Не пытайтесь спрятать меня за выдуманными именами.

Утром меня разбудил Сириус. — Сэлли, вставай. Пора просыпаться. — потрясывая меня за плечо шептал он. — Мммм… — промычала я и накрылась одеялом с головой. — Ну же! Поднимайся. — чуть громче сказал Сириус, рывком стаскивая с меня одеяло. — Что-то случилось? — разлепив глаза я глянула в окно; судя по тому, что через щель в портьере не пробивалось ни капли света было ещё очень рано. — Ничего не случилось. — успокоил Блэк. — Ты просила разбудить тебя утром. Так вот, уже утро. Поднимайся, хватит бока пролёживать. — Который сейчас час? — всё ещё борясь с охватывающим меня сном поинтересовалась я. — Самое время завтракать. — шептал Сириус. — Поднимайся, а я пока приготовлю тебе яичницу. Сириус вышел из комнаты. На какое-то время я снова заснула, но без одеяла было холодно и поэтому я быстро встала, взяла приготовленные ещё с вечера вещи и отправилась в ванную. Конкретно отогревшись в горячей, душистой воде, я оделась и спустилась в кухню, по пути высушив волосы, которые сегодня были моего натурального цвета, при помощи магии. Судя по мрачной тишине — в доме ещё все спали. Сириус дожидался меня за столом, на котором парили теплом две порции яичницы с сосисками и гренками. — Что будешь, чай или может тыквенный сок? — как-то мрачно спросил Сириус. — Я бы горячего чая выпила. Спасибо. — усаживаясь за стол ответила я. Сириус быстро вскипятил воду, взмахнув волшебной палочкой, и рядом с моей тарелкой яичницы, приземлилась чашка ароматного чая. — Сейчас шесть часов. — внезапно сказал Блэк и добавил после того как я недовольно вздохнула. — Извини, я не должен был так рано тебя будить. — он ковырял вилкой свой завтрак. — Я уснуть не мог. Было скучно. — хозяин дома плотнее запахнул серо-чёрный халат. — Ну вот, ты меня разбудил. Стало веселее? — не удержалась я. — Не очень-то. — честно ответил он. — Я могу что-то сделать, чтобы ты перестал грустить? — я смотрела на него и понимала, что и следа не осталось от того лучезарного мужчины, который недавно ходил по дому, распевал рождественские гимны и хлопотал по поводу еды и убранства. — Просто ешь свой завтрак Сэл. — угрюмо ответил Блэк. — Извини… — Не извиняйся. Ты ни в чём не виновата передо мной. — Сириус отхлебнул тыквенного сока из стакана. После завтрака мы поднялись в гостиную и долго сидели молча, глядя в огонь камина. Потом я вдруг вспомнила про мини-салюты и коробку вкусных конфет от Фреда. Я быстро сходила в комнату и вернулась уже с коробкой конфет в руках. — Если ты решила, что пара конфет как-то мне помогут, ты зря протирала подошвы своих изящных ботинок. — заявил Сириус. — Кроме конфет в этой коробке есть ещё кое-что интересное. — я хитро улыбнулась и села на проеденный молью ковёр. — Очень надеюсь, что мы не перебудим весь дом. — Что там такое? — заинтересовался Блэк. Я извлекла со дна коробки несколько небольших шариков с фитилями. — Как давно ты не видел настоящий праздничный салют? — с горящими глазами спросила я. — Ты хочешь сказать, что это салют? Но его нельзя в доме запускать. — Сириус удивился. — О, это мини-салют. — я пожала плечами. — Фред так сказал. — Ох, ну раз Фред так сказал, то это точно безопасно. — саркастически ответил Сириус. Я заметила, что он действительно немного приободрился. — Да не трусь. Давай запустим их. — поёрзав от нетерпения предложила я. — Разве я отказался от этой затеи? — Сириус соскочил с дивана и сел рядом со мной на ковёр. — Вот, держи. — я протянула ему один шар. — Видимо нужно поджечь фитиль. — предположил он. — Да. Чур я первая. — улыбаясь я заставила шар парить в воздухе невысоко над полом, на уровне наших глаз. — Инсендио. — произнесла я, указав кончиком волшебной палочки на фитиль. Фитиль тут же загорелся и через тридцать секунд шар с характерным звуком разорвался и комнату озарили разноцветные вспышки от салюта. Он принимал то форму