Уже вчера и ещё сегодня

      Лев и Камила сидели на заборе, ограждающим школьный двор, легонько размахивали ногами и разговаривали, то и дело перебивая друг друга. Лев чувствовал беззаботность и спокойствие, небо было голубым и светлым, а воздух пах сыростью и весной.       — Знаешь, а я хочу рассказать тебе кое-что, — сказала тихо Камила и оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что их никто не может услышать. — Но ты должен пообещать, что никому не расскажешь.       — Хорошо, — кивнул Лев, — обещаю.       — Я хочу рассказать, — она запнулась, а потом помахала головой, — нет, давай по другому: я скажу тебе, кто мне нравится, но ты тоже потом скажешь, кто нравится тебе.       Льва словно ударили в живот: на секунду у него потемнело в глазах и дыхание остановилось. До этого они разговаривали об уроках и черепахах, ничего не предвещало такого поворота событий.       — И кто же тебе нравится?       — Ты ведь помнишь, что это секрет?       Лев с серьёзным видом кивнул.       — Мне нравится Адриан. И я хочу, чтобы ты помог мне с ним сблизиться!       — Адриан?!       — Ну, да. Ого, ты так удивился! А я-то думала, что это наоборот слишком заметно.       — Что заметно?       — Когда Адриан появляется, я пялюсь на него! А не пялиться не могу! Наверное, он думает, что я странная?       — Нет. Вовсе нет.       — А что он думает?       — Ну, — протянул Лев, вспоминая, что говорил ему Адриан о Камиле, — на самом деле, я ничего такого не могу вспомнить. Я могу спросить у него завтра невзначай.       — Пожалуйста! — девочка ухватилась за Льва, и они на секунду потеряли равновесие, но потом быстро его установили. — Только спрашивай так, чтобы он ничего не понял!       — Он не поймёт, не переживай.       — Хорошо, — Камила улыбнулась, довольная тем, что решилась рассказать обо всём Льву. — А тебе кто нравится?       — Лера. И нравится она мне уже очень давно.       Он соврал прежде, чем успел о чём-либо подумать, ведь слова его бежали впереди мыслей.       — Лера?! Не может быть! Я даже не догадывалась! Что? Правда?       — Ага.       — А я всё это время думала, что она тебе наоборот не нравится! Я обязательно как-нибудь помогу вам стать ближе! Тем более ты согласился помочь мне с Адрианом! И мы дружим, так что нам легко будет собраться всем вместе!       И глядя на бурную реакцию подруги, Лев уже десять раз успел пожалеть о том, что согласился на этот разговор. Было видно, что как только Камила окажется одна, она тут же позвонит Лере. Впрочем, Лев также не собирался утаивать новости от Адриана. Они оба обещали сохранить свой разговор в секрете, и оба они держали скрещенные пальцы в карманах.       Конечно, Лев был порядочным ребёнком и обычно сдерживал свои обещания. Но у них с Адрианом был особый договор, согласно которому, они могли рассказывать друг другу тайны остальных детей, но непременно хранить тайны друг друга. И оба мальчика видели в этом только подкрепление своей связи. В их глазах ничего плохого в таком поведении не было. И только свой взгляд на мир в то время казался им важным.        Естественно, Лев верил, что чаще всего обещания остаются сдержанными. Своё же поведение он воспринимал в качестве исключения из правил. Он верил в слова и их значения, но он не верил людям, которые их произносят. Обещание есть обещание, и клятва есть клятва. Но когда обещание дают с лисьей ухмылкой, оно теряет весь свой вес. И не то, чтобы Камила дала повод Льву думать о ней, как о врунишке. Нет, Лев видел её белой, как снег. Проблема была лишь в том, что Камила дружила с Лерой так же сильно, как он дружил с Адрианом. А девчонки умеют хранить секреты ещё хуже мальчишек, уж это-то всем известно.       