагиваю, оборачиваюсь. Вика заглядывает в мои глаза.       — Ничего…       — Ага, как же. Вместо того, чтобы праздновать твой день рождения с тобой, как всегда и было, он идет не понять куда и нажирается как свинья — это ничего?       Пытливый взгляд серых глаз. Молчу.       — Жень?       — Я не знаю, что тебе сказать, Вика. Пока.       Выхожу из квартиры. Вова стоит возле двери.       Спускаемся вниз.       — Сначала тебя отвезем, потом я домой, — молча киваю.       Едем по светлеющим улицам. Альфа поглядывает на меня.       — Жень? — встречаюсь взглядом с темными глазами. — Ты так сильно любишь его? Вздрагиваю, отвожу взгляд. Молчит. Откидывает голову на спинку сидения, выдыхает. Глухой смех.       — Хотел бы я, чтобы меня так же любили. Повезло же ублюдку…       В груди все сжимает, делаю вид, что не слышала. Я реально не хотела этого слышать…