шара, то форму сердца и через минуты полторы, потрескивая, осыпался золотистыми искрами на пол. — Потрясающе. — подвёл итог Сириус. — Просто потрясающе. — Твоя очередь. — я толкнула его в плечо. Сириус проделал всё тоже самое, что и я, и снова мы любовались маленьким салютом, который на этот раз осыпался сиреневыми искрами. Похоже это сработало и его мрачность немного развеялась. В восемь часов к нам заглянула миссис Уизли и поинтересовалась, что за шум она слышала. Сириус свалил всё на Кикимера. Кикимер, как выяснилось, прятался на чердаке. Нашёл его Сириус; домовик весь был в пыли и, несомненно, искал там семейные реликвии Блэков, чтобы перетащить к себе в чулан. В половине девятого Сириус проводил меня до парадной двери, помог надеть пальто и пожелал приятного дня. Я вышла на крыльцо, меня обдало морозным воздухом. Из носа вырывались облачка пара. Медленно шагая по безлюдной улице, я радовалась морозному утру, глядя, как дом 12 медленно сжимается и исчезает из виду. Махнув волшебной палочкой, зажатой в руке, я остановилась и через несколько секунд в десяти сантиметрах от меня, прямо на тротуаре, возник ярко-фиолетовый, трёхэтажный автобус, издав при этом оглушительный рёв. Из автобуса выскочил кондуктор в красном и молвил в тишину: — Добро пожаловать! Это автобус для ведьм и волшебников, попавших в трудное положение! Взмахните палочкой и входите в салон: мы домчим вас куда угодно! Я, Стэн Шанпайк, ваш кондуктор этим утром. — Доброе утро. — весело поздоровалась я. — Нужно помочь с багажом? — поинтересовался Стэн. — Нет, спасибо. — я потянула за ремень небольшой сумки через плечо. — Ну так, входи скорее! Здесь жуткий холод. Я вошла. Вдоль обшитых панелью стен теснилось множество разномастных кресел, беспорядочно составленных вблизи окон. Некоторые попадали, когда автобус резко затормозил на площади Гриммо; кое-кто из волшебников и волшебниц, ворча, ещё только поднимались на ноги. — Прошу, располагайтесь. — сказал Стэн. Первый этаж был полон, поэтому мне пришлось подняться на второй. Обнаружив свободные кресла в конце салона, я поспешила к ним, по пути, прямо на ходу, невольно изменяя внешность, потому что, кое-кто уже начал перешёптываться, а несколько волшебников — странно одетых, во что-то напоминающее форму Невыразимцев, откровенно пялились на меня. — Интересная способность — метоморфизм. — заметил не отстающий от меня кондуктор. — Да. — неуверенно, согласилась я, убирая со лба удлинившиеся светлые волосы. — Куда едем? — Стэн всё ещё внимательно меня изучал. — Кортсенд. — я шарила в сумке в поисках мешочка с деньгами. — Это в Эссексе. — зачем-то добавила я. Стэн ухмыльнулся. — Пятнадцать сиклей. Я наконец нашла мешочек, отсчитала пятнадцать серебряных монеток и передала кондуктору. Автобус снова пришёл в движение, угрожающе виляя. Он прогрохотал по площади Гриммо, где по тротуару, где по мостовой, а затем с новым оглушительным «БАХ!» меня отбросило назад. Соседнее кресло опрокинулось. Я не упала только потому, что схватилась за канделябр. Я выглянула в окно: сейчас автобус мчался как будто по автостраде. — Уже под Бирмингемом, — радостно сообщил Стэн в ответ на незаданный вопрос. Он вручил мне билет и продолжил пялиться. — Тебя как звать? — наконец изрёк он мучающий его вопрос. — Эээ… Селеста. — промямлила я. Стэн прищурился. — Это про тебя в газетах пишут? Что у тебя вроде как, не все дома. — он покрутил пальцем у виска. — Возможно про меня. — невозмутимо ответила я. — Так ты дочь Сама-Знаешь-Кого! — громко заявил кондуктор. «Ночной рыцарь» опасно вилял, обгоняя поток автомобилей по внутренней полосе. Волшебница, сидевшая поблизости обернулась и округлила глаза при виде меня. БАХ! Кресла снова поехали назад — «Ночной рыцарь» перескочил с Бирмингемской автострады на тихий извилистый просёлок. Кресло пожилой волшебницы опрокинулось назад и теперь она кряхтя пыталась