За Камилой приехал папа, Лев помахал вслед уезжающей домой девочке и неторопливо пошёл к автобусной остановке. Небо всё ещё было светлым, а воздух по-прежнему был пропитан запахом нераспустившихся почек и сырой земли. На душе в такие деньки обычно хорошо и спокойно, но настроение мальчика было испорчено.       Всё это время Камиле нравился Адриан. А Адриану ведь до неё и дела никакого нет. Что вообще на уме у этого паренька? Да кто его знает! Зато Лев отлично знает, что Камила на самом деле нравится ему! О да, ему нравится Камила, а никакая не Лера. При чём здесь Лера вообще? Всё это время она лишь мешалась и не давала ему с Камилой оставаться наедине.       Домой Лев пришёл без особого настроения. Отца дома не было, мать была занята и работала у себя в кабинете. Лев поиграл с сестрёнкой и Айсом во дворе, а когда стемнело сел за домашнюю работу. Пока он безо всякого энтузиазма решал задачку по математике, Виктор, давно закончивший с уроками, лежал на своей кровати и играл в портативную приставку с самым непринуждённым видом на свете.       Иногда Лев завидовал Виктору: было такое чувство, будто у Виктора в жизни нет никаких проблем. Когда они пересекались в школе, Виктор всегда был окружён друзьями, всегда громко смеялся и заставлял смеяться вместе с собой окружающих. Он явно никогда не сталкивался с такими проблемами, с которыми Льву приходится бороться в одиночестве.       И из-за этого Льву очень хотелось заговорить с братом. Что бы Виктор сделал на его месте? Всё слишком запуталось. Адриана никто не волнует, но зато Адриан очень волнует Камилу, которую в свою очередь любит Лев. И в дополнение ко всему этому есть ещё и Лера. И как только Камила могла поверить, что он любит Леру?       Лев взвыл и с ненавистью закрыл тетрадь с нерешённой до конца задачей.       — Ты чего? — Виктор оторвал взгляд от экрана.       — Достало, — буркнул Лев. — Может, поиграем вместе?       — Можно, мы так и не убили босса с прошлой миссии.       — Сегодня точно убьём! — и уже скоро Лев растянулся на своей кровати, взяв приставку с прикроватного столика.       На следующий день, когда Лев пришёл в школу, он первым же делом попросил Адриана дать ему списать домашнюю работу, которую так и не доделал: играть с Виктором было так увлекательно, что Лев забыл о том, что у него оставались ещё не законченные дела.       Адриан протянул свою тетрадь и спросил коротко, но, однако, достаточно чётко, чтобы его можно было понять:       — Что случилось?       — Да так, — Лев поспешно переписывал задание.       — Не говори только, что снова зачитался мифами.       — Я и не собирался! Просто был не в духе, так что решил вместо домашки поиграть с братом в приставку. Ну и потом я забыл, что не доделал задание до конца.       — А не в духе почему был?       — О, Адриан, — Лев остановился на секунду, а потом снова принялся быстро писать математические примеры. — Вчера Камила призналась мне, что любит тебя. Но я тебе этого не говорил, понял?       — Понял.       Они молчали, а когда Лев закончил переписывать и вернул тетрадь, Адриан спросил, достаточно хорошо скрывая внутреннее волнение:       — Ты ведь злишься на меня, да?       — Нет! Вообще нет!       — Но она же тебе нравится.       — Это-то да, только вот ты же не виноват.       — Значит, всё путём?       — Как будто бы да, только вот не похоже на это.       — И что ты имеешь в виду? Вот бы однажды ты стал менее многословным и более понятным.       — Не дождёшься! — Лев дружески ударил Адриана в плечо. — Она спросила, кто нравится мне, а я сказал, что Лера. Это её подруга, которая вечно носится по школе и создаёт слишком много шума.       — Знаю я.       — А ещё Камила хотела, чтобы я незаметно у тебя узнал, что ты про неё думаешь.       — А я не думаю про неё, так что выдумай что-нибудь сам. Это у тебя хорошо получается.       