Взрывное невезение

      Бакугоу чихнул и недовольно натянул шарф повыше. Пронизывающий ветер вышибал из тела последние остатки тепла, которые парень пытался сохранить последние минут двадцать.       Он терпеть не мог зиму. Холодно, либо ветренно и со снегом, то ветра нет, и мороз «щекочет» пятки. Хотя бы потому, что зимой холодно, а с ней у него была взаимная неприязнь.       — Апчхуй, блять!       Бакугоу вскинул голову, желая увидеть человека, который в одном звуке и одном ёмком слове охарактеризовал и погоду, и настроение.       — Эй, лохматый. — Перед парнем стоял укутанный в три слоя одежды маленький говорящий комочек. Маленькая девчушка острым и раздраженным взглядом впивается в блондина. На её голове небольшая кучка снега, видимо, давно стоит. Катсуки удивлённо моргнул. — Да, ты. Ананас поменял прическу?       Бакугоу недолго втыкал, а после мысленно облегчённо выдохнул. Она — причина, по которой он вообще вышел из своей теплой квартиры. И хорошо, что он так быстро её нашёл. Иначе один бог бы знал, что было бы, если не встретил.       — Начался взрыв красной планеты.       Ответ был правильным, так как лицо девчушки просветлело, и та коротко кивнула ему вместо приветствия, которое требовалось по обычаю обычных людей.       — О, заебись. Слушай, давай перетрём в каком-нибудь более тёплом месте? Тут где-то неподалёку бар был. Пошли.       С какого перепугу им помыкают? — лениво подумалось Бакугоу. Но как-то не хотелось возражать — было лишь непреодолимое желание отогреться. Девушка быстрым шагом потопала в нужном направлении, а парню оставалось лишь догонять эту шуструю мелочь. Но было видно, что либо она запыхалась из-за бега, либо стало ей жарко, так как она дышала тяжело и часто. Клубы пара из-за ветра летели прямо в лицо блондину. Это начинало раздражать, но, благо, Ками-сама услышал его. Нужное заведение показалось сразу за углом заснеженной улицы.       Через несколько минут Катсуки почувствовал умиротворение. Тепло помещения залезло под одежду и медленно согревало уставшего и замёрзшего парня. Как и девушку, слишком низкого роста для своего возраста. Она сидела напротив, едва ли не мурлыча от приятного чувства света и тепла.       — Итак, — подала голос девушка, довольно глотая чай и грея ладони. Уставилась своими большими карими глазами в блондина. — Давай представимся. Я — Мавр из Куроками.       — Кат-тян из Митаки, — буркнул Бакугоу, вздыхая и ожидая реакции.       Мавр вылупилась на него. А после рассмеялась. Вот этого и ждал. Все так реагируют, она не стала исключением. Хотя… Нет, не так. Заржала. Заржала, как конь, как отпетый злодей на слова героя о спасении мира. На всё небольшое помещение. Сначала била по коленке, а уже потом согнулась в три погибели. И успокаиваться не собиралась, шёпотом повторяя «Кат-тян! Кат-тян, блять!»       — Лучше зови меня Бакугоу, — фыркнул Катсуки, дотрагиваясь до своей кружки чая. Как всегда, захотелось заехать по роже, но перед ним слишком важная персона. Плюс, девушка. Маленькая, похожая на школьницу. Ох, это статья, тут едва ли связи помогут. Несмотря на небольшое помещение, народу тут было слишком много, чтобы заткнуть рты тут всем.       — Ну уж нет! Только вот привыкну!.. Ги-хи-хи! — Девушка снова согнулась пополам. И едва ли не начала хрюкать, прикрывая свой рот ладошкой.       — Эй, прекрати ржать! — рявкнул парень, поднимая девушку и оглядываясь. Злым взором «прожёг» в Мавр дырку, но та даже бровью не повела. — Меня так друг детства звал. И как-то так получилось, что это ко мне прицепилось. Я хотел от этого избавиться, ясно?       — Да-да… — выдавила Мавр, приходя в себя, но продолжая хихикать. — Что ж, Кат-тян… Пф-ф-ф… Ано… Наши боссы, типа, надеются, что мы, как посредники, всё тщательно перетрём и договоримся. Так что, думаю, не стоит откладывать это…       — Ты действительно хочешь обсуждать дела мафии здесь? — Бакугоу обвёл зал взглядом. Народу уйма, ненадежное место, даже если людей поубавится. Блондин тяжко вздохнул, понимая, что на уме есть пока только один вариант, где они смогут всё нормально уладить. — Лучше идём ко мне. Тут недалеко.       Мавр согласно кивнула, усмехнувшись. Азарт в глазах мафиозной девы парню едва ли понравился.       — Веди, Сусанин.       Никто из них не помнил, как до такого дошло.       Они просто обсуждали возможности, которые предоставятся семьям после заключения союза. Обоюдный обмен товарами, разрешение входить на территорию друг друга, торговля там же… Взаимовыгодный союз. Да и без наркоты не обошлось. Но что поделать — это мафия.       В один момент во время разговора Бакугоу притянул Мавра к себе и нетерпеливо поцеловал. У него давно никого не было, да и дел было по самое горло. Ни до чего дела не было. Да и заводить кого-то был слишком большой риск. А хотелось прямо здесь и сейчас. Наркотик давал свободу действиям, отключая сознание и даруя внутреннему зверю долгожданную свободу.       Да, это не отменяет его неприязни к девушке, но разве стоит сейчас обращать внимание на такие мелочи? Она была вполне симпатична, фигурой не обделена. Ох, а эти бедра и задница? Манили собой из-за толстой ткани джинс так, будто девушка специально сделала это исключительно для «голодного» парня. Чтобы выделялись, чтобы он впивался в них взглядом.       — Эй, ненормальная… — Бакугоу заглянул ей в глаза, замечая такой же помутневший взгляд.       — Заткнись. — Её тихий шёпот отдался в теле светловолосого юноши приятными мурашками. Мавр быстро привстала и приблизилась к нему, сев прямо на бедра парня, коленями упираясь в спинку гостиного дивана. Вокруг было туманно из-за прокуренного кокаина, щекоча нос и вызывая хищную улыбку у шатенки, которая маленькими теплыми ладонями проникала под его рубашку. Зрачок расширен, карей радужки почти не видно, на лице знакомый оскал — точно такое же выражение лица было и у Катсуки.       Без лишних слов он снова впился ей в губы, углубляя грубо поцелуй, своими руками начиная блуждать по телу. Нежному телу, которое реагировало даже острее, чем раньше. Она отвечала так же жарко, пылко, отдаваясь новым ощущениям, не заботясь ни о чём.       Оторвавшись, он грубыми поцелуями спустился к шее, впиваясь в молочную кожу укусом. Шпионка издала негромкий звук, нечто среднее между стоном и вскриком. Значит, её слабость — шея?       Маврикия лизнула его мочку уха в ответ, он глубоко вздохнул. Куснула в отместку, из-за чего Бакугоу рыкнул, приступая кусать каждый открытый участок тела. Девушка в ответ лишь томно вскрикивала, закрепляя ноги позади спины парня, притягивая к себе ближе. Это был сигнал, который парень принял сразу.       На одну ночь… Ничего не изменится, как не менялось ранее. Они переспят, а после забудут это, и всё вернётся на круги своя.       Пока Катсуки нетерпеливо избавлял её от блузы, девушка не спеша расстёгивала пуговицы на его рубашке. Оба не смотрели на одежду, препятствующую им, целовались, пытаясь заполучить первенство, главенство, за право быть ведущим в их действиях. Пальцы подрагивали, но медлила Мавр далеко не от этого. Она думала.       В конце концов, Бакугоу ей в какой-то степени нравился. Жалко, что блондином был, а так… Хорошая форма: чарующие глаза, оголенные руки, накаченный пресс, да и мордашка была прекрасной. Красивый мафиозный мудак. Будет обидно, ну вот самую-самую малость, если после этого всё вернётся к началу.       Бакугоу впился укусом-поцелуем в ключицу девушки, из-за чего та вздрогнула. Было стыдно признавать, но её заводило это грубое отношение. Но зато она чувствовала, кто из них сильнее, кто умелее. Будоражила лишь мысль о том, что наконец-то кто-то действительно способен на то, чтобы просто взять её без всяких дотошных и долгих прелюдий.       