подняться на ноги. Я выглянула в окно. Живые изгороди по обе стороны резво отскакивали от дороги, когда автобус брал очередной поворот. Затем мы ввалились на центральную улицу людного городка, оттуда выскочили на обдуваемую всеми ветрами дорогу на возвышенности — и каждый раз это сопровождалось оглушительным «БАХ!». — Так это правда? Ну, то что в газетах пишут. — спросил Стэн. — Правда ли, что я сумасшедшая? — мои брови поползли наверх. — Ну, ты вроде бы не похожа на спятившую. — Стэн окинул меня оценивающим взглядом. — Правда ли то, что Тот-Кого-Нельзя-Называть возродился? — понизив голос, выдал худощавый кондуктор. — Да, это правда. — честно ответила я. — Так и знал, что в Министерстве одни болваны. — заявил Стэн и качаясь побрёл вдоль кресел оставив меня в полном недоумении. Вот так просто? Поверил с первого раза и не пришлось убеждать? Наверное, у меня челюсть отвисла, потому что только что вошедший пассажир окинул меня удивлённым взглядом и улыбнулся. Отвернувшись, я сунула мешочек с деньгами обратно в сумку и вовремя успела схватиться за спасительный канделябр, потому что автобус с очередным «БАХ» вырвался на узкую просёлочную дорогу и кресла снова покатились назад. — Слышь, следующая остановка — Кортсенд. Сейчас, только высадим мадам Марш… — Снизу донёсся звук рвотных потуг и наконец жуткий плеск. — Ей малость нехорошо. Через несколько минут «Ночной рыцарь» затормозил перед маленьким баром, проворно уклонившимся от тарана. Слышно было, как Стэн помогает спуститься незадачливой мадам Марш и как с облегчением переговариваются её соседи на первом этаже. Автобус рванул с места, набрал скорость и… БАХ! Автобус катит по очередной просёлочной дороге. За окном виднеются заснеженные поля и лес. Автобус остановился. Я спустилась вниз и под изумлённым взглядом Стэна, вышла на свежий воздух. — Может ещё свидимся. — сказал Стэн и автобус с жутким рёвом покатил в обратном направлении резко развернувшись. А через несколько мгновений я услышала «БАХ!» и над полем повисла тишина. Осмотревшись, я заметила вдалеке тёмное пятно. Должно быть это дом Лонгботтомов. Подняв воротник пальто и замотавшись шарфом, я быстро двинулась в ту сторону. Через десять минут я оказалась у амбара. Обойдя его вокруг, я поняла, что дом должно быть находится ещё дальше, потому как заметила ещё одно строение и казалось, что в окнах у него горел свет. Ещё десять минут пешим ходом преодолевая ледяные порывы ветра, спотыкаясь о кочки, занесённые снегом, и вот, я наконец-то стою на пороге большого двухэтажного каменного дома, выдержанного в староанглийском стиле с двумя башенками. Дом Невилла располагался на небольшой возвышенности, там, где река Крауч впадает в Северное море. На массивной двери не было звонка, но зато был дверной молоток в виде головы гиппогрифа. Я трижды стукнула молотком и стала ждать. Через некоторое время парадная дверь распахнулась и на пороге возникла могучего вида пожилая дама, одетая в домашний халат синего цвета, её седые волосы были собраны в низкий пучок. Старуха окинула меня оценивающим взглядом с ног до головы. — Чем могу быть полезна, мисс? — вместо приветствия сказала она. На мгновение я растерялась, но тут же поняла в чём дело. Должно быть Невилл описывал меня, как темноволосую, худощавую девчонку с тёмными глазами и чертами лица напоминающими мальчишеские. Но в автобусе мне пришлось невольно сменить внешность и сейчас, на пороге своего дома, Августа Лонгботтом созерцала длинноволосую блондинку с зелёными глазами и миловидными чертами лица. — Ох, прошу прощения миссис Лонгботтом! — я начала возвращать себе настоящую внешность, от чего строгий взгляд старухи стал удивлённым и её брови поползли вверх. — Понимаете, иногда приходится менять внешность…чтобы оставаться незамеченной. Я Селеста Ред… Эванс. Невилл передал мне ваше приглашение на Рождественский ужин, но, как я писала вам в