Лев закрыл лицо руками и тяжело вздохнул.       — Ну что ещё?       — Я уже устал от этой ситуации! А ещё даже дня не прошло!       — Не думаю, что что-то из-за этого вашего разговора с ней сильно изменится. Всё равно мне Камила не нравится, а ты Леру не интересуешь.       — Ты не понимаешь! Это всё имело смысл, пока касалось только нас с Камилой. А теперь, когда замешаны все, я уже не думаю, что…       Прозвенел звонок, и в класс вошла учительница, поэтому Лев замолчал, не закончив предложения. На протяжении урока, когда его спрашивали, он отвечал невпопад, поэтому Адриан стал ему помогать. И на следующей же перемене Адриан сказал:       — Мы не сделали проект по истории. А она уже завтра. Я ждал, когда ты что-нибудь скажешь по этому поводу, но ты же забыл, да?       — Нет! — Лев ухватился за голову. — Прости! Я же обещал, что мы сделаем его у меня дома! И ты до сих пор не видел Айса! Но я забыл, я никого не предупредил и…       — Да успокойся ты, — прервал его Адриан. — Пойдём ко мне, сделаем проект у меня. Тем более, ты у меня ещё никогда не был. Мои родители как раз хотели с тобой познакомиться.       — Да? Значит, всё нормально?        — Это всего лишь история. Тем более, мы уже решили, что именно подготовим. У нас ещё и свободное время останется.       — Вот и отлично!       Когда пришло время обеденного перерыва, к столику, за которым сидели Лев с Адрианом, подошла Камила со своей подругой.       — Привет, Лев! — сказала Камила. — Можно сегодня поесть за вашим столиком?       — Привет, — Лев вопросительно посмотрел на Адриана, а тот утвердительно кивнул. — Да, садись.       — Привет, — махнула рукой Лера и смело села рядом со Львом.       Лера — это было полное имя подруги Камилы, и Льву такое имя не нравилось. Ещё ему не нравились два хвостика Леры, не нравились её полосатые колготки, и её глаза непонятного цвета ему тоже не нравились. Она много говорила и очень мало слушала. И больше всего Льву не нравилась то, что Лера сразу же заняла собой всё пространство, не давая ему тем самым поговорить с Камилой.       — Ты любишь виноградный сок?       Адриан поднял голову и увидел, что Камила ждёт от него ответа. У неё на подносе тоже был виноградный сок.       — Люблю.       — Как думаешь, если положить изюм в виноградный сок, станет ли он назад виноградом?       Адриан не любил подобные вопросы, но он знал, что Льву такое нравилось. Только вот его друг был занят выслушиванием какой-то истории, которую рассказывала Лера, поэтому приходилось полагаться только на себя.       — Вино соком уже никак не станет. Наверное, с изюмом так же.       — Ага, — и Камила задумчиво отпила сок из трубочки.       Это был очень странный обед, и в глубине души почти все были рады тому, что он закончился. Правда, Лера, занятая собой, не заметила неловкости и тяжёлой атмосферы. Льву казалось, что она продолжает безостановочно болтать, даже когда остаётся одна.       После уроков Лев и Адриан вместе вышли на улицу.       — И где ты живёшь? — спросил Лев. — Наверное, очень близко, если всегда ходишь домой пешком?       — Сейчас сам всё увидишь. Ну, пойдём?       — Да.       — Подожди, а ты предупредил Виктора, что не поедешь домой с ним?       — Да, я заходил к нему в класс.       — Тогда всё в порядке. И всё-таки жаль, что проект будем делать у меня дома, а не у тебя.       — Чего? Наоборот ведь хорошо, тем более ты близко живёшь.       — Я хотел с Айсом поиграть. У моей мамы аллергия на собак, а я их очень люблю.       — Вы с Александрой нашли бы общий язык.       — Как она, кстати?       — Да, всё так же. Теперь врачи говорят, что никаких перемен не будет. Она всегда останется такой, — Лев грустно вздохнул, как вздыхал всегда, когда заговаривал о проблемах сестрёнки. — Главное, что она чувствует себя хорошо.       — И другие дети не дразнят её?       — Случается, — и прежде, чем Адриан смог бы задать ему ещё один болезненный вопрос, Лев сказал, стараясь перевести тему, — Давай я попробую угадать, где твой дом.       — Это ненужно.       — Не любишь такое?       — Не в этом деле.       — А что?       Адриан остановился перед небольшим двухэтажным домиком кофейного цвета, и Лев сразу же понял, что это и есть дом Адриана. Они даже и полквартала не прошли, поэтому Лев был удивлён. Он, конечно, знал, что друг его живёт недалеко от школы, но он и не предполагал, что это будет настолько близко.       Они прошли во двор, поднялись на бетонное крыльцо, и Адриан достал из кармана куртки ключи с брелоком в виде двух рыб. Внутри, в прихожей, было длинное окно, занимавшее всю стену.       — Когда весной цветёт сад, очень красиво, — указал Адриан на окно. — Давай свою куртку, я повешу её. Показать тебе дом? Или сразу пойдём в мою комнату делать проект?        — А мы не поедим?       — Ты голоден? — Адриан бросил свой рюкзак в коридоре. — Мама всегда что-нибудь оставляет, так что можно разогреть. Пойдём на кухню.       Лев чувствовал себя неуверенно, но в то же время и удивительно спокойно. Родителей Адриана не было дома, а знакомиться с друзьями родителей всегда как-то неловко. Пока Адриан доставал еду из холодильника, Лев рассматривал кухню.       — У вас нет столовой комнаты? Вы едите прямо на кухне?       — Да, — Адриан поставил тарелку в микроволновку. — Тебе неуютно?       — Нет! — Лев покраснел и замахал перед собой руками. — Наоборот! Места мало, но зато так по-домашнему! И когда дом маленький, не нужно много работников, чтобы его содержать! У нас дома всегда полно людей, которых я почти не знаю. Это глупо, но я боялся нашего дворецкого, когда был маленьким, — почти со смехом, признался Лев.       — У вас и дворецкий есть?       — Да, но я до сих пор не понимаю, зачем он нужен. Когда вырасту, хочу жить в небольшом домике, вроде твоего. А ты?       — В квартире.       — А разве в квартире не неудобно будет держать собаку?       — Точно, — задумчиво сказал Адриан.       Раздался писк микроволновки, и мальчик протянул Льву тарелку, от которой шёл пар.       — Не обожгись, осторожно.       — Подожди, а ты не будешь есть вместе со мной?       — Я ещё не голоден.       — Я бы не согласился, если бы знал, что ты не будешь есть!       — Тогда я съем яблоко.       Адриан взял с барной стойки пакет с яблоками и достал из него два самых больших. Он счистил ножом кожуру и нарезал аккуратные дольки. Когда он закончил возиться с этим, Лев уже доел.        — А что делать с посудой?       — Какой же ты странный, — Адриан усмехнулся и взял кусочек яблока, — положи тарелку в раковину, мама помоет.       — Твоя мама моет посуду?       — Ну, иногда её мою я.       Льву хотелось сказать, что у него дома всё иначе, но он нашёл в себе мудрости промолчать. Захватив с собой тарелку с яблочными дольками, Адриан повёл Льва в свою комнату. Комната была раза в три или четыре меньше комнаты Льва. Но Лев объяснил себе это тем, что Адриану не нужно делить комнату с младшим братом, как приходится это делать ему.       — Значит, займёмся историей?       Льву после еды заниматься чем-то вроде истории не хотелось совершенно. Он посмотрел на друга, потом обвёл комнату взглядом, стараясь найти что-нибудь интересное, и, наконец, сказал:       — Покажешь дом?       — Ладно, — согласился Адриан, потому что ему и самому не хотелось приниматься за дело.        По сравнению с домом Льва, дом Адриана действительно казался небольшим, хотя комнат в нём было много. В гостиной мальчики остановились и обменялись выразительными взглядами.       — Так у тебя есть приставка? — глаза Льва сияли.       — Да, до того, как мне купили портативную, я играл в обычную.       — Ты думаешь о том же, о чём и я?       — Хочешь сыграть?       — Ещё бы!       — Мы же потом не сможем оторваться.       — Ты слишком правильный!       — Но мы не выполним задание.       — Один час, — решительно произнёс Лев. — Поиграем часик, а потом перейдём к истории.       — Я слишком хорошо тебя знаю! Потом ты скажешь, про ещё один час. И так будет снова и снова.       — Не будь занудой!       — Чтобы ты знал, мне эта идея не нравится, — для чистоты совести сказал Адриан, а потом с очевидным удовольствием включил любимую игру и протянул другу джойстик.        Час прошёл незаметно. И хотя Адриану тяжело было это сделать, он нажал на паузу.       — Ты чего? — спросил Лев. — В туалет хочешь?       — Надо историю делать. Мы уже как час играем.       Лев, сидевший до этого на полу по-турецки, упал на спину, широко раскинув руки. Он потянулся, а потом снова сел.       — Тогда давай сделаем это по-быстрому, а потом вернёмся к игре.       — Как и ожидалось.       — Что? По-быстрому не обязательно значит, что плохо.       — А я ничего такого и не говорил. Вставай, — Адриан протянул руку Льву и помог ему встать.       Они вернулись в детскую, захватив свои рюкзаки, и уселись лицом друг к другу на кровати Адриана. Между ними стоял ноутбук, и они решали, кто из них какую часть статьи будет рассказывать. Хотя они вспомнили о подготовке к истории довольно поздно, на протяжении последнего месяца оба мальчика с явным любопытством читали исторические книги и статьи по интересующим их вопросам, поэтому им легко было ориентироваться, и всё казалось достаточно простым и понятным.       Их доклад, как они это себе представляли, должен был стать бомбой в классе. В любом случае, все точно будут их слушать, даже если и будут с ними не согласны. Они решили рассказать об Огненной революции так, как ещё никто не рассказывал. В конце концов, в мире уже были пускай и не такие же, но очень похожие случаи. И на примере их Адриан и Лев рассчитывали доказать, что в итоге мир, продвинувшийся на шаг вперёд, может спустя время оказаться на два шага назад.       Они уже прогоняли свой доклад во второй раз, когда раздался щелчок входной двери. Лев сразу же почувствовал себя не в своей тарелке, а Адриан сказал:       — Подожди тут, а я пока встречу родителей и скажу, что ты у нас.       — Угу, — выдавил из себя Лев.        Адриан вышел из комнаты, закрыв за собой дверь, и Лев остался наедине с собственными мыслями. Он не знал, какие родители у Адриана. С взрослыми всегда так сложно. Как им понравится? И почему Адриан оставил его одного? Неужели он не хочет, чтобы Лев увидел реакцию его родителей на то, что он привёл домой друга? Или же Адриан сделал это безо всякой задней мысли? Льва одолевали вопросы, вопросов было так много, что они заполнили собой всю комнату.       А потом Адриан открыл дверь, Лев увидел привычно светлое лицо друга, и все вопросы мгновенно растаяли в воздухе.       — Мама сейчас будет готовить ужин, так что мы пока можем поиграть в приставку. Всё равно с проектом закончили.       — Да? Отлично! — Глаза Льва снова ярко засияли. — Я так давно не играл на старых приставках, а ведь я это обожаю! И у тебя там была игра, которую я хотел бы попробовать! Правда, не знаю, для двух ли она человек…       — Успокойся и пойдём, покажешь, что за игра.       Оказалась, что Льва заинтересовала игра, имитирующая выступление на гитаре. Адриан дал другу джойстик, но сам просто сел рядом.       — Вдвоём в неё не поиграешь, — объяснил Адриан. — Но ты всё равно попробуй, если хочешь. Я остановился только на пятом уровне, но и он ужасно сложный. Так что не рассчитывай, что у тебя всё сразу будет получаться.       