В ответ она прикусила его мочку уха. Не любила оставаться в долгу. Послышалось тихое урчание. Ухмылка озарила её лицо, отражаясь в красных, словно вино, глазах. Белый туман оседал, но внутри головы до сих пор было пусто, больше никаких мыслей. Только лишь одно желание.       Небрежным движением он поднялся, подхватив девушку за те манящие бёдра. Крепко сжал, будто проверяя — синяки точно останутся, а после в ухо горячо выдохнули. Мавр обвила руками его шею, прильнув всем телом. Было тепло и уютно. А ещё чувствовала впервые себя маленькой. Действительно маленькой, но это даже не вызывало прежнего раздражения. Стало как-то приятно даже.       Нормально ли это? О, навряд ли.       Дальнейшие события прошли, как в тумане. Одежда везде, но только не на постели Катсуки. Вот они падают на прогнувшуюся под их весом кровать. Вот Бакугоу нетерпеливо скользит рукой по впалому животу. Шпионка впивается взглядом, облизывая губы и прикрывая глаза. Парень обаятельно ухмыляется в ответ, раздвигая ноги и входя резко до самого упора, и только потом двигаясь грубо, рвано, порождая что в девушке, что в парне мазохисткое наслаждение, что разрядом тока прокатилось по всему телу.       Ни боли от грубых прикосновений, кокаин выбивал все неприятные ощущения, продолжая кружить в обоих организмах. Всё сводило с ума, срывало крышу: крики, стоны, любые прикосновения к нагому телу, укусы за слишком наглые ручонки, рычание партнера над ухом, чёртовы смазанные и глубокие поцелуи.       Мавр, словно сквозь толщу воды, слышала хриплый стон над ней, когда выгибалась всей дугой при полном заходе члена юноши в неё. Пауза затянулась между толчками, поэтому девушка решила взять ситуацию в свои руки, начиная двигать бёдрами вперёд-назад, насаживаясь на толстый ствол и просто сходя с ума от ощущений, что накатывали с головой. Она не собиралась вот так всё оставлять.       Сильные руки схватили её за лодыжки и уложили их на крепкие плечи, вдалбливаясь в женское желанное тело вновь и вновь, всё резче и резче, с громкими и мокрыми звуками, которые никого не смущали, лишь раззадоривали. Двигались навстречу, в одном ритме. Бакугоу с силой сжимал мокрые от пота бёдра. Да, завтра будут синяки, но никто не хотел об этом думать. Мавр со стоном наслаждения переместила руки с сжатой простыни на шевелюру блондина. Притянула к себе любовника, увлекая в рванный и до одурения желанный поцелуй.       От каждого толчка по позвоночнику проходил, будто бы, разряд тока, отчего Мавр непроизвольно прогибалась в спине, принимая в себя еще глубже. Оторвавшись от её губ, Бакугоу увеличил темп до одурительно-быстрого, гортанно рыча. И если девушка думала, что это конец, и разрядка близка, то парень останавливался, пытаясь отдышаться самому и самой шатенке, а через пары минут заново возобновлял их секс.       Безумие.       Это прекрасное слово описывало всё.       Просто они не учли, что кокаин вызывает сильное сексуальное влечение.       Наутро Катсуки почувствовал, что он не проснулся, а воскрес. Давно он не употреблял наркоту, забыл, каково это. На удивление, было очень даже хорошо, пусть голова и побаливала, а глаза остро реагировали на солнечный свет за зашторенными окнами.       Рука затекла. Минуту он осознавал, что с дурью это никак не связано.       Бакугоу скосил взгляд и увидел весьма милую картину: положив голову на его предплечье и поджав колени к груди, тихо посапывала Мавр. Рука лежала на его груди, а безмятежное лицо даже вводило в недоумение. Юноша не мог представить эту девушку с таким лицом, однако… Вот.       Не сказать, что такое ему не нравилось вчерашнее. Просто это было странным. Он совершенно не мог вспомнить события прошедшей ночи.       