ответном письме — на рождество я осталась с моим кузеном и друзьями. — тараторила я. — Ах, так вы подруга Невилла! Та самая девчонка, что помогла моему сыну и невестке… а, в прочем, я слишком долго держу вас на пороге мисс. Входите же скорее, сегодня невыносимая стынь на улице. Женщина отошла в сторону освобождая мне путь. Я оказалась в тесной прихожей, которая тускло освещалась двумя канделябрами. Должно быть в солнечный день здесь было много света, потому как по обе стороны от входной двери располагалось два больших окна. — Можешь повесить своё пальто, здесь. — миссис Лонгботтом указала мне на вешалку. — Я не ожидала твоего приезда. Мы с Алисой сейчас же примемся готовить обед. — Я могу помочь вам с обедом. — предложила я. — Нет, нет. Ты можешь пока подняться наверх к Невиллу. Его комната последняя слева по коридору. Этот лежебока наверняка ещё даже не проснулся. Мы вошли в просторный светлый холл в центре которого была широкая лестница с резными перилами. Справа и слева были арки украшенные таким же растительным резным орнаментом, что и перила на лестнице. — Смелее. — Августа Лонгботтом, чуть подтолкнула меня в спину. — Растолкай нашего лежебоку. — она скрылась в арке справа от меня. Поднявшись на второй этаж, я повернула налево и достигла последней двери, постучала и стала ждать ответа. Около минуты я мялась под дверью, а затем решительно открыла её и вошла в комнату. Комната Невилла была выдержана в тонах нашего факультета — алый с золотом. На длинном столике вдоль всей стены с окнами стояло множество растений, среди них я заметила любимую Невиллом — Мимбулус Мимблетонию. На старомодном комоде стояло множество фотографий родственников и друзей Невилла, среди которых были фото его родителей, сделанные ещё до того, как с ними случилось несчастье. Моё внимание привлекло самое большое фото, на котором был весь наш курс. Я уже и забыла, когда было сделано это фото, здесь я ещё была счастливой обладательницей пухлых щёчек, ровно также, как и Невилл. Хозяин комнаты заворочался на кровати. Я обернулась. Взъерошенный Невилл сидел и потирал глаза. — Селеста?! — удивился он. — Что ты… — Это бабушка. — выпалила я. — Чего «это»? — Невилл был ошарашен. — Я хотела сказать… твоя бабушка велела мне пойти и разбудить тебя. Я стучалась, но ты не слышал, поэтому я вошла. Привет. — Дай мне минутку, ладно? — Невилл покраснел до кончиков ушей. — Да, конечно, Нев. Я… — я подошла к двери. — я подожду тебя тут, в коридоре. — и выскочила за дверь. Какая нелепая ситуация. Зачем я вообще вошла в его комнату, когда прекрасно знала, что он ещё спит. Я стала нервно расхаживать взад и вперёд ожидая, когда Невилл выйдет. Ждала я около десяти минут. Невилл вышел ко мне одетый в джинсы и тёплый вязаный свитер, на котором были вышиты снежинки. — Чем займёмся? — сходу спросила я. — Пойдём в гостиную. — предложил Невилл. — Поиграем во взрывающиеся карты. — Разве ты не пойдёшь завтракать? — спохватилась я. — Стащу пару сандвичей со стола. — улыбнувшись ответил Невилл. — Идём, я провожу тебя до гостиной. Мы двинулись по коридору второго этажа. — У тебя очень уютный и большой дом, Нев. Должно быть, было здорово расти здесь. — Да, так и есть. Только иногда мой дядя испытывал меня на прочность. Кажется, я уже рассказывал, как он случайно сбросил меня со второго этажа? — Невилл ухмыльнулся. — Я помню эту историю. Хорошо, что всё удачно закончилось. Мы спустились вниз и прошли через арку. Гостиная была обшита тёмными деревянными панелями, старинная лакированная мебель придавала этому месту аристократический вид. У окна стоял чёрный рояль, такой пыльный, что казался серым. — Кто играет на рояле? — поинтересовалась я. — Мама раньше играла. — Невилл помрачнел. — А сейчас она не хочет играть. Говорит, что игра на рояле вгоняет её в тоску и ей кажется, что случится что-то плохое, как только она закончит играть. В первый