Лев нахмурился и нажал на старт. После описания, данного Адрианом, Лев ожидал чего-то гораздо более сложного. С первой же попытки он прошёл уровень и поставил новый рекорд, стерев тем самым рекорд Адриана.       В комнате раздавалась музыка, Лев легко справлялся с новыми уровнями, а Адриан наблюдал за тем, как на струнах гитары в экране телевизора загораются разноцветные огни. Оба мальчики были счастливы. Но Лев был счастлив как-то по-особенному.       Его захватила музыка, хотя он никогда особо не увлекался ей и слушал то, что слушали его друзья или родители. Но сидя перед экраном, представляя себя на сцене с гитарой в руках, его охватило непонятное чувство, от которого почти сводило челюсть. Пока он играл в игру, у него не было много времени, чтобы задуматься о том, почему он так счастлив. Он просто играл и наслаждался этим. Ему казалось, что каждый удар по кнопке джойстика, каждый ответный звук, долетающий из колонок, отзывался в его сердце.       Лев был чуток к искусству, а музыка заставляет в себя влюбиться так, как не делает этого ни один другой вид творчества. Это похоже на первую любовь, детали которой достаточно трудно забыть даже со временем. Музыка… Даже если сломать все инструменты в мире, музыка всё равно будет звучать в наших сердцах и душах. Более того, она будет звучать даже в сердцах того поколения, которое никогда её не слышало. Музыка просто есть.       — Ужин готов!       Лев нехотя остановил игру. Адриан покачал головой.       — Поверить не могу, что ты это сделал. Я думал, что эту игру невозможно пройти.       — Так мы, — неуверенно спросил Лев, — будем ужинать?       Адриан посмотрел на своего друга и искренне рассмеялся.       — Лев, расслабься! Это всего лишь мои родители! Это не королевская чета или что-нибудь в таком роде!       — Я это просто, — смутился Лев, — неловко немного.       — Только не надо при них удивляться, что у нас нет столовой комнаты, ладно? Я-то знаю, что ты просто наивный, но они ещё могут решить, что тебя плохо воспитали.       — Что ты как с маленьким со мной возишься!       — Тогда пойдём.       И они прошли на кухню. За столом уже сидели родители Адриана. У них у обоих были светлые глаза и бледная кожа, но папа Адриана был темноволосым. У его мамы была короткая стрижка, а волосы у неё были светлыми, но не такими белыми, как у Адриана. Они оба сидели с ровными спинами и всем своим видом излучали такое же спокойствие, которое исходило, по мнению Льва, и от его друга.       Лев робко произнёс:       — Огонь в дом.       — Огонь в нём, — дружно отозвались родители Адриана.       Это было приветствие, ставшее частью новой культуры. Первое время старому поколению это было непривычно, но Лев и Адриан уже считали это чем-то незыблемым и естественным.       — Ну, чего встали? — бодро сказала женщина. — Садитесь за стол!       Мальчик сели за стол.       — Так ты, значит, тот самый Лев? — дружелюбно сказал папа Адриана приятным голосом. — Сын нам все уши прожужжал про тебя.       — Папа!       — Что? Хватит быть таким стеснительным!       — О! Мы ведь не представились! Можешь называть меня тётей Ларисой, а его дядей Павлом!       — Хорошо, — ответил Лев. — У вас очень уютный дом. И он совсем рядом со школой, а я даже и не знал об этом.       — Мы сразу планировали сделать проект у Льва, — Адриан положил ложку салата в рот, — у него есть собака.       — Не говори с набитым ртом, — сказал Лев другу, а родители Адриана из-за этого тихонько засмеялись.       — А ты не учи меня, — буркнул Адриан.       — Айс! — улыбаясь, сказал Лев, так и не притронувшийся к еде из-за растерянности и собственной болтовни. — Это собака моей сестры. Кстати, так обидно, что у вас аллергия.       — Это точно, — женщина грустно улыбнулась, а Лев сделал для себя вывод, что она всё-таки красивая, пускай и не так, как его мама, а по-другому. — Я ведь тоже очень люблю животных. У меня на всю шерсть аллергия. Кстати, хорошо, что на тебе нет шерсти Айса, потому что я бы уже давно начала кашлять.       — Ну, дорогая, — уминая ужин, сказал дядя Павел, — ты нашла отличную замену собаке.       Женщина рассмеялась, а потом объяснила Льву:       — Это мы с мужем так шутим.       — У тебя аллергия на собак, — подняв вилку с кусочком свинины на ней, вдохновенно сказал дядя Павел, — а ты их так любишь, но не переживай: каждый вечер я буду ждать твоего возвращения с работы, буду радоваться твоим угощениям, буду играть с тобой и сидеть в тишине, я даже принесу тапочки и газету, когда ты слишком устанешь и не сможешь встать с кресла. Что-то такое я говорил ей в молодости.       — Боже, какой стыд, — равнодушно произнёс Адриан.       — Да нет же, это было так мило! Может быть, когда ты вырастишь, ты будешь таким же романтиком, как и твой папа! — мама потрепала Адриана по голове.       — У вас такое красивое кольцо, — заметил Лев, когда женщина убирала руку от сына. — Наверное, очень ценное.       — Ценное, но не дорогое. Это ненастоящие камни.       — А блестят как бриллианты моей мамы.       — Наверное, прозвучит странно, но мне не нравятся бриллианты, — тётя Лариса мягко посмотрела на то, как играл свет на камнях в её кольце, а потом подняла взгляд на Льва. — Любая лампочка ценнее бриллианта. Ведь сияние бриллиантов — это всего лишь отражение чужого света.       Эти слова очень понравились Льву, но он так и не смог на них отреагировать, ведь из прихожей раздался стандартный телефонный звонок. Глаза Льва округлились.       — Твой телефон? — спросила тётя Лариса.       — Ты чего? — спросил Адриан.       — Ох, у меня сейчас будут большие проблемы! Я сказал, что приеду домой позже, но я не думал, что так сильно задержусь у тебя! Сколько уже? — Лев посмотрел на часы, висящие на стене, и его сердце упало ещё ниже. — Извините меня.       И Лев встал из-за стола, чтобы потом быстро пробежать по коридору и достать телефон из кармана куртки. С телефоном у уха он вернулся на кухню, встал в дверях и имел очень мрачный вид.       — Мам, — сказал Адриан, и женщина его прекрасно поняла.       Она встала из-за стола и подошла ко Льву.       — Давай я поговорю с твоей мамой, хорошо? Объясню ей всё.       Лев сказал в трубку:       — Успокойся. И с тобой хочет поговорить мама Адриана.       Мальчик передал телефон женщине, и она поднесла его к уху, улыбнулась, и бодрым приятным тоном заговорила:       — Здравствуйте, это мама Адриана. Да, Лев засиделся у нас, сами знаете, мальчишки. Заигрались в видеоигры, что тут поделать. Вы не переживайте, сейчас, конечно, действительно поздновато, но Лев может остаться у нас на ночь, так что всё в порядке. Нет-нет, никаких проблем, пускай остаётся.       Адриан и Лев переглянулись, и взгляды их излучали кристально чистое детское счастье.       — Ах, да, вы правы. Завтра пятница, учебный день, а все тетради дома. Да, я понимаю. А так жаль, ведь мальчики уже обрадовались, когда это услышали. Мы закончим ужинать, и мой муж отвезёт Льва домой, не переживайте. Но раз завтра пятница, то пускай он хотя бы завтра останется у нас, иначе Адриан не успокоится. Да. Да. Ой, что вы! Ваш Лев очень хороший мальчик, я рада, что у Адриана такие друзья. Хорошо, договорились, до свидания.       Тётя Лариса победно нажала на красную кнопку, и посмотрела на мальчиков.       — У вас завтра будет ночёвка!       И комната наполнилась радостными криками, сделавшими маленькую кухоньку Морозовых ещё более уютным местом.