Неужели они переспали? Оба голые, одежда то тут, то там, простыня прикрывала всё, что ниже пояса, оголяя и давая прекрасный вид парню на груди четвертого размера. Катсуки силой воли заставил себя оторвать от них взгляд, смотря в потолок.       Ладно, юноша от дури становится неуправляемым, но это не значит, что он без согласия выебет кого-то. Почему она согласилась?       Шпионка чихнула из-за щекочущих нос своих волос и открыла глаза. Сонным взглядом оценила обстановку и хмыкнула, усмехаясь уголком рта, тем самым показывая свои ямочки. Видимо, замешательство Катсуки отразилось в его глазах.       Девушка села и потянулась, сладко зевая и разминая ноющую спину и шею. Совершенно не стеснялась своей наготы. Да и чего стесняться? Чего он там не успел-то повидать? Маврикия считала, что это просто бесполезно и нелогично.       — А ты хорош, — довольно усмехнулась она, шаря глазами по комнате. Так, отсутствует только блуза, которую Бакугоу снял с неё ещё в гостиной. Замечательно.       Парень смущенно хмыкнул и отвёл взгляд, понимая, что откровенно пялится на девушку.       Пока та собирала по комнате свои вещи и постепенно одевалась, Катсуки думал, как лучше поступить в этой ситуации. Оставить всё, как есть, и вернуться к первоначальному этапу? Или взять ответственность за свои действия? Да, он был обдолбанным и мало что соображал. Но от этого тот факт, что он её трахнул — судя по её скованным движениям, довольно грубо, — не меняется.       Бакугоу сел, вперившись взглядом в шпионку из мафии.       — Эй, ненормальная…       — Ой, вот только не начинай, — слегка уставшим голосом прервала его Мавр. Окинула его неодобрительным взглядом. — Если ты начнёшь пороть чушь про произошедшее, Мавр выкинет тебя из окна. Мне плевать на то, что между нами случилось, ясно?       — Это ты начинаешь! — злобно ответил ей парень, не понимая такое наплевательское отношение к произошедшему. — Я даже сказать ничего не успел, а ты меня затыкаешь! — огрызнулся Бакугоу.       — Потому что не трудно догадаться, о чём ты думаешь, если взглянуть на твоё лицо! — закричала в ответ девушка. Она волновалась? — да. Потерять возможность сблизиться с Бакугоу пугала её. Он ей нравился, и то, что было с ними ночью, откровенно говоря, стало для неё очешуенным событием. Таким сексом она не занималась точно. По крайне мере парни часто выводили её из себя своими промедлениями. Да и такого симпотягу — да, она призналась себе в этом! — жалко будет кому-то отдавать. Но это будет зависеть от его выбора.       — Да неужели?! Кажется, мы не так долго общаемся, чтобы ты начала читать мои мысли!       — Заткнись, ради всего святого! Нахер Мавру твои раскаянья не нужны!       — Чёрта с два я буду раскаиваться в том, что тебя трахнул! Я встречаться предложить хочу!       Открывшая было рот, Мавр тут же смолкла, во все глаза смотря на покрасневшего Катсуки.       — Эм… Что? — Маврикия повернулась всем корпусом к нему, не скрывая своего недоумения и изумления. Ей такого точно никто не предлагал. Уж точно не ей, мафиозной шишке своей семьи. Все знали риски, а если нет, то земля им пухом.       — Что слышала, — буркнул парень, откидываясь обратно на подушку. Сейчас ему меньше всего хотелось смотреть на собеседницу. — Я, по-твоему, совсем отбитый?       — Э-э-э… — протянула шпионка. — Немного да… Это было неожиданно… Ты точно слова не попутал?       — Беги, — спокойно сказал Бакугоу, медленно привставая. — Ещё что-то подобное скажешь, и я отправлю тебя прямиком в Ад. Нет, я устрою тебе этот Ад при жизни. И даже когда я сдохну, моя неупокоенная душа будет преследовать тебя до и после смерти.       Мавр икнула. Спокойный тон совсем не прибавлял оптимизма. Она увидела в нём такого же мафиози, как и она. И проблем от этого упрямого барана будет больше, чем от каких-либо левых приставучих парней.       — Так что? Я не слышу ответа.       — Я, это… — Виктория медлила, силясь понять, что это вообще такое. Из добрых ли намерений и искренней заинтересованности, или у него план такой. Но шум бушующего сердца заглушал любые звуки, даже собственные мысли едва слышно было. — Согласна?       — Что это за неуверенный тон? — Бакугоу вскинул бровь, сурово глядя на девушку, по которой прошли приятные мурашки. Кажется, до недавнего времени она была садисткой, так какого черта ей понравился такой блондин, будто она мазохистка?       — Согласна! — выпалила девушка, зажмуриваясь и думая о том, что это будет интересно.       Интересно, Невезение будет с ней в этих отношениях?       Бакугоу тихо цыкнул. Кажется, стоит успокоить дона — контакт с представителем будущей союзной семьи установлен и даже в ходе процесса был превышен лимит. Интересно, как сильно вытянется лицо Киришимы, когда он узнает обо всём?       Бакугоу свистяще выдохнул и сплюнул кровь. Мужчины стояли над ним и ухмылялись, даруя ещё парочку ударов в корпус и наслаждаясь тем, как хрипит их бывший враг. Именно бывший, ведь ему не долго осталось жить.       — Блять… — прошипел Катсуки, зажимая рукой дыру в животе.       На асфальт упал букет розмарина. Он хотел подарить его Мавру в честь объединения семей и начала их странных отношений. Но не вышло, неудачно вышло — как позорно, попасть на глаза лицам, которые давно желали смерти ему. И ведь вовремя — оружия при себе не нашлось, а численным превосходством сумели задавить даже его.       Через полчаса Маврикия, которая уже вся извелась в ожидании парня, узнала то, от чего сердце болезненно сжалось, а дыхание перехватило.       Бакугоу Катсуки мёртв.       Через час она смотрела на его бездыханное тело, сдерживая слёзы. Вот день назад было всё прекрасно, а сейчас стоит над трупом того, кого подпустила к себе достаточно близко. И как после этого верить людям и жить в мафии дальше?       — Придурок Бакугоу! Скажи, что это твоя чёртова шутка! — Её шёпот потонул в горьких слезах, которые была не в силах больше сдерживать.       Один из её семьи положил ей ладонь на плечо. Кто-то ещё протянул ей найденный рядом с трупом букет.       — Чёртов веник! — Мавр от души шарахнула его об пол, оседая вслед за ним. Уткнулась в свои колени и злобно смотря на окровавленный труп. — На кой чёрт тебе потребовалось покупать цветы?! — Она присмотрелась к упавшему и чуть увядшему на снегу и морозу букету. — Розмарин… для памяти?! Так теперь я точно навсегда запомню этот день! Ненавижу тебя, Бакугоу!       — Маврикия-доно, — обратился к ней её подчиненный, который и отыскал тело любовника Виктории. Мавр поднялась, вытерев слёзы, её лицо стало остервенелым и озлобленным. Подчиненный в зеленом шарфе поёжился от взгляда своего будущего босса, но, сглотнув, решил продолжить. — Мы нашли следы, ведущие отсюда. Это, скорее всего, те, кто убил посредника из Митаки.       — Понятно, — тяжело вздохнула и поёжилась от холодного ветра будущая донна Куроками. Да уж, теперь ей точно никто бок греть не будет в постели. Уже точно никто. И никогда. Подняла свой серьезный взгляд на всех своих подчиненных, ждущих только указаний. — Найти и убить этих ублюдков. Кто-то пытается мешать союзу семей, так что мы должны поскорее разобраться с этим.       Верно. Она будущий босс семьи. Она не должна срываться, не должна давать слабину. Подчиненные молча удалились выполнять приказ, оставив своего босса только с одним подчиненным, которому Мавр могла доверять. Она поджала дрожащие губы и с сожалением взглянула на мёртвое тело своего парня, подойдя поближе.       — Здравствуй и прощай, Катсуки, — попрощалась с ним Вика по обычаям её семьи и дико мысленно проклинала своё невезение, которое отобрало её возможное счастье.