день, когда мы с бабушкой привезли родителей домой, мама села за рояль и играла часов 12 подряд, мы с бабушкой с трудом уговорили её перестать. — Ох, Невилл… — Нет, только не вздумай извиняться. — он подошёл к роялю и провёл пальцем по пыльной крышке оставив чёрную полосу. — Благодаря тебе они дома и узнают меня. Нависла тишина. Я боялась что-либо говорить, чтобы не обидеть Невилла. — Я пойду на кухню схожу. — чуть бодрее сказал Невилл. — Пока можешь посмотреть наш семейный альбом. — он указал на каминную полку. Подойдя к камину, я заметила увесистый кожаный переплёт украшенный позолоченными, витиеватыми линиями, которые на обложке образовывали надпись: «Фотоальбом семейства Лонгботтом». Я аккуратно сняла его с полки и устроилась в мягком кресле. Было интересно разглядывать старинные волшебные фотографии. Вскоре, Невилл вернулся с подносом, на котором лежала пара сандвичей и чашка горячего чая. Мы долго болтали о всяких пустяках, о полученных подарках на Рождество; играли во взрывающиеся карты, пока не прожгли дыру в столешнице. Бабушка Невилла, пришедшая звать нас к обеду, долго отчитывала Невилла и меня вместе с ним за испорченную поверхность стола, а затем одним взмахом волшебной палочки она устранила изъян. Столовая находилась рядом с кухней. Стены были обтянуты бежевой тканью в мелкий цветочек, в центре длинной комнаты, прямо над столом висела роскошная люстра с двенадцатью свечами. Стол был накрыт на четыре персоны, что меня насторожило, так как вместе со мной в доме должно быть пять человек. — Присаживайся Селеста. Вот здесь, рядом с Невиллом. — миссис Лонгботтом выдвинула для меня стул с высокой спинкой. Из кухни вышла мама Невилла одетая в нарядное платье тёмно-жёлтого цвета. Что-то в ней изменилось с того времени, когда я в последний раз её видела. Она подошла к сыну, который уже занял своё место за столом и поцеловала его в макушку. — Здравствуй Селеста. — улыбнулась она мне. — Я очень рада, что ты наконец-то нас навестила. — Здравствуйте, миссис … — Нет-нет. Прошу, называй меня — Алиса. — перебила она меня и села напротив Невилла. — Хорошо, Алиса. — неловко согласилась я. — Должно быть, тебя насторожило отсутствие ещё одного члена нашей семьи за столом. — догадалась Алиса. Миссис Лонгботтом недовольно посмотрела на невестку. — Не переживай. Фрэнк немного нелюдим. — она печально улыбнулась и посмотрела на сына. — Видимо ему было сложнее пережить те пытки, через которые мы прошли, и он пытается вспомнить от чего на него временами находит необъяснимый страх, но он не может вспомнить и это его пугает. Но всё будет хорошо! — громко добавила она, видя, как меняется моё лицо. — В этом я с Алисой согласна. — разрядила обстановку Августа Лонгботтом. — Моему сыну, просто нужно больше времени, чтобы всё осознать и принять. — она строго посмотрела на меня. — Даже не думай при мне извиняться за то, что избавила его от мучительных воспоминаний. — Я не… — Да, ты не должна была этого делать, и, если бы я узнала заранее о том, что ты собираешься предпринять, я бы непременно доложила обо всём в Министерство магии, не сомневайся. — прямо заявила миссис Лонгботтом. — Но сейчас, мой сын и невестка дома, благодаря твоему безрассудном поступку. И я благодарна тебе за это. Могу заверить тебя в том, что никто из членов нашей семьи не разгласит эту тайну. Мы прекрасно понимаем, что тебе придётся нести ответ перед Магическим законом если об этом кто-то узнает. — Давайте приступим к обеду. — предложила Алиса. — Не очень вежливо приглашать гостя и держать его весь день голодным. За обедом мы обсудили действия Ордена Феникса, решения Фаджа и политику Альбуса Дамблдора, а затем наш разговор плавно вернулся к Рождеству, каникулам и подаркам. Я вручила приготовленные подарки всем, кто находился за столом. Алиса обещала передать мой подарок Фрэнку чуть позже. Невилл объяснил мне, что его мама сильно утомляется от разговоров и поэтому мы решили пойти немного прогуляться в окрестностях. — Одевайся теплее сладкий! — кричала Алиса из столовой. — Уже мам! Я надел самое тёплое пальто и шарф! — крикнул ей в ответ Невилл. — Умница, мой дорогой! — услышали мы в ответ. — Идём уже. Она слишком печётся о моём комфорте. — буркнул Невилл. Мы вышли на заснеженный двор. Ветер стих и начался снегопад. Всё вокруг было молочно-белым. Мы двинулись в сторону моря на ходу обсуждая прошедший обед. Невилл завёл разговор о занятиях в ОД. — Почему ты не приходишь на занятия? — удивлялся он. — Ты могла бы нас многому научить. — Я уже говорила это и повторю ещё раз, Нев. Я не буду учить никого запретным заклинаниям, а всё остальное - вам Гарри прекрасно объяснит и покажет. — я взяла Невилла под руку. — К тому же, мне самой есть чему поучится у Гарри. — Почему-то я не очень верю твоим словам. — Невилл усмехнулся. — Ты лучшая на курсе по всем предметам. Даже Гермиона от тебя отстаёт. — Да, всё так. Вот только я не умею вызывать телесного патронуса и вряд ли у меня когда-нибудь это получится. Мы остановились на краю обрыва. Ветер доносил до нас солёный запах моря и шум волн, разбивающихся о скалы, далеко внизу. — У тебя совсем нет радостных воспоминаний? — удивился Невилл. — Ведь должно быть. Хотя бы одно. — Боюсь, что силы этих воспоминаний недостаточно для телесного патронуса. — я пожала плечами. — Всё ещё впереди. — подбадривал Невилл, — Наверняка в твоей жизни случится что-то очень хорошее, что поможет тебе подпитывать патронуса. — Спасибо Невилл, что не оставляешь надежду и веришь в то, что во мне есть хорошее. — Как я могу не верить в это? — Невилл посмотрел мне в глаза. — Ты помогла моим родителям, когда все вокруг оставили попытки им помочь, Сэл. И я верю, что помогла ты им из самых лучших побуждений, рискнув своей свободой. Рискнув нашей дружбой. — Невилл поднял камень и кинул его в бушующее море. — Я ведь понимаю, что ты шла на риск и возможно неоправданный риск. Твой метод мог навредить моим родителям, и ты знала, что тогда я тебя никогда не прощу. — И это пострашнее Азкабана. — тихо сказала я, но Невилл услышал. — Не преувеличивай, Сэл. — он улыбнулся, его щёки раскраснелись от морозного ветра. — Идём домой. Начинается шторм. Обратно мы возвращались, весело распевая Рождественские гимны, чтобы согреться. Дома нас ждал горячий чай и множество различных пирожных. После чая мы вчетвером сидели у камина в гостиной и говорили о Хогвартсе. Августа Лонгбттом рассказывала, как всё было устроено в те времена, когда она училась в Хогвартсе, а мы с Невиллом удивлялись или же оживлённо спорили с ней. Около десяти часов вечера я попрощалась с семейством Лонгботтом и отправилась в обратный путь. Была жуткая метель, ветер подхватывал лёгкий, только что выпавший снег и закручивал его вихрем. Засветив волшебную палочку только после того, как дошла до амбара, не разбирая дороги, я кое-как отыскала то место где начиналась дорога по ровнее. Махнув волшебной палочкой, я стала ждать автобус «Ночной рыцарь». В этот раз я ждала чуть дольше минуты и «БАХ!», трёхэтажный автобус ослепил меня светом фар. Кондуктор Стэн Шанпайк вновь произнёс своё коронное приветствие, только на этот раз он пожелал мне доброго вечера. Около часа мы добирались до площади Гриммо. Пассажиров было очень много, кто-то проспал свою остановку дважды, а кто-то по несколько раз возвращался в салон, потому что ошибся местом назначения. К концу поездки меня уже сильно тошнило, и я была несказанно рада, когда почувствовала под ногами твёрдую землю. «Ночной рыцарь» унёсся прочь, оставив за собой снежный вихрь. Отдышавшись, я отыскала дом номер одиннадцать, мысленно произнесла адрес штаб-квартиры Ордена Феникса и как заворожённая наблюдала за тем, как дом номер двенадцать, словно надувной, появляется, раздвигая рядом стоящие дома маглов.